Политолог из Казахстана Данияр Ашимбаев: Киргизия нужна ЕАЭС для коллекции

Москва, 11 ноября 2014, 10:30 — REGNUM  

До официального запуска Евразийского экономического союза осталось чуть больше месяца. Какие проблемы предстоит решить за этот срок? Увеличится ли количество участников ЕАЭС и кто попадет в число счастливчиков? Как отразится запуск интеграционного объединения на бизнесе? Об этом и многом другом корреспондент ИА REGNUM побеседовал с известным казахстанским политологом, главным редактором Казахстанской биографической энциклопедии «Кто есть кто» Данияром Ашимбаевым.

ИА REGNUM: На днях Казахстан посетил с официальным визитом президент Киргизии Алмазбек Атамбаев. Нурсултан Назарбаев по итогам встречи заявил, что Казахстан окажет необходимую техническую, конституционную и иную помощь Киргизии в вопросе присоединения к ЕАЭС. При этом, по словам Атамбаева, Казахстан выделяет Киргизии в качестве поддержки 100 млн долларов. Не станет ли Киргизия после вступления в ЕАЭС аналогом Греции в Евросоюзе, которой остальные страны постоянно оказывают материальную помощь в ущерб собственным экономикам?

Перед тем как ответить на ваш вопрос, я бы хотел обратить внимание на один любопытный факт: когда в Казахстан приезжают главы России, КНР или Узбекистана, наш президент награждает их орденом «Алтын кыран» (орден Золотого Орла — знак высшей степени отличия Республики Казахстан. Этим орденом награждаются граждане за исключительные государственные заслуги перед Республикой Казахстан — прим. ИА REGNUM.). А Аскар Акаев (президент Киргизии с 1990 по 2005 г.) был кавалером ордена «Достык» 2-й степени (орденом Достык награждаются граждане за плодотворную работу по сохранению взаимного согласия в обществе, заслуги в укреплении мира, дружбы и сотрудничества между народами — прим. ИА REGNUM). Атамбаев же — кавалер ордена «Достык» 1-й степени. То есть это маленькая демонстрация того, как мы к ним относимся на самом деле.

Далее. Когда киргизам предложили вступить в ТС и ЕАЭС, что им самим по большому счету нужно, потому что вся экономика Киргизии — это рынок «Дордой», через который проходит китайский экспорт. В ответ они достаточно по-хамски выдвинули достаточно большой ряд условий — постройте нам то, постройте нам это, инвестируйте третье и подарите нам столько-то миллионов, и мы ваше предложение рассмотрим. Честно говоря, после таких вот запросов мне казалось, что тема интеграции с Киргизией отпадет вообще. Но ценность этой республики в том, что она (по своему, разумеется, мнению) находится в центре Центрально-Азиатского региона и представляет собой за счет этого некий ресурс, который всем бы хотелось иметь в коллекции. Ведь экономического смысла в инвестировании в Киргизию нет. Промышленность у них находится на зачаточном уровне, отток кадров превысил все мыслимые масштабы, а склонность местного населения проводить революции по поводу и без оного — уже стала притчей во языцех. К тому же мы сталкиваемся с проблемой совместной работы наших энергосистем, с проблемой киргизских гастарбайтеров, с контрабандой, идущей через Киргизию (что бы они там ни говорили, мы все прекрасно понимаем, что киргизская граница — понятие весьма условное).

Поэтому вовлечение Киргизии в интеграционные объединения — это вопрос коллекции. Чтобы было не четыре страны — Казахстан, Россия, Белоруссия и Армения, а чтобы было пять. Цифра пять и солиднее, и стильнее. Можно, кстати, гербом ЕАЭС сделать пятиконечную звезду. А без Киргизии — квадрат будет. Как у Малевича.

Что касается вашего вопроса, то киргизская экономика — это, по сути, две-три казахстанские или российские области. Поэтому какую-то глобальную дыру в наших бюджетах она проделать не сможет. Что касается прозрачности границ, то, я думаю, вопрос будет решаться. Если киргизы хотят жить в цивилизованном обществе, им придется играть по общим правилам. И идти им на уступки слишком долго никто не будет, так как любая интеграция важнее всего для самой Киргизии.

ИА REGNUM: Свое намерение о присоединении к ЕАЭС высказывает не только Киргизия, но и Таджикистан, а также, по некоторым данным, Донецкая и Луганские народные республики. Какова вероятность, что ЕАЭС пополнится этими участниками и не станет ли их вступление причиной ухудшения отношений с официальным Киевом для основных игроков союза?

По поводу Таджикистана — отдельная тема: готов ли он сам вступить в ЕАЭС? Рано или поздно он, конечно, такую инициативу выскажет. Это так же понятно, как и то, что рано или поздно в ЕАЭС подтянутся Туркмения с Узбекистаном. Что касается ДНР и ЛНР, то с учетом их статуса — не вполне признанных республик — и во избежание лишних противоречий с нероссийскими участниками Таможенного союза (Казахстан и Белоруссия), этот вопрос будет оставлен за скобками. Понятно, что границы будут прозрачны, но вопросы об их официальном вступлении в те или иные объединения можно будет решать только после признания их государственности теми странами, которые, к сожалению, никогда их не признают. Это как вопрос с Карабахом. Мы зовем Армению в ТС-ЕАЭС, и Армения сама готова в них вступить, но необходимые для этого соглашения, которые признает официальный Ереван, подразумевают Армению без Карабаха. Понятно, что между Арменией и Карабахом есть формальная граница, но теперь должна быть и таможенная граница. Иначе возникнет большая масса вопросов. А так как ЕАЭС только формируется, не стоит заранее закладывать в это объединение такие болевые точки, как проблемы Донецка, Приднестровья или Карабаха.

