В Кургане начался сбор подписей с требованием проведения независимой экологической экспертизы перед началом разработки уранового месторождения Добровольное в Звериноголовском районе Курганской области. Несколько подписных пунктов рассредоточены по столице Зауралья, ещё несколько подписных листов находятся на руках у активистов движения «Курган-Антиуран», сообщила корреспонденту ИА REGNUM одна из сторонниц независимой экспертизы, общественница Софья Данаилова.

Добыча урана
Добыча урана
Alberto Otero Garcia

«Одни ученые говорят, что разработка месторождения Добровольного — второй Чернобыль, и все мы умрем или мутируем, другие уверяют, что от действий уранодобытчиков травинка не пострадает. Истина где-то посередине. Поэтому необходима объективная и непредвзятая экспертиза, которая предупредила бы о рисках разработки Добровольного. Необходимы неопровержимые доказательства того, что предстоящая добыча урана методом скважинного подземного выщелачивания именно в Звериноголовском районе безопасна для людей», — пояснила суть инициативы активистка движения «Курган-Антиуран» Софья Данаилова.

Истоки экологического протеста

В движение «Курган-Антиуран» приглашают, как говорится, и стар, и млад. «Против добычи урана в Курганской области должен выступить не только каждый курганец, но и вообще каждый уралец, которому небезразлично состояние родного региона. Курганцы, тюменцы, челябинцы, свердловчане, оренбуржцы — все должны выступить против добычи урана в Кургане и поставить свои подписи против преступной разработки месторождения Добровольное, ибо это касается всех нас», — считает курганский студент Иван Ильин.

Почему люди против? Ведь разработка Добровольного сулит миллиардные вливания в бюджет, рабочие места, высокие зарплаты. Однако, согласно исследованию Института стратегических коммуникаций, самыми неблагополучными регионами с точки зрения статистики онкозаболеваний оказались Ярославская, Орловская, Курганская, Рязанская и Тульская области. Сельскохозяйственная Курганская область занимает третью строчку онкологического рейтинга, опережая заполоненные заводскими трубами металлургических комбинатов Свердловскую и Челябинскую области. Главный уральский онколог, заслуженный врач РФ Вячеслав Шаманский, заявляет о пятом месте Зауралья по онкозаболеваемости в России — все равно в лидерах. Помимо бушующей онкологии, которая, по домыслам, связывается с разработкой урановых месторождений в Зауралье, выдвигаются предположения о радиационном озере под землей, которое разбудят уранодобытчики в Добровольном, вплоть до фонтанов.

Напомним, АО «Далур» разрабатывает на территории Курганской области три урановых месторождения — Далматовское, Хохловское и Добровольное.

Стоит ли бояться радиоактивных фонтанов?

Неразбериху в безопасности разработки уранового месторождения вносят и сами ученые мужи — разночтениями и толкованиями. Бывший депутат Звериноголовской думы Николай Афанасьев сообщил корреспонденту ИА REGNUM, что имел возможность сравнить два документа. Открывший месторождение и давший ему имя «Добровольное» главный геолог АО «Далур» Юрий Лаптев дал развернутые ответы на вопросы противников разработки урана в Звериноголовском районе. Есть у Афанасьева на руках и характеристика Добровольного, подготовленная департаментом по недропользованию по Уральскому Федеральному округу (Уралнедра) в 2012 году.

Главный геолог «Далур» утверждает, что никаких радиоактивных фонтанов не будет при разработке. «Месторождения Курганской области, в том числе Добровольное, очень удобны для отработки самым безопасным и оказывающим минимальное воздействие на окружающую среду способом скважинного подземного выщелачивания (СПВ), — поясняет главный геолог АО «Далур» Юрий Лаптев. — Специальный так называемый продуктивный раствор, который мы будем закачивать под землю, никуда не уйдет из древнего русла реки, он будет «гулять» по рудоносному горизонту, вбирая в себя уран. Продуктивный раствор закачивается и откачивается специальными насосами, ни о каком потоке из-под земли под напором речи не идет. При бурении технологических скважин не может возникнуть никаких фонтанов. Все эти работы проводит специализированная буровая компания добывающего дивизиона ГК «Росатом» — АО «РУСБУРМАШ». Она, естественно, полностью соблюдает технологию: при бурении в скважину закачивается специальный глинистый раствор, который своим весом сдерживает напор подземных вод (если он проявляется). Скважины специальным образом цементируются (в том числе затрубное пространство) и подключаются к системе с обратными клапанами».

