Как борьба элит в Иране влияет на переговоры с Западом?

Исламская Республика в преддверии больших перемен

Антон Евстратов, 30 июня 2015, 10:21 — REGNUM  

Внутренняя и внешняя политика современного Ирана, его гибкость или твердость при подписании соглашения по ядерной программе, пути и методы взаимодействия с Европой, США и Россией сейчас больше, чем когда-либо, зависят от борьбы политических элит. То, что происходит внутри современной Исламской Республики, можно охарактеризовать как некое обострение противостояния условных реформаторов, ведомых такими фигурами, как Рухани, Хатами и, с некоторыми оговорками, Рафсанджани, и по факту правящих страной консерваторов, к которым, помимо верховного лидера ИРИ Али Хаменеи, можно отнести значительную часть командования Корпуса стражей исламской революции (КСИР), главу судебной власти аятоллу Лариджани, абсолютное большинство парламента и других структур.

Индикаторами этой борьбы стали недавний запрет на публикацию в СМИ любых упоминаний об активности бывшего президента и лидера системных реформаторов Ирана Мохаммада Хатами, открытые угрозы руководства и студентов связанного с КСИР Института Имама Хусейна в отношении правительства за «сближение с Америкой», а также многочисленные выступления консервативных депутатов Меджлиса против политики правительства Рухани. Первоначально может показаться, что между реформаторами и консерваторами — паритет. Первые контролируют правительство, вторые — законодательную власть и некоторые другие структуры. Однако, учитывая иранские политические реалии, очевидно, что мощь консервативной части истеблишмента — несравненно больше, чем у её соперников.

Ведь правительство во главе с избранным президентом в Иране — орган по большей части декоративный, призванный создать пусть квази-, но все же демократический облик Исламской Республики — с голосованием, сменой кабинетов и прочими необходимыми чертами. Вместе с тем по-настоящему важные вопросы правительство и исполнительная власть в целом не решают. Реальные полномочия сосредоточены в руках верховного лидера и напрямую контролируемых им структур — Высшего совета безопасности, Совета экспертов, Совета целесообразности и других органов. Несмотря на то, что формально главами первого и последнего являются соответственно президент Хасан Рухани и один из основных фрондеров Ирана Али Акбар Хашеми-Рафсанджани (также бывший президент), основное и реальное руководство этими органами осуществляется именно главой государства — аятоллой Хаменеи. Ещё одна мощнейшая сила, влияющая на политическую обстановку в ИРИ, её внутреннюю и внешнюю политику — Корпус стражей исламской революции. Излишне говорить, что и он напрямую подчинен верховному лидеру. Более того, именно с прицелом на полное подчинение рахбару эта структура и создавалась после Исламской Революции — дабы уравновесить армию, которой командовали тогда ещё шахские офицеры. Именно КСИР на протяжении последнего времени наиболее последовательно и «громко» критиковал линию Х. Рухани.

Полностью консервативный парламент — это не более чем дополнение ко всем названным силам, противостоящим прагматичной политике нынешнего президента и усиленно лоббируемым им реформам во внешней и внутренней политике. Надо признать, что и Меджлис, члены которого избираются всенародным голосованием, являет собой во многом декоративный орган — вполне равный в этом качестве декоративному правительству. Мало того, что по-настоящему оппозиционных депутатов просто не пропускают через «сито» контролирующих органов, так ещё и события 2009 года и последующих лет закрыли дорогу в парламент даже самым умеренным реформаторам.

Как видим, на стороне консерваторов — явный перевес, официально и неофициально они более влиятельны и сильны, обладают большими ресурсами и действенными рычагами воздействия как на народ, так и на своих противников. И все же именно в последнее время ситуация начала меняться. Во-первых, президент Рухани в своей недавней речи по случаю годовщины избрания (13 июня) защитил Мохаммада Хатами. Являясь формально главой Совета безопасности, руководитель иранского правительства опроверг слова пресс-секретаря данной структуры Голамхосейна Эжеи, объявившего любого журналиста, который опубликует какие-либо сведения о Хатами, своим личным врагом. Хасан Рухани заявил, что данный запрет со стороны Высшего совета национальной безопасности — ложь. По словам президента, этот орган попросту не занимается подобными вопросами, а тот, кто приписывает ему подобное, — понесет заслуженное наказание.

Что это, как не явный демарш со стороны президента? Почему он идёт на такой шаг, ведь мы выше отметили его явную слабость по сравнению с консервативным крылом иранской политической элиты? Ответ состоит в том, что реформаторы, и в частности сам Рухани, получили, возможно, неожиданную поддержку с разных сторон. Во-первых, командир Корпуса стражей исламской революции генерал-майор Али Джафари 25 мая открыто поблагодарил ключевого члена правительства — главу МИД Джавада Зарифа — за его деятельность на дипломатическом поприще, в частности, на переговорах по ядерной программе. Кроме того, Джафари отметил заслуги Зарифа в деле укрепления национальной безопасности, опровергнув таким образом обвинения некоторых депутатов Меджлиса в угрозе правительства Рухани для безопасности ИРИ. Следует понимать, что Али Джафари по своему статусу — ненамного ниже президента (а может быть, по факту — и выше его). Его заявление — гораздо весомее, чем открытое письмо, пусть и весьма влиятельного Института Имама Хусейна.

