Игорь Панкратенко. Британский военно-морской либерализм для кровавой диктатуры

Игорь Панкратенко, 15 декабря 2014, 11:35 — REGNUM  

Совсем не трудно представить себе истерику в мировых масс-медиа, объяви Россия о строительстве военной базы где-нибудь в дальнем зарубежье, да еще и в стране, правительство которой по международным оценкам является «диктаторским». Иное дело, когда подобное совершает один из «оплотов демократии», к тому же — наиболее активный член Североатлантического альянса. Словом, подписание соглашения между Великобританией и Бахрейном о создании на территории этого расположенного в Персидском заливе королевства базы британского военно-морского флота «мировым общественным мнением» было встречено достаточно положительно.

Нет, без недовольных не обошлось. Двенадцать депутатов британского парламента подготовили обращение о том, что соглашение с режимом, который из года в год обвиняется в серьезных нарушениях прав человека, пытках и массовых репрессиях, выглядит с точки зрения идеалов демократии несколько сомнительно. Но реальная ценность этого документа не превышает стоимости бумаги, на которой он напечатан. Поскольку вокруг Бахрейна сплелся такой клубок геостратегических интересов и такие высокие «политические соображения», что в сравнении с ними идеалы, свободы и права — цветастые, но абсолютно ненужные фантики.

Соглашение, согласно которому Бахрейн оплатит строительство базы британского флота в порту Мина Салман, подписывалось между Лондоном и Манамой. Но его детали были предварительно согласованы с США, старшим партнером Великобритании по НАТО, и Саудовской Аравией, чьим протекторатом фактически и является на сегодня Бахрейн.

В комментарии, который дал после подписания соглашения британский министр обороны Майкл Фаллон, был один многозначительный нюанс. Сказав о том, что «Великобритания возвращается в регион к югу от Суэцкого канала, который она полностью покинула в 1971 году», что база в Бахрейне «позволит расширить присутствие британских морских сил в мировом океане» и, в частности, в Персидском заливе, министр обороны Великобритании вполне открыто заявил, что оно, это присутствие, будет долгосрочным.

Впрочем, говорить о «возвращении» Британии в Бахрейн можно лишь с некоторой натяжкой. Лондон всегда «держал руку на пульсе» событий в королевстве. Достаточно вспомнить, что сорок лет, с 1958 по 1998-й, органы безопасности королевства фактически возглавлял британский подданный, полковник Ян Хендерсон. Возглавлял столь эффективно, что в кругах оппозиции и в международных правозащитных организациях имел кличку «мясник Бахрейна», что совершенно не помешало ему получать высшие ордена двух стран, после официального выхода в отставку оставаться главным консультантом королевской семьи аль-Халифа по вопросам безопасности. И мирно скончаться в апреле 2013 года в собственном поместье в британском Дортмуте в возрасте 86 лет.

Но это — закулисье, почти неофициальное. А после подписания соглашения британское присутствие в бывшей колонии Короны становится официальным вполне и, соответственно, сразу делает Лондон лидером (почетное второе место после США) на оружейном рынке монархий Залива, обойдя конкурентов в лице Франции и Германии. Суммы здесь «крутятся» астрономические, что является приятным бонусом для Великобритании, давшей свое согласие на своего рода «замещение» США в роли «старшего партнера» для монархий.

И это еще один интересный аспект подписанного соглашения. У Барака Обамы ни с Саудовской Аравией, ни с Бахрейном, ни с остальными местными правителями откровенно «не сложилось». Дело не столько в том, что авторитет США в глазах общественного мнения и политических элит Залива упал за последние несколько лет просто катастрофически. Главное — местные династии из-за на их взгляд «двусмысленной» политики Вашингтона, в первую очередь — из-за стремления Обамы договориться с Тегераном, перестали видеть в нынешней администрации Белого дома гаранта собственной безопасности.

Но мало того, что, по мнению местных монархов, Обама их «предает», идя на диалог с Ираном, так еще накала в отношениях добавляют периодически исходящие от Вашингтона требования «демократизации» и «реформ». Тот же Бахрейн в минувшем году потребовал от помощника госсекретаря США Тома Малиновского прекратить официальный визит в страну после того, как он встретился с представителями оппозиции. Спустя несколько месяцев СМИ королевства начали кампанию против посла США, который также встречался с «зачинщиками беспорядков» в Бахрейне.

Кстати, местная оппозиция назвала соглашение с Великобританией актом благодарности короля за ту поддержку, которую Лондон оказал правящей династии в расправе над оппозицией и признании «успешно состоявшимися» выборы, прошедшие в ноябре нынешнего года. В то же время как посольство США в Бахрейне, так и американский Госдепартамент отказались от оценок итогов выборов, причем пресс-секретарь американского внешнеполитического ведомства на брифинге для прессы упомянул о «наличии протестов».

Причины соглашения о базе британского ВМФ в Бахрейне этим, разумеется, не исчерпываются, но определенная доля истины в подобных утверждениях есть. Местные монархи с большей охотой готовы принять гарантии безопасности от Великобритании и, если смотреть шире, от НАТО, чем полагаться в столь деликатном вопросе только на Белый дом и конкретно — на администрацию Обамы.

Поскольку именно получение дополнительных гарантий собственной безопасности наряду с укреплением своих позиций в идущей вот уже тридцать пять лет региональной холодной войне и было главным побудительным мотивом для Бахрейна — подписать, а для саудовской династии — одобрить появление британской военно-морской базы.

