Куда плывет «тюркский корабль» Эрдогана и Алиева?

Бордюжа раскрыл Баку «карты», но не «глаза»

Станислав Тарасов, 10 октября 2015, 14:52 — REGNUM  

Декорация на Большом Ближнем Востоке меняется с такой калейдоскопической быстротой, что ее не успевают осмысливать многие эксперты и политики. Так, турецкие СМИ сообщили, что российские самолеты не позволили американским ВВС, взлетевшим с базы Инджирлик, отбомбиться в Алеппо. Возможно, это случайное совпадение, но вслед за этим Пентагон получил ответ от министерства обороны России на свои предложения об обеспечении безопасности воздушных операций в Сирии. Уточняется, что военные ведомства России и Турции наладили прямую линию связи для консультаций по вопросам предотвращения инцидентов в воздушном пространстве на турецко-сирийской границе. «Россия не имеет враждебных намерений в отношении Турции, это не имеет отношения к реальности», — заявил постпред РФ при НАТО Александр Грушко, констатируя, что «авиаинцидент с Турцией (который раздувался президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом и его ближайшим окружением — С.Т.) был использован как предлог, чтобы развернуть антироссийскую риторику на Ближний Восток». По его словам, «случайное происшествие в воздушном пространстве Турции… было использовано как предлог для того, чтобы развернуть антироссийскую риторику по поводу неких агрессивных намерений России в сторону ситуации на Ближнем Востоке и Северной Африки».

Но у Эрдогана на данном этапе ничего не получилось. Премьер-министр Турции Ахмет Давутоглу говорил о том, что Россия якобы «нанесла по сирийской территории 57 авиаударов, из которых только два были нанесены по позициям «Исламского государства Ирака и Леванта» (ИГИЛ — структура, запрещенная в России). Остальные удары, по словам Давутоглу, «были нанесены по умеренным противникам сирийского президента Асада». Когда Москва запросила у Запада данные о так называемой «умеренной сирийской оппозиции», то, по словам официального представителя военного ведомства генерал-майора Игоря Конашенкова, это вызвало там «полный ступор, из чего напрашивается следующий вывод: умеренная оппозиция — это призрак, и вы только делаете вид, что ее поддерживаете».

И сразу последовал ответный, но очень оригинальный ход Вашингтона. Администрация президента Барака Обамы заявила, что программа США по подготовке и вооружению бойцов сирийской оппозиции стоимостью $500 млн закрывается. Как отметил высокопоставленный чиновник из Пентагона, «США больше не намерены рекрутировать для обучения «умеренных» повстанцев в Сирии для борьбы с боевиками террористической группировки ИГИЛ». Пентагон объявил о закрытии учебных центров в Иордании, Катаре, Саудовской Аравии и в Объединенных Арабских Эмиратах. Глава Пентагона Эштон Картер пояснил, что «Вашингтон теперь хотел бы сфокусироваться на оказании поддержки уже действующим в Сирии военизированным формированиям, например, курдским ополченцам». А это, как говорится, уже другая песня, обозначающая, что США приступают к реализации операции «Курдистан», и ее перспективы во многом зависят и от позиции России.

Вот почему Анкара подключается в антироссийскую политико-информационную волну. Вице-премьер Турции Нуман Куртулмуш решил вспомнить, что «высокий потенциал российско-турецких отношений нельзя терять из-за ситуации в Сирии», и что «нас с Россией связывают многолетние экономические и политические отношения, мы долгие годы живем в добрососедстве и мире». «Дернулся» и Азербайджан — стратегический союзник Турции. Посол Азербайджана в России Полад Бюльбюльоглу заявил на заседании российско-азербайджанской межправительственной комиссии следующее: «Россия и Азербайджан — дружественные страны. Поэтому все проблемы между ними разрешимы. Но для решения возникших проблем должны быть некоторые механизмы, потому что жизнь стремительно развивается и ставит перед нами новые задачи».

