Лариса Семенова: Эстония против Центра информации по правам человека

Таллин, 22 марта 2004, 22:59 — REGNUM  

Описать нашу историю меня побудили, во-первых, пожелания читателей всех возможных СМИ, которые хотели узнать, что же все-таки произошло в Центре информации по правам человека во время проверки, проведенной Таллинским налоговым департаментом юридических лиц (ТНДЮЛ) (ныне - Северный налоговый центр (Põhja Maksu Keskus). Во-вторых, мне кажется, что история эта поучительная во всех отношениях...

Вместо пролога

"Не надо ссориться с налоговыми органами!", но в жизни это не всегда получается. В конце 98-го или 99-го года прошлого столетия у нас произошел небольшой спор с налоговым департаментом по поводу внесения в списки НКО, которые освобождаются от целого ряда налогов. Первое решение налоговиков было не в нашу пользу: из списков мы были исключены. Мы опротестовали это решение, сославшись на его незаконность. Налоговики вынуждены были с нами согласиться. В ответе по телефону они уверили нас, что в списки мы будем внесены, а вот письменного ответа они не дадут. И внесли, но, по всей видимости, запомнили. Произошло все это накануне рождества и Нового года...

Начало истории, которую мы собрались рассказать, совпало с концом столичного департамента социальной безопасности и интеграции. В связи с этим меня, директора нашего Центра Алексея Семенова и других сотрудников неоднократно вызывали в КАПО для дачи показаний о деятельности департамента и комиссии по интеграции, в которую Семенов входил, а также о деятельности Центра по проектам, финансирование которых поступало из департамента.

По публикациям в прессе читателю уже известно, что КАПО в то время проводило расследование по делу руководителей департамента Шера и Панченко. В беседах с ними следователи не скрывали, что следующей "мишенью" станет наш Центр, куда они "направят своего ревизора".

С февраля по апрель 2002 г. Центр попал в зону особого внимания ТНДЮЛ, который стал с регулярностью в неделю "бомбить" нашу организацию предписаниями. Поскольку бухгалтерия Центра в то время вела бухгалтерский учет еще одной правозащитной организации - Эстонской Ассоциации прав человека, то предписания чередовались в адрес то одной, то другой организации, но, заметьте, все они приходили на адрес Центра. Наша бухгалтер с трудом успевала их отслеживать. Одними предписаниями налоговики не ограничились - они чуть ли не каждый день звонили в наш Центр, хотя до этого времени налоговый департамент нас своим вниманием не баловал - 2-3 предписания в год, а о звонках и речи не было.

Наконец настал их час! Наша бухгалтер просрочила на месяц с оплатой налогов Эстонской Ассоциации прав человека, деятельность которой к тому времени практически была завершена из-за отсутствия действующих проектов. Налоговики напомнили Ассоциации об этом, но предписание на это раз послали по... старому адресу регистрации, и ни Ассоциация, ни наша бухгалтер его не получили. Но счета Ассоциации были арестованы.

Наш Центр выразил протест по поводу незаконного ареста счетов Ассоциации как в письменной, так и в устной форме бывшему директору Айвару Сыерду во время визита к нему. В ответ мы получили предписание о проведении ревизии и в Ассоциации и в Центре за три предыдущих года, т.е. с 1999 по март 2002 включительно.

В мае 2002 г. мы представили в ТНДЮЛ 17 пухлых папок с финансовой документацией. Первый ревизор была удивлена их количеством и объемом. "Я думала - у вас две-три папочки будет!" - заметила она, когда нашими папками была заполнена половина комнаты. Инспектор же налогового департамента на вопрос ревизора в нашем присутствии ответила, что "у нее к Центру информации претензий нет".

Продолжение истории

Первый ревизор, назначенный для проведения ревизии в Центре, вскоре уволилась и вот тогда-то, наверное, КАПО сдержала свое обещание. Вторым ревизором, проводившим у нас ревизию, была г-жа Урсула Подмошенски. Советую читателями запомнить эту фамилию, потому что по закону субъект ревизии имеет право отвода ревизора.

Симпатичная молодая девушка вызывала доверие и симпатию. Кто бы мог предположить, что всю открыто предоставленную ей информацию она так ловко использует для откровенной фальсификации результатов ревизии? Я не буду утруждать читателя подробностями. Если кому будет интересно узнать всю подноготную и технику подтасовки - может обратиться к нам в Центр. Мы поделимся нашим опытом - он может пригодиться.

