Турция пытается вернуть «курдского джинна» в лампу

Месть и ловушка Демирташа ведут страну к хаосу

Станислав Тарасов, 31 июля 2015, 13:39 — REGNUM  

Анкара пошла на очередной радикальный поворот в политической жизни, объявив о возбуждении уголовного дела против сопредседателя прокурдской Демократической партии народов (ДПН) Селахаттина Демирташа. Его обвиняют в «подстрекательстве к вооруженным столкновениям», грозит лишение свободы сроком до 24 лет. Какие проблемы возникли с курдами и почему их нельзя было решить путем переговоров?

На состоявшихся в июне парламентских выборах ДПН, впервые допущенная к выборам, прошла необходимый 10%-й барьер, получив 80 депутатских мандатов. А Партия справедливости и развития (ПСР), впервые за 13 лет утратившая статус правящей структуры, вынуждена формировать коалиционное правительство. Тут есть своя интрига. Дело в том, что на прошлых региональных выборах многие курды отдали голоса за ПСР, обеспечив ей большинство. Однако в ходе парламентский избирательной кампании президент Турции Реджеп Эрдоган, который согласно Конституции должен оставаться над схваткой, выступил с рядом резких заявлений в адрес курдов, что привело к потере ПСР голосов избирателей. Глава государства неожиданно заявил, что «в Турции курдского вопроса не существует», хотя ранее предпринимал немало усилий для решения этой проблемы. По оценке многих турецких экспертов, это был тактический ход Эрдогана (когда стала очевидна невозможность изменить Конституцию в сторону формирования президентской республики) с целью ослабить «собственную» ПСР, которую возглавил премьер-министр Ахмет Давутоглу, поставить его перед необходимостью формирования коалиции. Теперь статус Давутоглу в качестве главы правительства, в руках которого Конституция сосредотачивает почти все властные полномочия, носит временный характер. Таким образом, именно Эрдоган ввел в парламент партию Демирташа. Позиция западных экспертов о том, что успех ДПН кроется в «объединении под своим крылом различных курдских группировок», не выдерживает критики.

Как и предполагало ИА REGNUM еще в конце прошлого года, Эрдоган ставил далеко идущую цель: обострить противоречия между Демирташем и находящимся в заключении на острове Имралы лидером Рабочей партии Курдистана (РПК) Абдуллой Оджаланом, с которым ведет диалог турецкая разведка (MIT). Весной 2013 года Оджалан объявил о перемирии, призвав стороны отказаться от насилия и начать конструктивный диалог. По его словам, «мы совершаем переход от вооруженной борьбы к демократическому противостоянию». В этой связи Демирташ предлагает правительству свои варианты: либо Оджалану должен быть предоставлен официальный статус «переговорщика», что должно быть сопряжено с изменением ему судебного приговора, либо ДПН, а не MIT, должна выступать в роли посредника в переговорах с Оджаланом. В ответ представители турецкой разведки стали распространять сообщения о выявившихся расхождениях между РПК и ДПН. Турецкая газета Cuhmurriyet уловила «новую формулу» действий Анкары: Оджалан придерживается разработанной «дорожной карты», где обе стороны брали на себя обязательства, направленные на решение затяжного курдского конфликта, а Демирташ «организует выступления курдов в юго-восточных вилайетах Турции», становится «политическим крылом», которое, по словам вице-премьера Турции Бюлента Арынча, «разжигает в стране межэтнический конфликт».

ДПН попала в ловушку: в случае какого-либо теракта партия должна выступить с осуждением не просто терроризма, но и РПК. В противном случае, по мнению левоцентристской газеты Milliyet, «станет ясно, что Демирташ неискренен в вопросах, связанных с демократическим решением курдской проблемы». Лидер Демократической партии народов попал в западню в октябре 2014 года, когда призвал население «выйти на улицы в знак протеста против резни в сирийском городе Кобани. Его действия привели к беспорядкам в некоторых регионах Турции, в результате которых погибли более 30 человек, свыше 200 пострадали, а общественному имуществу был нанесен многомиллионный ущерб. Затем Демирташ обвинил правительство «в стремлении развязать в стране гражданскую войну». Эрдоган ответил: «Правительство не может вести диалог с лицами, поддерживающими террористов»; «демократическое решение курдской проблемы было важным для Турции, но к большому сожалению, этим процессом воспользовались ряд террористических группировок». Но перед этими словами Анкара, объявив о присоединении к международной коалиции по борьбе с «Исламским государством» (ИГ), решила нанести авиаудары по объектам РПК на сервере Ирака: разыгрывая карту террористической угрозы, главный удар приходится все же по курдам.

