О некоторых итогах «Баграмяна»

«То, что не убивает нас, делает нас сильнее!»

Рубен Грдзелян, 2 июля 2015, 19:41 — REGNUM  

День ото дня на ереванском проспекте имени Маршала Баграмяна собирается все меньше людей, полицейские ряды также редеют. Пытающихся усмотреть в этой акции протеста против повышения тарифов на электроэнергию элементы «майдана» становится все меньше. 2 июля в больницу были доставлены двое голодающих с 30 июня представителей молодежи. А праздношатающихся можно встретить и не только на Баграмяна, хотя в других частях города предпочитают прогуливаться не на проезжих частях, а в сквериках или тротуарах.

И даже попытки армянской службы радио «Свобода» и портала 1in. am как-то активизировать жизнь на Баграмяна не приносят успеха. В частности, сайты продолжают транслировать прямой эфир с проспекта Баграмяна, между делом ставя кадры самых активных моментов на проспекте с пометкой Live (уже ностальгируют, типа).

Тем не менее, видимо, по причине того, что «баграмянская» акция была инициирована молодежью, в ходе встречи с участниками молодежного форума БРИКС 2 июля глава МИД РФ Сергей Лавров обратился к этой теме. Он посчитал, что многие хотят использовать протестные настроения в Ереване для нагнетания антиправительственных настроений. «У многих есть искушение использовать события в Армении для нагнетания антиправительственных настроений. Хотя корень этих событий — сугубо экономический», — отметил он. При этом Лавров вспомнил и события на Украине, но осекся, намекнув только, что в Армении «известный» сценарий застопорился на «попытках» политизации процесса. Так чего вспоминать-то, раз процесс завершился в самом начале?

Любопытно, что американский аналитический центр Stratfor, обращаясь к означенным событиям в Ереване, пишет, что после событий на Украине Москва стала более чувствительной к напряженным ситуациям на постсоветском пространстве. При этом автор доклада считает, что именно этим обусловлены последние «жесты» Кремля в сторону Еревана, и, в частности, кредит Еревану в $200 млн на закупку российских вооружений, а также передача уголовного дела Валерия Пермякова (служащий российской военной базы, обвиняемый в убийстве армянской семьи в Гюмри) правоохранительным органам Армении. Возможно, Stratfor и прав, но это никак не характеризует «баграмянские» события.

Кстати, о кредите, соглашение по которому парламент Армении одобрил 2 июля единогласно (не считая шаблонную заготовку вездесущей, где русский дух витает, Заруи Постанджян). Относительно кредита есть разные мнения, но примечательно мнение подвергшего в последнее время глубокой переоценке свою ценностную систему российского публициста Андрея Епифанцева. В соцсетях он пишет: «В Армении никаких «майданов» не будет, там сейчас примут решения не поднимать цены, и все прекратится…

Естественно! Только платить за все это будет Россия. За митингующих в рабочее время армянских молодых людей платить будем мы. Нам за это будут поднимать налоги, банковские ставки, коммунальные тарифы и пенсионный возраст. И нас же потом люди, которым мы помогли и которых мы фактически содержим, будут ругать и всячески подчеркивать, как они тяготятся отношениями с нами». Никак в политические деятели метит, причем на Апшероне.

Публицистика публицистикой, а что в остатке? Во-первых, «дело Пермякова», передача/непередача под чью-либо юрисдикцию которого не дает ничего никому ни в практическом плане, ни в психоэмоциальном. Она на общественные настроения уже существенного влияния не оказывает (кроме радио «Свобода» и иже с ним). Что касается кредита, именно кредита с довольно принципиальными механизмами возвращения с процентами, то его величина в $200 млн существенного влияния на какой-либо баланс сил в Нагорном Карабахе не окажет. Ежегодно Азербайджан тратит на оборону миллиарды долларов, а Армения с Карабахом — сотни. $200 млн растворятся в них очень быстро.

Если обещанный президентом аудит в «Электрических сетях Армении» будет иметь место, то его результаты вполне могут спровоцировать процесс оздоровления всей энергетической системы. Могут.

Еще одним знаменателем прошедших событий можно считать новое восприятие общества и власти друг другом. И молодежь, и власти вышли из этой тактической битвы более сильными. По ницшеанскому принципу — «То, что не убивает нас, делает нас сильнее!». Обе стороны набрались опыта, в том числе опыта идти на компромиссы и реально оценивать ситуацию, не поддаваясь эмоциям, с одной стороны, и соблазну решать вопросы силой — с другой.

Ни в результате, ни в мотивах не было, скрытых, завуалированных, геополитических или конспирологических идей или итогов.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.