«Исламское государство» спровоцирует в Пакистане мощную волну насилия

Александр Воробьев , 18 Ноября 2014, 10:30 — REGNUM  

Рост популярности «Исламского государства» среди исламистских групп внутри Пакистана и определенные успехи в установлении связей с исламистскими группами этой страны, помноженные на невысокую способность властей Пакистана контролировать свои территории на границе с Афганистаном, политическую нестабильность и социально-экономическую неустроенность, делают Пакистан потенциально уязвимым перед лицом ИГИЛ. В случае, если развитие событий пойдет по негативному сценарию, а вероятность этого достаточно высока, радикализм ИГ, жестокое отношение к политическим оппонентам, иным религиозным общностям способны спровоцировать в уже неспокойном Пакистане мощную волну насилия. Об этом рассказывает специалист по Пакистану и Индии Александр Воробьев в своей статье, написанной специально для ИА REGNUM.

Нынешнее руководство Пакистана во главе с премьер-министром Навазом Шарифом сегодня переживает отнюдь не простые времена. На фоне сложной экономической обстановки страну несколько месяцев будоражат уличные протесты против действующих властей, возглавляемые бывшей звездой крикета Имраном Ханом и богословом Тахиром уль-Кадри. Одновременно растет напряженность в отношениях с Индией, где победу на парламентских выборах в этом году одержала «Бхаратия джаната парти» — партия «индуистского национализма», которую возглавляет Нарендра Моди, сторонник более жесткой и принципиальной позиции в отношениях с Исламабадом. В дополнение ко всем этим неурядицам над Пакистаном нависла новая и весьма отчетливая угроза: вероятность оказаться под ударом со стороны «Исламского государства» в результате создания альянса между последним и местными исламистскими группами, с которыми власти Пакистана ведут малоуспешную вооруженную борьбу уже на протяжении многих лет.

Активное обсуждение угрозы со стороны «Исламского государства» — исламистской группировки, за последнее время добившейся контроля над значительными территориями в Ираке и Сирии и ставшей известной всему миру своими варварскими расправами над политическими оппонентами и иноверцами, началось в Пакистане в прошлом месяце. В самом конце октября руководство пакистанской провинции Белуджистан, находящейся на западе страны, направило федеральным властям в Исламабаде секретный доклад, в котором говорилось о резкой активизации ИГ в северо-западных районах Пакистана — так называемой «Зоне племен», населенной преимущественно пуштунами и слабо подконтрольной центральным властям.

В докладе, вскоре просочившемся в прессу, утверждалось что «Исламскому государству» удалось завербовать на территории Пакистана порядка 10-12 тысяч последователей из числа жителей афгано-пакистанского приграничья. Авторы доклада заявили, что представители ИГ организовали стратегическое крыло, состоящее из 10 членов, которое будет управлять и координировать активность боевиков на территории Пакистана и сопредельных частей Афганистана. В докладе указывается, что «Исламское государство» планирует совершать теракты против военных и представителей власти в северо-западной части Пакистана в отместку за проводимую Исламабадом успешную спецоперацию против исламистов в Северном Вазиристане.

На протяжении почти полутора десятков лет главными возмутителями спокойствия на территории Пакистана оставались представители местного Талибана, или «Техрик-е Талибан Пакистан» (ТТП) — исламистской организации зонтичного типа, базирующейся в труднодоступных районах афгано-пакистанского приграничья, так называемой «Зоне племен». Пакистанские талибы контролируют значительную часть приграничья — зона подконтрольных им территорий то расширяется, то сокращается — а также совершают теракты и диверсии в других провинциях Пакистана, контролируемых властями.

