Вдова Кувватова: Умарали всего лишь хотел, чтобы Таджикистан свободно вздохнул

Анкара, 13 марта 2015, 11:49 — REGNUM  

Спустя пять дней после громкого убийства таджикского оппозиционера Умарали Кувватова полиция Турции задержала первых подозреваемых. Как сообщают СМИ, их три человека и все они — граждане Таджикистана. Согласно данным следствия, преступление было тщательно спланировано, на его подготовку ушло более трех месяцев. Кувватова убили в европейской части Стамбула 5 марта. Преступление было совершено, когда оппозиционер, его супруга и двое детей пришли в гости. После ужина Кувватов почувствовал себя плохо и вышел на улицу, где его застрелили в упор. В интервью ИА REGNUM супруга погибшего — Кумраниссо — делится деталями трагедии и рассказывает о деятельности руководителя оппозиционной общественной организации «Группа-24».

ИА REGNUM: Насколько мы помним, вы были с супругом практически до конца.

Я как раз сейчас собираюсь ехать на очередной анализ, где врачи снова проверят наличие яда в моей крови (сама Кумраниссо и ее дети вскоре после убийства были госпитализированы с признаками отравления — прим. ИА REGNUM). Подробностей я могу рассказать не очень много. Нас пригласили в гости, где мы поели и почти сразу почувствовали недомогание — сначала наш малолетний сын, затем я, и последним — мой муж. Он неустанно повторял одну фразу: «нас всех хотят убить, нас хотят убить». Потом взял меня и детей и хотел выйти из здания. Он объяснял, что чувствует яд и способен отличить его действие от лекарственных препаратов.

ИА REGNUM: Что происходило, когда вы вышли на улицу?

Уже на улице мой супруг взял себя в руки. Сказал, что все будет хорошо и помогал нам идти — к этому моменту у нас уже начали болеть ноги. Потом мне стало плохо, я перестала адекватно оценивать действительность. Я помню, что мой муж отправил вперед двух охранников, которые были с нами. Помню, как облокотилась на мужа. Услышала звук и подумала, что рядом взорвали хлопушку. Пришла в себя я только после крика сына. Увидела, что мой муж лежит на земле. Начала кричать, взяла голову мужа на руки и увидела дырку (входное отверстие от пули — прим. ИА REGNUM), помню мысль — значит, стреляли в лицо.

ИА REGNUM: Вы видели человека, который стрелял в вашего мужа?

Нет. Я только поняла, что стрелок был один. Не спрашивайте меня, как. Я не знаю. Все это время я обнимала лежавшего на земле мужа. Он был теплый, а когда приехала «скорая помощь», он стал холодным. Они сказали мне, что он ушел.

ИА REGNUM: Вы никогда до этого не видели убийц вашего мужа?

Нет. Но я знаю, что нам часто угрожали, я об этом писала в международные (правозащитные -прим. ИА REGNUM) организации.

ИА REGNUM: Часто ли вы получали угрозы в свой адрес?

Да, очень. Постоянно писали лично, что уничтожат его самого, его семью, детей. Я часто про это писала, знала много секретов.

ИА REGNUM: То есть, вы совершенно четко увязываете убийство вашего мужа и его оппозиционную деятельность?

Да. Я считаю, что такое мог совершить только (президент Таджикистана — прим. ИА REGNUM) Эмомали Рахмон. Он был единственный враг моего мужа, все угрозы — мне, детям, мужу, — всегда исходили от его имени.

ИА REGNUM: Почему именно ваш супруг, который никогда не был в политике, вдруг возглавил оппозиционное движение?

Это был его личный выбор. Он работал в стране, с чиновниками, десять лет. Он видел, как они грабят народ. Он видел тирана (у власти — прим. ИА REGNUM). Но мой муж был очень религиозным человеком, он не захотел больше продолжать работу. И тогда у него все отобрали — дома, машины, все его фирмы. Ему начали угрожать. Сейчас из-за этих угроз мои дети не выходят на улицу, вынуждены отказаться от посещения школы. Моему старшему сыну 11 лет, он до сих пор не умеет читать и писать. Вот так я живу!

