Олег Михайлов: Как в Литве пытаются расколоть единство поляков и русских

О такой модели выборов в органы местных самоуправлений говорили много лет

Олег Михайлов, 24 февраля 2015, 12:02 — REGNUM  

В Литве 1 марта пройдут муниципальные выборы, во время которых мэры городов впервые будут избираться прямым голосованием. О такой модели выборов в органы местных самоуправлений говорили много лет, однако никак не вводили. Один из аргументов противников — Вильнюс. Литовские правые опасаются, что власть в столице Литвы завоюют литовские поляки — Избирательная акция поляков Литвы, которая даже во время прошлых выборов заняла второе место, получив 11 мест в горсовете.

Граждане Литвы, этнические поляки, уже два десятилетия монополисты на муниципальных выборах в районах, прилегающих к столице Литвы. Экс-премьер Литвы, лидер литовских консерваторов Андрюс Кубилюс летом прошлого года запугивал страшными, по его мнению, последствиями прямых выборов мэров: «В крупных городах — особенно в Вильнюсе — это может принести очень странные и опасные результаты. Допустим то, что мэром Вильнюса в таком случае может стать Томашевски (Вальдемар Томашевски, председатель Избирательной акции поляков Литвы), который на последних выборах в Европарламент и выборах президента в Вильнюсе занял соответственно третье и второе места. После того как голоса избирателей правых распределятся между несколькими сильными конкурирующими кандидатами, Томашевски получит реальные возможности в первом туре победить с относительной самой большой поддержкой избирателей. Так что на самом деле мы видим план социал-демократов отдать Вильнюс Томашевскому».

Однако прямые выборы в итоге были введены. Первые по новой модели пройдут в это воскресенье. Пугающий традиционную политическую элиту Вальдемар Томашевски и его партия Избирательная акция поляков Литвы на них выступает в коалиции с партией «Русский альянс». Неизбежность прямых выборов и возможное усиление блока Томашевского, который все прошлые выборы демонстрировал только нарастающую динамику, заставили литовскую политическую элиту не просто запаниковать, но устроить настоящую информационную травлю Избирательной акции поляков Литвы. В местных СМИ не проходит и дня, чтобы об ИАПЛ не появилась статья или сюжет на ТВ, где партию обвиняют в попытках разрушения целостности Литвы, работы не просто на Варшаву, а на Кремль (учитывая Украину, это сегодня более востребовано). Избирателя призывают консолидироваться «против врага», а так называемый патриарх литовской независимости Витаутас Ландсбергис в день независимости Литвы от Германии 16 февраля почему-то призывал избежать «русской угрозы», апеллировал к «правильным полякам» и «правильным русским» Литвы сделать «правильный выбор» — не голосовать за блок Томашевского.

Любопытно, что масштабная кампания против Томашевского построена сразу по нескольким уровням. Один из них — банальное запугивание поляками или русскими на уровне «свой-чужой», в котором Литву вот-вот оккупируют либо те, либо другие. Далее схема становится сложнее, что только подтверждает действительный испуг правящих (в данном случае как де-юре правящих социал-демократов, так и де-факто настоящих правителей консерваторов и либералов с паровозом в виде президента Дали Грибаускайте), где общественности пытаются представить «настоящих», «правильных» литовских поляков, которые пытаются оппонировать ИАПЛ. Ну, а высшим пилотажем являются попытки не просто расколоть союз поляков и русских в Литве, но и поставить ИАПЛ под сомнение в самой Польше. Такие примеры, в которых смешана как правда, так и ложь, — самые редкие, но пропагандистки самые интересные. ИА REGNUM рассматривает один из таких примеров, ниже разоблачая ложь, обвёрнутую в красивую обёртку. Высший пилотаж литовской пропаганды — в редких примерах ударов сразу по двум фронтам. Как в Литве, так и в Польше. Далее публикуем статью, которая вышла как в польской газете Gazeta Wyborcza, так и в одном из самых популярных порталов Литвы — 15min.lt. Ниже комментарии к ней.

***

Поляки Литвы голосуют или «за своих», или желая подразнить литовцев. С вильнюсским публицистом Александром Радченко о положении поляков Литвы побеседовала Эва Волкановска-Колодзей. Интервью опубликовано в одном из крупнейших польских ежедневных изданий Gazeta Wyborcza.

Неофициальный гимн польского нацменьшинства в Литве звучит так (поется согласно мелодии популярной музыки): «Мы, поляки из Вильнюсского края,/Нас здесь немало,/Мы не живем в чужой стране,/Здесь наша родина!». Немало, это 200 тыс. — 6,6% из примерно 3 млн. граждан Литвы. Поляки в основном живут в Вильнюсском и Шальчининкском районах, каждый пятый житель Вильнюса — представитель польского нацменьшинства. Большинство детей посещают одну из 55 польских или 28 смешанных (польско-русских, польско-литовских, польско-русско-литовских) школ. Почти во всех костелах Вильнюса проходят мессы на польском языке.