В последнее время движение переживает относительный упадок. Это отчасти связано с непопулярностью нынешнего лидера — Маулана Фазлуллы, возглавившего пакистанский Талибан в ноябре 2013 года. Он не сумел сплотить ряды талибов, а также перенес свое убежище в восточный Афганистан в целях обеспечения личной безопасности от ударов с воздуха. Некоторая часть исламистских группировок откололась, часть решила отказаться от тактики «внутреннего терроризма» и переориентировалась на «внешнего врага». Следует отметить, что руководство Пакистана достаточно лояльно относится к тем исламистским группировкам, которые ведут «джихад» за пределами Пакистана, например, в индийском Кашмире, так как видит в них инструмент реализации своего политического влияния. Наконец, армия Пакистана, на протяжении долгих лет без особых успехов боровшаяся с талибами в афгано-пакистанском приграничье, сумела нанести им серьезное поражение в ходе развернувшегося этим летом широкомасштабного наступления под кодовым названием «Зарб-е-Азб» в Северном Вазиристане. По данным пакистанских властей, было убито более 1100 исламистов, количество террористических актов на территории Пакистана сократилось на 30%.

Однако образовавшийся вакуум может быть заполнен не менее серьезным противником. Успехи, которые «Исламского государство» продемонстрировало в Ираке и Сирии — стремительность овладения новыми территориями, неспособность западных стран подавить ИГ военным путем, провозглашение государства и попытки организовать начало государственного управления, — всё это привлекает к ИГ пристальное внимание и вызывает расположение пакистанских исламистов. В последние месяцы в ряде городов Пакистана стали появляться листовки и настенные надписи, агитирующие за «Исламское государство» и его лидера, призывающие к верности «калифу» и вхождению территории Пакистана, Афганистана и преимущественно населенного мусульманами индийского штата Кашмир в состав ИГ. Надписи и листовки подобного содержания появились в основном на неспокойном северо-западе страны, граничащем с Афганистаном, однако были замечены и в других городах, например крупнейшем городе Пакистана Карачи, который находится на юге страны.

Очень тревожным сигналом является установление тесных контактов между представителями ИГ и пакистанскими талибами, а также близкими к ним группами исламистского толка. В середине октября шесть ведущих полевых командиров пакистанского Талибана заявили о своей верности лидеру непризнанного «Исламского государства» Абу Бакру аль-Багдади: фактически принесли ему присягу. Однако при этом они не покинули рядов своей организации. Глава пакистанских талибов — Маулана Фазлулла — о своей верности «Исламскому государству» не заявлял, однако пообещал расширение поддержки и содействия со своей стороны.

Лидеры самого «Исламского государства», в свою очередь, также обращают свои взоры в сторону Пакистана и Афганистана, так как видят здесь как ареал для дальнейшей территориальной экспансии, так и широкую социальную базу для пополнения своих рядов новыми членами, которые к тому же очень часто обладают отточенными годами навыками вооруженной борьбы. Горы афгано-пакистанского приграничья могут служить естественным и безопасным убежищем, что было многократно проверено, а их географическое положение позволяет проецировать свое влияние как на север — в сторону Афганистана и Центральной Азии, так и на юг — в сторону Пакистана и Индии.

«Исламское государство» анонсировало начало своего проникновения в Пакистан в сентябре этого года, когда экстремисты объявили о создании в составе своего квазигосударства провинции «Хорасан», к которой были отнесены территории Афганистана, Пакистана, Ирана и Центральной Азии. По утверждениям пакистанских СМИ, координатором активности ИГ в этом регионе стал бывший узник американской тюрьмы «Гуантанамо» Абдул Рахим Муслим Дост.

Как заявили представители ряда пакистанских исламистских групп, в октябре — ноябре представители ИГ неоднократно посещали с визитами их места обитания. Так, представитель близкой к пакистанским талибам группировки «Джиндуллах», базирующейся в провинции Белуджистан, сообщил, что основной целью визита представителей ИГ, прибывших в лагерь группировки в начале ноября, было решение вопроса о том, как можно сплотить и объединить многочисленные и часто действующие разрозненно пакистанские исламистские группировки.

