Эксперт: Главная задача США на Украине — повесить её финансовые проблемы на ЕС и Россию

Москва, 17 января 2015, 02:14 — REGNUM  

Свое мнение о роли США в украинском кризисе, о том, какими мотивами руководствуется Вашингтон в своей внешней политике в регионе высказал 16 января в интервью ИА REGNUM доктор политических наук, замдиректора ИМЭМО РАН Федор Войтоловский.

ИА REGNUM: Каковы взгляды американского политического истеблишмента на развитие украинского кризиса? Что в итоге Соединенные Штаты хотят получить в этом регионе?

Вообще, украинский кризис воспринимается в Вашингтоне различными группами истеблишмента довольно определенно и консолидировано. Несмотря на то, что есть отдельные мнения, не совпадающие с позицией Белого дома — в частности, довольно пеструю картину можно наблюдать в экспертном сообществе, — в целом позиция ясна и варьируется преимущественно уровень жесткости риторики. Согласно этой позиции, случившийся на Украине политический кризис и последовавший вооруженный конфликт — это результат «неправильного поведения» России. Согласно мнению большей части американской элиты, Москва никак не должна была вмешиваться в украинские события — смириться с тем, что Киев взял курс на вступление в НАТО и ЕС и уж, естественно, не предпринимать никаких действий по Крыму. И даже несмотря на это наиболее прагматичные представители экспертного сообщества понимают, что ситуация с Крымом — результат ошибок украинского руководства. Это не произносится вслух, но для любого здравомыслящего человека понятно, что отделение полуострова от Украины произошло по причине политических, культурных, идеологических, в конце концов, разногласий с украинской властью, которая, в свою очередь, на протяжении всего периода существования независимого государства упорно не желала эти разногласия признавать. Прагматики в США давно поняли, что Крым — часть России, нравится это или нет. Де-юре, конечно, Вашингтон этого не признает, а если и признает, то очень нескоро.

Но даже для этой, относительно лояльной в крымском вопросе группы политиков и экспертов совершенно неприемлемо какое бы то ни было участие России в конфликте на востоке Украины. Крым — одно, Донбасс — совсем другое. Американские эксперты и политики подчеркивают, что для США было бы неприемлемо прямое военное вмешательство России в развитие ситуации на Востоке Украины. Идеалом для них бы было, опять же, полное невмешательство Москвы в дела соседнего государства, так как будто Украина находилась бы за тысячи километров. Поэтому даже поддержка, хотя бы моральная, республик Донбасса рассматривается в Вашингтоне как нарушение Россией территориальной целостности Украины — отсюда все обвинения в том, что Россия непосредственно вмешивается в конфликт. Многим силам в США был бы выгоден именно такой сценарий развития событий.

ИА REGNUM: Есть ли среди американской политической элиты сколько-нибудь влиятельные силы, заинтересованные в сворачивании или хотя бы ограничении противостояния с Россией?

Такие силы, безусловно, есть. Причем, здесь практически не имеет значения партийная принадлежность, как ошибочно полагают многие. Противники курса на «холодную войну» есть как среди демократов, так и среди республиканцев

В завершении противостояния с Москвой абсолютно заинтересованы представители американского бизнеса, которые несут существенные убытки в связи с антироссийскими санкциями и вынужденным отказом от крупных проектов на российском рынке, который в любом случае остается перспективным, пусть и не в ближайшее время. Последние годы инвестиции со стороны США с российскую экономику росли, как и российские инвестиции в США, увеличивались объемы двусторонней торговли, хотя и несопоставимо с темпами торговли с ЕС. Представители бизнеса в большинстве своем прагматики, которые считают, что никакая политика, никакая идеология не могут мешать и противоречить целям роста американской экономики и расширения возможностей для развития выгодных связей. Есть абсолютно прагматически настроенные люди и среди американской политической элиты — те, кто считают, что без России затруднительны успешные действия Соединенных Штатов на целом ряде направлений. Это, например, борьба с международным терроризмом, нераспространение оружия массового уничтожения, обеспечение безопасности международных морских перевозок, освоение космоса. Во всех этих сферах существуют программы, которые зиждутся на российско-американском сотрудничестве. Нельзя не вспомнить также о таком важном вопросе, как сохранение и развитие международных режимов контроля над вооружениями. Этот вопрос на протяжении десятилетий решается в русле, созданном Москвой и Вашингтоном.

Прагматически мыслящие силы в Соединенных Штатах прекрасно осознают, что исключение России из мирового сообщества, ее изоляция могут сделать ее нестабильной и непредсказуемой, что в перспективе может оказаться гораздо опаснее для самих американцев. И эти силы обладают влиянием на Белый дом, хотя и недостаточным, чтобы убедить администрацию Обамы пойти по пути компромиссов. Однако очевидно, что даже администрация Обамы при всей своей жесткой риторике в адрес Москвы не готова окончательно идти на эскалацию конфликта с Россией. Нет готовности полностью рвать связи, обострять ситуацию до предела — действовать по тем сценариям, которые готовы предложить ястребы в конгрессе и среди наиболее антироссийской части экспертного сообщества. Но в целом, администрация зачастую не готова прислушиваться в полной мере даже к мнению американского бизнеса, чего не было со времен «холодной войны».

