Поверит ли Кремль высоким рейтингам Дагестана?

Эдуард Уразаев, 18 мая 2015, 19:55 — REGNUM  

Размышление над противоречивыми рейтинговыми показателями республики.

Продолжающаяся с 12 мая серия отставок глав российских регионов и выдача им президентом РФ карт-бланша на предстоящие в сентябре выборы вновь вызывает вопросы о критериях получения «грамот на княжение». В Дагестане эти вопросы вызывают повышенный интерес в связи с будущим главы этого региона Рамазана Абдулатипова.

Считается, что объективную оценку происходящего в регионе призваны дать составляемые экспертами рейтинги, характеризующие ситуацию в разных субъектах РФ и отражающие итоги деятельности их органов власти. В этой связи интересно отметить, что статистические показатели социально-экономического развития Дагестана и несколько обнародованных в мае рейтингов во многом не соответствуют друг другу и заявлениям руководства республики.

Так, Правительство РФ 7 мая на своём заседании утвердило доклад об оценке эффективности работы органов власти в регионах по итогам 2014 года с учётом динамики за три года, но Дагестан вновь не попал в топ-20 субъектов РФ, которые получат премиальные примерно по 250 млн рублей, хотя индексы основных показателей социально-экономического развития республики, за исключением промышленности (99%), превысили среднероссийские.

Более того, по данным Росстата индексы роста в ряде сфер деятельности у Дагестана значительно выше, чем у Чеченской Республики и Ингушетии, которые в заняли в этом правительственном рейтинге 2-е и 3-е места соответственно. Например, индекс производства продукции сельского хозяйства в хозяйствах всех категорий в Дагестане составил в 2014 году 108,7% (при 103,7% по РФ), тогда как в Чечне — 98,7%, а в Ингушетии — 103,0%. Объём работ по виду деятельности «строительство» в Дагестане составил в 2014 году по отношению к 2013 году 109,1% (по России — 95,5%), тогда как в Чечне — 98,7%, а в Ингушетии — 98,8%. Темпы роста оборота розничной торговли в Дагестане, Чечне и Ингушетии — 107,9%, 109,4% и 98,5%, соответственно, при 102,5% по России. Объём платных услуг — 104,3%, 118,4% и 87,9%, при 101,3% по России. Да и индексы промышленного роста у Чечни (102,3%) и у Ингушетии (102,1%) при общероссийском показателе в 101,7% не выглядят большими достижениями.

В 2014 году инвестиции в основной капитал по полному кругу организаций в Дагестане составили более 211,6 млрд рублей, что превышает показатели 2013 года (178,3 млрд) в действующих ценах на 18,7%. По официальным данным Чеченстата, объем инвестиций в основной капитал в 2014 году по сравнению с 2013 годом в Чечне увеличился с 41,2 млрд на 50,7% и составил 62,1 млрд рублей, а в Ингушетии вырос с 13,1 до 15,7 млрд рублей, т. е. на 19,8%. Эти результаты всех трёх республик выглядят особенно впечатляюще на фоне того, что в целом за 2014 год инвестиции в России уменьшились (в сопоставимых ценах) на 2,5% по сравнению с 2013 годом.

Правда, по динамике реальных денежных доходов населения (за январь-ноябрь 2014 года по отношению к тому же периоду 2013 года) Дагестан значительно уступил своим соседям — 102,6% против 129,9% в Чечне и 112,3% в Ингушетии (по России этот индекс оказался равен 100%). Но по темпам роста среднемесячной номинальной заработной платы за 11 месяцев 2014 года результаты совсем другие: Дагестан — 111,0%, Чечня — 106,7%, Ингушетия — 107,1%.

Доклад Правительства РФ, к сожалению, пока не опубликован и приходится исходить из краткой справки к нему, в которой сказано: «Чеченская Республика (2-е место) добилась высоких результатов в привлечении инвестиций, развитии малого предпринимательства, жилищном строительстве, имеет низкую естественную смертность населения. Республика Ингушетия (3-е место) является лидером по продолжительности жизни населения, характеризуется высоким уровнем развития малого предпринимательства, низкой смертностью населения, а также высокой динамикой роста реальных доходов населения».

