Генерал Норат Тер-Григорьянц: «Я предложил создать военную базу России в Армении»

Леонид Нерсисян, 16 января 2015, 19:26 — REGNUM  

Интервью ИА REGNUM с начальником Генерального штаба Вооруженных сил Армении в 1992-1995гг., исполняющим обязанности министра обороны в 1993 году, генерал-лейтенантом Норатом Григорьевичем Тер-Григорьянцем.

ИА REGNUM: Здравствуйте Норат Григорьевич. Прошу Вас, расскажите о себе. Что побудило руководство независимой Армении обратиться к российскому генерал-лейтенанту армянского происхождения с просьбой — создать, или сформировать, — Вооружённые силы страны?

Здравствуйте. Постараюсь ответить на этот объёмный, самый главный, на мой взгляд, вопрос.

Первое. Сложная военно-политическая обстановка в регионе, и в частности — развязанная война агрессивного государства Азербайджан против армянского народа в Нагорном Карабахе (Арцахе) с целью его выдворения, уничтожения и захвата указанной территории древней Армении. А также неутихающие провокации, и бомбёжки азербайджанской авиации вдоль границ Армении, из-за чего страдало население, живущее в приграничной зоне.

Второе. Видимо руководство Армении с целью спасения положения и исключения сказанного выше, выбирало по миру военачальника — профессионала в области военных наук. Вот я и попал в их список, и, конечно, я благодарю тогдашнего президента Армении Тер-Петросяна и министра обороны Вазгена Саркисяна за оказанное мне доверие, которое позволило мне заниматься созданием Вооружённых сил и управлением ими совместно с другими военными и политическими деятелями Армении и Арцаха. Это для меня была огромная честь и огромное доверие — являться составной частью в спасении страны и народа — жителей Армении и НКР, от второго турецкого государства на данном театре военных действий, от страны, которая продолжила политику геноцида старшего брата. Так было сделано в Турции в 1915-23 годах, когда турки уничтожили 1,5 млн армян, а остальных изгнали со своей территории и создали своё государство на костях и богатстве армян. Вот точно так начал действовать шовинистический Азербайджан, но уже в 1990-х годах по отношению армян в Сумгаите, Баку и теперь приступил к завершающему этапу — захвату Нагорного Карабаха. И что делать? Опять допустить геноцид армян на нашей земле? Вот и было принято историческое решение со стороны руководства Армении — создать самый главный институт государства — Вооружённые силы для отражения агрессии и освобождения наших территорий, в ответ на их наступление.

И почему именно меня избрали? Видимо потому, что я военный — профессионал в этой области. И служил в ВС СССР, прошёл все армейские должности, закончил все военные образовательные ВУЗы на отлично и участвовал почти во всех крупных конфликтах и даже войнах, которые были развязаны против моей страны. То есть, имел определённый боевой опыт. А с уходом СССР со сцены, произошли страшные события на постсоветском пространстве, и особенно на южном Кавказе. Для интереса могу доложить своё прохождение для убедительности:

Я, Тер-Григорьянц Норат Григорьевич, генерал-лейтенант Вооружённых сил СССР и РФ. Родом я из Владикавказа, Северо-Осетинской Республики. Я потомок бывших граждан Османской Турции. Мои родители были родом из турецкой Армении, и во время Геноцида армян в Турции 1915-1923 годов, они смогли спастись. Под прикрытием частей Кавказского фронта, а точнее армянских формирований, они смогли целым родом дойти до Северного Кавказа (из Эрзрума, Вана и Карса) и здесь их, беженцев, приютили власти Осетии. Спасибо доброму, дружелюбному осетинскому народу за это. После окончания средней школы я был призван в Вооружённые силы СССР в 1955 году. После трёх лет солдатской службы поступил в Военное гвардейское ульяновское танковое училище им. В.И.Ленина. По завершении учёбы, в 1960 году приказом министра обороны мне было присвоено воинское звание — лейтенант. Так с 1960 года я начал свою уже офицерскую службу: Северо-Кавказский военный округ — г. Новочеркасск — командовал танковыми подразделениями — танковым взводом, танковой ротой, стал начальником штаба танкового батальона, а затем командиром танкового батальона, но уже в Забайкальском Военном округе. Здесь я служил Родине около 8 лет.