Оценки того, насколько реальна угроза Пакистану со стороны «Исламского государства», достаточно сильно разнятся. Глава МВД Пакистана Чаудри Нисар Али Хан поспешил успокоить общественность, заявив, что никакая группировка с подобным названием («Исламское государство» — прим. автора) на территории Пакистана не действует, тем самым подчеркнув отсутствие на текущий момент времени какой-либо опасности для страны со стороны ИГ. В определенном смысле министр, безусловно, прав. Действительно, от «Исламского государства» сегодня не исходит такой непосредственной угрозы, как от того же пакистанского Талибана и связанных с ним группировок, которые, к примеру, в начале ноября совершили теракт на границе Индии и Пакистана, унесший жизни 60 человек.

Однако если оценивать будущие перспективы, то риски, безусловно, есть. "Пакистан сталкивается с потенциальной угрозой со стороны «Исламского государства», — полагает эксперт по международной безопасности из Пакистана Эйяз Хуссейн. — Но она реализуется лишь в том случае, если «Исламское государство» договорится о совместных действиях с ведущими вооруженными группировками из Пакистана, включая «Техрик-е-Талибан Пакистан». Пакистанский эксперт обращает внимание и на значение данного вопроса для стабильности региона. «Похоже на то, что ИГ стремится сосредоточиться на Пакистане и Афганистане именно в тот момент, когда американские войска будут покидать Афганистан, — полагает он. — Если не принять мер, „Исламское государство“ в перспективе станет представлять основную угрозу безопасности для Южной Азии и зоны Персидского залива».

Рост популярности ИГ среди исламистских групп внутри Пакистана и определенные успехи в установлении связей с исламистскими группами этой страны, помноженные на невысокую способность властей Пакистана контролировать свои территории на границе с Афганистаном, политическую нестабильность и социально-экономическую неустроенность, делают Пакистан потенциально уязвимым перед лицом «Исламского государства». В случае, если развитие событий пойдет по негативному сценарию, а вероятность этого достаточно высока, радикализм ИГ, жестокое отношение к политическим оппонентам, иным религиозным общностям способны спровоцировать в уже неспокойном Пакистане мощную волну насилия, а также обострить напряженность в отношениях с Индией, так как целью атак исламистов неизбежно станет спорный Кашмир.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору.
Главное сегодня
NB!
20.01.17
СМИ: Калужские чиновники поселили сирот в квартирах, в которых нельзя жить
NB!
20.01.17
Госдума ратифицировала соглашение по «Турецкому потоку»
NB!
20.01.17
Шотландия вновь будет добиваться независимости
NB!
20.01.17
В Узбекистане планируют отменить выездные визы и ввести загранпаспорта
NB!
20.01.17
Секрет политического величия Лукашенко: транзитные игры вокруг Белоруссии
NB!
20.01.17
Почему архив ЦРУ в открытом доступе появился именно сейчас
NB!
20.01.17
История основания монастыря, предтечи города Северодвинска
NB!
20.01.17
Успех сделки ОПЕК по нефти привлекает новых сторонников
NB!
20.01.17
ЦРУ между военными и Белым домом: битва «под ковром» и «на ковре»
NB!
20.01.17
Окно возможностей для официального Минска стремительно сужается
NB!
20.01.17
Ростовская область: гасить задолженность перед шахтёрами будут в кредит
NB!
20.01.17
Радио REGNUM: первый выпуск за 20 января
NB!
20.01.17
Убьют ли Трампа? Жириновский дает негативный сценарий
NB!
20.01.17
Песков ответил на вопрос о новом президентском сроке Путина
NB!
20.01.17
«Россия будет смотреть на дела Трампа»
NB!
20.01.17
«Поддержать нефть может Трамп»
NB!
20.01.17
«Почему отношения РФ и США оказываются напряженными?» — NI
NB!
20.01.17
«Рубль вынуждают упасть»
NB!
20.01.17
«Идти Вальсом» — бывший премьер-министр Франции проигрывает праймериз
NB!
20.01.17
Песков: Россия регулярно подвергается кибератакам из США, ФРГ и Британии
NB!
20.01.17
Новая холодная война
NB!
20.01.17
Беларусь в Москве: есть ли у минских ТВ-агитаторов такая же свобода дома?