«Похороны за похоронами, страх»: пропажа детей изменила жизнь села Якутии

Жителей Синска замучили допросами, детей так и не нашли

Якутск, 19 августа 2016, 08:28 — REGNUM  В Якутии общественный антикоррупционный комитет «Батас» готовит официальное письмо на имя министра внутренних дел республики Владимира Прокопенко. Его намерены уведомить о бесчинствах сотрудников полиции в Синске, где три года назад пропали две девочки 2009 года рождения, сообщает корреспондент ИА REGNUM.

Читайте также: Две трёхлетние девочки пропали в Якутии

О том, как изменили жизнь селян после трагического события с детьми допросы сотрудников полиции, рассказала в своём блоге журналист Виктория Габышева. «Единственный был метод у ментов — замордовать всех, авось да обнаружится преступник. Допросы велись с заведомо обвинительным уклоном: «Мы знаем, что это сделал ты! Где закопал девочек?» Мужики рассказывали, что после двадцатого-двадцать четвертого допроса некоторые съезжали с катушек и начинали сомневаться: а вдруг действительно я?!», — рассказывает один из жителей села.

По его словам, сельчане живут в страхе: «В первый год выкосили траву в палисадниках — боялись, что могут подкинуть трупы. Началось страшное недоверие друг к другу, люди от отчаяния оговаривали приятелей и соседей, на подлость шли, чтобы снять с себя подозрение, ведь полицейские могли «повесить» вину на кого угодно. Бывших зэков били шлангом по лопаткам, чтобы на лице следов не осталось, надевали на голову целлофановые пакеты. Страх — вот что стало в Синске главным. Страх!».

Как рассказывают жители, полицейские перекапывали дворы, в некоторых домах делали экспертизу золы, проверяли погреба со специальным прибором, искали в туалетах, проверяли не детекторах лжи, вводили в гипноз.

Один из селян после этой трагедии повесился. «Чувствительный человек, все принимал близко к сердцу, — рассказывает его друг. — Вот оно у него от издевательств и заболело. Положили в больницу. Полиция к нему и туда наведывалась с вопросами: «Где дети? Где закопал?». Не выдержал, повесился». Тётя погибшего уверена, что он «хороший был, мухи не обидит»: «Сколько переговорено с невесткой, с родными — все думают, что полицейские его довели. У них власть, для них закона нет…».

Приводит журналист и слова отца повесившегося селянина: «Васю пропажа девочек сильно расстроила, у самого дочка. А полиция вдруг «вину» нашла: он в то время мимо по улице на тракторе проезжал — мы с теми девочками соседи. Кто Васю знал, никто не верит, что он мог на преступление пойти. 24 июня, в Духов день, сын зашел пыльный, усталый с работы, поел с аппетитом. Он даже не понял, что полицейские всех поголовно обвиняют, думал — именно на него давят. Повод придраться всегда найдется: у нас забор высокий, Вася на тракторе проезжал, у одного кровь на куртке нашли — он скотину забил. Экспертиза доказала, что кровь скотская, зря полицейские человека полторы суток мучили и шлангом избивали. С «фантазией» работали: кому-то пакет на голову без воздуха, кого-то водой пытали — головой в реку. Через детектор прогнали почти всех. Зачем он только нужен, если они его результатам все равно не верят? Люди прячутся, некоторых до сих пор таскают, говорят…».

Читайте также: В Якутии завершена активная фаза поисков пропавших детей

Ещё один житель села вспоминает, что его на допросы вызывали 18 раз: «Всегда новые следователи, и всё заново. На детекторе проверяли и с гипнотизером. 24 июня я на своей «Ниве», невестка и трое внучат ждали сына на берегу, он на моторке должен был приехать, и мы в бинокль на реку смотрели. Следователь мне сказал: «Ты выходил из машины — значит, девочек убил и там закопал». Я ему: «Что, прямо при собственных внуках?» Он говорит: «Наверно!» Все дома перерыли, двор перекопали, аппаратом прощупали подполье. Бить не били, раз толкнули, и все. Это тем, кто моложе, шибко досталось».

