С 28 ноября по 1 декабря 1943 года в столице Ирана Тегеране руководители СССР, США и Великобритании — Сталин, Рузвельт и Черчилль обсуждали положение на фронтах Второй мировой войны. Об этой конференции написано много, снят знаменитый фильм «Тегеран-43», есть воспоминания советских разведчиков. Тем не менее осталось еще множество нераскрытых загадочных сюжетов. Об одном из них — как и какими путями лидеры СССР, Англии и США добирались до Тегерана — сегодня речь.

Мичурин Александр Михайлович. Тегеранская конференция руководителей трёх союзных держав. 1943
Мичурин Александр Михайлович. Тегеранская конференция руководителей трёх союзных держав. 1943
Карта Ирана. Тегеран. Граница 1941-1943
Карта Ирана. Тегеран. Граница 1941-1943

Дороги, которые вели союзников из Москвы, Вашингтона и Лондона в Тегеран, были полны трудностей и опасностей. Сталин, Черчилль и Рузвельт обменялись 32 посланиями, прежде чем определили сроки и место встречи. Сталин предлагал провести конференцию на территории СССР — на юге, в Астрахани, либо на севере, в Архангельске. Рузвельт же считал, что территория СССР для переговоров не подходит, и предлагал собраться на Аляске. Варианты Багдада и Каира тоже были отклонены. Черчилль говорил о Скапа-Флоу на Оркнейских островах Англии. В конце концов, выбрали Тегеран. Причины понятны. Территория этой страны контролировалась советскими, английскими и частично американскими войсками. Части Красной армии и британский военный контингент вошли в Иран в конце 1941 года. Американские войска появились там в конце 1942 года. Но обстановка в Иране оставалась сложной. После отречения и отъезда из Ирана Реза-хана на престол был возведен его старший сын Мохаммед-Реза. Официальные представители Германии и ее союзников, а также большинство их агентов были интернированы и высланы. Тем не менее в начале сентября 1943 года в Тегеран были заброшены две группы немецких диверсантов: одна в район, где проживали кашкайские племена, другая — через границу Турции под видом торговцев чаем. Связано это было с тем, что сведения о планируемой в Тегеране встрече Сталина, Черчилля и Рузвельта стали все же известны германской армейской разведке. Историки считают, что «утечка» произошла от законспирированного агента абвера «Цицерона» в британском посольстве. На основе этой информации в штабе адмирала Канариса был разработан план операции «Длинный прыжок», направленной на ликвидацию лидеров «большой тройки».Так что опасности для Сталина, Рузвельта и Черчилля были реальными.

Американский линкор «Айова»
Американский линкор «Айова»

13 ноября 1943 года линкор «Айова», эскортируемый эсминцами, на борту которого находился президент Рузвельт, вышел в Атлантический океан, взяв курс к берегам Африки и утром 20 ноября пришвартовался в алжирском порту Оран. 22 ноября самолет Рузвельта приземлился на каирском аэродроме английских ВВС. Черчилль отправился в путешествие из Плимута на корабле «Ринаун», который утром 21 ноября бросил якорь в Александрии. В Каире состоялись двусторонние англо-американские переговоры, на которых была проведена «сверка часов» перед встречей со Сталиным в Тегеране. 27 ноября Рузвельт прибыл на каирский аэродром. В 7 часов утра президентский самолет «Священная корова» поднялся в воздух и после почти семичасового беспосадочного полета приземлился на тегеранском аэродроме. Американская служба безопасности обеспечила строжайшую секретность — почти никто не встречал президента, не было выстроено почетного караула. Без эскорта бронемашин Рузвельт проследовал в миссию США в Иране, став гостем американского посланника Луиса Дрейфуса. Черчилль направился из Каира в Тегеран также на рассвете 27 ноября, но своим путем. В Тегеране его встретили с большей помпой и меньшей степенью безопасности.

Президент Франклин Рузвельт на C-54 Skymaster (самолёт с названием «Священная корова»)
Президент Франклин Рузвельт на C-54 Skymaster (самолёт с названием «Священная корова»)

Особые мероприятия по обеспечению безопасности приезда Иосифа Сталина в Тегеран предпринимала и Москва. В первую очередь в любой секретной переписке было строжайше запрещено употреблять слово «Тегеран». 12 октября 1943 года в район Астары в Азербайджан прибыл специальный полк НКВД. Задача, для выполнения которой эта часть была специально создана, состояла в обеспечении безопасности Тегеранской конференции. Если подходить к этому вопросу с формальной точки зрения, то справка, подготовленная одной из российских спецслужб о маршруте Сталина из Москвы в Тегеран и опубликованная в одном из выпусков газеты «Комсомольская правда», не вызывает острых вопросов. Тем более что сведения, приведенные в этом материале, не повергаются сомнениям со стороны большинства современных историков.Но.