С момента восстановления независимости Литвы в 1990 году поляков тяготят четыре основные проблемы.

Возвращение земли. Большинство проблем у тех, чьи участки находятся на наиболее привлекательных территориях. В 1997 году правительство разрешило «перенести» возвращенную землю с одного места в другое (например, гектар леса в середине страны можно было заменить на участок площадью 1 гектар около озера недалеко от столицы), поэтому в Вильнюсе и Вильнюсском крае не осталось участков для законных владельцев, большинство которых — поляки.

Написание фамилий. В 1998 году Михал Клечковски обратился к власти Литвы с просьбой в официальных документах разрешить ему называться Michał Kleczkowski. Конституционный суд решил, что имена и фамилии граждан Литвы могут писаться только буквами литовского алфавита, а в нем нет букв ł и w.

Таблички с названиями улиц. Еще через 11 лет Верховный суд Литвы потребует снять таблички с польскими названиями улиц в районах, где большинство жителей — поляки. Самоуправления не выполняют эти требования, им назначаются денежные штрафы.

Школы. Атмосфера сгущается в 2011 году, когда Сейм изменил закон о просвещении, который ввел единый экзамен по литовскому языку для учеников, учащихся в литовских и польских школах. Чтобы догнать программу и выровнять разницу, у польских учеников есть 2 года. Проходят забастовки учеников, родителей, учителей. На улицы они выходят с плакатами: «Оставьте наши школы в покое» и «Мы говорим НЕТ принудительной ассимиляции».

С 1995 году за права польского нацменьшинства борется Избирательная акция поляков Литвы (ИАПЛ), которую возглавляет Вальдемар Томашевски. О том, почему уже 25 лет поляки, не добиваясь результатов, борются за то же самое, беседа с юристом, публицистом, автором газеты «Inna Wileńszczyzna jest możliwa» («Иной Вильнюсский край возможен») Александром Радченко (1975 г.р.).

Вас дискриминируют? Нет. Я вообще не вмещаюсь в рамки поляка-мученика Литвы. Когда, окончив учебу в 1998 году, я пошел на собеседование по работе в Министерство юстиции, я услышал: «Неплохо, но по-литовски вы говорите с ужасным польским акцентом. А как вы пишете?» Я ответил: «Без акцента». Меня приняли. Тогда я был первый не литовец юрист в министерстве. Поляки там работали уборщиками и копировальщиками. Сегодня их здесь — около 10%, многие занимают руководящие посты. В других министерствах похожая ситуация. Желая что-то доказать, дети поляков могут пахать по 12 часов в сутки 7 дней в неделю.

Так все же нужно доказывать?

Поляк должен больше работать, так как Литва — это край швагеров. Мы являемся интеллигенцией первого, возможно, второго поколения. Поляки на самом деле начали учиться только в 1990 году. Хотя и тогда многие мои коллеги должны были уйти, поскольку, например, родители говорили: «Кто-то должен свиней кормить, а ты здесь играешь в игру изучения права». Мы должны пахать, поскольку можем рассчитывать только на себя. У нас нет швагеров. Зато у нас много достижений, которые мы не умеем продать.

Похвастайтесь!

Антони Микульски, глава Вильнюсской криминальной полиции, каждый год награждается за разгром преступных группировок. Анджей Мацеевски — судья Верховного суда Литвы. Доктор Богуслав Гружевски — один из самых известных социологов Литвы, директор Литовского института свободного рынка. Польские СМИ о них не пишут, так как они не соответствуют образу измученного поляка, живущего на окраине бывшей Речи Посполитой. Эти люди не олицетворяют себя с Томашевским, лидером ИАПЛ. Они достигли своих целей не благодаря ему, а словно, несмотря на него. Давайте не будет обманывать сами себя. На самом деле деятельность Томашевского в Литве скорее вредит карьере, нежели помогает. Каждый разговор с литовцами на тему поляков заканчивается так: «Ты супер, но этот ваш Томашевски».

Так почему за него голосует все больше людей?

Поляки Литвы голосуют или «за своих», или чтобы подразнить литовцев. На выборах в самоуправления ИАПЛ всегда набирала более 50% голосов в Вильнюсском и Шальчининкском районах, но на выборах в Сейм у нее не было никаких шансов, так как за голоса поляков активно боролись и другие партии страны. Но в какой-то момент партии Литвы решили, что эти 20−30 тысяч дополнительных голосов большого значения не имеют, а выполнение пакета обещаний, данных этой малой части электората, может отпугнуть избирателей, придерживающихся более радикальных националистических взглядов.