О каких проблемах и новых задачах ведется речь, и с чего это вдруг Баку, как и Анкара, решил взять курс на установление более доверительных контактов с Москвой? Не потому ли, что цели в Сирии были поражены ракетами, выпущенными из акватории Каспийского моря; поводом для тревоги могло стать и заявление пресс-секретаря президента РФ Дмитрия Пескова о том, что российская сторона заранее согласовала с Тегераном и Багдадом траекторию полета ракет, стартовавших с кораблей Каспийской флотилии и нацеленных на объекты «Исламского государства (ИГ)» в Сирии, но не с Баку. Не потому ли, что «плечевой» провал Турции вывел ее в одиночестве на открытую линию фронта, где осуществляется стратегическое противостояние, точно так же, как и лопаются надежды Азербайджана в вопросах безопасности искать поддержку в тесном сотрудничестве с Турцией, ЕС или США.

Тем не менее бакинская политологическая мысль продолжает отрабатывать тезисы «уходящей геополитической натуры». Так, политолог Сульхаддин Акпер считает, что «Азербайджан присоединится к этому процессу на стороне Турции» и «не сможет присоединиться к блоку Россия — Иран — Сирия». Но тут не все в порядке с логикой. Акпер утверждает, что «план России заключается в том, чтобы Азербайджан развязал войну, продвинулся немного, а потом Россия бы ввела вооруженные силы под видом «миротворцев, в качестве «гуманитарной меры», как она сделала это в случае с Южной Осетией». Но ведь Москва устами генсека ОДКБ Николая Бордюжи предупреждает совершенно о другом. Поэтому складывается устойчивое ощущение того, что если Турцию США все-таки втянули в международную коалицию по борьбе с ИГИЛ, а затем приступили к осуществлению проекта «Курдистан», то за втягиванием Азербайджана в войну с Арменией просматривается такой же сценарий, но только, возможно, уже в отношении Карабаха. Связано это с тем, что Баку (как и Анкара) так и не смог выработать устойчивый внешнеполитический курс, не определил по-настоящему свое место в сложной системе региональных и международных отношений, продолжая мыслить категориями XIX века.

В результате Анкара тянет за собой Баку в зону ситуативных действий, бросаясь, как пишет один российский эксперт, «то на один, то на другой полюс современного мира в надежде на политическое чудо». Буквально на днях бакинские эксперты самонадеянно ругали «отсебятину» Бордюжи, который по завершении учений блока «Нерушимое братство» в Армении поставил в один ряд иракский, сирийский и карабахский конфликты. Теперь получается, что он раскрыл Баку «карты», но не «глаза».

Вопреки утверждениям западных и даже российских экспертов о том, что, уклоняясь от наземного военного вмешательства в сирийский конфликт, Запад «не мог решить, договариваться ли с Асадом, чтобы предотвратить разрастание ИГИЛ и его укрепление в Сирии и в Ираке, а если да, то как», что «Запад не способен на координированные действия и не располагает концепцией выхода из кризиса». Мягко говоря, этот тезис не совсем соответствует действительности. Президент Турции прочувствовал ситуацию давно, когда в середине июня 2015 года обвинил Запад в том, что он «поддерживает курдов, но они террористы». Когда же Эрдоган в ходе своего недавнего визита в Европу настаивал на признании Рабочей партии Курдистана (РПК), как и ИГИЛ, террористической организацией, то получил отказ.

Теперь Анкара заявляет, что российские военные действия в Сирии приведут к усилению миграции в Европу, хотя ранее сама Турция играла в Сирии дестабилизирующую роль, создала серьезные проблемы для Дамаска. Но все свелось к тому, что надежды Эрдогана на свержение правящего в Дамаске режима рухнули. Сложилась интригующая ситуация: так называемой сирийской умеренной оппозиции в природе не существует, ИГИЛ — при сложившихся условиях — победить ни в Сирии, ни в Ираке не сможет, в повестку дня выдвигается вопрос о соглашении по Сирии. В этой связи можно согласиться с мнением американского отставного генерала и военного аналитика Джека Кина, высказанным в программе The Kelly File на канале Fox News: «Правила игры в регионе меняются, и стратегические последствия этого — существенные». Анкара это почувствовала, Баку только начинает прозревать.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.