Он был смел, непоколебим и остроумен. Его фарсы обожал народ и ненавидело духовенство. Отказавшийся от блестящей карьеры при дворе, не желающий иметь ничего общего с лицемерием, царившим в высших кругах, он стремительно завоевывал позиции лично у короля. «Величайший реалист всех времен и всех стран», — так без ложной скромности назовет его поэт и выдающийся представитель французской коммунистической партии Луи Арагон.

Никола Миньяр. Портрет Мольера. 1656
Никола Миньяр. Портрет Мольера. 1656

Жан-Батист Поклен, более известный под сценическим псевдонимом Мольер, бич всех пороков французского дворянства и духовенства XVII века, вызывавший дикую ярость у своих врагов, родился 15 января 1622 года, и именно он станет одним из тех, кто ознаменует в драматургии начало долгого противостояния между буржуазией и монархией.

Жан-Батист Поклен Мольер. Гравюра. 1680
Жан-Батист Поклен Мольер. Гравюра. 1680

Рождение комедиографа

Мольер с детства увлекался театром. Его дед, отец покойной матери Жана-Батиста, часто водил своего внука на парижские городские ярмарки, неотменной частью которых были театральные комедийные представления. Позже народная культура станет частью творчества Мольера, но пока он лишь вдохновляется импровизированными выступлениями комедиантов и втайне лелеет мечту самому взобраться на подмостки.

Отец мальчика, старый Жан, вовсе не горел желанием сделать из сына лицедея. Будучи именитым обойщиком при королевском дворе, Жан и помышлять не мог ни о чем другом, как передать свою престижную карьеру прямому наследнику, старшему из двух сыновей. Отец делает для этого всё: отдает Жана-Батиста на обучение в престижный Клермонский коллеж, приводит к присяге, которая позволяет получить Жану-Батисту в наследство отцовскую престижную должность, а также способствует тому, чтобы сын сдал в Орлеанском университете экзамен на звание лиценциата прав. Казалось бы, мечта старого Жана осуществилась.

Но, вопреки или благодаря судьбе, у двадцатилетнего юноши с его смелым и сильным характером формируется собственный, совсем иной образ будущего. При этом особенно сильное впечатление на юного Жана-Батиста оказывает временное пребывание в 1642 году при дворе Людовика XIII в должности королевского камердинера. Воочию убедившись в том, что собой представляет высший свет, Жан-Батист решительно отказывается от предложений отца, рвет со своими старыми связями и решается навсегда связать свою жизнь с театром. Так рождается Жан-Батист Мольер.

Жан-Батист Мольер
Жан-Батист Мольер

Первая попытка завоевать Париж

Юный комедиограф начинает свою карьеру вместе с такими же любителями, как и он сам. Начинающие актеры, брат и сестра Жозеф и Мадлен Бежары, станут наиболее близкими спутниками Мольера — позднее он свяжет свою судьбу с младшей сестрой Мадлен Армандой. Успех к молодой труппе приходит не сразу. Избалованный Париж не принимает юных актеров, которые, следуя веяниям моды, пытаются ставить трагедии в своем «Блистательном театре». Представления раз за разом проваливаются, новички не могут стать серьезными соперниками таким гигантам, как королевский Бургундский отель и театр Маре. В конце концов под гнетом долгов и провалов «Блистательный театр» в 1645 году вынужден уехать из столицы в поисках лучшей доли.

Этап жизни Мольера в провинции, наверное, стал одним из ключевых на его жизненном пути. Именно в это время Жан-Батист плотно знакомится с народным комедийным фарсом, усваивает его основные элементы. Сложно сказать, насколько сильно увлекся Мольер именно народными чаяниями и проблемами крестьян, однако то, что народная культура оказала на комедиографа сильнейшее влияние — бесспорно. Другой составляющей будущего успеха Мольера стала итальянская комедия дель арте, или комедия масок — импровизированные юмористические представления. Опираясь на народный французский фарс и комедию дель арте, Жан-Батист начинает создавать свои первые комические произведения: «Школьный учитель», «Ревность Барбулье», «Влюбленный доктор» и другие. Это становится началом будущего триумфа юного комедиографа. Публике, состоящей в основном из простолюдинов, было трудно воспринимать тяжеловесные трагедии, а вот комедийный фарс народу пришелся по душе.