Что тогда было в пакете?

Уже 25 лет в нем одно и то же. Наши четыре проблемы охватывают возвращение земли в Вильнюсском крае, оригинальное написание фамилий местных поляков, возможность вешать таблички с польскими названиями, сохранение и совершенствование образования на польском языке. Когда литовские партии махнули рукой на поляков, у них осталась только ИАПЛ. Но это партия, политика которой основывается на недоверии и позиции свой-чужой. Избирателю можно все время говорить: «Если власть переймут чужие, будет еще хуже. Мы не делаем ничего, но мы свои».

Влияние ИАПЛ растет. Ее деятели попали в правящую коалицию один, второй раз. У них был министр, несколько вице-министров. И

-… и ничего не сделала.

Возможно, она слишком мала?

Давайте не будем обманывать сами себя, у польской партии никогда не будет 71 мандата членов Сейма, т. е. большинства. Если ей удастся убедить русских избирателей, максимум будет 10 мест. Проблема ИАПЛ — неспособность должным образом вести переговоры за кулисами. В Сейме Литвы все время формируются экзотические коалиции. Когда нужно отклонить какой-то проект поляков, консерваторы быстро и эффективно находят общий язык, например, с социал-демократами и блокируют его. Почему ИАПЛ, желая протолкнуть хотя бы один важный для польского нацменьшинства проект, не может это сделать сама? Наверное, это из-за недостатка экспертного тыла человеческих ресурсов, который может заниматься лоббистской деятельностью за кулисами.

Давайте будем откровенны: ведь эти требования не слишком раздуты. Как можно объяснить то, что с 1990 года ничего не изменилось?

Наша главная неудача заключается в том, что мы политизировали эти требования. Сейчас все партии считают, что если эти требования выполнят, то ничего от этого не получат, а ИАПЛ всем будет трубить о своей победе. Почему литовцы должны помогать ИАПЛ привлечь новых избирателей? Должны прилагаться усилия, чтобы эти проблемы старались решить не политики ИАПЛ, а идущее снизу неполитическое движение, объединяющее поляков Литвы. Похожее на движение против расистской сегрегации в США в шестом десятилетии прошлого века.

Что тогда должна делать Польша? Ждала 25 лет — и не дождалась. Давила — результата тоже нет.

Польша должна забыть.

Вы шутите?

Лишь отчасти. Совершенно ясно, что Польша должна обращать внимание на эти проблемы, но договориться с властью Литвы должны сами поляки Литвы. Другого выхода уже нет. ИАПЛ после 4 лет, когда Сикорски возглавлял Министерство иностранных дел Польши, поняла, что Варшава не может заставить Литву что-либо делать. Сейчас надеется, что это сможет сделать Брюссель. Но этого не будет, так как у него нет средств такого давления. Зря Сикорски несколько лет назад взорвался и сказал, что «шагу на сделает на литовскую землю, пока проблемы польского нацменьшинства не будут решены». Я могу это понять, поскольку Литва не сдержала данные обещание, но от дипломата я надеялся на нечто большее. Такие слова прижали литовских политиков, даже тех пропольски настроенных, около границы. Выполнение обещаний только потому, что Большой Брат в Варшаве топнул ногой, могло означать лишь их политическую смерть. Потому что литовская нация формировалась как оппозиция польскости.

Иными словами, Польша, которая ежегодно выделяет 17 млн злотых полякам Литвы, должна сидеть тихо и не вмешиваться?

Она должна напомнить о проблемах, но в первую очередь быть дружественной по отношению к Литве и инвестировать в изменение образа поляка Литвы в СМИ страны. Для большинства литовцев поляк — это нелояльный, по меньшей мере подозрительный гражданин. Давайте вспомним, 11 марта 1990 года во время голосования за восстановление независимости Литвы 6 из 9 польских депутатов — единственные — воздержались. Поляки также хотели создать автономию: одни в пределах независимой Литвы, другие — в Советском Союзе. Литовцы приняли это однозначно — их независимости грозит опасность.

Но уже прошло четверть века.