Что касается теракта 20 июля, который унес жизни 32 курдских добровольцев, решивших помочь в восстановлении Кобани, то здесь есть подозрения в определенных манипуляциях. Чтобы разобраться в этих событиях Республиканская народная партия (РНП) направила запрос на внеочередной созыв парламента для формирования комиссии по «расследованию причин возросшего количества терактов, угрожающих общественному порядку, и выработки необходимых мер противодействия». Однако депутаты турецкого парламента большинством голосов отвергли этот запрос, за что проголосовали практически все депутаты ПСР и часть депутатов Партии националистического движения (ПНД). За создание комиссии голосовали депутаты РНП, а также ДПН. Это означает следующее: во-первых, спустя 52 дня после парламентских выборов в Турции стали намечаться контуры коалиционного правительства в составе ПСР и ПНД, а оппозиционный блок формируют РНП и ДПН.

Не исключено, что ДПН может быть запрещена, что выведет курдов из вероятных внеочередных выборов в парламент, на которых ПСР рассчитывает вернуть большинство, сформировав однопартийный кабинет. Пока Демирташ защищен депутатским иммунитетом, поэтому уголовное дело против него будет заведено только после того, как у прокуратуры появятся конкретные доказательства и основания для предъявления обвинений. Если это произойдет, то обвинению предстоит еще добиться через парламент и министерство юстиции снятия депутатской неприкосновенности. Вне всяких сомнений, турецкая прокуратура будет оперировать информацией, предоставленной турецкой разведкой, что в принципе выглядит как «грубая работа». Вот как описывает положение дел испанское издание Publico. es: «В то время, как Эрдоган возложил ответственность за теракт на боевиков «Исламского государства», курды обвиняют президента Турции и руководителя Национальной службы разведки Турции Хакана Фидана в причастности к взрыву. Напрашивается вопрос: почему террористические акции всегда направлены против мирного населения и курдов, а не против правительства?».

Демирташ, понимая, что парламент лишил его возможности вести дискуссию по проблемам курдов в официальном пространстве, пытается придать своей деятельности публично-общественную значимость, пообещав отказаться от депутатской неприкосновенности. «Если вы говорите про снятие иммунитета, то мы вместе с 80 нашими парламентариями можем направить запрос в парламент о лишении нас неприкосновенности. Если вы не боитесь, давайте все вместе откажемся от нашей депутатской неприкосновенности! Готовы ли вы к этому лично? — обратился Демирташ к Эрдогану в прямом эфире одного и телеканалов — Мы не совершали никаких непростительных действий. Единственное наше преступление заключалось в выигрыше 13% голосов избирателей».

На наш взгляд, Анкара спешит, понимая, что по мере развития событий в регионе она может утерять над ними контроль и стремится покончить с курдами прежде всего у себя дома, хотя ранее стремилась расчленить на севере и северо-востоке Сирии курдские кантоны в Кобани и Джезире, чтобы подорвать иракскую модель в Сирии. Турция противодействует созданию там курдской автономии с учетом неизбежной мирной конференции о будущем статусе этих районов. Причем уже не только на территории Сирии. Встав на путь войны, Эрдоган использует участие в операции против ИГ как прикрытие для действий против курдов, не считаясь даже с тем, что такое развитие событий превратит страну и регион в новый источник напряженности, дестабилизации и хаоса. Как ни парадоксально, Турция поддалась и вступила в войну в самый неблагоприятный момент, когда боевые действия извне могут быть переброшены на ее территорию, а внутри активизируется террористическая деятельность РПК, создавая новые внутриполитические реалии.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.