ИА REGNUM: Может ли американская политика на данном направлении смениться в ту или иную сторону после ухода Обамы с президентского поста?

Может, и, скорее всего, изменится. Но это не значит, что президент-республиканец будет активнее искать способ нормализовать отношения с Россией, чем, например, демократ. Сейчас мы видим, что многие представители Республиканской партии настроены куда жестче, чем президент. Важно то, как нового президента США будет ориентировать бизнес, что предложат эксперты, которые будут консультировать новую администрацию, что будет интересно американскому избирателю. Очень существенное значение будет иметь то, с какими другими внешнеполитическими вызовами столкнутся США в ближайшие годы на других направлениях. К примеру, в 1999 году разразился кризис в отношениях России и США по поводу войны в Югославии. Президентом тогда был демократ Уильям Клинтон. А в 2001-м при республиканце Джордже Буше-младшем отношения нормализовались. Но в период правления его второй администрации последовало ухудшение в 2006-08 годах- из-за попыток расширять НАТО за счет Грузии и Украины, создания европейского района стратегической ПРО, а затем из-за конфликта России и Грузии. Но затем в ходе первого срока демократа Обамы началась так называемая «перезагрузка». Выводить отношения на нормальный уровень взаимодействия легче из худшей точки — почему бы следующему президенту не воспользоваться неудачами предыдущего для наращивания политического капитала. Рационально мыслящий человек на президентском посту сможет продемонстрировать своим согражданам и всему миру, что путь компромиссов ведет к высокоэффективной внешней политике и восстановить взаимодействие с Россией. Нормальные контакты сохраняются между Москвой и Вашингтоном на некоторых направлениях даже сейчас. Поэтому следует дождаться президентских выборов в 2016 году, до этого сложно делать определенный прогноз. А пространство маневра действующей администрации крайне ограничено, учитывая нынешний состав конгресса и настроения среди большой части как демократической, так и республиканской элиты.

ИА REGNUM: Насколько далеко может зайти поддержка Вашингтоном Киева? Возможны ли массированные поставки вооружения, на чем настаивают многие воинственно настроенные американские политики, серьезная финансовая помощь?

Про поставки вооружения разговоры идут уже давно. Ни к чему существенному они пока что ни привели и, скорее всего, не приведут. Активно снабжать оружием страну, находящуюся в таком нестабильном состоянии, в каком находится Украина в настоящий момент, чревато непредсказуемыми последствиями. И в Вашингтоне это, конечно, понимают.

Финансовая помощь Украине со стороны США также крайне незначительна. Даже по меркам классических американских программ помощи. Так что разговоры некоторых украинских политиков о новом «плане Маршалла» — это абсурд. Никаких существенных инвестиций в украинскую экономику мы также не видим. Если какие-то американские инвесторы и придут на Украину в ближайшее время, то только те, кто хочет получить активы по бросовым ценам и кто готов к запредельным рискам. И это было бы неразумно со стороны американского бизнеса — вкладывать большие средства в страну с крайне нестабильной экономикой, с очень высоким уровнем коррупции, с неэффективной системой управления. США готовы использовать украинский политический и экономический кризис для давления на Россию, но при этом не готовы платить за его решение. Главная задача Соединенных Штатов на данный момент — повесить финансовые проблемы Украины на Евросоюз и на Россию.

ИА REGNUM: Создается впечатление, что из всех мировых игроков США являются чуть ли не единственным выгодоприобретателем в этой войне. Так ли это, по Вашему мнению? И в чем тогда состоит основная выгода США?

У Соединенных Штатов нет прямой выгоды в украинском кризисе. Есть только косвенные. Многие среди американского истеблишмента были озабочены в последние годы ростом экономической взаимозависимости между Россией и Евросоюзом. Эти люди, мыслящие в категориях наследия «холодной войны», высказывали опасения, как бы российское экономические связи со странами Европы и возраставшее российское присутствие на европейских энергетических рынках не сказалось на лояльности союзников США. Причем некоторые в политических кругах США полагают, что, наоборот, развитие в торгово-экономических связей России с ЕС полезно, потому что способствует вовлечению России в систему социальных и политических связей. Но эта точка зрения сейчас не преобладает.

Нельзя забывать и об идеологической составляющей. Многие американские политики продолжают воспринимать Россию как страну, чуждую западным ценностям. Такие стереотипы выгодно использовать для консолидации позиций членов Североатлантического Альянса. Экономических выгод здесь нет никаких. Есть лишь политико-идеологическое целеполагание — консолидироваться перед лицом гипотетической «российской угрозы». Мол, Россия виновата в очередном конфликте, мы должны вспомнить наши идеалы и сплотиться. Такой подход удобен тем группам политической и военной элиты, которые имеют от него личные дивиденды — тем, кто может благодаря возрождению политики «сдерживания» России укрепить свои политические и карьерные позиции, приобрести экономические выгоды.