Литерный поезд № 501
Литерный поезд № 501
Samsonsholademi.ru

Вечером 22 ноября 1943 года Иосиф Сталин, Вячеслав Молотов и Клим Ворошилов отбыли специальным поездом из Москвы в Баку. Литерный поезд № 501 шел по маршруту Москва — Сталинград — Баку. Сталин располагался в отдельном бронированном вагоне, весившем более 80 тонн. В отдельном вагоне ехал и Берия, ответственные работники Наркомата иностранных дел и Генерального штаба. По пути следования не обошлось без «приключений». На одном из участков пути поезд чуть было не попал под налет германских бомбардировщиков. Были и технические неполадки. Как следует из донесений, это происходило «из-за выделения неисправных паровозов, расплавления подшипников, горения буксов, выявления лопнувших рельсов…». Поездная бригада еле-еле укладывалась в график. 26 ноября литерный поезд № 501 прибыл на станцию Килязи, что в 85 километрах от Баку.

Литерный поезд № 501
Литерный поезд № 501
Samsonsholademi.ru

Недавно бакинский историк Эльчин Гасанов разыскал в местных архивах отчетную справку, составленную, судя по всему, одним из азербайджанских партийных работников. В ней утверждается, что Сталин все же прибыл на главный железнодорожный вокзал Баку «Сабунчи», где его встретил тогдашний Первый Секретарь Азербайджана, Мир-Джафар Багиров. Они уселись в служебную машину, и Сталин попросил прокатиться по улицам Баку, так как он тут был в последний раз в 1920 году. Спустя несколько часов, как утверждает историк Эльчин Гасанов, Сталин улетел в Тегеран. Теперь попытаемся сопоставить приведенную информацию с той, которая содержится в мемуарах Александра Евгеньевича Голованова, командующего Дальней авиацией. «В Баку было четыре часа утра, когда мне позвонил Сергей Круглов, начальник оперативного управления НКВД, и сообщил, что в пять часов я должен быть на вокзале, — пишет Голованов. — Не успел поезд еще остановиться, как я услышал свою фамилию и направился к вагону, откуда меня позвали. Прошел в салон, где, кроме Сталина, были Ворошилов, Молотов и Берия. Поздоровавшись, Сталин спросил, все ли в порядке. Ответив утвердительно, я доложил, что погода, как говорится, по заказу. Кругом тихо, на всем маршруте безоблачно, болтанка отсутствует. Выслушав меня, Сталин сказал, что имеется в запасе день. В Тегеране нужно быть завтра, и поэтому он предлагает мне слетать туда и вечером вернуться обратно, а завтра вместе полетим в Тегеран. Решение было принято, и некоторое время спустя все отправились на аэродром, где уже ждали самолеты. Машины поднялись в воздух, по-моему, часов в восемь утра. Самолеты дошли до Тегерана отлично».

Александра Евгеньевича Голованов
Александра Евгеньевича Голованов

Но Александр Голованов не ставит «точку». В момент, когда вышли в свет его мемуары, аналогичные воспоминания были уже опубликованы маршалом С.М. Штеменко. В этой связи Александр Голованов счел необходимым сделать следующую ремарку: «Некоторые авторы мемуаров делают попытку описать полет Сталина в Тегеран по-своему, как будто они присутствовали при этом или, по крайней мере, знали, как шла подготовка к полету и его организация. Так, С.М. Штеменко в своей первой книге «Генеральный штаб в годы войны» пишет: «…К вечеру приехали в Баку. Здесь все, кроме меня, сели по машинам и куда-то уехали. Я ночевал в поезде. В 7 часов утра за мной заехали, и мы отправились на аэродром. На летном поле стояло несколько самолетов Си-47. У одного из них прогуливался командующий ВВС А.А. Новиков и командующий Авиацией дальнего действия А.Е. Голованов. У другого самолета я заметил знакомого мне летчика В.Г. Грачева. В 8 часов на аэродром прибыл И.В. Сталин. Новиков доложил ему, что для немедленного вылета подготовлены два самолета: один из них поведет генерал-полковник Голованов, другой — полковник Грачев. Через полчаса пойдут еще две машины с группой сотрудников Наркоминдела. А.А. Новиков пригласил Верховного Главнокомандующего в самолет Голованова. Тот сначала, казалось, принял это приглашение, но, сделав несколько шагов, вдруг остановился.

