Реформа ООН: есть ли смысл?

70 лет существования ООН: войны и гуманитарные кризисы, решения без решений, золотые слова норм международного права, парализуемые правом вето одним из пяти политических гигантов. 70 лет усилий человечества, обошедшиеся ему в полтриллиона долларов

Владимир Добрынин, 4 октября 2015, 15:54 — REGNUM  

Важнейшая, крупнейшая политическая международная организация мира живет, похоже, своей собственной жизнью, обитает в своем собственном эфире. Иногда снисходя до изучения проблем народов ее создавших. Чаще поверхностно, чем глубоко. Иногда из этого эфира, как из тумана, материализуются какие-то мысли, призывы, отголоски дебатов. Колебания воздуха, вызванные речами политиков, чаще затухают, не докатившись до бренного бытия, чем как-то на него влияя.

Директив ООН ждут как указаний одного из Богов. Демонстрируя к нему свое отношение точно таким же образом, что и ко всем небожителям: подчиняясь решениям, из которых можно извлечь пользу и игнорируя те, что из сферы интересов «других» государств. Нас у Бога много, за всеми не уследить.

Человечество возвело замок на песке, в который не входит, боясь неловким движением разрушить свой архитектурно-политический тотем, установило у входа в храм идола, которому поклоняется. Но только если это обусловлено сиюминутной потребностью.

«И все-таки она вертится!» В смысле: все-таки она (Организация Объединенных Наций) работает.

Как?

Мировое правительство

ООН — международная многонациональная структура, состоящая из 40 подразделений, имеющих отношение ко всем и всему. Штат этих организаций в организации — 44.000 человек.

Учреждения, занимающиеся вопросами сельского хозяйства и продовольствия, защитой окружающей среды и разработкой направлений развития науки и образования, продвижением культуры и защитой детей, совершенствованием медицины и борьбой с эпидемиями, среди прочих. Ключевая среди них — Совет Безопасности — пятнадцать государств — членов этого органа, пятнадцать равных, пять из которых — более равные.

Пять победителей Второй мировой войны: Россия, США, Франция, Великобритания и Китай. (Россия, как правопреемник СССР, Китай — как государство, внесшее вклад в победу над Японией, но по большей части — как государство, где живет 1/5 населения планеты). Пять обладателей права вето, способные, благодаря этому праву, противостоять всему миру в одиночку. За последние четыре года США трижды воспользовались своим правом вето, чтобы защитить Израиль. Россия — четырежды, чтобы спасти Сирию.

Пять стран, ответственных перед миром в наибольшей степени в вопросах поддержания мира, постоянные члены Совета Безопасности, по иронии судьбы являются и пятью крупнейшими разработчиками и поставщиками оружия, применяемого для того, чтобы этом мир держать под постоянной угрозой миру.

Еще десять непостоянных членов, меняющихся каждые два года. Комбинация, призванная обеспечить стабильность и справедливость всем народам планеты. Таким СБ виделся его создателям в 1945 году.

С тех пор мир изменился, появились другие мощные игроки, вполне конкурирующие на равных с пятью гигантами, но не обладающие правами последних в части политического влияния на происходящее на Земле.

«Я твердо уверен в том, что ООН должна меняться вместе с изменяющимся миром, — сказал бывший генеральный секретарь организации Кофи Анан. — То, что развивающиеся страны Латинской Америки и Африки, не представлены в СБ — это их дискредитирует. И создает риск».

Сложно вспомнить хотя бы один год из последних двадцати, когда кому-нибудь не приходило в голову заговорить о расширении Совета. Индия, Бразилия, Япония, Южная Африка, Германия — наиболее часто упоминаемые кандидаты в «постоянщики».

Мировая армия

Сохранение мира — самый дорогой бизнес ООН. Поддержание в 2015 году присутствия в 16 странах имеющихся под ружьем организации 125.000 миротворцев обойдется по сегодняшним ценам в 9 миллиардов долларов. Удовольствие, в два раза более дорогое, чем 10 лет назад и в 18 раз — чем в 1991 году. Одна только миссия «голубых касок» в Демократической Республике Конго стоит за год 1.000.000.000 долларов. За последние десять лет в этой стране успели отметиться 250 тысяч солдат из миротворческого контингента ООН.

