Кирилл Аверьянов-Минский: Белорусская национальная мифология: польский «герой» и русский «вешатель»

Владимир Зотов, 11 ноября 2014, 18:04 — REGNUM  

4 ноября в минской «Арт-усадьбе» и на белорусском портале Tut.by состоялась премьера пропагандистского документального фильма о польском восстании под предводительством Винцента Константы Калиновского — «Шляхам паўстанцаў» («Путём повстанцев»). Участвовавшие в создании фильма представители белорусской «свядомай» интеллигенции (в числе которых был священник одной из канонически непризнанных белорусских автокефальных православных церквей Леонид Акалович) в очередной раз повторили набившие оскомину мифы о якобы белорусском характере антиправительственного мятежа 1863 года: из Калиновского сделали лидера белорусского национально-освободительного восстания против «москалей», а графа Михаила Николаевича Муравьёва, подавившего восстание, объявили врагом белорусского народа, приписав ему нечеловеческую жестокость и решение о запрещении белорусского языка. В конце сей кинематографической агитки историк Алесь Кравцевич заявил, что Кастусь Калиновский — это «такой образ, на котором мы можем воспитывать молодое поколение, закалять нашу нацию», а художник Алесь Марачкин указал на актуальность Калиновского в связи с заявлением президента Путина о возрождении Великой России, предполагающим, по мысли художника, расширение российской территории.

Процесс героизации Калиновского, являющегося примерно таким же символом местечкового национализма в Белоруссии, как Степан Бандера на Украине, весьма показателен. Изначально Винцент Константы Калиновский был руководителем польского восстания на территории Литвы и Белоруссии, ставившего своей целью воссоздание Речи Посполитой в границах 1772 года (т.е. с Белой Русью в её составе). О польском самосознании Калиновского говорит, например, его обращение к жителям Белоруссии в «Письме Яськи-Господаря из-под Вильны к мужикам земли польской»: «…разве ж мы, децюки, сидеть будем? Мы, что живём на земле польской, что едим хлеб польский, мы, поляки из веков вечных».

Также следует обратить внимание на составленный Калиновским «Приказ-воззвание Виленского повстанческого центра к народам Литвы и Белоруссии» от 11 июня 1863 года, в котором Винцент Константы угрожает неразумным белорусам, посмевшим помогать российским правительственным войскам: «За вашу долю кровь проливают справедливые люди, а вы, как те Каины и Иуды Искариотские, добрых братьев продавали врагам вашим! Но польское правительство спрашивает вас, по какому вы праву смели помогать москалю в нечистом деле?! Где у вас был разум, где у вас была правда? Разве вспомнили вы о Страшном суде Божьем? Вы скажете, что делали это поневоле, но мы люди вольные, нет у нас неволи, а кто хочет неволи московской — тому дадим виселицу на суку». И это были не пустые угрозы: в период восстания банды Калиновского (так называемые жандармы-вешатели) убили, по разным данным, от 500 до 2000 мирных жителей белорусских губерний.

«Польскость» Калиновского не подвергалась сомнению вплоть до Первой мировой войны, когда в связи с подготовкой к «незалежнасці» белорусским националистам срочно понадобился национальный герой с антирусским бэкграундом. Выбор пал на Калиновского, поскольку, во-первых, к концу Великой войны участников восстания 1863 года практически не осталось, и, соответственно, никто не мог возразить против придуманной «белорусскости» польского мятежника, во-вторых, в польской историографии начала XX века Калиновский являлся в лучшем случае героем второго плана, а потому полякам было не жалко уступить его белорусским националистам (отметим, что с Тадеушем Костюшко, которого также пытались «обелорусить», подобный фокус не прошёл, поскольку его образ был крайне важен для польского национального самосознания).

Как убедительно доказал современный белорусский историк А. Д. Гронский, автором мифа о «белорусе Калиновском» был известный политический авантюрист Вацлав Ластовский, успевший за свою жизнь побыть и премьер-министром «незалежнай» Белорусской Народной Республики, и советским чиновником от науки. Для того чтобы придать образу польского повстанца белорусские черты, Ластовский переименовал Винцента Константы в Касцюка (затем имя «Касцюк» трансформировалось в «Кастусь»), а также прибегнул к откровенным фальсификациям исторических документов.

