Предприниматель, шестой год находящийся в СИЗО, обратится к президенту РФ

Ростовский предприниматель-изобретатель Юрий Осипенко шестой год остается под арестом в СИЗО без разъяснения причин. Обстоятельствам происходящего посвящена статья «Правосудие или казни ростовские?», опубликованная 17 сентября в «Комсомольской правде». Предлагаем полный текст статьи вашему вниманию

Ростов-на-Дону, 18 сентября 2015, 09:30 — REGNUM  На фоне заявлений о необходимости улучшения инвестиционного климата, поддержки бизнеса, развития правового государства, примечателен контраст с тем, как все обстоит в малых городах, где живут, кажется, порой по своим законам — установленным не силой права, а правом силы. Впору здесь говорить о правовом нигилизме отдельных слуг закона, что приводит к произволу и избирательному применению этих самых законов.

Так, пожалуй, выглядит ситуация с известным и успешным некогда предпринимателем Юрием Осипенко из Ростовской области, который вот уже шестой год подряд остается под арестом в СИЗО — без возбужденных, как утверждают его защитники, в отношении него уголовных дел и разъяснения существа обвинения.

— Причем, местные суды не просто отказываются от рассмотрения по существу допущенных в данном деле нарушений закона, но, похоже, дезинформируют вышестоящие инстанции, превратив меня в заложника своих интересов, — утверждает сам бизнесмен.

Суть да дело?

Напомним, Юрий Осипенко, автор ряда патентов, учредитель предприятий производивших энергосберегающее оборудование, партнер ряда авторитетных международных компаний, арестован в июне 2010 года по обвинению в причастности к деятельности кредитного кооператива «Инвестор-98». Но загвоздка, на которую упорно не хотят обращать внимания ни суд, ни ранее следствие, заключается в том, что он никогда не являлся ни сотрудником этой организации, ни тем более руководителем.

Кооператив этот был организован в 1998-м в Новочеркасске Александром Федорцовым и Галиной Черенковой, ставшими его председателем и директором — соответственно.

Эта структура ориентировалась на финансовую взаимопомощь пайщиков и коллективные инвестиции, привлекая денежные средства со ставкой до 48 процентов годовых. Оборот получился в несколько миллиардов. Однако в реальности он стал финансовой пирамидой и спустя десять лет «лопнул». Пострадавшими оказались около десяти тысяч человек.

— В ходе предварительного следствия по «Инвестору-98», к руководству которым Осипенко не имел отношения, возбуждались уголовные дела по статьям «Присвоение или растрата» (в отношении Федорцова и директора Октябрьского филиала Комаровой), а также «Мошенничество» (в отношении неустановленных лиц из числа руководителей кооператива), — говорит адвокат Наталья Масалова.

Сначала следствие занялось должностными лицами кооператива, а после началось непонятное. К расследованию вместо руководителей и материально-ответственных лиц, которых считают виновными пайщики, начали «пристегивать» предпринимателей, находившихся в «орбите интересов» кооператива. В него «добавили» и Осипенко, на которого указали Федорцов и Черенкова. В 2009-м, без возбуждения в отношении него уголовного дела, предпринимателя привлекли к уголовной ответственности по статье «Мошенничество» — за «хищение денежных средств кооператива неустановленными лицами из числа его руководителей».

— Такой подход следствия к расследованию, конечно, вызывает вопросы, — считает Масалова.

— Проведение предварительного расследования без возбуждения дела считается существенным нарушением уголовно-процессуального закона, могущем повлечь отмену приговора суда, — полагает советник Федеральной палаты адвокатов РФ Нвер Гаспарян.

К слову, в схожей ситуации по делу высокопоставленного сотрудника Управления «К» МВД России Фарита Темиргалиева заместитель Генпрокурора РФ Виктор Гринь внес надзорное представление о незаконности уголовного преследования и ареста при отсутствии возбужденного по поводу его деяния уголовного дела. Верховный Суд РФ рассмотрел его в надзорной инстанции и согласился с такой позицией ГП РФ, указав, что выполнение процессуальных действий, в том числе избрание меры пресечения, может быть принято лишь к лицу в отношении которого возбуждено уголовное дело (№ 5-ДП13−47). На такой же правовой позиции стоит и Конституционный Суд РФ.

Расследование — «элитное» и «обычное»

А вот Осипенко, тем не менее, привлекли к уголовной ответственности и шестой год содержат под стражей в СИЗО… Интересно, что же стоит за столь разными подходами в подобных ситуациях? Почему этого не замечают надзорные органы?

