Слова «Германия капитулировала» были главными в моей жизни: ветеран

Москва, 9 апреля 2015, 20:17 — REGNUM  Сегодня, 9 апреля, исполнилось 92 года участнику Великой Отечественной войны и ветерану органов прокуратуры Ульяновской области Антонине Ивановне Червяковой. Во время войны она была разведчицей, сражаясь с фашистами от Смоленска до Варшавы, где и встретила Победу. А затем Антонина Ивановна всю жизнь проработала в прокуратуре, посвятив себя борьбе с преступностью. Воспоминаниями о страшной войне и Великой победе она поделилась с корреспондентом ИА REGNUM.

Антонина Ивановна родилась 9 апреля 1923 года в селе Белозерье Карсунского района Ульяновской области в семье фельдшера Ивана Трошенькина. Через два года семья переехала в поселок Ивановский. Там Антонина окончила начальную школу, а среднее образование уже получала в Карсунской средней школе. Выпускной бал прошел 16 июня 1941 года, тогда в последний раз вместе с одноклассниками она провела комсомольское собрание.

«А 22 июня началась война. Никто не думал, что она растянется на долгих четыре с лишним года, что унесет более двадцати миллионов жизней, что изменит судьбу каждого из нас, вспоминает Антонина Ивановна. — Отца еще в марте 1941 года военкомат направил на курсы усовершенствования как медицинского работника, домой с этих курсов его уже не отпустили — сразу отправили в воинские части. Видимо, все-таки предчувствовали военные готовящиеся грозные события. Отец начал воевать на 1-м Белорусском фронте, под Смоленском попали в окружение, но несколько человек сумели вырваться. Потом был Сталинград, у него было ранение в ногу, контузия и самое страшное — плен. Концлагерь находился на территории Украины, во время погрузки пленных в эшелон на станции Сталино отец вместе с четырьмя товарищами сумели спрятаться под вагонами (отправка происходила ночью) и бежать. Голодные, страшно ослабевшие, оборванные долго скитались — фронт был далеко, какие-то старики прятали их у себя в погребе. Наконец, все же добрались до своих, и вновь — фронт: сначала — на юге, а затем снова 1-й Белорусский».

После окончания школы Антонина поступила в институт. «Ведь все мы надеялись на светлое будущее, никто не думал, что война теперь надолго, — говорит ветеран. — Все то время, пока отец воевал, выбирался из окружения, бежал из плена и добирался до своих, мы не имели от него никаких известий. Мама написала мне, чтобы я возвращалась домой — у меня было шестеро младших братьев и сестер».

А в 1942 году военкомат направил Антонину на курсы медсестер при Карсунском медучилище, одновременно она работала медстатистом в санэпидстанции. В январе 1943 года пришла повестка из военкомата и троих карсунских девчонок отправили в Куйбышев. Туда из-под Сталинграда прибыл для переформирования из-за больших потерь зенитный полк. И хотя по документам Тоня была медсестрой, ее определили в отделение разведки 3-го дивизиона 1088 зенитного полка, где в основном служили девушки. «Разведчиков из нас готовили серьезно: мы изучали немецкие, английские, французские самолеты. Должны были они научиться различать их по фюзеляжу, крыльям, хвостовой части, шуму мотора. При этом мы их и не видели „вживую“, изучали по снимкам в альбомах».

«Первый настоящий немецкий самолет я увидела только в 1943 году, когда, стоя на посту на наблюдательном пункте, услышала, а затем и заметила то ли грузовой, то ли пассажирский „Юнкерс“, низко над землей летевший в сторону Куйбышевского аэродрома, — вспоминает Антонина Ивановна. — Конечно, сразу же доложила. Как оказалось потом, его уже вели наши летчики, а низко летели потому, что боялись быть сбитыми своими же. Но это еще был не фронт».

Во второй половине октября 1943 года наш полк отправили под Смоленск. Ехали туда из Куйбышева очень долго, через Киев. По дороге много и часто наш состав бомбили. Однажды остановились на какой-то станции, вышли из вагонов. Вдруг к нам подходит какой-то мужчина, оказалось — артист, но только он начал петь, раздалась команда «Воздух!» и все разбежались в укрытия. В Смоленск мы приехали ночью с 5-го на 6-е ноября, было холодно и темно, но ночевать пришлось на улице. Днем нас определили в казарму, у которой от постоянных бомбежек не было ни окон, ни дверей. А затем мы пережили еще одну немецкую бомбежку. Ночевать вновь пришлось в холоде. А в ночь на 7-е ноября опять прилетели немецкие бомбардировщики, наши прожектористы включили мощные прожекторы, зенитчики открыли огонь. Стоял страшный грохот, со стен казармы сыпались камни, пыль. Я тогда решила, что уже необходимо начинать «работать» по-настоящему, поэтому не ушла в убежище, а, вжавшись в угол, слушала, смотрела, запоминала силуэты, звуки немецких самолетов. Впервые оказавшись в этой нечеловеческой круговерти, я не испытывала страха, наверное, потому, что еще не понимала, что надо бояться. Было только любопытство, желание научиться правильно выполнять свои обязанности". Были в тот день и первые погибшие, но, как вспоминает Антонина Ивановна, ни их, ни похороны девчонкам не показывали, наверное, чтобы не было «всеобщего воя».