Кстати, о Меджлисе — очень возможно, что и его состав кардинально поменяется уже после ближайших выборов. Дело в том, что иранские реформаторы, среди которых — Мохаммад Реза Ареф (кандидат в президенты Ирана, снявший свою кандидатуру с выборов в пользу Рухани), Хади Хаменеи (брат Верховного Лидера), Масуме Эбтекар (вице-президент ИРИ по вопросам экологии) и многие другие, 15 января в ходе съезда в тегеранском центре монотеизма провозгласили очередной «поход» в законодательную власть. По оценкам того же Арефа, победа на парламентских выборах — в кармане у сторонников реформ, если на избирательные участки придет хотя бы половина зарегистрированных избирателей. Некоторые участники тегеранского форума легальной оппозиции и вовсе заявляли о полном доминировании в Меджлисе.

Мероприятие было весьма статусным и серьезным, однако там отсутствовали как минимум три ключевые в среде реформаторов фигуры. Это — уже упомянутый Мохаммад Хатами, а также находящиеся под домашним арестом бывший кандидат на пост президента Ирана Мир Хоссейн Мусави и либеральный клирик Мехди Карруби. Хасан Рухани в своей предвыборной программе пообещал освободить оппозиционеров, однако указанные персонажи — до сих пор без какого-либо решения суда не выпускаются из своих домов. Продолжается давление и на реформистски настроенную часть высшего духовенства. В частности, даже в последнее время под жестким информационным прессингом находится аятолла Саанеи, «продавивший» вместе с Хатами возможность для женщин носить цветную одежду и разрешивший своим последователям много других «вольностей» с точки зрения его более консервативных коллег.

Учитывая настрой Рухани и его готовность при первой же возможности начать отстаивать свои (а значит — своих друзей и союзников) позиции, следует ожидать, что освобождение сидящих под арестом реформаторов и другие перемены — дело ближайшего будущего. При очевидном внимании новых союзников президента, таких как генерал Джафари, к внешней политике и ядерным переговорам, можно предположить, что мощным двигателем внутренних изменений в ИРИ станет подписанное соглашение по ядерной программе, которое уже перенесено с 30 июня на определенный срок, однако, по-прежнему — «где-то рядом». Договор, зависимый от расстановки сил внутри страны, окажет определяющее влияние на эту самую расстановку, кардинально поменяв политический климат, социальные реалии и вектор развития Исламской Республики.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.
Главное сегодня
NB!
25.04.17
Строить дороги или сразу вертолетные площадки?
NB!
25.04.17
«Дальневосточный треугольник» как вызов советской дипломатии
NB!
25.04.17
Диктатор, открывший новую эпоху
NB!
25.04.17
Анкара и Баку непреднамеренно сыграли в пользу Тбилиси
NB!
25.04.17
Who is мистер Гомер Симпсон?
NB!
25.04.17
Вышла ли Польша на перепутье?
NB!
25.04.17
Сердце российского подводного флота: Северодвинск восстанавливает мощь
NB!
25.04.17
В Дагестане трасса М-29 разблокирована после освобождения дальнобойщиков
NB!
25.04.17
Мастер слова и стиля среди нас
NB!
25.04.17
Трамп последовал примеру Обамы: США по-прежнему боятся термина «геноцид»
NB!
25.04.17
США сократят финансовую помощь Украине в 2018 году на 69%
NB!
25.04.17
По ком звонит Мечеть Парижской Богоматери
NB!
25.04.17
«Врожденный кавалерист-начальник»
NB!
24.04.17
Нетаньяху предъявил ультиматум МИД ФРГ
NB!
24.04.17
Кто и зачем хочет взорвать «Евровидение» 9 мая?
NB!
24.04.17
Патрик Бьюкенен: Демократия в мертвой петле?
NB!
24.04.17
Европа — от Турции Эрдогана до Франции Макрона
NB!
24.04.17
«Чапаев» научит, как родину любить
NB!
24.04.17
Антитеррор в Нижнем Новгороде: полиция прервала концерт «Машины времени»
NB!
24.04.17
«Против кого Лондон готов превентивно применить ядерное оружие?»
NB!
24.04.17
В Оренбурге Большой благотворительный бал увенчался скандалом
NB!
24.04.17
Боевой Донбасс: мощный взрыв в Луганске и самострелы в рядах ВСУ