Образ нелояльного поляка сегодня эффективно поддерживает Томашевски. Возьмем, например, одно из его заявлений: «Мы не должны никуда интегрироваться, поскольку мы тут жили всегда, это наша земля. Это вы (литовцы) сюда приехали, поэтому это вы должны интегрироваться. Нам достаточно сходить на старое кладбище и увидеть, что там только польские фамилии». Во время украинского конфликта все литовские партии, даже те, которые по традиции называют пророссийскими, поддерживают Украину и настроены против России. Между тем Томашевски осудил Майдан, утверждая, что власть нужно выбирать не во время революции, а около урн для голосования. Можно с этим согласиться, но ИАПЛ сама не обращает внимания на легальные методы, когда борется за свои постулаты. Например, не платила штрафы и не сняла двуязычные таблички с домов, хотя по законам и решению суда должна была это сделать. Это объяснялось гражданским неповиновением. Но ведь и Майдан — проявление такого же неповиновения.

Оранжевые и черные ленты, так называемые колорадские ленточки, также сделали свое.

9 мая прошлого года на празднике, организованном посольством России, Томашевски появился с двумя прицепленными к пиджаку символами: бело-красным флагом и георгиевской ленточкой. Конечно, можно найти и рыцарскую сторону этой ленточки, но сейчас это символ сепаратистов в Донбассе. Близкий коллега Томашевского, член Сейма Збигнев Едински предложил разбомбить Киев! И вы еще удивляетесь, почему так много литовцев ненавидят поляков? Но все зависит и от лидера поляков Литвы, и от отношений между Польшей и Литвой. В период стратегического партнерства Польши и Литвы 53% литовцев утверждали, что Польша — это дружественное государство, сейчас эта часть достигает всего 20%.

Томашевский — это не 200 тысяч поляков Вильнюсского края.

Большинству литовцев именно так и кажется. Ярослав Неверович, уже бывший министр энергетики, имел возможность изменить этот образ. Он воспринимался как определенный хороший поляк. Подходил обеим сторонам. Никто не осмелился сомневаться в его патриотизме: он способствовал строительству терминала сжиженного природного газа, его переговоры с «Газпромом» были строгими и эффективными. Но в то же время никто не сомневался в его польскости. Он стал одним из самых популярных политиков Литвы, но в августе прошлого года его уволили, а ИАПЛ вышла из коалиции. Поляков вновь представляет только Томашевски. Моя знакомая из Каунаса недавно возила детей на экскурсию в Вильнюс. Когда дети вернулись, у них спросили, что их больше всего удивило. Знаете, что они ответили? «Мы слышали на улицах, как говорили по-польски и по-русски. Мы и раньше знали, что в Литве живут поляки и русские, но никогда не видели их. Это впечатляющий опыт!» Наша самая большая проблема заключается в том, что мы живем совсем рядом, но не знаем друг друга. Поляки из Яшюнай или Шальчининкай читают в польских СМИ, что литовцы — это националисты, которые истребляли нас в Ляуде (территория на север от Каунаса), а сейчас хотят то же самое сделать в Вильнюсском крае. А литовцы из Клайпеды о поляках знают только то, что они полонизировали литовцев во времена Речи Посполитой, а потом отняли их любимый Вильнюс.

Все это выглядит плохо.

С литовцами нужно работать. С ростом поддержки общества уменьшается интерес политиков решать проблемы поляков. Они все считают голосами. Такие литовские историки и публицисты, как Римвидас Валатка, Альфредас Бумблаускас, Альвидас Никжентайтис или Виргиниюс Савукинас, позитивно настроены по отношению к полякам, но делает ли ИАПЛ что-нибудь, желая поддержать их? Ничего. Когда в Шальчининкай форум диалога и сотрудничества Ежи Гедройца организовал встречу польских и литовских журналистов с местными деятелями, почти никто из ИАПЛ не хотел с ними встретиться.

Давайте не сваливать всю вину на поляков. Когда я смотрю телепрограмму, в которой усатый «поляк» поет свою идиотскую песенку «Вильнюс наш — такие дела./Радуются Вильнюс, Шальчининкай и Варшава!», то и у меня проходит желание участвовать в каком-то диалоге.

Да, это правда. Когда-то в популярном «Dviračio šou» поляк изображался как симпатичный, сообразительный парень, а сейчас превращается в мало смешного дебила. Нужно разговаривать с телевидением, убеждать, что это вредит нашему обществу. А если не удастся убедить — купить время на телевидении и создать альтернативную программу.

А за чьи деньги?

Пусть даже за деньги Польши. Помощь полякам Литвы ежегодно достигает не одного миллиона, но мне кажется, что Польша и сама не знает, какую цель перед собой ставит эта помощь. Редакторы СМИ нашей страны, выпускаемых на польском языке, говорят, что получают четкие указания: «Единство — это приоритет. Не критикуйте ИАПЛ и Томашевского и обеспечьте финансовую стабильность». Малейшее проявление критики оценивается как война между самими поляками. В последние годы были сделаны важные изменения в системе финансирования поляков Литвы. Очень хорошо, что обществу уже доступны данные МИД Польши о том, кто и сколько денег получил. Но также должна быть доступной информация, кто с какой целью получил, как за это отчитался, почему одна заявка была оценена лучше других. Помимо этого, Польша финансирует не совершенствование и развитие польского общества, а только его существование.