Маршал авиации Александр Новиков на командном пункте. 1943
Маршал авиации Александр Новиков на командном пункте. 1943
Mil.ru

— Генерал-полковники редко водят самолеты, — сказал Сталин, — мы лучше полетим с полковником. И повернул в сторону Грачева. Молотов и Ворошилов последовали за ним.

— Штеменко тоже полетит с нами, в пути доложит обстановку, — сказал Сталин, уже поднимаясь по трапу.

«Нужно сказать, что написанное С.М. Штеменко не соответствует действительности, — уточняет Голованов. — Во-первых, поезд прибыл в Баку ранним утром, а не накануне вечером; во-вторых, А.А. Новиков не мог прогуливаться с А. Е. Головановым около самолета просто потому, что Новикова там не было, и о полете Сталина в Тегеран он ничего не знал. Если бы Новиков действительно был на аэродроме, он не мог докладывать Верховному о генерал-полковнике Голованове, ибо последний имел воинское звание маршала; в-третьих, ни с кем никакого разговора на аэродроме Сталин не вел, ибо и вести-то его было незачем, так как все вопросы полета были решены в вагоне. Свидетельствую все это, как лицо, несшее прямую ответственность как за всю организацию, так и за сам полет в Тегеран и обратно».

Но перед нами лежат еще одни «Воспоминания», написанные сотрудником Госбезопасности Александром Яшиным: «Сталин и его свита сразу же проследовали на аэродром, где их уже ждали шесть американских самолетов «Дуглас» С-47. Как в Тегеран, так и обратно вся делегация летела в одном самолете, что, на мой взгляд, было очень опасно. За штурвалом первого самолета был командующий авиацией дальнего действия маршал Александр Голованов, а второго — личный пилот Сталина полковник Валентин Грачев. Когда руководители СССР подходили к первому самолету, у него чихнул мотор. А это, как известно, плохая примета. Сталин развернулся, и все пошли во второй самолет — к Грачеву. Полет от Баку до Тегерана продолжался 50 минут. Около полудня 26 ноября «Дуглас» со Сталиным на борту благополучно приземлился в Тегеране».

С-47
С-47

Теперь наступает очередь процитировать еще одни «воспоминания» якобы свидетеля событий Юрия Тихонова, которого разыскали липецкие журналисты: «Утром, в четыре часа, Сталин прибыл на станцию Килязи, в 85 километрах от Баку. Следующая остановка — военный аэродром «Бина», откуда советская делегация должна была улететь в Иран. Вождю предоставили один из шести «дугласов» С-47. Доподлинно известно, что командиром экипажа был испанец, учившийся в Липецком авиацентре». Но окончательно запутывает ситуацию сын Лаврентия Берии Серго. Он пишет, правда, со ссылкой на рассказ упомянутого уже Сергея Штеменко, в то время начальника Оперативного управления Генерального штаба: «Литерный шел на Сталинград, затем проехали Кизляр, Махачкалу. О станции назначения Сергей Матвеевич не имел ни малейшего представления. Лишь однажды, пригласив Штеменко после очередного доклада о положении на фронтах пообедать, Сталин заговорил со своими спутниками о какой-то конференции, в которой должны были участвовать Рузвельт и Черчилль. Обедали часа полтора, и все это время разговор шел лишь о предстоящей встрече. По словам генерала Штеменко, в Баку прибыли вечером. Утром на летном поле стояло несколько самолетов Си-47. У одного из них прогуливались командующий ВВС, будущий Главный маршал авиации и дважды Герой Советского Союза Александр Александрович Новиков, он же заместитель наркома обороны по авиации, и командующий авиацией дальнего действия, тоже будущий Главный маршал авиации, Александр Евгеньевич Голованов. У другого самолета генерал Штеменко увидел знакомого летчика В.Г. Грачева. Когда в восемь утра на аэродром приехал Сталин, Новиков доложил, что к полету готовы два самолета. Первый поведет генерал-полковник Голованов, второй — полковник Грачев. Верховному предложили лететь с Головановым». «Вспоминая об этом случае, генерал армии Штеменко упустил одну деталь — полковник В.Г. Грачев пилотировал самолет члена ГКО Лаврентия Павловича Берия, — уточняет далее Серго. — Вместе они и прибыли в Тегеран — Сталин, Молотов, Ворошилов и мой отец. Этим же самолетом полетел и генерал Штеменко, доложив в воздухе руководителям страны обстановку, сложившуюся на фронтах за минувшие сутки. В самолете, который вел генерал-полковник Голованов, летели ответственные сотрудники Наркомата иностранных дел и охрана. Вслед за этими машинами курс на Тегеран взяли еще несколько самолетов. После трехчасового полета полковник Грачев повел самолет на посадку».