— Почему Верховный Суд РФ, несмотря на схожие ситуации по делу сотрудника МВД Темиргалиева и делу предпринимателя Осипенко в первом случае счел привлечение к уголовной ответственности и содержание под стражей незаконным, а во втором — законным? — задает вопросы Осипенко. — Почему Верховный Суд РФ считает законным мое привлечение к уголовной ответственности в октябре 2009 года, когда против меня еще не было возбужденных уголовных дел, а единственное уголовное дело в отношении меня было возбуждено в марте 2010 года спустя полгода и вскоре прекращено? С чем это связано? С дезинформацией из нижестоящих судов заинтересованными лицами? С «элитным» правосудием для сотрудников МВД и правовым нигилизмом для предпринимателей?

— Разделение следствия и судопроизводства на два уровня «элитное» и «для всего остального народа» — бьет по авторитету судебно-правоохранительной системы и подрывает у граждан страны веру в справедливость, — отметила, к примеру, Уполномоченный по правам человека в России Элла Памфилова, комментируя дело «Оборонсервиса».

— Если в отношении Осипенко уголовное дело не возбуждалось, то брать его под стражу и держать его по стражей нельзя, — считает Алексей Бабушкин, член Совета при президенте РФ по правам человека.

По мнению адвоката Юрия Осипенко Натальи Масаловой, «чтобы преодолеть этот «барьер», следствие пытается установить наличие экономической связи между кооперативом и компаниями предпринимателя, в связи с чем, спустя полгода после предъявления обвинения по чужому делу в отношении Осипенко возбуждается дело по статье «Легализация денежных средств».

— Полагаю, что следователь таким образом пытался «легализовать» уже осуществляемое незаконное уголовное преследование предпринимателя», — считает адвокат Масалова.

Примечательно, что при этом предприниматель продолжал вести свой бизнес. Но однажды, когда он отправился в краткосрочную командировку, где решался вопрос о строительстве фабрики по производству светодиодных систем нового типа, вместе с разрешением на выезд следователь вынес… и постановление о розыске Осипенко. В итоге, поскольку был известен маршрут его командировки, он был задержан в аэропорту по возвращении домой из Москвы.

Только вот парадокс заключается в том, что, согласно справке ИЦ ГУ МВД России по РО, Юрий Осипенко был арестован 4 июня 2010 года — тогда как розыскное дело было заведено лишь через месяц после его ареста!

Тем не менее, тогда следствие все же добивается изменения предпринимателю меры пресечения на содержание под стражей, продолжающееся по настоящее время. А спустя месяц после ареста уголовное преследование по статье «Легализация денежных средств» прекращается за отсутствием состава преступления — поскольку выяснилось, что деньги кооператива в его компании не поступали.

— Только параллельно начался процесс по «отжиму» моих предприятий, — утверждал сам Осипенко в ходе суда. — В СИЗО ко мне приходили для конфиденциальной беседы и рекомендовали «договориться с партнерами». А как выяснилось, этими «партнерами» создается новая компания, где они становятся учредителями, а получив возможность пользоваться моими активами, переводят и все проекты под свой контроль.

«Есть признаки коррупции и рейдерства»

Процитируем выдержки из заключения экспертов Центра общественных процедур «Бизнес против коррупции», действующем при Уполномоченном по правам предпринимателей Борисе Титове, которые рассмотрели «дело Осипенко» предметно:

«На наш взгляд, в данном конкретном случае имеются признаки недобросовестного привлечения и использования административных и правовых ресурсов с целью перераспределения собственности, т. е. присутствуют признаки рейдерства, — пишут они в своей резолюции. — Из представленных материалов следует, что привлечение Осипенко Ю.В. к уголовной ответственности носит явно искусственный характер и проведено с грубейшими нарушениями норм действующего законодательства. Анализ сведений, имеющихся в материалах дела, приводит к выводу о том, что следствием были предприняты беспрецедентные меры для того, чтобы обеспечить Осипенко Ю.В. нахождение под стражей. Подобные действия следствия, на наш взгляд, уже, безусловно, свидетельствуют о наличии коррупционной составляющей и требуют вмешательства вышестоящих инстанций для возвращения ситуации в правовое поле и привлечения виновных к ответственности. Характерно, что как только следствие добилось ареста Осипенко Ю.В., единственное возбужденное в отношении него под надуманным предлогом уголовное дело было прекращено, причем по реабилитирующим основаниям».

Заподозрить экспертов в заинтересованности сложно. Однако, что делать с этим заключением? Вряд ли суд примет во внимание результаты общественной экспертизы.