ИА REGNUM: Стало принятым считать, что основным контрагентом США на Украине является Арсений Яценюк, в то время как Петр Порошенко — скорее человек Евросоюза. Насколько это, по-Вашему мнению, соответствует действительности?

Это скорее домыслы, нежели правда. Нынешняя украинская элита довольно разобщена, это факт. И по многим вопросам там нет единого подхода. Но это зависит не от внешнеполитических контактов. Вся политическая система на Украине выстроена на балансе интересов олигархических групп. Так как подобный баланс соблюдать крайне сложно, если не сказать, невозможно, неоднородность и разобщенность интересов различных бизнес-бюрократических групп постоянно проявляются во внутренней и внешней политике Украины. Возможно, поэтому возникают иллюзии относительно внешнеполитического фактора в этом, на самом деле, олигархическо-бюрократической конкуренции. Так или иначе, все представители украинской власти стремятся быть лояльными к Евросоюзу и США. А кто из них больше дружит с Обамой, кто с Меркель — это уже из области личных симпатий и связано с задачами поиска внешних источников легитимации действий.

ИА REGNUM: Какова степень контроля Вашингтона над действиями Евросоюза в данном конфликте? Насколько Брюссель заинтересован в том, чтобы поддерживать все инициативы США по давлению на Россию и поддержке Украины? Может ли Брюссель пойти на какие-либо действия, серьёзно противоречащие линии Вашингтона на данном направлении?

Евросоюз не является однородной силой. При всей кажущейся близости позиций многих руководителей стран ЕС на развитие украинского кризиса, невозможно говорить о какой-либо позиции Брюсселя в целом.

Тем не менее, Вашингтону удалось добиться, казалось бы, почти невозможного — выстроить в линеечку все европейские державы. Это настоящее достижение, свидетельствующее о высокой степени американского влияния на страны ЕС. Трудно вспомнить аналогичные случаи в их прежних отношениях. Даже в годы «холодной войны» администрации Р.Рейгана не удалось убедить руководство ведущих западноевропейских держав полностью отказаться от результатов достигнутых в отношениях с СССР в период «разрядки». Что могло послужить причиной такого успеха? Прежде всего, большие надежды на создание Трансатлантического партнерства в области торговли и инвестиций — грандиозной зоны свободной торговли. Среди политического истеблишмента Евросоюза есть немало сторонников этого проекта. Известно, что та же Ангела Меркель выступает за скорейшую его реализацию. Этот экономический фактор вполне мог сыграть одну из решающих ролей при решении стран ЕС поддержать позицию США по Украине практически без разногласий — экономика Евросоюза опять стоит на пороге рецессии, и преференциальный доступ на американский рынок был бы очень полезен для того, чтобы ее избежать.

Кроме того, немаловажную роль здесь играет политический фактор. Бюрократии НАТО и Евросоюза необходимо оправдывать огромные расходы на политические инициативы и проекты в сфере безопасности не менее грандиозными целями. На этом основана, например, логика расширения НАТО. Вашингтон получил благодаря конфронтации с Россией возможность подтолкнуть своих союзников нести на себе чуть большую часть «трансатлантического бремени» — расходов на коллективную оборону. Несмотря на давление Соединенных Штатов, они на протяжении нескольких посткризисных лет не увеличивают военные расходы. Не выполняется норма по отчислению 2% от ВВП на оборону. Экономическая ситуация и мнение избирателей в этих странах не позволяли в условиях рецессии увеличивать расходы на оборону и реальных угроз, кроме террористической для НАТО и ЕС почти не было. В политико-психологическом плане легче всего убеждать общество увеличивать военные ассигнования, поддерживая образ общего врага. На эту роль сейчас идеально подходит Россия. Поднимать значимость военного блока, пополнять военный бюджет — все это легче осуществлять перед лицом единой опасности. Неважно — реальной или мнимой.

ИА REGNUM: Насколько далеко США готовы пойти в текущем конфликте с Россией? Возможно ли ужесточение санкций, будет ли Вашингтон добиваться полной капитуляции Москвы или выразит готовность пойти на какие-либо компромиссы?

Здесь ключевой момент в том, что если раньше санкции вводились с помощью исполнительных актов, то есть их вводил и мог отменить президент, то теперь принята резолюция Конгресса США, позволяющая президенту вводить санкции, которые будут отменяться уже не просто на основе его распоряжений, а потребуют решений законодательной власти. При этом, учитывая состав конгресса, где большинство санкционную политику поддерживает и обвиняет президента в недостаточной жесткости, можно предположить, что это вполне реальная перспектива. Вашингтон дает понять Москве, что настроен решительно. Но американцы понимают, что давление на Россию и бескомпромиссность имеет свои пределы. Испорченные отношения с Россией — это провал во внешней политике Обамы. Провал системный, но не такой, который бы в краткосрочной перспективе имел жизненное значение для США. Однако полный разрыв отношений с Россией и выход на открытую конфронтацию стал бы фатальным шагом для Вашингтона — его издержки для глобальной политики США и для всей системы международной безопасности ощущались бы не одно десятилетие.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.