15 февраля в Чертановском суде Москвы слушались дела по отчуждению руководством психоневрологического интерната (ГБУ ПНИ) №30 квартир недееспособных инвалидов, проживающих в диспансере. Ведущая оба эти дела судья Наталья Бондарева, вняв доводам ответчиков о том, что в ходе открытого разбирательства могут вскрыться подробности, составляющие государственную тайну, слушания от общественности закрыла. ИА REGNUM с помощью адвоката истцов Юрия Ершова и члена Комитета защиты психиатрической помощи Москвы, медицинского психолога Аллы Мамонтовой постарался разобраться в проблеме и понять, что же так настойчиво пытаются скрыть от общества.

Пациенты ГБУ ПНИ №30
Пациенты ГБУ ПНИ №30
Pni30.ru

Закрытая судьей Бондаревой от глаз журналистов и общественников история началась отнюдь не вчера: только судебные разбирательства длятся с начала 2017 года. Первой тревогу забила Алла Мамонтова. Ей стало известно о том, что руководство ГБУ ПНИ №30, директором которого на тот момент являлся ныне депутат Мосгордумы Алексей Мишин, завладело квартирами находящихся на излечении в интернате граждан.

Судья
Судья
Brandonwyse.com

Первая из квартир была отчуждена в пользу дочери одной из подчинённых депутата Мишина по интернату, на тот момент уже не работавшей в интернате, но являвшейся его помощницей в Мосгордуме, а вторая — в пользу его помощницы в Мосгордуме.

Выступления Мамонтовой на «круглом столе»: «Право на жизнь и московское здравоохранение» в Мосгордуме, а позднее на «круглом столе» в Общественной Палате РФ: «Пути решения проблем москвичей в социальной, экологической и экономической сферах» (смотреть с 1:59 — прим. ИА REGNUM ), привлекли к проблеме внимание общественности и СМИ, чья консолидированная и активная позиция всё-таки вынудила Департамент труда и социальных отношений разобраться в ситуации. Господин Мишин перешел на работу в другой интернат, а после, спустя 43 дня после нового назначения и вовсе уволился по собственному желанию.

По сообщениям СМИ, после публикации о происходящем в ГБУ ПНИ № 30 вице-мэр по вопросам социального развития Леонид Печатников сделал заявление о том, что московские власти намерены через суд добиваться возвращения квартир подопечным интерната.

«Несмотря на всё это, седьмого июня 2017 года Чертановским районным судом города Москвы в лице вышеупомянутой судьи Натальи Бондаревой было вынесено решение об отказе в удовлетворении исковых требований ГБУ ПНИ №30. Во многом это было связано с тем, что иск изначально писался под чутким руководством директора-депутата, то есть был заведомо провальным, так как был подан интернатом исключительно под внешним давлением», — утверждает Мамонтова.

В библиотеке ГБУ ПНИ №30
В библиотеке ГБУ ПНИ №30
Pni30.ru

Дальше — больше, к ситуации привлекли внимание президента. Владимир Путин выразил заинтересованность и дал поручение помощнику разобраться в ситуации. После очередной волны публикаций, по словам общественницы, дамы, в чью пользу были отчуждены квартиры недееспособных граждан, из Мосгордумы с должностей помощников депутата были уволены. А на одно из освободившихся мест — заступила уволившаяся «по собственному желанию» из ГБУ ПНИ №30, составлявшая от лица интерната первый провальный иск.

«И неутомимо трудится в этом качестве и по сей день. После всех этих событий ДТСЗН милостиво разрешил вести дело опытному юристу не из системы соцзащиты — кандидату юридических наук, члену Адвокатской Палаты Москвы Юрию Ершову. 20 октября 2017 г. в Мосгорсуде — В ОТКРЫТОМ ЗАСЕДАНИИ — была рассмотрена апелляция на решение Чертановского районного суда. Апелляционным определением коллегии по гражданским делам Мосгорсуда дело было возвращено в Чертановский районный суд», — подчеркнула Мамонтова.

После всех описанных нами перипетий дела вновь вернулись на рассмотрение к судье Бондаревой в Чертановский районный суд. Она вновь посчитала, что вопрос изъятия в свою пользу администрацией ГБУ ПНИ № 30, имущества своих подопечных подпадает под категорию государственной тайны.

Пациенты ГБУ ПНИ №30
Пациенты ГБУ ПНИ №30
Pni30.ru

На вопрос корреспондента ИА REGNUM, почему жестко ограниченные законодательством в части разглашения персональных данных участников разбирательства, их диагнозов и подобного СМИ были удалены из зала заседаний, адвокат Ершов не нашел, что ответить. Более того, юрист уверен в том, что данный процесс имеет большое общественное значение. Общество вправе знать не только, как расходуются отпущенные на призрение больных налоги граждан, но и то, как с нашими недееспособными согражданами обращаются в лечебных учреждениях.

«Мы считаем, что дело имеет общественную значимость, поэтому, собственно, мы и возражали против того, чтобы процесс был закрытый. Хотя именно ответчик заявляла, что страдают ее честь и достоинство. Общество, которое содержит интернат, общество, которое выделяет деньги на содержание людей, то, чтобы их интересы защищались, оно, на наш взгляд, имеет право знать, как такие сделки осуществлялись, как сейчас оспариваются. Мы полагаем, что это важно», — отметил Ершов.

Не будем забегать вперед, дождемся решения суда. Но ситуация, когда сотрудники лечебного учреждения, пользуясь служебным положением, отчуждают за минимально возможную в таких случаях финансовую компенсацию имущество своих недееспособных подопечных, органы опеки и попечительства, призванные стоять на страже интересов больных людей, согласовывают подобные действия, а судья, находя формальные основания, засекречивает слушания, вызывает, мягко говоря, недоумение. Вдруг общественность узнает, что квартиры оценили в разы ниже их реальной стоимости, а в бессрочное владение двухкомнатную квартиру передали за 1 МРОТ в месяц?

В заключение добавим, что судья Наталья Бондарева уже становилась сомнительным героем наших публикаций.

Подробности читайте здесь: Чертовщина в Чертановском суде