«В религиозных вопросах в Дагестане надо действовать, как хирург»

Дагестанские эксперты спорят о практике закрытия мечетей

Махачкала, 2 октября 2015, 13:31 — REGNUM  В Дагестане продолжается обсуждение событий в селе Новый Куруш, где местные жители закрыли одну из сельских мечетей, считавшуюся салафитской. Общественники и эксперты высказывают диаметрально противоположные мнения по поводу закрытия мечетей как меры по борьбе с экстремизмом.

Напомним, 9 сентября в селе Новый Куруш Хасавюртовского района был убит местный имам Магомед Хидиров. По данным следственных органов, к преступлению могут быть причастны члены местного бандподполья. 22 сентября местные жители на сходе решили закрыть салафитскую мечеть в селе, обвинив ее прихожан в пособничестве боевикам. В акции принимали участие и глава района, и представители полиции, сообщил ИА REGNUM глава администрации села Рафик Юсупов.

ИА REGNUM публикует мнения ряда общественников и экспертов о прецеденте закрытия мечети.

Ханжан Курбанов, политолог, журналист (Махачкала)

Мое предложение по закрытию ваххабитских мечетей касается тех религиозных учреждений, юридически оформленных или нет, которые замечены в проповеди насилия, противопоставления светскому государству или религиозным группам и организациям несалафитского толка. Это подпадает и под российский «Закон об экстремизме» и под закон Республики Дагестан «О запрете ваххабитской и иной экстремистской деятельности». Очевидно, что с годами проблема религиозного экстремизма, получившая ваххабитское идеологическое прикрытие, подрывает консолидационные основы Дагестана, режет общество на два противоборствующих лагеря, сталкивает граждан по религиозному принципу, создавая напряжение во всем обществе. Проблема эта существует с 1990-х годов и мешает мирному развитию республики.

Учитывая такую общественно-политическую ситуацию, мною было предложено последовать примеру курушского гражданского общества, не пожелавшего мириться с межрелигиозным противостоянием и практикой джихадизма, которая унесла жизнь их имама. Что я имел ввиду? Естественно, отталкиваясь и от этого случая и массы других прецедентов, когда убивают имамов мечетей, не согласных с радикальными салафитами, я предлагаю проинспектировать мечети Дагестана ответственным структурам и общественникам с участием Духовного управления на предмет их идеологической «начинки». Что они проповедуют, какие лица приходят и какие «кружки по интересам» находятся в мечетях?

К сожалению, многие представители салафизма, которые не удосуживаются даже выразить слова соболезнования по случаю убийства имама Нового Куруша, тем не менее, считают должным в оскорбительной и некорректной форме нападать на автора этой идеи на страницах социальной сети, призывая к агрессии и даже возмездию в «лучших» традициях запрещенного в России ИГИЛ. Для меня стало очевидным, что в Дагестане, увы, не получило становления и развития умеренное крыло салафизма, а есть лишь радикальные салафиты, тайно радующиеся убийству оппонентов и силовиков, но при этом прикрывающие свою сущность глухим молчанием и абсолютно равнодушные к тому, что творят их более ультрарадикальные собратья, перешедшие на нелегальное положение.

Магомед Шамилов, руководитель профсоюза работников правоохранительных органов и прокуратуры Дагестана

Чтобы закрывать мечеть, нужно судебное решение, нужно доказать, что организация ведет противоправную деятельность. А так, мало ли что может не понравиться одной части граждан? И меня очень сильно удивляет и печалит тот факт, что в этом деле принимали участие органы власти и представители правоохранительный структур. Право вот так что ли охраняют? Верь хоть в Бога, хоть в черта, это личное дело каждого, только не нарушай закон. И причем тут мечеть, если бандиты убили имама? Наказывайте бандитов, а не закрывайте мечети. Это надо было местным органам власти объяснить людям.

Насилие опасно тем, что может породить насилие. В религиозных вопросах в Дагестане надо действовать как хирург, тонко, чтоб не задевать здоровые ткани. А пока я вижу, что действуют исключительно топором. Новый Куруш — не единственное село в Дагестане, где идет религиозное противостояние. Важно хотя бы избежать более масштабных столкновений.

Энвер Кисриев, заведующий сектором Кавказа Центра цивилизационных и региональных исследований Института Африки РАН

Я считаю, что если мусульманская община никаких государственных законов не нарушает, то никто не имеет право преследовать ее. И всякие нюансы вероисповедания не касаются никого, кроме этой общины. Если в Новом Куруше еще не раскрыто убийство имама, то с чего они взяли, что именно эти люди причастны к преступлению? Следственный комитет может заявить, что они являются подозреваемыми, но не преступниками.

Это искусственная борьба между разными направлениями в исламе. И она специально подогревается. Государство не должно вмешиваться в дела религии. Оно должно заниматься нарушителями закона. И нарушителя надо судить по закону, вне зависимости от вероисповедания. Уголовный или Гражданский кодекс не имеют никакого отношения к вероисповеданию человека. Надо подходить к проблеме строго в рамках закона и действовать только по закону. Тогда и будет порядок.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.