Антиохийский патриархат пережил многое. Осталось пережить ИГИЛ

Если Сирия сможет сохраниться как единая страна

Станислав Стремидловский, 6 октября 2015, 22:47 — REGNUM  

Антиохийский православный патриархат на своем веку повидал много чего. Он помнит арабское вторжение VII века, завоевание Сирии византийцами в 960 году. В 1085 году Антиохией завладели турки-сельджуки, но уже в 1098 году ее захватили крестоносцы, основав в Сирии Латинское королевство, просуществовавшее почти два века. После крестоносцев настала эпоха мамлюков, на смену которым в 1517 году пришли турки-османы. Под Османской империей православные антиохийцы пробыли вплоть до окончания Первой мировой войны, но Сирия была подмандатной территорией Франции, пока после Второй мировой войны не получила независимость.

Это если говорить о внешнем факторе. Но был и внутренний. Маронитский хорепископ Джон Д. Фарис замечает, что в случае необходимости описать эволюцию Антиохийского православного патриархата одним словом, им бы стало слово «расчленение». Первый раздел состоялся как следствие осуждения Нестория в Ефесе в 431 году. Сторонники Нестория бежали из Римской империи в Персию и в конце концов объявили себя независимыми от Антиохии, учредив патриаршество в Селевкии, а затем в Багдаде. Сегодня это сообщество известно как Ассирийская Церковь Востока. Осуждение монофизитства на Халкидонском соборе, созванном в 451 году, явилось причиной отпадения от Антиохийского патриархата тех, кого мы знаем сейчас под именем Сиро-Яковитской церкви. В середине VII века связанные с императорским двором в Константинополе мелькиты из-за арабского нашествия бежали в столицу империи. Со временем они отпали от Антиохии, приняв унию. В свою очередь оставшиеся под властью арабов христиане выбрали в монастыре Святого Марона собственного патриарха. Теперь он называется патриархом Маронитской католической церкви, его престол переместился в пригород Бейрута. Образовав Латинское королевство, крестоносцы поставили во главе христиан Латинского патриарха Антиохии, которых вплоть до середины XX века продолжали назначать папы римские, отменил эту практику только папа Павел VI. А в 1782 году Римская курия восстановила Сирийскую католическую церковь и совершила интронизацию ее главы, патриарха. Фактически на сегодня в Сирии существует пять правообладателей Антиохийского престола — один сирийский православный, один греческий православный и три католических — однако ни один из них не сидит в городе, который дал ему название.

Серьезную «мину» под Антиохийский православный патриархат заложила Османская империя. В то время антиохийцы административно подчинялись Константинопольскому патриархату, который монополизировали греки. Соответственно, практически на все позиции в Антиохийском патриархате, как епископские, так и священнические, назначались лица греческого происхождения, в то время как составляющие паству православные арабы отодвигались в сторону. Ситуация началась меняться лишь в XIX веке с приходом Российской империи на Ближний Восток. Если сегодня задать вопрос, а кто такие православные антиохийцы, то можно будет получить два варианта ответа — или христианизированные арабы, или румы (Rûm, на греческом койне — Ρωμιοί), которые называют себя потомками христиан греческого происхождения родом из Леванта. Российская империя по ряду причин ставила на первых в своей работе в регионе. Усилия Санкт-Петербурга привели к тому, что 15 апреля 1899 года Синодом епископов Антиохийского патриархата был избран первый арабоязычный патриарх Мелетий II. Практически сразу же патриархи Константинопольской Константин V, Александрийский Софроний IV и Иерусалимский Дамиан отказались признавать его статус. Скончался Мелетий II 21 февраля 1906 года от отравления, но само его патриаршество румы и греки припоминают русским до сих пор.