«Поддержание мира» — в исполнении ООН — операция весьма специфическая, порой она более похожа на защиту чьих-то конкретных интересов в определенном регионе суши. Землю, на которую ступит сапог (ботинок) вооруженного до зубов миротворца, определяют формально пятнадцать членов СБ. Фактически — те пятеро, что имеют право вето. Рекордсменом планеты по единовременному привлечению «голубых касок» за период с 1945 года является Индия (по утверждению испанской El Confidenial в однажды в границах этой страны находилось сразу четверть миллиона иностранных солдат, в чью задачу входило принести на свих штыках мир).

Зачастую миротворцы ничем не отличаются от военных, столь высоким статусом не наделенных: голубые каски, в конце концов, надевают на точно таких же homo sapiens, что ходят в зеленых беретах или белых чалмах. Пан Ги Мун, по свидетельству той же El Confidencial, не раз выражал сожаление по поводу того, что государства, чьи солдаты в составе миротворцев «совершают преступления сексуального характера или мародерствуют», не находят ничего лучше, чем брать под опеку своих военных-преступников (не путать с военными преступниками). Криминальные действия представителей «голубых касок» расцениваются, как мелкие правонарушения, а виновные в них «наказываются» отправкой домой.

В одном из докладов ООН говорится, что «за период с 2008 по 2013 год среди миротворцев зарегистрировано 480 случаев «обмена материальных ценностей на сексуальные услуги». «Зарегистрированные» в данном контексте следует понимать, как «документально подтвержденные». В том же докладе отмечается, что «в последнее время количество подобных эпизодов уменьшилось». Немудрено: численно контингент вооруженных сил ООН, находящийся в командировках по всему миру сократился в два раза, до 125 тысяч человек.

Результат применения миротворцев за все время существования этой категории военных при ООН нельзя считать ни позитивным, ни негативным. И даже к смешанным его вряд ли будет правильно отнести. Скорее всего — он невнятный и очень затратный (денежные показатели см. выше). В 1988 году ооновским миротворческим силам присудили Нобелевскую премию. Мира, разумеется. За операции в Сальвадоре, Намибии, Мозамбике и Камбодже. Успешность этих действий — дискуссионна, конечно, но в графу эпохальных позитивных свершений, тем не менее, уже вписана и пересмотру формулировка не подлежит.

Девяностые для мировой армии отмечены провалом в Руанде, где сотни тысяч людей были изрублены мачете под бесстрастными взорами бельгийского контингента, и ужасом Сребреницы, находившейся в тот момент, фактически и технически под полным контролем «голубых касок», но не остановившим массовое уничтожение людей.

Два фиаско, заставивших ООН признать, что простое разделение конфликтующих сторон неэффективно и пора переходить к «активной защите находящихся в опасности гражданских лиц».

Решить нерешаемую проблему беженцев…

В текущем году число беженцев достигло самого высокого с 1945 года уровня. По данным ооновского Агентства по делам беженцев (УВКБ ООН) ежедневно 42.500 человек вынуждены бросать свои дома. Это в четыре раза больше, чем в 2010 г. Несмотря на объективно возрастающую потребность в деньгах, приходная часть бюджета УВКБ, по сравнению с 2014 годом, не выросла, а уменьшилась на 10%. Агентство сократило размер поддержки беженцев в Сирии и закрыло состоявшие на его балансе медицинские учреждения в Иордании, Ливане и Ираке — это в немалой степени увеличило число людей, снимающихся с мест, и направило их в поисках лучшей жизни в страны, где «все устроено». В Европу.