Далее следствие, не останавливаясь на достигнутом, также без возбуждения в отношении Осипенко уголовного дела, начинает новое преследование — теперь уже по статье «Присвоение и растрата с использованием служебного положения». И происходит это в рамках уголовного дела, возбужденного в отношении конкретных должностных лиц все того же кооператива — Федорцова и директора Октябрьского филиала Комаровой.

Здесь сделаем паузу — и вновь обратимся к мнению уважаемых юристов:

— Если уголовное дело было возбуждено в отношении определенных лиц, скажем, граждан А. и Б., а в дальнейшем возникло желание привлечь к уголовной ответственности и гражданина О., то в таком случае возбуждение уголовного дела в отношении О. является обязательным, — утверждает Советник Федеральной палаты адвокатов РФ Нвер Гаспарян.

— Меня фактически преследуют за чужие деяния, совершенные руководителями кооператива и его филиалов, к которым я не имел никакого отношения, — говорит Осипенко.

А вот — еще одна выдержка из заключения, экспертов Центра общественных процедур «Бизнес против коррупции»:

«Все эти, а также иные факты грубого нарушения прав Осипенко, включая недопустимость его уголовного преследования без возбуждения уголовных дел и необоснованное нахождение под стражей, на что многократно указывалось в ходатайствах и жалобах защиты по делу, ни следствием, ни судом во внимание не приняты, что лишний раз свидетельствует о наличии коррупционной составляющей по делу».

Суд

В начале 2012-го дело поступает в Новочеркасский суд, где председательствующий в процессе судья выносит занимательное решение: оставив под стражей предпринимателя, он создает «льготные условия» домашнего ареста основной фигурантке дела, директору кооператива и материально-ответственному лицу — Галине Черенковой, которая фактически остается вне судебного контроля и которую при этом пайщики кооператива считают виновной.

Мне не понятно такое решение суда в отношении Черенковой, — говорит адвокат Масалова. — В нарушении требований ст. 107 УПК РФ в редакции, действующей с 1.01.2012 г., суд «сохраняет» ей эту меру пресечения, но не устанавливает ей срок домашнего ареста и не направляет соответствующее постановление контролирующему органу.

Сторона защиты, заявив о серьезных нарушениях при составлении обвинительного заключения, требует возврата дела прокурору.

— Представленное обвинительное заключение уникально своим объемом нарушений и неустранимых противоречий, — объясняет свою позицию адвокат Юрия Осипенко. — Согласно обвинению, хищение денежных средств совершено должностными лицами кооператива из его кассы, однако сам кооператив потерпевшим не признан. Очевидно и колоссальное несоответствие сумм, вменяемых в качестве похищенных, в разных частях обвинительного заключения. Диапазон несоответствий составляет от 600 млн до 2,5 млрд рублей. Причем, по версии автора обвинительного заключения, одни и те же суммы были похищены по 2−3 раза, что противоречит не только закону, но и здравому смыслу! Такое странное обвинение безусловно требует разъяснения.

По закону гособвинитель, продолжает она, должен изложить предъявленное подсудимому обвинение, а суд выяснить понятно ли обвинение подсудимым.

— Однако гособвинитель отказался разъяснять существо предъявленного обвинения, ограничившись лишь перечислением статей уголовного кодекса, истратив на все около 10 минут. Заявление Осипенко о том, что ему не ясно в чем же он конкретно обвиняется, было проигнорировано судом, — утверждает Масалова.

Однако, по словам советника Федеральной палаты адвокатов РФ Нвера Гаспаряна, право обвиняемого знать, в чем он обвиняется, является бесспорным и абсолютным.

— Полагаю, что именно по причине наличия неустранимых и необъяснимых противоречий в обвинении Осипенко, гособвинитель Корсунова до сих пор отказывается его разъяснять, пользуясь полной поддержкой судьи, — считает Наталья Масалова. — Существенные нарушения в обвинительном заключении подтвердили как судебная экспертиза, так и показания, данные потерпевшими в суде, которые все, как один показали, что деньги у них вопреки версии следствия похитили один единственный раз. Боюсь, что в связи с противоречиями в показаниях потерпевших, данных ими на следствии и в суде, суд может в нарушение закона заменить непосредственный допрос потерпевших в суде оглашением их показаний на следствии, ущемив этим право Осипенко на защиту.

— А исследовать бухгалтерские документы, подтверждающие мою непричастность к хищениям, дабы устранить неопределенность, гособвинитель не хочет — вероятно, чтобы продлить мне содержание под стражей, считает Осипенко.