За 13 лет своего пребывания в провинции труппа Мольера объехала с представлениями немало городов: Руан, Нарбон, Монпелье, Лион, Альби, Нант и другие. Актеры набирают популярность и вскоре начинают зваться лучшим провинциальным театром Франции. В коротких комедиях Мольер показывает близкие простому люду ситуации с фарсовыми персонажами: ловкий и хитрый слуга Маскариль, его легкомысленный господин Лелий, сварливый работорговец Труфальдин. Эти прообразы будущих персонажей пьес Мольера приходятся по вкусу народному зрителю. Даже брат короля Людовика XIV Филипп I Орлеанский оценил по достоинству пьесы Мольера.

Итогом успеха теперь уже достаточно профессиональной труппы могло стать только одно — новая попытка завоевать Париж.

Персонаж Сганареля в парижском издании 1850 года
Персонаж Сганареля в парижском издании 1850 года

Вторая попытка завоевать Париж

Работая над ранними комедиями, развивая жанр народного фарса, Жан-Батист проявляет себя как обличитель пороков дворянства и аристократии. Тем не менее, не питая никакой любви к высшему свету, Мольер сразу по прибытии во французскую столицу начинает пользоваться успехом у короля. В 1658 году труппа Мольера случайно оказалась перед Людовиком XIV. Представив одну из своих комедий, Мольер сразу заслужил одобрение короля, что позволило молодой труппе занять собственный театр «Пти-Бурбон». Так начался стремительный взлет карьеры Жана-Батиста и его труппы в Париже.

Смелые, злые пародии Мольера, едкие сатиры быстро завоевали популярность у парижской публики. Впрочем, любовь к мольеровским комедиям питала далеко не вся публика. Те, против кого была направлена сатира, негодовали. Столичная аристократия сразу заклеймила Мольера выскочкой и невеждой. Для парижской элиты было немыслимо, что провинциальные актеры открыто и без страха высмеивают аристократию. Зарождающийся конфликт между Мольером и французской элитой будет преследовать комедианта всю его жизнь и аукнется ему даже после смерти.

Впрочем, Жана-Батиста мало волновало мнение придворной элиты. Куда важней для него была любовь народа, которая, бесспорно, была на стороне будущего создателя «Тартюфа». «Смешные жеманницы», «Сганарель, или Мнимый рогоносец» — эти пьесы имели огромный успех. Мольер бесстрашно высмеивал глупость маркизов, лицемерие графов, напыщенность придворных. Успешно соперничая с королевскими театрами, Мольер вызывал дикую ярость у своих противников. Наконец, пользуясь связями и положением, враги Жана-Батиста добились того, чтобы труппу выдворили из театра «Пти-Бурбон». Однако благоволение короля к Мольеру было настолько велико, что вскоре после выдворения из театра труппа получила новое помещение в здании «Пале-Рояль». Здесь и создаются самые знаменитые произведения комедиографа, которые принесут Мольеру бессмертную славу.

Оноре Домье. Мнимый больной. 1673
Оноре Домье. Мнимый больной. 1673

От фарса — к «высокой комедии»

Мольер не мог долго оставаться в узких рамках комедийного фарса. Хотя этот жанр был очень близок Жану-Батисту, он понимал, что фарс сильно ограничен. Первые парижские пробы пера Мольера уже не были чистым фарсом, они включали в себя вполне реалистичные черты характеров. Пьесы становятся не короткими фарсовыми сценками, а всё больше принимают вид больших законченных произведений с центральной идеей. Таким образом, Мольер создает новую комедию, которая впоследствии получит название «высокой».

Одной из первых «высоких комедий» стала «Школа жен». Впервые поставленная в 1662 году, новая мольеровская пьеса произвела фурор. Вновь зрители разделились — простой народ с восторгом наблюдал, как в пьесе остроумно высмеиваются пороки дворянско-буржуазного общества, а элита со злостью шипела проклятья в адрес драматурга. Мольеру даже пришлось поставить пьесу «Критика «Школы жен», где он высмеял всех своих «критиков».

Стоит отметить, что переход от фарса к «высокой комедии» для Мольера стал действительно серьезным шагом. Фарс показывал зрителю пусть и пороки общества, но характеры, события были достаточно далеки от реальности, например, слуга мог побить своего господина. В «высокой комедии» Жан-Батист значительно приблизился к реализму, показав не просто недостатки высшего общества, но обнажив подлинное бытие, указав на истинное состояние дворянства, буржуазии и духовенства. И, конечно, одним из самых значительных произведений, безжалостно изобличающих гниль высших сословий, стал «Тартюф».