Г-жа Подмошенски споро "справилась" с ревизией. Ревизионный акт был "состряпан" менее чем за 3 месяца, и к концу октября представлен вышестоящему начальству. Начальство в лице г-жи Карин Кауп, исполняющей обязанности заведующей IV ревизионным отделом, акт подписало 27 ноября 2002 г.

Получив на руки акт ревизии, мы обнаружили, что, оказывается, ухитрились "скрыть" от государства 1/3 от всех выплаченных нами за три года налогов - и это при отсутствии коммерческой деятельности и наличных от нее!

По содержанию ревизионного акта мы поняли, что без помощи специалистов по налогам нам не обойтись, и обратились в международную аудиторскую фирму Ernst & Young Baltic AS. Специалисту по налогам мы представили для анализа ревизионный акт с приложениями, необходимую финансовую документацию и исчерпывающие пояснения. В результате он обнаружил целый ряд ошибок и нарушений закона, допущенных ревизором. Например, им было указано, что мы имеем право потребовать от налогового управляющего проведение заключительной беседы, которой не было. Что мы и сделали.

Во время заключительной беседы, которая состоялась 23 декабря 2002 г., представители ТНДЮЛ отказались отвечать на наши вопросы и возражения. Единственным их ответом было: "Ваше право отразить ваши замечания в особом мнении, или оспорить в суде". На подготовку особого мнения они нам отвели всего 2 недели, и представить его мы должны были не позднее 2 января 2003 г.!

Мы отдаем должное высокому профессионализму и выражаем особую благодарность г-ну Тынису Якобу, главному специалисту по налогам Ernst & Young Baltic AS, который, не взирая на рождественские и новогодние праздники, оказал нам неоценимую помощь и сделал все возможное, чтобы мы смогли представить в срок наши возражения.

Но это еще не конец истории...

По прошествии одиннадцати месяцев после представления наших возражений и ровно через год после получения акта ревизии, 2 декабря 2003 мы неожиданно получаем решение о налоге, в котором нет ничего нового по сравнению с ревизионным актом, если не считать суммы налога, которая "выросла" на 68 с лишним тысяч крон с учетом процентов... за те самые 11 месяцев.

Вы спросите - почему неожиданно. Дело в том, что в Законе о налогообложении не сказано четко, какое время отводится налоговому управляющему для принятия решения, но устанавливается, что применяются положения Закона об административном производстве, если иное не предусмотрено настоящим законом. А в соответствии с этим законом все сроки истекли. Можно было предположить, что налоговики с нашими доводами согласились. Но, оказалось, что они их просто проигнорировали и решили нам очередной раз преподнести рождественский "подарок"!

У нас оставалось две возможности: представить еще раз свои возражения уже в вышестоящий республиканский Налоговый и таможенный департамент или подать жалобу в суд. Мы выбрали первое, потому что еще оставалась надежда на объективное решение несмотря на то, что обращение в суд могло оградить нас от ареста банковских счетов. Мы надеялись, что эту крайнюю меру налоговики применять не будут, так как мы - открытая некоммерческая организация и не действуем через подставные или офшорные фирмы.

Но чиновники из ТНДЮЛ думали иначе и в январе наложили арест на наши банковские счета. До этого момента мы не собирались выносить наши взаимоотношения с налоговиками на суд общественности несмотря на очевидные провокации с их стороны. Так, 19 декабря 2002 г. накануне парламентских выборов во многих СМИ на эстонском языке появились публикации о том, что Центр нарушает закон и не платит налоги, с фотографией нашего директора Алексея Семенова, который должен был баллотироваться в списке ОНПЭ. Информация была получена от налоговых органов незаконно, так как ревизия была не закончена и окончательного решения не вынесено. Вторая публикация А.Иконникова "Химчистка для денег" в газете "Эстония" появилась летом 2003 г. и совпала с активизацией деятельности налоговиков, пригласивших бывших сотрудников Центра для сбора дополнительной информации уже после окончания ревизии.

Несмотря на эти публикации, мы продолжали "хранить молчание". У нас были основания предполагать, что это политический заказ, но были и сомнения и надежда на положительное решение в нашу пользу. Мы прекрасно понимали, что только в этом случае нам поверят, что мы не мошенники. Но, получив решение о налоге в конце ноября прошлого года, а тем более после ареста наших банковских счетов все наши сомнения развеялись. Мы поняли, что нашу организацию хотят финансово "придушить" и прикрыть, как это произошло с Таллиннским департаментом социальной безопасности и интеграции. Ведь ревизора почему-то так интересовали наши взаимоотношения со столичным департаментом и комиссией по интеграции. Во время одной из бесед со мной она вдруг попросила прокомментировать публикацию о департаменте в газете "Постимеэс".