В Смоленске полк стоял долго. Фронт отодвинулся аж до 100 км в сторону Витебска. Зима 1943-1944 годов была очень суровой. «А мы, девчонки жили в землянках, почва там была болотистой, и весной мы ходили в землянках по колено в воде, а иногда и плавали в корыте. Нас было четверо, менялись на дежурстве через каждые два часа». Осенью 1944 года полк, в котором служила Антонина Ивановна, прибыл в Варшаву. Город был только что освобожден, но сильно разрушен, горел и днем, и ночью. Фронт проходил по линии реки Висла. Наблюдательные пункты разведчиц находились на крышах двухэтажного дома в пригороде Варшавы, который назывался Прага. Во время одного из своих дежурств Антонина увидела, как по улочкам пригорода бегут люди в полосатых одеждах и доложила командованию. Тогда она еще не знала, кто носил такую одежду. Через несколько дней во время дежурства Тоня впервые почувствовала на себе, что такое оказаться под прицелом снайпера. К счастью, пуля тогда пролетела мимо. Но снайпера тогда так и не обнаружили. «Затем мы дежурили с подругой, и я решила пошутить над ней легонько толкнув ей в спину какой-то палкой. Подруга испугалась и присела. Это спасло ей жизнь, потому что в это время опять просвистела снайперская пуля, попав в стену как раз над ее головой».

В Варшаве Антонина совершенно случайно встретилась с сестрой Анной, с которой не виделись с января 1943 года. Аня тоже воевала, уйдя на фронт чуть позже старшей сестры. Сестры плакали и смеялись, рассказывали друг другу о себе и спрашивали о весточках из дома. Анне повезет на войне еще раз: в апреле 1945 года в Берлине она встретиться еще и с отцом, которого в семье не видели с марта 1941 года.

Ночью с 8-го на 9-е мая 1945 года Антонина несла боевое дежурство, полк все еще находился в Варшаве. «Нам позвонили из оперативной части и сообщили: война закончилась. Победа! Я буквально прокричала это нашему командованию, — со слезами на глазах вспоминает Антонина Ивановна. — Девчонки спали, их подняли по тревоге, все выскочили на улицу — кто в чем был, ожидая чего угодно, а нам всем объявили: все — Германия капитулировала. Что тут было: плакали, плясали, пели, всю ночь не спал. Это были самые главные слова в моей жизни».

В августе 1945 года Антонина Ивановна вернулась домой. Затем работала в райкоме комсомола, закончила Куйбышевскую юридическую школу, далее — 12 лет работы в нотариальной конторе и 17 лет — в Карсунской прокуратуре.

На вопрос о наградах ветеран ответила скромно и мудро: «Наград мы не ждали, не просили и не думали, что нас будут чем-то награждать. Мы просто выполняли свой долг». А пиджак со своими наградами она одевает в Великий праздник Победы.

С 1945 по 1948 года Антонина Ивановна Червякова работала завсектором учета и статистики в Карсунском райкоме ВЛКСМ. После окончания в 1950 году Куйбышевской юридической школы была направлена на работу нотариусом Кузоватовской нотариальной конторы. С 1951 года по июль 1956 года работала секретарем Карсунской райпрокуратуры. С 1956 по 1968 год — нотариусом Карсунской государственной нотариальной конторы. А в октябре 1968 года была принята на должность следователя Карсунской районной прокуратуры Ульяновской области. В 1981 году назначена старшим следователем этой прокуратуры.

На следственной работе Антонина Ивановна проработала свыше 17 лет. Одним из самых сложных уголовных дел в своей работе в должности следователя отмечает преступления, совершенные братьями Тихоновыми, жителями села Потьма Карсунского района Ульяновской области, один из которых был несовершеннолетним. Братьями были совершены 2 убийства и 48 краж. Приговором Ульяновского областно-го суда Тихонов осужден к высшей мере наказания, а несовершеннолетний брат — к длительному сроку лишения свободы.

Антонина Ивановна Червякова неоднократно поощрялась генеральным прокурором РСФСР и прокурором области. За добросовестное отношение к выполнению служебных обязанностей в 1977 году Антонина Ивановна награждена почетной грамотой Центрального комитета профсоюза работников госучреждений и Генерального прокурора СССР.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.