Есть ли у вас мысли, как это можно изменить?

По моему мнению, целью Польши должна стать самостоятельная, экономически независимая польская община Литвы. Возможно, нам и не нужно столько интерактивных таблиц, на которых учителя и так пишут мелом? Возможно, стоит подумать о создании элитной польской гимназии, которая могла бы конкурировать с литовскими школами и формировать новую польскую элиту. У нас должны быть независимые СМИ. У ИАПЛ нет конкуренции по объективным причинам — было бы неумно создавать новую польскую партию, поскольку ни ИАПЛ, ни новая группа не преодолеет избирательный порог. Но кто-то должен контролировать этих политиков. Если это не может сделать конкуренция на выборах, этим должны заняться СМИ. Давайте вспомним, что во время каждой переписи населения Литвы число жителей сокращается на 30 тыс. Если принадлежность к польской национальности не станет привлекательной, проблема этого нацменьшинства в Литве решится сама собой. Через 50 лет здесь просто не останется поляков. Или их будет так мало, что двуязычные таблички в нескольких деревнях не будут вызывать у литовцев никаких проблем. Но перед этим Литва столкнется с другими проблемами. Общество стареет, а это значит, что появятся иммигранты, которые будут работать на благо армии пенсионеров. Если сегодня Литва не может найти общего языка с поляками, у которых корни в Литве, которые являются ее лояльными гражданами, обладают схожим менталитетом, то каким образом она интегрирует нацменьшинства, которые когда-либо нас достигнут. Если сегодня мы создадим модель сотрудничества с поляками, в будущем мы сможем создать ее и для иммигрантов.

Кажется, что в прошлом году что-то сдвинулось с места.

Немного. Конституционный суд изменил свою доктрину и, получив выводы языковедов, разрешил оставить оригинальное написание фамилий супругам иностранцев и их детям. Сейчас нужно будет убедить языковедов и расширить эти выводы и для фамилий поляков Литвы. Мы сделали первые шаги, решая проблему названий улиц. Штрафы за польские таблички были отменены, а официальные названия улиц были перенесены на столбы. На них названия указаны на литовском языке, но хотя бы уже никто не наказывает за таблички, висящие на зданиях. Если мы не можем решить эти проблемы раз и навсегда одним общим законом, у нас нет другого выхода. Будем двигаться со скоростью черепахи.

У вас есть свой политический блог. Генрик Пешко, советник мэра Вильнюса, обвинил вас в том, что вы, критикуя ИАПЛ, разбиваете единство поляков.

Это частое обвинение. Люди говорят: «Это правда, что польская партия — г… Они воруют, устраивают на работу родственников, но если мы начнем об этом писать, литовцы это используют против нас. Критика внутри делает нас слабее». Тогда я отвечаю, что силу на фундаменте лжи не построишь. Системы, основанные на умалчиваниях и скандалах, всегда рушатся. Литовцам не нужны доказательства, что ИАПЛ плохая. Это их аксиома. Помимо этого, в польской общине Литвы изменения уже начинаются. Учрежден дискуссионный клуб, записан диск альтернативных музыкальных групп, поющих по-польски. Мне также очень нравится акция блогера Томаша Самселя, который призывает нас посмотреть на наши символы-проблемы немного иначе, с иронией, и, например, носить футболки с надписью, состоящей из запрещённых в Литве букв. Таким словом является żółw (черепаха).

***

Итак, давайте разберём некоторые тезисы из этого интервью, которые сейчас вбрасывают как в литовские, так и в польские СМИ буквально в ежедневном формате.

1) «Я вообще не вмещаюсь в рамки поляка-мученика Литвы. Когда, окончив учебу в 1998 году, я пошел на собеседование по работе в Министерство юстиции, я услышал: «Неплохо, но по-литовски вы говорите с ужасным польским акцентом. А как вы пишете?» Я ответил: «Без акцента». Меня приняли. Тогда я был первый не литовец юрист в министерстве. Поляки там работали уборщиками и копировальщиками. Сегодня их здесь — около 10%, многие занимают руководящие посты».

«Правильный поляк» говорит, что нет никакой дискриминации в Литве. В его министерстве работает аж 10% этнических поляков. Надо же — он же говорит, что население Вильнюса составляет не менее 25% этнических поляков, а сегодня — прогресс — целых 10% поляков в его министерстве. При этом, по его словам, всё в порядке, «мучеников» нет. На самом деле, до сегодняшнего дня, когда этнические поляки, а точнее ИАПЛ, не стали представлять реальную силу, правящая элита не обращала внимания на протест среди нацменьшинств, а «правильные литовцы» даже не пытались искать «правильных поляков», что сегодня стало резко востребованным.