«Юрий Иванович Лаптев в своих ответах крайне противоречив, — оппонирует Николай Афанасьев. — Изначально он отрицает наличие напорных вод, но далее утверждает, что «воды юрского горизонта действительно можно назвать напорными». Отрицание наличия высоконапорных вод в рудовмещающем горизонте прямо противоречит краткой геологической характеристике Добровольного, предоставленной Департаментом по недропользованию по Уральскому Федеральному округу (Уралнедра). Дальнейшее цитирование будет идти именно по этому документу. Итак, п.4 этой характеристики гласит: «В региональном плане геолого-гидрогеологическая позиция района определяется его положением в южной краевой части Тобольского артезианского бассейна, принадлежащего к крупной Западно-Сибирской водонапорной системе». Ещё одна цитата: «Рудовмещающие отложения составляют с породами фундамента единый водоносный комплекс…». В пункте 6 утверждается, что этим рудовмещающим комплексом является среднеюрско-меловой. Питание этого горизонта осуществляется путём транзита вод из трещинных зон фундамента в пределах Западно-Сибирского бассейна, и там же: «Воды высоконапорные. Высота подъёма воды над земной поверхностью 41−48,4м».

Ну, а теперь цитирую Юрия Ивановича: «Дно и берега реки — это кристаллический скальный фундамент, не пропускавший и не пропускающий никакой воды, как и другой жидкости (в том числе и наш продуктивный раствор). А сверху месторождение перекрыто стометровой толщей осадочных пород». Получается какая-то «консервная банка» с урановой рудой! Такого в природе быть не может. Ещё одна цитата: «…все три месторождения, в том числе и Добровольное, отделены от артезианского бассейна». Так «единый водоносный комплекс», или «отделены»? «Питание горизонта осуществляется путём транзита вод из трещинных зон фундамента …» или «Скальный фундамент, не пропускавший и не пропускающий никакой жидкости»? «Высоконапорных вод нет», или «воды высоконапорные (41−48,4 м.)»? Кому верить, кто прав — Далур или Уралнедра?»

Не развеял опасения главный геолог «Далура» и по поводу прорвавшихся во время геологоразведочных работ водных скважин». «В далеком 1989 году, действительно, при бурении разведочной скважины В-207 на профиле 65 у дороги, идущей по границе Заречного Бора, была нарушена технология. Из скважины начала литься вода. Для ликвидации этого сразу же была пробурена новая наклонная скважина. Через нее в ствол закачали специальную быстросхватывающуюся тампонажную смесь на основе цементирующего и органического материалов. В скважине было установлено несколько цементных мостов. Затем скважина затампонирована на всю мощность ствола, что исключает смешивание пластовых вод рудного горизонта с водами вышележащих горизонтов», — поясняет в письме Юрий Лаптев.

«Факты убеждают, что права материально незаинтересованная сторона, а именно — Уралнедра, утверждает Николай Афанасьев. — Высоконапорные воды — это реальность, это следствие того, что месторождение расположено в южной краевой части Тобольского артезианского бассейна. А любой артезианский бассейн имеет зоны питания, напора и разгрузки и обширнейшее распространение. Зоны разгрузки приурочены к окраинам бассейна и (или) к разломам земной коры. Это азы гидрогеологии, которые прописаны в любом учебнике по гидрогеологии. Естественно, зона разгрузки есть и у Тобольского артезианского бассейна, она обозначена на гидрогеологических картах и приурочена к разлому Звериноголовский, далее идёт по Притобольному и Куртамышскому районам».