Согласившись, замечу, эти гарантии щедро оплатить. Поскольку еще в ходе переговоров по данному соглашению Эр-Рияд через своих представителей вполне определенно дал понять и Бахрейну, и Великобритании, что готов не только помочь с финансированием строительства, но и, в случае необходимости, взять на себя текущие расходы по содержанию базы в Мина Салмане.

«Иранская угроза», а, точнее, «шиитское пробуждение» является, по мнению местных правящих элит, главным источником угроз их существованию. «Сдерживание Ирана» и «управляемых из Тегерана выступлений местных шиитов» — основная стратегическая линия как Саудовской Аравии, так и ряда остальных монархий, в числе которых и ОАЭ, и Катар, и Бахрейн.

До определенного времени Эр-Рияду и его партнерам удавалось осуществлять это «сдерживание» путем разжигания суннито-шиитского конфликта. Именно его ряд обозревателей считали основной причиной напряженности на Ближнем и Среднем Востоке, упуская из виду то обстоятельство, что этот конфликт искусно разжигался и поддерживался официальными представителями суннитских монархий, их спецслужбами и полуофициальными «благотворительными исламскими фондами». Но результаты «управляемого конфликта» оказались для его режиссеров весьма неприятными — во-первых, Иран и движение «шиитского пробуждения» локализовать и «сдержать» не удалось. А, во-вторых, пришедшие к власти в исламистских группировках, возникавших в ходе конфликта, экстремисты и фундаменталисты поставили под сомнение легитимность и правящего дома Саудов — глава которого носит титул «хранителя двух святынь», мечети аль-Харам в Мекке и мечети Пророка в Медине — и остальных монархов Залива.

Оказавшись между «молотом и наковальней», между «иранской угрозой» и обвинениями в вероотступничестве со стороны тех, кто еще вчера принимал нефтедоллары на «дело джихада», — согласишься не только на военно-морскую базу для авианосцев бывшей метрополии. Хотя, судя по всему, соглашение о ней — лишь «первая ласточка» расширения присутствия НАТО в Персидском заливе.

Тем более что, говоря о европейских членах НАТО в регионе, не стоит считать, что появление британской базы в Бахрейне означает сокращение там американского присутствия. Статус «особого военного партнера США вне блока НАТО» Бахрейн получил в 2001 году. На Персидский залив, как уже говорилось выше, завязаны миллиардные контракты военно-промышленного комплекса США. Смена режима в Тегеране остается главной стратегической целью Вашингтона, что бы ни говорилось на официальных саммитах. А потому, официальная американская версия о том, что, одобрив соглашение между Бахрейном и Великобританией, США намерены сократить свое присутствие в Заливе и сконцентрировать усилия в Восточной Азии, является лишь «отвлекающим маневром», декоративным «замещением» до того времени, когда в Белом доме сменится хозяин.

На церемонии подписания соглашения министр иностранных дел Великобритании Филип Хаммонд, обращаясь к бахрейнской делегации, сказал: «Ваша безопасность — это наша безопасность, ваше процветание — наше процветание. Ваша стабильность — это наша стабильность». В части «стабильности и процветания» — вполне справедливо, поскольку от стабильности правящих режимов монархий Залива действительно во многом зависит и стабильность стран — членов НАТО, и благополучие мировых бирж.

Но вот безопасности в регионе появление британской базы не добавит. Дав согласие на наращивание западного военного присутствия в регионе, местные монархии во главе с саудитами еще раз подтвердили, что в противостоянии «иранской экспансии» и «шиитскому пробуждению» основную ставку они делают на силовые методы. Прикрытая с тыла мощью НАТО, их региональная политика станет еще более жесткой и агрессивной. В этой ситуации уже сейчас можно говорить, что политика «разрядки в отношениях с Саудовской Аравией», провозглашенная нынешним иранским президентом Хасаном Рухани одним из важнейших внешнеполитических приоритетов, обречена на провал. Начинается новый виток противостояния и новый этап борьбы США и НАТО за удержание контроля не только над Заливом, но и всем Ближним и Средним Востоком…

В клубке интересов и противоречий вокруг британской военно-морской базы в Бахрейне есть и одна «российская ниточка», без упоминания о которой история была бы неполной. В чем суть происходящего в этом карликовом королевстве Персидского залива? Многолетние массовые и жестокие репрессии правящей династии в отношении собственного населения. Для сохранения собственной власти режим дает согласие на размещение иностранной военной базы. Происходит расширение присутствия НАТО в регионе. Казалось бы — прекрасный повод для официальных отечественных пропагандистов развернуть информационную кампанию, где «фактура» о двойных стандартах западного понимания соотношения «идеалов демократии» и «высшей политической целесообразности» — что называется, «на блюдечке». Не тут-то было. «Активное и позитивное участие подавляющего большинства граждан Бахрейна в демократическом избирательном процессе отражает их искреннюю заинтересованность осуществлять в прозрачном и честном пути их конституционное право и стремление получить уважаемых и искренних парламентариев. Я считаю, что новый парламент и местные муниципальные власти будут активно работать над продвижением социальных, политических и экономических реформ, начатых Его Величеством королем Хамадом бен Иса аль-Халифа», — говорится в поздравлении российского посла в этой стране. МИД России сохранил «сдержанное молчание» по факту создания базы государства — члена НАТО в одной из самых взрывоопасных точек мира. Аналогичную «информационную застенчивость» проявили и ключевые российские масс-медиа. Видимо, официальный обличительный задор в отношении НАТО и политики Запада имеет четко географически очерченные границы, за которыми начинается «зона умолчания».

Игорь Панкратенко, редактор по Ирану ИА REGNUM

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.