2) «Поляки Литвы голосуют или «за своих» или чтобы подразнить литовцев. (…) в какой-то момент партии Литвы решили, что эти 20−30 тысяч дополнительных голосов большого значения не имеют».

И кто подтолкнул электорат к голосованию за ИАПЛ? Варшава? Кремль? Или литовские партии, которые сегодня озаботились поисками «правильных поляков» и «правильных русских»? Чтобы подразнить литовцев? А может в этом ключ? Когда политическая элита всей страны, пусть и маленькой, несмотря на партийность — социал-демократы, консерваторы — похожи как близнецы, должен быть кто-то, кто будет занозой в пятой точке. Нет? Об этом не подумали, но растущей популярности удивляются.

3) «В Сейме Литвы все время формируются экзотические коалиции. Когда нужно отклонить какой-то проект поляков, консерваторы быстро и эффективно находят общий язык, например, с социал-демократами и блокируют его».

В принципе об этом уже сказано. Ну не нравится местной политической элите, что есть сила, которой неинтересно договариваться по простым, банальным, элементарным вопросам, как дважды два, какие были названы в четырёх пунктах в начале статьи. Это плохо? Принципиальность — грех? Когда тебя поливают грязью и елозят мордой в помоях два десятилетия, ты должен с этими людьми за кулисами о чём-то договариваться? Надеясь на что?

4) «Совершенно ясно, что Польша должна обращать внимание на эти проблемы, но договориться с властью Литвы должны сами поляки Литвы».

Оставить меньшинство один на один с большинством — мечта большинства. Дайте их забить, не смотрите, не читайте нотаций — мы просто тихо уничтожим. Как евреев, которых мы уничтожили ещё до прихода нацистов во время Великой Отечественной войны. Да, сейчас каемся. Якобы. Но это же ничего не поменяло! Главное, «заболтать центры», ну, а там сколько времени дадут.

5) «Зря Сикорски несколько лет назад взорвался и сказал, что «шагу на сделает на литовскую землю, пока проблемы польского нацменьшинства не будут решены». (…) Такие слова прижали литовских политиков, даже тех пропольски настроенных, около границы».

«Правильный поляк» забывает сказать, что именно эти слова всколыхнули тему проблем этнических поляков (а заодно и русских, поскольку в Литве они идут в общем блоке) и хоть как-то вытянули её на повестку дня. А до этого момента, хоть лей в глаза — божья роса. 25 лет элементарные проблемы просто не решаются. Казалось бы, снять эти четыре вопроса с повестки дня, развалится Избирательная акция поляков Литвы, как аппендикс. Но не решаются, топчутся на месте. Почему? В этом виноваты литовские поляки? «Да», — скажет «правильный литовский поляк».

6) «Польша должна напомнить о проблемах, но в первую очередь быть дружественной по отношению к Литве и инвестировать в изменение образа поляка Литвы в СМИ страны».

Пусть и худо-бедно, но это все последние два десятилетия пыталась делать Россия. Инвестировать в образ литовского русского пытались сами литовские русские. В том числе и через свои литовские СМИ на русском языке. И что из этого получилось? Любая попытка высказать своё мнение — акт информационной войны. Москва через своё посольство в Литве хочет донести свои тезисы до литовского общества? Пропаганда! Попытка подкупа! Сегодня все литовские русские — подозрительные личности, потенциальные агенты пятой колонны. С точки зрения Литвы всё понятно: с литовскими русскими всё получилось — полный раздрай и недоговорённость, осталось это же провернуть с литовскими этническими поляками.

7) «Образ нелояльного поляка сегодня эффективно поддерживает Томашевски. Возьмем, например, одно из его заявлений: «Мы не должны никуда интегрироваться, поскольку мы тут жили всегда, это наша земля. Это вы (литовцы) сюда приехали, поэтому это вы должны интегрироваться. Нам достаточно сходить на старое кладбище и увидеть, что там только польские фамилии».

«Правильный поляк» забыл напомнить, при каких обстоятельствах была сказана эта фраза. Факт, что на всех вильнюсских кладбищах одни польские фамилии. Факт, что там же фамилии русских со времён царской России. Факт, что после того, как Сталин отдал Вильнюс Литве, туда неохотно заселялись литовцы и их силой завозили из деревень. Факт, что Вильнюс — это подарок СССР. И тут литовские СМИ назойливо и нудно провоцируют главного врага Литвы — Томашевского. Вот и послал на кладбище, посмотреть фамилии. И что, проблема?