ИА REGNUM: Насколько можно судить, само оппозиционное движение не было слишком многочисленным, из-за чего ваш супруг часто говорил, что работа «Группы 24» (признана в Таджикистане экстремистской — прим. ИА REGNUM) не будет направлена на внутреннюю политику. Чего хотел добиться ваш супруг?

Он всего лишь хотел, чтобы Таджикистан свободно вздохнул, чтобы Таджикистан избавился от режима Эмомали Рахмона. Он хотел свободы, хотел жить в демократической стране. Но теперь я боюсь.

ИА REGNUM: Вы бы хотели вернуться в Таджикистан?

После этой истории я боюсь выходить даже на улицу. Я боюсь утром включать свет в доме. Нет, я не хочу в Таджикистан. Но больше всего я боюсь выполнения угроз — ведь угрожали не только мужу, но и моим детям. Мой муж оставил после себя двоих сыновей, один из которых мог видеть убийцу. Поэтому я стараюсь не выходить на улицу даже за хлебом.

ИА REGNUM: У вас остались родственники на родине?

Да, все наши родственники — в Таджикистане. На похороны смогла приехать только его старшая сестра, которая теперь боится возвращаться на родину. Мы не знаем, что будет дальше.

С остальными родственниками чуть проще — когда мы всего лишились и уехали их страны, они были вынуждены отвернуться от нас. К моей матери приходили с обыском, даже не показав никаких соответствующих бумаг. Наши родственники с нами не общаются. Даже с моими детьми.

Иногда мы говорим с моей сестрой и матерью по скайпу.

ИА REGNUM: Собирался ли ваш муж возвращаться на родину и продолжать публичную политическую деятельность?

Только после смены режима. Вы поймите, моему мужу угрожали, даже когда он находился в других странах. Он бы не смог вернуться при этом режиме. И поэтому хотел, чтобы Рахмон подал в отставку, соблюдая демократический режим.

ИА REGNUM: Как вы намерены добиваться справедливости?

Здесь я рассчитываю на турецкие власти — конечно, я очень хочу, чтобы они узнали, кто убил моего мужа.

ИА REGNUM: Но речь же не идет о заказчиках, только об исполнителях?

Да. Я на сто процентов уверена, что это режим Рахмона. Они неоднократно ему угрожали. Они выплатили 25 миллионов долларов за экстрадицию моего мужа из Дубаи. Из-за того, что турецкие власти не выдали моего мужа, в Таджикистане были закрыты турецкие школы. Он ведь был вынужден тайком выбираться из Казахстана через Киргизию. Он был вынужден даже сделать нелегальный паспорт — очень хотел вытащить нас в Европу, откуда он мог бы продолжать свою борьбу. Но, к сожалению, вот…

ИА REGNUM: Кто теперь будет представлять интересы группы в публичном поле?

Люди, которые борются против президента Таджикистана.

ИА REGNUM: А есть конкретные персоналии?

Тут главное — взгляды, мой муж не боялся, но делал все не ради денег или власти. Я пока не вижу людей с такими взглядами, мой муж боролся за свободу народа, а не играл в политику.

ИА REGNUM: А у вас есть охрана?

Нет. Только в доме, где мы живем, есть гувернеры, которые говорят по-турецки.

ИА REGNUM: Власти Турции вам помогают?

Я вижу, что полиция работает. Меня на анализ крови привезли, например, полицейские.

ИА REGNUM: Как группа связана с Горным Бадахшаном? Почему она возникла только после военной операции 2012 года?

Нет, она не связана с Бадахшаном. В реальности мой муж создавал «Группу-24» с 2009 года, когда убедился в антинародной сущности режима. Но к власти мой муж никогда не стремился.

ИА REGNUM: Почему, как вы считаете, убийство было спланировано именно сейчас?

Мой муж очень внимательно наблюдал за (парламентскими) выборами. И когда понял, что улучшений не предвидится, хотел многое рассказать. Я думаю, они его боялись. Но он всего лишь один бесстрашный человек.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.
×

Сброс пароля

E-mail *
Пароль *
Имя *
Фамилия
Регистрируясь, вы соглашаетесь с условиями
Положения о защите персональных данных
E-mail