Близок ли Узбекистан к социальному бунту?

Экономическая подкладка официальной пропаганды

Иннокентий Адясов, 7 августа 2015, 08:39 — REGNUM  

Официальный Ташкент продолжает распространять радужные пресс-релизы о состоянии экономики Узбекистана. Посыл прост — при бессменном президенте Узбекистана (РУ) Исламе Каримове кризис просто невозможен. О статистике в РУ эксперты просто не говорят — ее просто нет, точнее, она давно стала пропагандой. Цель одна — показать невиданные успехи РУ после получения независимости и избавления от «колониальной системы экономики».

Однако данные мировых финансовых институтов свидетельствуют об обратном: несмотря на все официальные заявления о рекордном росте ВВП Узбекистана с момента распада СССР, по данным Всемирного банка, ВВП Узбекистана (по паритету покупательной способности) на душу населения остается одним из самых низких среди республик бывшего СССР — порядка 5 тысяч долларов США. Это почти в пять раз ниже, чем в России и Казахстане, в три с половиной раза ниже, чем в Белоруссии и Азербайджане, почти в три раза ниже, чем в Туркменистане и почти в два раза ниже, чем на Украине, в Армении и в Грузии.

Разговоры о неизбежном новом социальном бунте в Узбекистане (скорее всего, с религиозной окраской) идут уже минимум 10 лет с момента выступлений в Андижане в мае 2005 года. Пока режим демонстрирует внешнюю стабильность, хотя объективно ситуация для Каримова продолжает ухудшаться. Так при каких условиях социальный бунт в стране станет неизбежным?

Последние 10 лет экономика Узбекистана держалась на двух источниках поступления валютных доходов: росте цен на сырье (прежде всего, на нефть и газ, золото, хлопок) и на валютных переводах граждан страны, находящихся на заработках за рубежом, прежде всего в РФ.

Согласно исследованиям агентства Fitch Ratings, опубликованным в конце июля 2015 года, экономика Узбекистана по-прежнему является уязвимой к внешним потрясениям, так как для структуры ее экспорта характерно доминирование сырьевых товаров, а внешние финансы в значительной степени поддерживаются переводом средств гражданами Узбекистана, работающими за рубежом. Но в России кризис, и это уже сказалось на объеме денежных переводов в Узбекистан. Объем денежных переводов между Узбекистаном и Россией, совершенных физическими лицами, в 2014 году снизился на 13,3% по сравнению с 2013 годом — до 6,239 миллиарда долларов, свидетельствуют данные Центробанка России. В том числе объем денежных переводов из России в Узбекистан в прошлом году составил 5,581 миллиарда долларов против 6,633 миллиарда долларов в 2013 году (снижение на 15,9%). Из Узбекистана в Россию было переведено 658 миллионов долларов, что на 16,9% больше, чем в 2013 году. Сумма одной транзакции из России в Узбекистан снизилась с 593 долларов в 2013 году до 563 долларов в 2014 году, из Узбекистана в Россию — с 1,901 тысячи долларов до 1,876 тысячи долларов соответственно.

В то же время продолжается резкое падение мировых цен на основные экспортные товары Узбекистана: в июле этого года мировые цены на хлопок обвалились до минимальной с декабря 2012 г. отметки. Кроме двух вышеупомянутых факторов, Ташкент весьма умело пользовался теми торговыми привилегиями в рамках ЗСТ СНГ для беспошлинного доступа своей продукции на российский рынок. Но российский кризис сказался и на этой статье доходов Ташкента (надо отметить, что российские власти так и не ввели защитные пошлины на ввоз автомобилей из Узбекистана, хотя такой меры активно добивается АвтоВАЗ). Автопром Узбекистана в первом полугодии 2015 года реализовал на рынке России 10 357 автомобилей GM Uzbekistan, что на 57% меньше по сравнению с показателями прошлого года. По данным Комитета автопроизводителей Ассоциации европейского бизнеса, в июне 2015 года продажи автомобилей СП GM Uzbekistan в России по сравнению с июнем 2014 года сократились на 45% до 1735 единиц. То есть приток валюты в Узбекистан резко сократился, что сказалось на курсе национальной валюты, сума: если еще осенью 2014 года один доллар стоил на черном рынке около 3000 сумов, то сейчас за единицу американской валюты дают уже 4600—4650 сумов (правда, в последние недели укрепление доллара замедлилось, что может быть связано с истощением денежных средств у населения).