И это, отметим, лишь один момент, из-за которого активисты «Курган-Антиуран» подозревают специалистов АО «Далур» в лукавстве.

Гарантия безопасности 35 лет?

Но есть информация от АО «Далур», которая «убивает общественников наповал». «Технология скважинного подземного выщелачивания (СПВ) разрабатывалась независимо друг от друга в СССР и в США в середине 1970-х годов. При данном методе не происходит изменения геологического состояния недр, так как не производится выемка горнорудной массы, — сообщает в своем письме главный геолог АО «Далур» Юрий Лаптев. — Сама руда остается на месте залегания, ее не достают из-под земли. К месторождению с земной поверхности пробуривают скважины, в которые закачивается раствор из комплексообразующих реагентов (в данном случае серная кислота) и окисляющий компонент (в том числе, перекись водорода). Проходя через руду, выщелачивающий раствор окисляет и растворяет только урановые минералы, не растворяя саму руду. При применении метода СПВ под землей не остаются пустоты, из рудоносного слоя выделяется и поднимается наверх только сам металл. Раствор из комплексных реагентов — это отнюдь не концентрированная серная кислота, ее содержание в нашем растворе всего 0,5−0,6% или 5−6 грамм на литр. Для понимания: такой раствор можно практически безбоязненно пролить, например на руку. Ничего не разъест. Если на руке будет царапина — немного пощиплет. Конечно, такого делать не надо. Но все-таки это даже не раствор, который содержится, скажем, в аккумуляторах (если прольешь, разъест штаны), а намного более слабый», — отмечает Юрий Лаптев.

Таким образом, характеристики раствора никак не скажутся на работе оборудования, обсадных труб и материалов, а также не окажут негативного влияния на безопасность добычи. Проще говоря, раствор не сможет разъесть применяющиеся материалы, — отмечает эксперт.

«В качестве примера можем привести трубы ПНД 110×18 и ПНД 160×18, которые запланированы для использования на Добровольном месторождении. Гарантированный срок их безопасного использования после тампонирования составляет не менее 35 лет. Действительно, первая подобная труба была применена нами на Далматовском месторождении в 1980 году. Никаких инцидентов с ней до сих пор не зафиксировано», — говорит Юрий Лаптев.

Гарантийный срок труб оппонент уранодобытчиков Николай Афанасьев понимает, как главную угрозу. «То есть примерно через 15−20 лет после окончания добычи урана на Добровольном месторождении полиэтиленовые трубы начнут трескаться и по этим трещинам начнёт подниматься на поверхность земли радиоактивная вода с отработанного месторождения! — возмущается он. — Вокруг каждой скважины начнёт расплываться, всё увеличиваясь, радиоактивное пятно. А скважин будет около тысячи… И это всё будет происходить в затопляемой во время половодья зоне. Возникают извечные вопросы: «Что делать? Кто виноват?». К «Далуру» претензий никаких быть не может, ведь они работали по утверждённой технологии, на которую получили лицензию, и строго соблюдали все технологические процессы. Да и «Далура» к тому времени, наверное, не будет… Что делать? Менять трубы через каждые 35 лет на протяжении 5 миллионов лет? Только вот за чей счёт?».

Нужно отдать должное специалистам АО «Далур», которые пятый год, начиная с 2012-го, убеждают власти и население в безопасности разработки уранового месторождения Добровольное. Но их потуги имеют, грубо говоря, обратный эффект. Чем больше они вдаются в подробности грядущих процессов, тем меньше доверия у местных жителей к уранодобытчикам, возникает цепная реакция «вопросом на вопрос». У оппонентов разработки Добровольного, после развернутого ответа АО «Далур», вновь возникла череда серьезных опасений, которые могла бы развеять непредвзятая экологическая экспертиза.

Читайте развитие сюжета: Зауральцы в судах добиваются мирного атома на своей земле