8) «Во время украинского конфликта все литовские партии, даже те, которые по традиции называют пророссийскими, поддерживают Украину и настроены против России. Между тем Томашевски осудил Майдан, утверждая, что власть нужно выбирать не во время революции, а около урн для голосования. Можно с этим согласиться, но ИАПЛ сама не обращает внимания на легальные методы, когда борется за свои постулаты. Например, не платила штрафы и не сняла двуязычные таблички с домов, хотя по законам и решению суда должна была это сделать».

Пророссийскими партиями? Этот «правильный поляк», очевидно, имеет в виду социал-демократов и иже с ними, например, Рабочую партию мелкого жулика Виктора Успасских, с которой в парламент прошел Союз русских Литвы — партия, которая сейчас везде доказывает, что «мы идём отдельно, без коалиций», а ИАПЛ — это враги? Что касается революции и Майдана. Охотно верится, что такая постановка вопроса сегодня в Литве из ряда вон. Как? Не жалел толпу, громившую всё в Киеве год назад? Не посылал им печенки с регулярными литовскими делегациями? Не грозил пальцем Януковичу, чтобы даже не думал попытаться навести порядок? А сейчас не поддерживаешь Киев в истреблении гражданского населения востока Украины? Ай-яй-яй! Точно продался Кремлю. Что касается табличек. Тут «правильный поляк» и вовсе заврался, поскольку не мог не знать, что висели они и висят на частных домах жителей. Это частная собственность, и самоуправление, неважно, какие партии его возглавляют, просто не имеет права вторгаться в частную собственность. Поэтому штрафы самоуправлениям польских районов и выглядят особо абсурдными. Так пусть бы там трижды сидели консерваторы, или главой района была бы сама Даля Грибаускайте — результат был бы тем же. Частная собственность неприкосновенна. Этого «правильный поляк» не мог не знать.

9) «9 мая прошлого года на празднике, организованном посольством России, Томашевски появился с двумя прицепленными к пиджаку символами: бело-красным флагом и георгиевской ленточкой. Конечно, можно найти и рыцарскую сторону этой ленточки, но сейчас это символ сепаратистов в Донбассе. Близкий коллега Томашевского, член Сейма Збигнев Едински предложил разбомбить Киев! И вы еще удивляетесь, почему так много литовцев ненавидят поляков?»

Очередная искусственная попытка связать Томашевского с Кремлём. «Праздник, организованный посольством» — это так «правильный поляк» называет массовый приход жителей Вильнюса на могилу к Неизвестному солдату на Антакальнисском кладбище, где в прошлом году, даже несмотря на категорический запрет властей приводить к Вечному огню школьников, запрет провести митинг и подключить звуковую аппаратуру, всё равно было море людей. Был и Томашевски, на которого литовские СМИ моментально набросились: как, он посмел показаться с георгиевской ленточкой! Что касается Збигнева Едински и бомбардировки Киева, то «правильный поляк» опять забыл, в каком контексте это было сказано. Во-первых, Киев политик призывал бомбить не России, а НАТО. Ну а, во-вторых, потому, что именно НАТО таким образом всегда проводит «миротворческие операции». Едински вспоминал в своём комментарии о бомбардировках Белграда.

10) «Ярослав Неверович, уже бывший министр энергетики, имел возможность изменить этот образ. (…) Он стал одним из самых популярных политиков Литвы, но в августе прошлого года его уволили, а ИАПЛ вышла из коалиции».

Очередная ложь. Неверовича увольнял не Томашевски, а как раз наоборот. Неверович 18 августа прошлого года переназначил на пост вице-министра энергетики Литвы представительницу ИАПЛ Ренату Цитацку, которую в Литве критиковали за якобы оскорбление президента Литвы (она посмела публично не согласится с Грибаускайте, что в Литве нет дискриминации нацменьшинств), и которую требовал не переназначать на этот пост премьер Альгирдас Буткявичюс. Сразу после назначения Неверович ушел в недельный отпуск. Между тем премьер Буткявичюс заявил, что министр за ослушание будет уволен. 19 августа он подал соответствующее прошение президенту Дале Грибаускайте, и она сразу подписала его. Буткявичюс заявил, что Цитацка была назначена без его согласия. Цитацку в Литве начали критиковать за ее выступление, где она назвала ложью слова президента Литвы Дали Грибаускайте о том, что в Литве нет дискриминации по национальному признаку. В доказательство она привела ряд конвенций и международных обязательств, которые Литва нарушила. Позже СМИ Литвы распространили фотографии ее дома, где во время государственных праздников Литвы не вывешивался флаг, что положено по закону, а во время государственных праздников Польши, наоборот, вывешивался польский флаг. После этого Цитацку обвинили в нелояльности. Её увольнения неофициально добивалась и президент Грибаускайте.