Конечно, Узбекистан обладает своей спецификой, и не всегда корректно делать прямые параллели между событиями в этой стране и бурной «арабской весной». Но все же можно говорить о неких весьма общих моментах; тот же бунт против действующей власти в Египте начался после повышения цен на хлеб и ранее на топливо. В менталитете восточного общества власть должна гарантировать населению некий набор социальных продуктов (хлеб, растительное масло, сахар, чай) по фиксированным ценам и доступное топливо для приготовления пищи.

В многих городах (не говоря уже о сельской местности) жители забыли о централизованных поставках природного газа (Ташкент пытается максимальные объемы топлива направить на экспорт), газ в баллонах постоянно дорожает. Во многих областях Узбекистана сжиженный газ для автомобилей в апреле подорожал за два дня с 1100 сумов за литр до 1600 сумов. По официальным данным, доля автомобилей, использующих сжиженный газ, составляет в Узбекистане 20%.

Проблема с бензином в Узбекистане стала хронической — по информации условно оппозиционного нынешним властям в Ташкенте сайта Uzmetronom (хотя ходят упорные слухи, что сайт финансируется СНБ РУ для дезориентации умеренной оппозиции),

«в Ташкенте и столичной области вновь участились перебои с поставкой бензина. На ряде АЗС его попросту нет, либо он заканчивается во второй половине дня. Аналогичную ситуацию жители региона испытывают далеко не первый раз. Отличие нынешней от предыдущих в том, что дефицит топлива пока еще не достиг пикового уровня, а у АЗС еще нет сотен машин, часами стоящих в ожидании заправки. Что касается отдаленных регионов Узбекистана, то здесь дефицит бензина и дизельного топлива давно стал системным и хроническим. Отличается и стоимость бензина в Ташкенте и областях. Если в столице его реализация идет по централизованно установленным ценам, то в отдаленных регионах они почти на треть выше».

Но все-таки проблема с топливом вторична по сравнению с проблемой цен на продовольствие: что бы ни писали официальные СМИ РУ, страна в силу низкой эффективности сельского хозяйства не может обеспечить себя основными продуктами питания (кроме фруктов и овощей). И эти позиции — прежде всего зерно и молоко, молочные продукты, значительную часть растительного масла, сахара — Узбекистану приходится импортировать. Для импорта нужна валюта, которой Ташкенту все сильнее не хватает .

Запад после всех скандалов с отъемом собственности в стране явно не горит желанием финансировать режим Каримова. Выход один — просить деньги у России под очередные интеграционные обещания. Среди узбекских оппозиционных экспертов достаточно широко распространена информация, что Ислам Каримов запросил у Москвы срочный кредит в объеме до $1 млрд. Взамен Ташкент обещает присоединиться к ЕАЭС уже в 2016 году. Ташкент пытается пугать Москву перспективой резкого усиления радикальной исламской оппозиции, если запрашиваемые средства не будут получены и государство не сможет и дальше сохранять дотации на отдельные продовольственные товары.

Стоит отметить, что в декабре 2014 года Россия уже списала Узбекистану долг в размере более $860 млн из госдолга в $890 млн в рамках межправительственного соглашения об основных направлениях развития и углубления экономического сотрудничества на 2015−2019 годы. Правда, до сих пор непонятно, какие выгоды Россия получила от этого шага?

Читайте также по теме: Грозит ли Узбекистану экономический кризис?: http://regnum.ru/news/economy/1 948 554.html

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.
×

Сброс пароля

E-mail *
Пароль *
Имя *
Фамилия
Регистрируясь, вы соглашаетесь с условиями
Положения о защите персональных данных
E-mail