А вот что заявил председатель Верховного суда России Вячеслав Лебедев на встрече с Президентом РФ Владимиром Путиным:

— Неопределенность в суде — это ошибка, что означает ограничение прав и свобод человека. Негативнее, по моему, в судебной практике ничего не может быть, — отметил он.

В свою очередь защита Осипенко приводит доказательства его непричастности к хищению средств пайщиков «Инвестора-98». Так, в решении Новочеркасского горсуда, состоявшегося 24 октября 2012 года (дело № 2−4256/11) по иску арбитражного управляющего кооператива к Осипенко указано:

«Исходя из представленной справки заместителя начальника СЧ ГСУ ГУ МВД России по РО З.А. Папановой расходные кассовые ордера на получение Осипенко Ю.В. денежных средств в материалах уголовного дела отсутствуют, иных доказательств, подтверждающих факт выдачи денежных средств Осипенко Ю.В. по спорным договорам займа истцом в судебное заседание не предоставлено».

Объяснить сложившуюся ситуацию помогло чистосердечное признание бывшего председателя кооператива Федорцова:

«Осипенко никогда не был в числе организаторов и не относился к руководству кооператива, — заявил тот в суде. — Он был лишь формально проведен «виртуальным» заемщиком по бухгалтерии кооператива и даже сама возможность хищения каких-либо денег отсутствовала ввиду их фактического отсутствия, а эти операции проводились без его ведома для улучшения показателей бухгалтерского учета. На этапе предварительного следствия мы с директором кооператива Черенковой и ее сотрудниками оговорили его (Осипенко) и других таких же «виртуальных» заемщиков, чтобы избежать уголовного преследования. В настоящее время, пребывание под стражей Осипенко, объективно необоснованно, фиксирует сложившееся положение дел и интересы директора кооператива Черенковой».

И все же бизнесмен уже 5 лет и 3 месяца удерживается под стражей — без перспективы, как он полагает, на справедливое разбирательство. Беспрецедентный срок содержания в СИЗО гособвинитель оправдывает необходимостью заслушать всех потерпевших, а это более 10 тысяч пайщиков. При этом за те 3,5 года, пока длится судебное разбирательство, было заслушано 3,5 тысячи человек. Простая арифметика: такими темпами на допрос всех пострадавших понадобится 10 лет. А после этого суд начнет исследование доказательств, которые находятся в 4,5 тысяч томах…

«Пять лет в СИЗО — в любом случае грубое нарушение прав человека»

— Судья сказал мне, что если бы на начальной стадии следствие пошло по правильному пути, дело могло бы закончится через полгода, — рассказала одна из потерпевших Марина Калуженко.

Но пугает логика гособвинения: кажется, что для реализации права на защиту и доказательства невиновности нужно много лет провести в тюрьме. Причем, суд работает в максимальном возможном режиме, который, как показывает практика, физически выдержать невозможно — к примеру, один из подсудимых Павел Геращенко, еще один предприниматель, проходивший по делу, уже умер, а остальные приобрели ряд серьезных заболеваний.

— Какой бы тяжести не вменялось преступление, нахождение в СИЗО более 5 лет в любом случае является грубым нарушением прав человека, — заявил Алексей Бабушкин, член Совета при президенте РФ по правам человека.

Вызывает вопросы и позиция отдельных представителей прокуратуры Ростовской области.

-Они занимаются откровенной дискредитацией, искажая факты по делу, — уверен Осипенко. Начав переписку с прокуратурой, мы получили очень странные ответы, которые противоречат обвинительному заключению, утвержденному этой же прокуратурой.

— Дело Осипенко прежде всего привлекает внимание несообразно долгим сроком содержания его в СИЗО, — прокомментировал ситуацию уполномоченный при Президенте РФ по защите прав предпринимателей Борис Титов. — Мы неоднократно привлекали внимание самых разных федеральных инстанции к делу Осипенко. Мое мнение: в таких случаях нарушается право граждан на отправление правосудия в разумные сроки.

— Я попросила судью прокомментировать ситуацию с Юрием Осипенко, ведь абсурдно, что «виртуальный» заемщик еще фактически недоказанный, находится в СИЗО шестой год, обратив внимание на показания Федорцова, из которых следует, что Осипенко не причастен, ведь Федорцов раскрыл всю схему этой пирамиды, — говорит и потерпевшая Калуженко. — Но он мне ответил, что какое дело из следственного управления предоставили, с тем он и работает, опираясь на обвинительное заключение. А я поинтересовалась, как же человек сидит более пяти лет без возбуждения уголовных дел и обвинение ему не предъявлено? Он сказал, что, по его мнению, на начальной стадии следствия была допущена ошибка, поэтому Осипенко сидит. А если я считаю, что судья всемогущий, то это не так.