В те годы была очень сложная военно-политическая обстановка с КНР. Ведь Китай тогда был враждебно настроен против СССР и требовал земли русские от Урала и до Дальнего востока. Именно поэтому в этом регионе были сосредоточены огромные силы нашей армии. И конечно были там и стычки. В 1970 году меня направили на учёбу в Москву, в Военную академию бронетанковых войск. После 3-х лет учёбы, в звании подполковника я был командирован для прохождения дальнейшей службы в Южную Группу войск — в Венгрию, где я прослужил 5 лет на должностях командира танкового полка, начальника штаба дивизии и 2 года командовал 93-ей гвардейской мотострелковой дивизией в составе Варшавского договора. После 5-ти лет военной службы в Южной группе войск, меня отправили на учёбу в Москву в Академию генерального штаба, после окончания которой, получив образование уже в стратегическом масштабе, в 1980 году я был направлен на службу в Туркестанский военный округ — на должность первого заместителя Начальника штаба военного округа. А через пару недель, был отправлен в Афганистан, где шла война. Там я, в составе 110-тысячной группировки ВС СССР, прослужил 3 года в должности первого заместителя командующего армией — начальника штаба 40 армии.

Как участник этой войны, я в составе наших войск выполнял приказ Родины по оказанию интернациональной помощи афганскому народу, защищая его от варваров — радикальных исламистов, которые оснащались средствами вооружённой борьбы со стороны США, КНР, Пакистана, Ирана, Саудовской Аравии. Они имели ту же цель, которую они имеют сегодня в Сирии и Ираке. Возглавляя штаб — мозг армии, мы планировали, организовывали, координировали, управляли и руководили боевыми действиями против этих врагов. После 3-х лет службы в Афганистане меня приказом министра обороны СССР, отправили в Москву для прохождения дальнейшей военной службы и назначили на должность заместителя начальника Главного штаба сухопутных войск вооруженных сил СССР, тогда же мне было присвоено воинское звание генерал-лейтенанта.

Одновременно я занимал должность начальника организационно-мобилизационного управления Сухопутных войск ВС СССР. Служба в армии здесь продлилась до 1992 года, так как в начале 1992 года я получил приглашение руководства Армении — прибыть в Армению для того чтобы приступить к созданию ВС республики. Я написал рапорт на увольнение из ВС, и несмотря на то, что мне нужно было служить ещё 5 лет, приказом МО РФ я был уволен на пенсию и срочно, в августе 1992 года, приехал в Ереван. Там, после разработки Концепции строительства ВС и утверждения на совете безопасности РА, мы приступили к созданию войск страны. Вместе с моими боевыми товарищами и политическими деятелям мы создали мощную армию, боевая подготовка шла круглые сутки.

И скажу вам в заключение, — отказавшись от должности министра обороны, я был назначен на должность командующего Вооружёнными силами Армении, в последующем возглавил Главный штаб ВС РА. Мы создали мощную, боеспособную, оснащённую, морально устойчивую армию на научной и регулярной основе. И эти регулярные Вооружённые силы провели контрнаступательную армейскую операцию на горном театре военных действий и изгнали противника с нашей армянской земли, из Карабаха. Наша армия разбила азербайджанскую армию и защитила народ Арцаха от геноцида, защитила честь и достоинство армянского народа и сейчас защищает всех армян. Она должна быть в постоянной боевой готовности и сейчас, ведь сегодня президент Азербайджана заявляет, что даже Ереван и Зангезур это их земля. После моей службы армянскому народу, с августа 1992 по 1995 годы, я подал прошение верховному главнокомандующему — Левону Тер-Петросяну с просьбой освободить меня от занимаемой должности в ВС Армении в связи с окончанием выполнения поставленных боевых задач и разрешить покинуть пределы Армении. Получив разрешение я, с чувством исполненного долга, после 4-х лет моей службы в Армении, вернулся в Россию, на Родину, где я родился и живу сейчас со своей семьёй.