Но показатели продолжительности жизни и смертности населения во всех трёх республиках близки друг к другу и намного опережают среднероссийские показатели. Вероятно, Дагестан уступил соседям по уровню развития малого предпринимательства, хотя статистика говорит, что число субъектов МП осталось почти прежним, а объём производства их вырос.

Скорее всего секрет отставания Дагестана от Чечни и Ингушетии лежит в словах премьера Дмитрия Медведева, который заявил на заседании правительства о том, что «в рейтинге принимался во внимание уровень развития экономики, социальной сферы, а главное — мнение живущих в регионе людей». Оценивая общественное мнение в регионах, правительство обычно опирается на данные закрытых опросов. Между тем, в аналогичном докладе по итогам 2013 года уже отмечались высокие темпы роста основных показателей социально-экономического развития и низкий уровень удовлетворённости населения деятельностью органов исполнительной власти Дагестана. Вопреки этому, глава региона Абдулатипов до недавнего времени продолжал повторять, что у него высокий уровень поддержки населения.

Этот рейтинг правительства РФ направлен и президенту. По словам Медведева, рейтинг «полезен, во-первых, для самих регионов, потому что он стимулирует местную власть уделять повышенное внимание самым острым проблемам, во-вторых, для федерального центра, потому что эти цифры чётко показывают, кто умеет работать».
Гаджимурада Омарова, который обвиняет в инциденте лиц из окружения Абдулатипова.

Кроме того, как сообщало ИА REGNUM, по итогам I квартала 2015 года в Дагестане зарегистрировано 183 преступления террористического характера (первое место в антирейтинге), что в 4,5 раза больше, чем в Чечне (39 преступлений, второе место). В регионе продолжается недопоступление налогов в региональный и местные бюджеты, сохраняется конфликтные ситуации в кадровых (с главами некоторых муниципалитетов) и земельных вопросах. Широкий резонанс получили скандальные оценки хода подготовки к 2000-летнему юбилею города Дербента со стороны полпреда Президента РФ в СКФО Сергея Меликова.

Вероятно, поэтому в рейтинге влиятельности глав регионов, который ежемесячно составляется Агентством политических и экономических коммуникаций, Абдулатипов выпал из топ-20, в который его включали в 2013-2014 годах, и перемещается теперь вверх-вниз в пределах третьего-четвёртого десятка списка. В рейтингах Фонда «Петербургская политика» по уровню социально-политической устойчивости регионов Дагестан продолжает оставаться в самой нижней группе, включающих субъекты РФ со слабой устойчивостью, а в последнем рейтинге политической выживаемости губернаторов России (от 3 декабря 2014 года) Абдулатипов попал в лидеры падения (с 5 до «4 с минусом» баллов) в сравнении с предыдущим рейтингом (от 14 октября 2013 года).

14 мая Фонд развития гражданского общества (ФоРГО), который известен близостью к Кремлю, представил второй выпуск продукта «Лидеры роста и падения» (ЛРП), характеризующего работу высших должностных лиц субъектов федерации на основе экспертных оценок и измерений медиа-поля за период с 16 марта по 27 апреля 2015 года. Авторы предупреждают, что в этом продукте отражается динамика, а не место губернаторов в итоговом рейтинге. Но симптоматично, что если в первом выпуске эксперты ФоРГО включили Абдулатипова в топ-10 роста, то во втором выпуске он лишь сохранил прежние позиции.

Газета «Коммерсант» 16 мая сообщила о противоречиях между федеральными министерствами по вопросу о целесообразности расширения госпрограммы «Развитие СКФО» путём добавления в неё подпрограммы по развитию Дагестана. Такие сигналы из Москвы могут возобновить слухи об отставке главы Дагестана, которые приходилось несколько раз опровергать ему самому, а в январе 2015-го — полпреду президента в СКФО Сергею Меликову.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.