Окончательно образ Кастуся Калиновского как белорусского героя укоренился в массовом сознании благодаря большевистской пропаганде. В 1928 году на советские экраны вышел один из первых белорусских фильмов, так и называвшийся — «Кастусь Калиновский». В финальную часть картины была помещена вот такая милая сцена: «Восстание подавлено. Калиновский схвачен. Перед казнью с эшафота он обращается с прощальным словом к народу: „Слышишь, Беларусь! Верю — будет вольная Беларусь трудящихся, рабочих и селян!“ „Слышим!“ — звучит в ответ». Примечательно, что в новом фильме «Путём повстанцев» используются кадры из этой советской картины.

В 1943 году в честь Калиновского была названа советская партизанская бригада, действовавшая в Гродненской области. В том же 1943-м народный поэт БССР Петрусь Бровка написал известное стихотворение «Кастусь Калиновский», позднее вошедшее в школьную программу по белорусской литературе. В нём Калиновский представал в образе… колхозного тракториста.

Таким образом, стараниями белорусских националистов и советских пропагандистов Калиновский стал едва ли не главным героем белорусского национального пантеона. Сегодня его образ активно эксплуатируется «свядомай» оппозицией: во время антилукашенковского «майдана» в 2006 году протестующие переименовали Октябрьскую площадь в центре Минска в площадь Калиновского; его именем названа действующая в Польше программа обучения белорусских студентов, изгнанных из вузов РБ по политическим мотивам; портреты предводителя польского восстания являются непременным атрибутом многих оппозиционных манифестаций. При этом власти РБ стараются не отставать от своих оппонентов по части поддержания культа «белоруса Кастуся». Так, в прошлом году Министерство связи и информатизации РБ выпустило в обращение карточку с маркой «175 лет со дня рождения Кастуся Калиновского», в Президентской библиотеке прошла выставка, посвящённая 150-летию восстания 1863 года, а на здании Центра олимпийского резерва по борьбе имени Александра Медведя была восстановлена памятная доска в честь Калиновского (это при том, что минские городские власти категорически отказались восстанавливать в белорусской столице памятник Александру II, при котором польский мятеж был подавлен).

Вместе с тем в Белоруссии действует строгое табу на объективное рассмотрение деятельности графа Муравьева по усмирению мятежа, в связи с чем у белорусских граждан складывается искажённое представление о событиях полуторавековой давности. В белорусской историографии Муравьёва принято именовать не иначе как «вешатель» и «палач белорусского народа». Однако «национально сознательные» историки замалчивают тот факт, что польское восстание было подавлено российскими войсками при деятельной поддержке белорусов. По приказу графа Муравьева были созданы крестьянские вооружённые формирования — сельские караулы. Видя бесчинства банд Калиновского и не желая возвращения своих земель в состав Польши, крестьяне самоотверженно сражались против польских инсургентов, а пойманных мятежников передавали в руки законных властей. За помощь в подавлении мятежа сотни крестьян белорусских губерний были удостоены высоких государственных наград. Так, 1 апреля 1866 года гродненский губернатор получил 777 медалей «За усмирение польского мятежа» для вручения их чиновникам и крестьянам губернии. За исключением четырех чиновников, все награждённые были крестьянами, служившими в сельских караулах.

Кроме того, занимая пост губернатора Северо-Западного края, М. Н. Муравьёв проводил социально-экономическую политику в интересах белорусского крестьянства, придавленного все предыдущие годы польской шляхтой. В одной из записок Государю Императору граф следующим образом определил цель своих реформ в Белоруссии: «Необходимо так обеспечить крестьян в Западном крае, чтоб они не имели нужды прибегать к пособию от владельцев. Крестьянское население составляет главный оплот нашего в крае владычества, и оно должно быть поставлено в полную независимость от владельцев-поляков, всегда нам враждебных».

Западнорусская интеллигенция в сегодняшней Белоруссии пытается восстановить честное имя графа Муравьёва, оклеветанного многочисленными поклонниками Кастуся Калиновского, однако у неё нет ресурсов, необходимых для эффективного противостояния самостийному агитпропу. Меж тем миф о Калиновском, имеющий нарочито русофобское содержание, всё больше укрепляет свои позиции в белорусском обществе, особенно среди молодёжи. Казалось бы, события на Украине наглядно продемонстрировали, к каким чудовищным последствиям может привести постсоветскую республику антирусский местечковый национализм, однако, судя по тому, что в Белоруссии продолжают выходить пропагандистские фильмы о боровшихся с Москвой лжебелорусах, политическая и интеллектуальная элита РБ не желает учиться на чужих ошибках.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.