Вид с места летчика С-47
Вид с места летчика С-47

Наконец, нельзя обойти вниманием еще один документ, который оказался в нашем распоряжении. Он принадлежит участнику Великой Отечественной войны Василию Свиридову — одному из первых в Новороссийске, кого наградили памятным орденом «Маршал Жуков — защитник России». «Сталин прибыл в Тегеран на день раньше открытия конференции, — утверждает Свиридов. — Конечно, в свое время это была государственная тайна. Сталин прилетел в Тегеран на обыкновенном самолете — «кукурузнике» вместе с генералом Штеменко. Я по долгу службы также знал, что из Москвы Сталин добрался на санитарном самолете до Красноводска, потом на буксирном пароме по Каспию до иранского порта, а оттуда уж в Тегеран». То есть по этой версии Сталина вообще не было в Баку, поскольку до Красноводска можно на самолете добраться и из Сталинграда, затем перелететь в иранский портовый город Энзели, откуда на машине до Тегерана километров 100−150.

Сопоставляя приведенные факты, мы не ставим под сомнение свидетельские «показания» авторитетных участников событий. Они часто сходятся в деталях, но имеют серьезные принципиальные различия, при которых историку практически невозможно свести концы с концами. Например, как оценивать воспоминания личного переводчика Сталина Валентина Бережкова, которыми зачитывалась чуть ли не вся страна: «В Москве уже все было готово к отъезду в Тегеран на конференцию трех держав. Возглавляли делегацию Сталин, Молотов, Ворошилов (позже, в Тегеране, к ним подключился Берия). Они в бронированном поезде ехали через Баку в Иран, я же, по условиям, должен был лететь на самолете». По этой версии, Берия следовал в Тегеран своим особым маршрутом и присоединился к советской делегации только в Иране. Да и вообще, выходит, что Сталин прибыл в Тегеран на своем литерном поезде № 501, а не самолетом, как утверждают «очевидцы». Как после приведенных фактов следует оценивать целые сентенции Валентина Бережкова, на которые добросовестно ссылаются сейчас многие историки. Например, одно из них: «Мой самолет задержался в пути, и я ворвался в здание посольства буквально за 15 минут до встречи» большой тройки». Извинился перед Сталиным. Он был в маршальской форме, но, как и всегда, неряшлив: в мятых брюках и в своих неизменных кавказских мягких сапогах. Курил не трубку (врачи ему запретили), а папиросы «Герцеговина Флор». Сталин степенно прохаживался по комнате. Осень стояла здесь восхитительная: тепло, все цветет, в окна льется солнечный свет. Сталин говорит: «Товарищ Бережков, я буду сидеть у окна, вы — на этом месте (он показал на диван). Рузвельт же в коляске — напротив меня… Я понял: он хочет сидеть спиной к свету. Сталин не хотел, чтобы первое впечатление от оспы на его лице были неприятно президенту… Рузвельта в комнату привез слуга-филиппинец. Лидеры двух сверхдержав встречались впервые, но атмосфера во время переговоров была доверительной, непринужденной, не было предварительного изучения друг друга».

Сталин и Рузвельт
Сталин и Рузвельт

Советская делегация покинула Тегеран во второй половине дня 2 декабря. 1943 года. Первыми с тегеранского аэродрома, который усиленно охранялся специально введенным в иранскую столицу полком, в воздух поднялись два двухмоторных самолета. В одном из них был И.В. Сталин, во втором — группа экспертов Генерального штаба. Через некоторое время в Тегеран по военной радиосвязи поступило сообщение о том, что самолеты приземлились в Баку. Без приключений вернулись домой Рузвельт и Черчилль. В письме Рузвельту 6 декабря 1943 года Сталин, отмечая успех Тегеранской конференции и особое значение ее решений, писал: «Надеюсь, что общий враг наших народов — гитлеровская Германия — скоро это почувствует».7 декабря 1943 года в советской печати было опубликовано сообщение о встрече руководителей СССР, США и Великобритании в Тегеране, напечатаны тексты Декларации и других документов, принятых в ходе конференции. В этот день в СССР впервые стало известно о том, что Сталин выезжал из Москвы и в течение четырех дней участвовал в переговорах в Тегеране с руководителями США и Великобритании.