Помимо этого всем известно, что финансирование Центра поступает в основном от зарубежных доноров. Как правило, большинство организаций-доноров устанавливают сроки для представления заявок на финансирование в феврале-марте. Многие из этих организаций требуют подтверждения, что у ходатайствующей о субсидиях организации с налогами все в порядке, и она не является банкротом.

Решение ТНДЮЛ означало, говоря по существу, умышленное банкротство и закрытие Центра информации по правам человека - ведущей правозащитной организации в Эстонии и единственной организации такого рода, которая профессионально занимается помощью представителям меньшинств. Следует ли "выносить сор из избы"?

Следует, если вы действительно хотите избавиться от всякого рода нечисти и грязи в своем доме! После ареста счетов мы обратились и в СМИ, и к правительству, и к президенту ЭР, а также к нашим зарубежным коллегам.

По нашему мнению, проведение ревизии в Центре было необоснованным и нецелесообразным, а ее выводы неверными, предвзятыми и политически ангажированными. Мы, тем не менее, рассматриваем это как своего рода положительный опыт. Он позволил нам ознакомиться со сферой, в данном случае с деятельностью налоговых органов, которая до сих пор оставалась вне нашего внимания, но которая, по нашему глубокому убеждению, требует бдительного контроля со стороны общественности, правительства и парламента. Особенно это касается сферы законотворчества и исполнительной системы, в которой, несомненно, требуются реформы в преддверии вступления в ЕС, что предполагает создание цивилизованной европейской, а не "азиатской" системы взаимоотношений между государством, предпринимательскими структурами и гражданским обществом.

Мы очень благодарны всем республиканским и зарубежным СМИ, которые объективно освещали нашу историю. Это и газета "Молодежь Эстонии", и "Радио 4", которое первым откликнулось, и ЭТВ, и STV, и Орсент ТВ, и интернет-порталы Delfi, и еженедельник "Вести", и BNS, и многие другие зарубежные источники информации. Это была большая моральная поддержка для нас, и мы думаем - хорошая проверка для наших СМИ на свободу слова. Мы благодарны нашим зарубежным коллегам-правозащитникам и всем тем, кто выразил свою солидарность, веру и поддержку.

5 февраля республиканский Налоговый и таможенный департамент согласился с нашими аргументами и полностью отменил решение таллинского департамента. 10 февраля, после нудных проволочек, таллинский департамент подчинился этому решению и выдал нам справку о том, что никаких налоговых долгов за Центром не числится.

Трудно судить, повлияли ли наши обращения и внимание СМИ на решение Налогового и Таможенного департамента? Будем надеяться, что он руководствовался именно профессиональным долгом и законом. За два года работы с налоговыми органами мы могли убедиться, что для многих чиновников из налоговых органов профессиональные долг и честь - не пустой звук.

Мы надеемся, что наш пример послужит наукой не только тем, кто окажется в такой же ситуации. И налоговые органы, которые содержатся на средства, налогоплательщиков, будут более ответственно подходить к выбору субъектов ревизий, проведение которых дорого обходится и налогоплательщикам и государству. Результаты же нецелесообразно и непрофессионально проведенной ревизии не оправдывают этих затрат.

Вместо эпилога, или закон есть закон

Какой бы ни был закон суров - его надо исполнять. Но это не означает, что его нельзя изменять. Это необходимо делать регулярно, если законы не выполняет своих функций по реализации общественных интересов и решению социальных проблем. Надзор за действием законов и их применением на практике должны осуществлять как государственные институции (суды, омбудсмены, парламентские комиссии и т.д., в том числе и налоговые органы), так и общественные организации. В нашем эстонском обществе такие институции и организации есть, но знают ли они о своих правах и насколько ими пользуются - остается вопросом. Ревизор, проводившая проверку в Центре, воспринимала как что-то еретическое мои высказывания о том, что наше законодательство о налогах и бухгалтерском учете не отражает специфики отношений в предпринимательстве и "третьем" секторе, что его надо менять. В ревизионном акте мои замечания по этому поводу и были отмечены как что-то негативное, доказывающее вину Центра.

У нас существует целый ряд общественных структур: Союз налогоплательщиков, Союз предпринимателей, Союз юристов, Адвокатура и т.д. Проводят ли они анализ законодательства, выступают ли они с рекомендациями об изменении законодательства, насколько они выполняют свою миссию по выражению общественных интересов? Мне и в нашем Центре практически ничего об этом не известно.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.