11) «Такие литовские историки и публицисты, как Римвидас Валатка, Альфредас Бумблаускас, Альвидас Никжентайтис или Виргиниюс Савукинас, позитивно настроены по отношению к полякам, но делает ли ИАПЛ что-нибудь, желая поддержать их?»

На самом деле как раз именно эти публицисты сейчас находятся в авангарде кампании по попытке раскола поляков, где делят их на «правильных» и «неправильных». Отдельный вопрос в их повестке — литовские русские, союз поляков с которыми и превращает ИАПЛ в реальную уже не региональную, а республиканскую силу. Все последние выборы, в том числе и в парламент, где ИАПЛ впервые в истории получила фракцию, это только подтверждают.

12) «Нужно разговаривать с телевидением, убеждать, что это вредит нашему обществу. А если не удастся убедить — купить время на телевидении и создать альтернативную программу».

И получится как в настоящее время вокруг российских или русскоязычных литовских СМИ, которых отключают, закрывают, объявляют пятой колонной, изымают с точек продажи и т.д. Попытки попросту купить время или площадь в литовских газетах наталкивается на категоричный отказ с последующим «разоблачением» и ором на всю республику «нас хотят купить».

13) «Малейшее проявление критики оценивается как война между самими поляками».

Болезни политики Литвы и в этом случае «правильный поляк» пытается переложить на здоровую голову. Любая попытка не просто критики, а попытка посмотреть на политику Литвы под другим углом воспринимается как угроза национальной безопасности, такое лицо публично объявляется врагом, начинается его преследование. Нет, в тюрьму за слова пока не сажают, но работы такие люди лишаются моментально, их начинают проверять различные органы, а жизнь становится невыносимой. При этом аппарат стукачества в Литве доведён до совершенства. Например, 23 февраля особо активные и одарённые литовцы массово проверяли странички социальной сети Facebook на предмет поздравления с 23 февраля. Кто осмелился, их сразу документировали, каталогизировали, а работодателю такого лица уходила соответствующая жалоба, что на его предприятии опасный и нелояльный элемент, на такого человека просили обратить внимание литовскую госбезопасность. Так что там про критику?

14) «По моему мнению, целью Польши должна стать самостоятельная, экономически независимая польская община Литвы. Возможно, нам и не нужно столько интерактивных таблиц, на которых учителя и так пишут мелом?»

Это мечта убедить Польшу полностью самоизолироваться от проблем литовских поляков. Как только это произойдёт, общину расколют. Как раскололи литовских русских, которые в Литве не могут и уже никогда не смогут договориться. Это было легко, когда за спиной никто не стоял.

15) «Но кто-то должен контролировать этих политиков».

Здесь наш «правильный поляк» проговорился — это вторая мечта литовской номенклатуры. Контролировать польских политиков. В разуме этой номенклатуры не укладывается, что под боком фракция в парламенте, которая совершенно неконтролируемая. А вдруг в Вильнюсе выиграют? Это шок. Поэтому и травля.

16) «Люди говорят: «Это правда, что польская партия — г… Они воруют, устраивают на работу родственников, но если мы начнем об этом писать, литовцы это используют против нас. Критика внутри делает нас слабее». Тогда я отвечаю, что силу на фундаменте лжи не построишь».

И действительно, на лжи фундамент не построишь. За 20 лет ИАПЛ не попала ни в один коррупционный скандал. Нет ни одного факта воровства. У консерваторов с социал-демократами и прочими традиционными литовскими партиями — коррупционные скандалы, история регулярная и ежемесячная. Вот, например, сейчас, прямо перед выборами, Литва смеётся над социал-демократом, мэром Алитуса, которого тайно записали, где он говорит, что готов на своём посту «с**** миллион» (литовцы любят ругаться по-русски), а «Литва пошла н****». Одновременно с этим мэр Аникщяй, уже консерватор, попал в скандал, когда стало известно, что он покупал услуги у проститутки. При этом чувствовал себя настолько безнаказанным, что переводил деньги банковскими переводами. Это всё происходит сегодня, прямо сейчас. Красота? Так, а где же «польская партия — г…», где «воруют» в ИАПЛ?

17) «Литовцам не нужны доказательства, что ИАПЛ плохая. Это их аксиома».

А тут господин «правильный поляк» совершенно прав. Это аксиома, и любой компромисс означает только отступление.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.
×

Сброс пароля

E-mail *
Пароль *
Имя *
Фамилия
Регистрируясь, вы соглашаетесь с условиями
Положения о защите персональных данных
E-mail