«Финансовые доноры по-прежнему щедры на помощь материальными средствами, — приводит упомянутое выше испанское издание текст электронного письма пресс-секретаря УВКБ Брайана Харнсфорда. — Тем не менее масштаб и количество конфликтов, не прекращающихся и вновь возникающих по всему миру, увеличивают потребность в денежных ресурсах до объемов, за которыми мы просто не успеваем». Хансфорд признает, что «план помощи сирийским беженцам выполняется только на 50%». Лишь 2% планируемого на очередной год бюджета Агентства — гарантировано. Остальное, по словам пресс-секретаря, приходится просить у богатых стран без какой-либо уверенности в конечном успехе.

«Заявление Европы о том, что она увеличит помощь странам, которые принимают беженцев из Сирии можно только приветствовать, — резюмирует Хансфорд. — Но кроме слов нам нужно еще и реальное дело, быстрая реакция и скоординированные действия. Реальный контроль и реальные деньги. Глобальная проблема требует глобального решения».

… и победить нищету

В прошлую пятницу Организация Объединенных Наций приняла, возможно, самый амбициозный из своих планов — «Цели устойчивого развития» (ЦУР). 169 специфических задач, которые надо решить по всему миру для того, чтобы достичь 17 фундаментальных целей. 300 контрольных механизмов. Многослойный, поражающий воображение цифрами проект, предполагающий израсходовать от 3 до 5 триллионов долларов на ликвидацию бедности к 2030 году. Плюс достижение соблюдения прав человека на всей территории планеты, плюс вопросы изменения климата, плюс обеспечение всего человечества чистой питьевой водой, плюс развитие науки и образования семимильными шагами.

Восемь из семнадцати целей фигурировали еще в Декларации тысячелетия, принятой ООН в 2000 году. За прошедшие 15 лет заметные подвижки, которые можно с натяжкой назвать успехом, произошли только в одной сфере — по статистике Организации численность лиц, живущих в условиях крайней нищеты, уменьшилась вдвое. Такого сокращения бедности история еще не знала.

Директор Фонда устойчивого развития Палома Дуран считает, что это — почти триумф.

«В 2000 году список стран со средним уровнем дохода на душу был крайне короток. Сегодня в нем уже 77 государств. Разве это не достижение? Да, никто пока еще ничего не говорил об успехах в борьбе с глобальным потеплением или ликвидацией проблемы безработицы. Но теперь мы уже включили эти вопросы в повестку дня», сказала она.

В отличие от целей развития тысячелетия, зафиксированных в Декларации 2000 года, ЦУР — это программа для всех стран планеты, а не только для тех, что толерантно зовут развивающимися, вкладывая в этот термин значение «государство третьего мира» или просто «бедное». Сказано много об индивидуальной работе с каждой страной, о составлении «планов громадья», подключении к этому делу лучших мозгов современности, обещаны огромные средства в поддержку… И как водится, мелким шрифтом о том, что цели устойчивого развития не являются обязательными. Наводит на мысль об очередной «распиловке», но на этот раз уже не в большом, а в очень большом масштабе.

Западные газеты пишут о том, что ООН сегодня переживает мгновения славы — 70-летие, несовершенное (потому что дело живое) совершенство, скандалы и достижения. Кратковременная передышка на празднование юбилея, а дальше… «И вечный бой, покой нам только снится»? И битва ради битвы? Есть ли какой-то толк от организации, проевшей полтриллиона долларов и создававшейся, как это следует из слов второго в истории ООН ее Генерального секретаря Дага Хаммаршельда, чтобы спасти мир от ада: «ООН создавалась не для того, чтобы устроить человечеству рай, а чтобы спасти его от ада».

Единственная удачная, разумная и имеющая практическое приложение идея, заложенная в правах и обязанностях организации — это право вето. Именно оно спасало мир от глобальной войны энное количество раз и спасет еще в таком же количестве случаев. В этом — весь смысл существования ООН. И наверно ради одного этого фактора, удерживающего весь мир в шаге от катастрофы, можно не обращать внимания на «сопутствующие расходы и побочный ущерб». Не надо трогать то, что работает, и пытаться улучшить неулучшаемое. Сломаешь.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.