Сцена из «Тартюфа», иллюстрация Пьера Брисара. 1682
Сцена из «Тартюфа», иллюстрация Пьера Брисара. 1682

«Тартюф»

»Бессмертный Тартюф — плод самого сильного напряжения комического гения» — говорил Александр Пушкин. Пьеса дважды переписывалась Мольером и была дважды запрещена. Духовенство, особенно в лице тайной религиозной организации «Общество святых даров», возненавидело «Тартюфа» и предлагало пытать и сжечь автора крамольной пьесы.

«Тартюфы потихоньку и ловко вошли в милость у Вашего величества, и оригиналы добились запрещения копии, как бы она ни была незлобива и какой бы похожей ее ни находили», — писал Мольер королю.

Что же так напугало высший свет Франции в обычной пьесе?

Дело в том, что Тартюф стал не просто собирательным образом развратного, подлого и блудливого монаха. В конце концов, пороки священничества высмеивались и ранее, хотя и не так талантливо и яростно, как это сделал Мольер. Но автор «Тартюфа» не просто изобличил некоторых недобросовестных священников. По большому счету, он наносил удар по всей религии вообще.

«Но люди умные, когда они хотят,

Всегда столкуются и с промыслом небесным.

Круг совести, когда становится он тесным,

Расширить можем мы: ведь для грехов любых

Есть оправдание в намереньях благих».

Такую речь ведет Тартюф, пытаясь добиться расположения жены своего благоволителя. Но в этой речи слышится вовсе не отдельный священник, а вся католическая церковь, которая ко времени Ренессанса уже начала вырождаться. Те догматы, которые всегда служили для священников примером для подражания, стали во времена Мольера способом скрывать пороки. Ведь именно протестом против падения нравов в католической церкви стала Реформация, результатом которой стало оформление протестантизма.

Очевидно, нападение на основы своей власти и почувствовало высшее духовенство, требовавшее сжечь Мольера. Однако комедиограф не знает страха и не останавливается на «Тартюфе», создавая комедии «Дон Жуан, или Каменный гость» и «Мизантроп». Обличая в этих пьесах нравы высшего общества, его лицемерие, потакание порокам, блуд, легкомыслие, Мольер бил гораздо глубже, задавая, в итоге, вопрос о том — каков всё же человеческий идеал? Фактически Жан-Батист предвосхитил будущий протест Революции, которая провозгласит идеалы «свободы, равенства и братства».

Мольер. «Мизантроп». 1734. Резцовая гравюра Л. Кара по рисунку Ф. Буше
Мольер. «Мизантроп». 1734. Резцовая гравюра Л. Кара по рисунку Ф. Буше

Мольер — певец народа?

Жан-Батист Мольер в своих пьесах категоричен и безжалостен. Его сатира не щадит никакие человеческие слабости, беспощадно высмеивая глупость, корысть, эгоизм, самодурство и другие низкие стороны человечества. Говоря языком русского поэта Ивана Аксакова, Мольер «позорит, гремит укорным словом». Жан-Батист делает это блестяще и талантливо, вызывая неподдельную ярость у врагов и искренний у смех у своих сторонников.

Но всё же надо сказать, что пьесы Мольера — это не призывы к борьбе. Являясь смелым обличителем низости и лжи, Мольер не идет далее и не призывает бороться с теми пороками, которые сам высмеивает. Как глас вопиющего в пустыне звучат слова мизантропа Альцеста: «И вызвать я б хотел весь род людской на бой!».

Комедиограф вполне свободно чувствует себя рядом с королем, несмотря на то, что сам обличает придворные обычаи. Пробыв 13 лет в провинции, Мольер вовсе не становится «певцом народа»; он продолжает оставаться аристократом, для которого простолюдин — это в первую очередь простолюдин. Если Аксаков призывал не только «греметь укорным словом», но и «поднимать на тяжесть общего труда», то Мольер останавливается только на том, чтобы «позорить и греметь».

Буря Революции еще только начинает зарождаться. Третье сословие еще не чувствует вполне духа Истории, оно готово уживаться с монархией, несмотря на все возникающие противоречия. Но противоречия нарастают, и, возможно, Мольер стал одним из тех, кто подтолкнул буржуазию на дальнейшее развитие протеста, который предстанет миру в виде Великой французской революции.

Э. Ренар. Смерть Мольера. 1912
Э. Ренар. Смерть Мольера. 1912

Читайте развитие сюжета: Роберт Бёрнс: народный певец братства народов