По словам Осипенко, из жалоб, о которых говорят в процессе потерпевшие, и их выступлений в суде следует, что новочеркасские прокуроры и суд действуют в интересах Черенковой. К примеру, в жалобе на имя председателя Ростовского облсуда та же потерпевшая от «Инвестора-98» утверждает, что «судья вынес незаконное постановление о сохранении Черенковой домашнего ареста и в течение 3-х лет не направлял его контролирующему органу, «забывая» продлевать срок домашнего ареста».

— Для проверки этой жалобы меня вызвали в Новочеркасскую прокуратуру, — заявила на одном из судебных заседаний Марина Калуженко. — В процессе беседы прокурор Трофимов мне заявил: «Все равно вы ничего не получите, не докажете. Я считаю, что Черенкова не особо и причастна». Я ответила: как же так, она директор, управляла всей деятельностью, как не причастна? А он тогда сказал, что «такие, как я, мешают вести расследование и судопроизводство.

— По моему мнению, — говорит она, — Трофимов выступает скорее как защитник Черенковой, он считает, что виновны те, кто сидит.

К слову, в этой связи становится особенно интересен видеоролик под названием «Кто стоит за главной фигуранткой уголовного дела?», появившийся в Сети, где должностное лицо откровенно комментирует уголовное дело кооператива, рассказывая о том, что преступление совершили одни лица, а сидят другие.

— После того, как я подала ходатайство об изменению меры пресечения Черенковой с домашнего ареста на заключение под стражу, меня вызвали в кабинет к помощнице судьи, она мне говорила, что мы подставляем суд, что я должна написать отказ от ходатайства (об изменении меры пресечения на более строгую главной фигурантке — Черенковой). Объяснила мне, что наши ходатайства чреваты последствиями, — рассказала еще одна потерпевшая, Татьяна Заика.

— Они оказывают давление, даже во время перерыва в судебном заседании ко мне подошла помощница судьи и говорит, что своими действиями я мешаю суду, — утверждает Калуженко.

Итог

Несмотря на отсутствие возбужденных уголовных дел в отношении Осипенко, уголовное преследование в отношении него продолжается. И по сегодняшний день он остается под стражей в СИЗО. Такое с учетом складывающейся практики «слуг закона», похоже, может случиться с каждым. Но где же искать законность и справедливость, если даже Верховный суд РФ занимает противоречивую позицию? В связи с этим предприниматель готовит открытое обращение на имя главы государства».

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.
Главное сегодня
NB!
29.04.17
Современный оракул — толстый, желчный и брюзгливый
NB!
29.04.17
Русские следы на востоке Турции
NB!
29.04.17
Великий мусорный путь: Украина в зеркале мусорной проблемы
NB!
29.04.17
СМИ ЕС: «С наскока Америку великой не сделать»
NB!
29.04.17
Солдаты и матросы — против травли Ленина
NB!
29.04.17
«Апрельская война в Нагорном Карабахе поставила Азербайджан в тупик»
NB!
29.04.17
Как это будет: репетиция Парада Победы в Воронеже
NB!
29.04.17
Евросоюз не будет «бесплатно кормить» Британию после Brexit — Минфин ФРГ
NB!
29.04.17
Киргизские бедняки оплачивают счастье чиновников
NB!
29.04.17
Выборы во Франции: шанс на обновление будет упущен?
NB!
29.04.17
Свалка на Украине примет ядерные отходы. После освоения денег
NB!
29.04.17
Парламентаризм Грузии открыл врата надежды
NB!
29.04.17
Оправдает ли ожидания новый интернет-проект об искусстве?
NB!
29.04.17
Петербургский аэропорт: как собака на сене
NB!
29.04.17
КНДР провела испытание баллистической ракеты
NB!
29.04.17
Выборы президента Франции: «золотой мальчик» против «винтовки»
NB!
29.04.17
В Молдавии День Победы стал “Днем Европы”
NB!
29.04.17
СМИ узнали о содержании «тайного разговора» Путина и Порошенко
NB!
29.04.17
Freedom House: журналисты ИА REGNUM задержаны незаконно
NB!
28.04.17
Христианство – ответ на неприятные вопросы
NB!
28.04.17
Карабах: факторы сдерживания военной эскалации в исторической ретроспективе
NB!
28.04.17
Война России и США на Ближнем Востоке: сценарий из недалекого будущего — II