В признание дедушки одной из пропавших девочек, что это он убил, селянин не верит: «Били его страшно, так любой человек в чем угодно признается. Никто про Гаврила плохо не думает, люди его жалеют. Сына Гаврилиного, подростка, тоже терзали всяко… Жена от рака умерла год назад. Горе, наверное, болезнь вызвало».

«Ко мне подошли двое, взяли под руки и приставили к боку нож: «Дернешься — убьем». Сели в машину, поехали в лес. Поколотили там. Сказали — полиция в курсе, — рассказывает сам дедушка пропавшей девочки. — Им было нужно, чтобы я признался, будто сам убил детей. Пришлось согласиться, иначе зарезали бы просто. Потом привезли в СК, и я дал на камеру «признательные» показания. В Синск меня увезли со следствием на вертолете, велели показать место, где закопал тела. А что я мог показать? Ткнул в первое попавшееся место, лишь бы поскорее все кончилось. Лишь бы не били, не орали, оставили в покое, в «одиночке» хоть ненадолго. Детектор лжи я десять раз проходил, гипноз тоже. Пятнадцать суток просидел в каталажке по невесткиной провокации. Оттуда люди в масках вывозили в лес и снова били… Да, экспертизу в Бюро СМЭ я прошел, побои снял. Все это есть». Мужчина рассказывает, что внучка была единственной и считает, что она жива: «Жена часто снится, внучка — нет».

Ещё одна жительница Синска вспоминает, как допрашивали её сына. «Как было: приехали на машине, увезли сына в Якутск. Я попросила: привезите сами обратно, денег нет. Они пообещали, но сын не приехал. Звонит, наконец: меня арестовали, анализ мочи показал наркотик. На полдороге к родне они его догнали — анализы, мол, надо взять. Дали что-то выпить и — нате вам, объявили, что в моче обнаружились наркотические вещества. Остальное было, как со всеми: били, пытали, пакет вздевали на голову. Кого увозили — всех-всех мучили…» — уверена женщина.

«Мы все тут натерпелись, невзирая на возраст и пол, — говорит бабушка двоих детей, жительница села. — Внуки у меня вот так же гостили, мальчикам было семь и девять лет. Их тоже три раза вызывали, до рыданий довели, хотя наши дети с этими девочками не общались. Полицейские старшему: «Не ври! Почему врешь? На одной улице с ними жил!» Дочка у меня инвалид детства, маленькая ростом и видит плохо. После допроса выбежала из класса сама не своя, в истерике ее затрясло, и сильные судороги начались. Еле-еле к ночи удалось успокоить. Допросчики, оказывается, орали на нее: «Тебе известно, куда дети делись! Почему скрываешь? Ты видела и должна признаться! Не признаешься — с работы вылетишь!» А она далеко вообще не видит, только силуэты…».

«Ох, достали нас всех тогда! Думаю, не дадут вам здесь статистику по заболеваниям и смертности, но за эти три года смерть людей у нас, как косой косит: инфаркты, инсульты, рак, похороны за похоронами. Девяти дней не проходит — следующего везут…» — так характеризует женщина жизнь в селе после трагического события.

Как сообщало ИА REGNUM, две девочки четырёх лет 24 июня 2013 года пропали в селе Синск Хангаласского района Якутии. Дети гостили у бабушек. Девочки пропали из поля зрения взрослых всего на 17 минут, их до сих пор не нашли.

Читайте развитие сюжета: В России будет создан эффективный алгоритм поиска пропавших детей

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.
×

Сброс пароля

E-mail *
Пароль *
Имя *
Фамилия
Регистрируясь, вы соглашаетесь с условиями
Положения о защите персональных данных
E-mail