ИА REGNUM: Вы были знакомы с Левоном Тер-Петросяном до вашего приезда в Армению?

Да, я однажды встречался с ним в 1990 году в связи с тем, что количество призывников из Армении в ВС СССР резко снизилось. Такой процесс тогда шёл и в некоторых других республиках — особенно на Украине и в Прибалтике. Тогда мы с начальником Главного штаба сухопутных войск СССР отправились в Армению, где встречались с Левоном Тер-Петросяном. Он тогда сказал, что эти молодые люди нужны ему в Армении, и он не может позволить себе отпускать их на срочную службу в ряды ВС СССР. На это я ему ответил, что он заблуждается, так как служба в армии даёт Армении возможность получать готовый военно-обученный резерв. В итоге мы смогли прийти к компромиссу, — призыв возобновлялся, но призывники, по возможности, отправлялись в части недалеко от Армении. По большей части их стали направлять в учебную дивизию в Грозном, и в последующим они служили в разных родах войск ВС РФ. До этого я был в Армении ещё один раз — незадолго до землетрясения. Тогда 127-ая мотострелковая дивизия, базировавшаяся в Ленинакане (Гюмри), была поднята мною по учебно-боевой тревоге и передислоцирована в Грузию для прохождения фронтовых учений и проверки боеспособности войск Закавказского военного округа. Сейчас на фондах этой дивизии, по моему предложению в 1992 году, находится 102 военная база в Армении.

ИА REGNUM: Как вы относитесь к соглашению о прекращении огня, вступившему в силу 12 мая 1994 года? Принимали ли вы участие в его подписании?

Я считаю, что это отвратительный, бездарный документ, который ни в коем случае нельзя было подписывать. Именно из-за него до сих пор не решён конфликт, а Азербайджан, вооружаясь за счёт нефтедолларов, продолжает угрожать Армении и НКР войной, и периодически устраивает стрельбу на границе. В подписании я не участвовал, и вопросами этими заниматься меня не приглашали — тогда я был на командном пункте, центре боевого управления.

ИА REGNUM: Приезжали ли с вами из России другие офицеры для того, чтобы помочь?

Нет. Я предлагал некоторым товарищам поехать, но сначала они ответили, что приедут тогда, когда я уже буду в Армении, и в них будет реальная нужда. Но когда «нужда» появилась, некоторые, ссылаясь на политические и другие факторы, отказались. Но, ряд офицеров приехал и с честью выполнил свой долг.

ИА REGNUM: Есть много слухов и рассказов о том, что министр обороны России Павел Грачёв оказывал всяческую поддержку Армении. Правда ли это?

Грачёв был очень порядочный человек и справедливая личность, и на тот момент олицетворял РФ. Он тогда неоднократно приезжал в Армению, где я познакомил его с Вазгеном Саркисяном, и между ними сложилась настоящая мужская дружба. Он видел, что мы жертва в сложившейся ситуации и всегда старался нам помочь и словом, и делом. Нельзя сказать, что помощь была какая-то очень большая, но он всегда старался содействовать нам хотя бы словом, что уже было немало. По сути, на тот момент нам больше всего нужны были боеприпасы, их мы тогда получали самыми разными путями, Грачёв тоже нам несколько раз в этом помог. К сожалению, 7-ая полевая армия СССР, стоявшая в Армении, имела лишь полковые запасы боеприпасов, а 4-ая полевая армия СССР, дислоцированная в Азербайджане, имела запасы боеприпасов вплоть до стратегических (десятки тысяч вагонов).

ИА REGNUM: Сейчас всем известно, что в Армении находится 102-ая база РФ. Есть ли ваш вклад в её создание? Было ли в начале 1990-х обоюдное желание Армении и РФ её создать?