После распада Османской империи епископат Антиохийского православного патриархата взял ориентацию на арабский национализм. «Православная энциклопедия» сообщает по этому поводу следующее. Осенью 1918 года сиро-ливанское побережье было занято английскими войсками, а области внутренней Сирии находились под контролем союзника Антанты эмира Фейсала, сына хиджазского короля. По условиям Версальского договора 1919-го Сирия и Ливан перешли под управление Франции. В Сирии арабские националисты связывали с Фейсалом мечты о создании независимого арабского государства на территории Аравии, Сирии и Месопотамии. Часть православной общины поддерживала эти планы. Патриарх Григорий IV при провозглашении Фейсала королем Сирии принял участие в церемонии его коронации. Однако европейские державы не пожелали мириться с тем, что в Дамаске складывался очаг арабского национально-освободительного движения, и летом 1920 года французские войска свергли режим Фейсала. Патриарх, известный своими националистическими настроениями, в 1921—1922 годах содержался французскими властями под домашним арестом. Париж в сентябре 1920 года выделил из состава Сирии так называемый Великий Ливан (прежний автономный Горный Ливан), где большинство населения составляли христиане, среди которых преобладали лояльные к Франции марониты. Если ряд епископов Антиохийского патриархата участвовал в конгрессах арабских националистов в первой трети ХХ века, то часть ливанской православной общины предпочитала проектам панарабской державы с подавляющим мусульманским большинством идею независимого ливанского государства, где преобладало бы христианское население. Надо сказать, что в целом на протяжение всего прошлого века православные антиохийцы были скорее арабами-националистами, высоко оценивая при этом ислам как воплощение арабского национального духа.

В наши дни «греко-арабская борьба» привела к заметному «похолоданию» во взаимоотношениях Антиохийского патриархата с Иерусалимским. Соперничество не носит богословский характер, а является борьбой за контроль над верующими. Речь о Катаре. Эта страна была отдана в юрисдикцию Антиохийского патриархата, однако Иерусалим продолжает игнорировать данный факт. После того как в 2013 году Иерусалимский патриархат учредил в Катаре епархию, это привело к разрыву евхаристического общения между Церквями. При посредничестве Константинопольского патриархата и МИД Греции в июне 2013 года в Афинах состоялась встреча, на которой было заключено соглашение, согласно которому Иерусалимский патриархат отказывался от своих неканонических шагов, и общение между двумя Поместными церквями было восстановлено. Однако вскоре выяснилось, что Иерусалим не намерен придерживаться достигнутого соглашения, и 26 июня 2015 года антиохийский Синод принял решение о вторичном разрыве евхаристического общения. Как отмечает информационное агентство Папского института заграничных миссий AsiaNews, такое поведение может сорвать запланированное на 2016 год в Стамбуле Всеправославное совещание. Следует отметить, что Иерусалимский патриархат, продолжает издание, занимает особое место в православном мире как хранитель святых мест Иерусалима. Тем не менее патриарх Иерусалимский — аномалия в арабском мире — грек. Некоторые православные эксперты отмечают, что разделение между Антиохией и Иерусалимом вписывается в контекст геополитического столкновения. Антиохия говорит, что патриарх Иерусалима должен быть арабом, а не греком. Но в Катаре с удовольствием дают визы православному духовенству из Афин, напоминая, что Антиохийский патриархат имеет свою штаб-квартиру в Дамаске, где «командует президент Сирии Башар Асад».

Впрочем, сейчас перед Антиохийским патриархатом стоит куда более серьезный вызов, чем разбирательство с «коллегами» из Иерусалима. Так называемое «Исламское государство» (ИГ — структура, запрещенная в России) угрожает в принципе христианскому присутствию в регионе. Ориентирующийся на румов портал Operation Antioch в марте этого года выступил с идеей создания в Сирии трех христианских анклавов под эгидой Организации Объединенных Наций и подотчетных коалиции государств, в частности, России, Греции, Кипру и Армении. Первую зону, «русскую», предлагается устроить в Мармарите (северо-западная часть Сирии, одна из самых больших деревень в Вади аль Насаре — «Долине христиан»). По мнению авторов идеи, Россия является идеальным выбором для такой миссии из-за общей православной христианской веры и отношений с правительством Асада. Вторая зона, «греко-кипрская», должна появиться в Мухраде (запад Сирии) и включать в себя часть Тартуса. Для проживающих в этом анклаве румов Греция и Кипр, как две эллинские православные страны, важны по причине единой культуры и исторических связей. Помимо того, Афины и Никосия являются союзниками США. И третья зона, «армянская», могла бы располагаться в Хомсе, где проживает довольно много сирийских армян. Понятно, что это только сценарий, к тому же сегодня многое изменилось после решения Москвы оказать помощь сирийскому правительству. Вопрос в том, сохранится ли Сирия как единое государство, а если нет, не последует ли вслед за этим очередное расчленение Антиохийского православного патриархата? Время покажет.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.
×

Сброс пароля

E-mail *
Пароль *
Имя *
Фамилия
Регистрируясь, вы соглашаетесь с условиями
Положения о защите персональных данных
E-mail