Почти сразу после моего приезда в Армению мы заговорили с руководством Армении о том, что же делать со 127-й мотострелковой дивизией Закавказского военного округа РФ, дислоцированной в Гюмри. Надо сказать, что тогдашнее руководство не горело желанием оставлять российских военнослужащих в Армении, придерживаясь позиции «пускай уходят». Я тогда сразу настоял на том, чтобы эту дивизию удерживали в Армении, обосновав это тем, что Армения стала независимой страной, на тот момент не входящей ни в какие военные блоки, и при этом имеющая границу с далеко недружелюбной Турцией и войну с Азербайджаном. Поэтому я сразу стал настаивать на том, чтобы на месте 127-й дивизии была создана военная база, прикрывающая границы Армении. Особого желания ни с той, ни с другой стороны не было. Москва была не очень заинтересована из-за сложного финансового положения и блокады Армении почти со всех направлений. Я тогда объяснил, что Турция сможет без особых проблем уничтожить Армению одним махом, так как никаких серьёзных войск у Еревана не было. РФ же сохраняла возможность защищаться от НАТО на дальних рубежах, сохранив единственную союзную, буферную страну в Закавказье. Я был назначен председателем комиссии, занимающейся вопросами организации этой военной базы, и договорённость в итоге была достигнута. Тогда же у нас шли переговоры с генералом армии Николаевым, командующим пограничными войсками России, в результате чего уже в 1992 году была достигнута договорённость о том, что 50% пограничников в Армении являются представителями ВС РФ, а другие 50% ВС Армении. Позже, к 1995 году, на переговорах с Павлом Грачёвым была достигнута договорённость о переброске на аэродром Эребуни истребительной авиации.

ИА REGNUM: Развивали ли вы военные связи с другими государствами?

За время моей службы в Армении, кроме формирования ВС, мы также успели заключить договор с Грецией об обучении там наших офицеров, причём бесплатно. Также был заключён договор об обучении с Россией, на платной основе. В итоге, к сегодняшнему дню подавляющее большинство офицеров в Армении обладают академическим образованием хорошего уровня.

ИА REGNUM: Почему вы ушли из армянских вооружённых сил? Предлагали ли вам остаться, занять более высокие должности, например, министра обороны Армении?

В 1995 году, как было сказано ранее, я написал рапорт Левону Тер-Петросяну с просьбой уволить меня из ВС, так как, на мой взгляд, я выполнил свои задачи. Мне предлагали остаться, но я посчитал, что мой долг выполнен, и я даже отказался от поста министра обороны. Правда, ещё 8 месяцев я оставался на должности 1-ого замминистра обороны, для того, чтобы ввести в курс дела нового министра обороны — Сержа Саргсяна, чью кандидатуру я тогда поддержал. И вот, к концу 1995 года я покинул Армению, и покинул с чистой совестью. Кстати, и.о. министра обороны я всё же некоторое время исполнял — в 1993 году, когда Вазген Саркисян покинул свой пост и был назначен государственным министром, а новый министр Вазген Манукян ещё не занял свой пост. Вазген Манукян — тоже оказался очень порядочным, разумным человеком, большим патриотом, который внёс свою лепту в победу нашей армии.

Я считаю, что мне очень повезло, что для выполнения вышеуказанных задач выбрали именно меня, и я горжусь тем, что так произошло. Что меня окружали Патриоты Родины и своим поведением они и меня превратили в мощного патриота армянского народа и Армении с Арцахом. Спасибо Левону Тер-Петросяну, Вазгену Саркисяну, Вазгену Манукяну, Гагику Арутюняну, Гургену Далибалтаяну, генералу Андриасяну, президентам сегодняшней Армении и НКР, — героическим патриотам Страны. Офицерам, солдатам, служащим, фидаинам — в лице Манвела Григоряна и народа армянского — за то, что в ту трудную минуту мы все создали единый кулак и в единстве вышли победителями в этой войне. Так надо действовать и сейчас, чтобы наши государства процветали, и чтобы армяне, живущие на чужбине возвращались на Родину. И царство небесное тем, кто жизнью своей защитил мой народ и страну от агрессоров.

Честь имею!

Читайте развитие сюжета: Норат Тер-Григорьянц: Карабах никогда не был азербайджанской землей

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.