ИА REGNUM: До каких пор?

Пока Запад не начнется считаться с мнением России как сверхдержавы.

ИА REGNUM: И когда это произойдет?

Я думаю, это достаточно неблизкая перспектива. Все будет зависеть от руководства России и его способности обеспечить функционирование экономики в условиях мировой блокады, а также от восстановления всего того потенциала, который был ранее. К сожалению, говорить об этом в краткосрочной или среднесрочной перспективе не приходится, но я надеюсь, что российское руководство с достоинством пройдет это испытание.

ИА REGNUM: О каком временном отрезке идет речь?

Я боюсь загадывать, но думаю, это все может занять не одно десятилетие, так как очень многое сгнило в 80-е, и слишком многое было развалено в 90-е. И для восстановления того потенциала требуется не только время, но и капитальные усилия.

ИА REGNUM: Кстати, лидер армянской партии «Новые времена» Арам Карапетян полагает, что куда бы ни вступила Армения — в ЕАЭС или в ЕС — это не улучшит положение дел в стране, а в любом случае приведет к деградации, поскольку республикой правит олигархическая группировка. Кроме того, в последнее время в различных СМИ появляются публикации о том, что Армения ведет информационную войну против Казахстана. Не говорят ли эти факты о том, что кому-то очень не нравится идея присоединения Армении к ЕАЭС?

Надо понимать, что в Армении, так же как и в Казахстане, есть официальные СМИ и СМИ, принадлежащие кому угодно, кому не нравится правящая партия. Мы же не будем по казахстанской оппозиционной газете судить об официальной позиции Астаны. И когда говорят, что армянские СМИ пишут то-то или то-то, всегда нужно задаться вопросом, а кто пишет: таблоиды, оппозиционные сливы или официоз? Они (как наши СМИ придрались к заявлению Путина по поводу нашей государственности) придрались к заявлению Назарбаева о том, что Армения может вступить без Карабаха. Надо понимать, что Карабах, хоть и де-факто является независимым государством и находится в тесных отношениях с Арменией, а его перспективы объединения с Азербайджаном практически нулевые, особенно если учесть поражения Азербайджана в военных конфликтах. И сама Армения признает, что они с Карабахом не являются одним государством — политически, юридически и т.д., потому что де-факто это одно, а де-юре — совсем другое. И Назарбаев в своем выступлении акцентировал внимание на этом вопросе. Не стоит забывать, что товарооборот Казахстана с Азербайджаном гораздо больше, чем с Арменией. И мы от Азербайджана отделены только Каспием. Поэтому мнение Азербайджана в данном вопросе для Казахстана является принципиальным. И пока вопрос с независимостью Карабаха не будет решен окончательно, до тех пор вопрос вступления Армении в то или иное интеграционное объединение может рассматриваться только в таком ключе. И армянское правительство это прекрасно понимает.

Кстати, когда стало известно о намерении Армении присоединиться к ЕАЭС, наши национал-патриоты подняли вопрос об армянине Мирзояне (Левон Мирзоян — советский государственный и партийный деятель, 1-й секретарь ЦК КП(б) Казахстана в 1937-1938 г.г. — прим. ИА REGNUM), который якобы расстреливал казахов. Понятно, что это полнейший бред, но тем не менее улицу Мирзояна в Астане пришлось переименовывать.

У нас одинаково хорошие отношения и с Арменией, и с Азербайджаном. Нурсултан Абишевич в свое время сделал очень многое для урегулирования карабахского конфликта. Поэтому отдавать кому-нибудь приоритет в этом вопросе мы не вправе. И пока они между собой сами не договорятся — лезть кому-либо туда не стоит.

ИА REGNUM: ЕАЭС начинает свою работу с 1 января 2015 года. Его целями, как известно, является в первую очередь укрепление экономического сотрудничества между странами-участницами. Однако уже сегодня наблюдается некая конкурентная борьба между Казахстаном, Россией и Белоруссией. К примеру, казахстанский «Агромашхолдинг» заключил договор о сборке автомобилей с китайской компанией Geely, которая уже сотрудничает с белорусской компанией БелДжи. И уже объявлено, что в соответствии с решением Высшего Евразийского экономического совета №72 от 29 мая 2014 года «Об условиях использования промышленной сборки моторных транспортных средств на территории государств — членов Таможенного союза и Единого экономического пространства», продукция Geely, собранная в Белоруссии, больше не может экспортироваться в Казахстан. А глава Россельхознадзора Сергей Данкверт в конце октября заявил, что Россия намерена запретить транзит продовольствия в Казахстан из Белоруссии и Украины из-за возросшего количества попыток ввоза на территорию России продукции Евросоюза. Если такие ситуации возникают сейчас, то что будет после 1 января?

Конфликтные ситуации были и будут возникать. И многие из них будут специально политизироваться и раздуваться СМИ, для того чтобы усилить давление на соответствующие правительства по тем или иным вопросам. Понятно, что есть интересы внутреннего рынка, понятно, что есть интересы России, Белоруссии и Казахстана. Но в целом же интеграция в рамках ЕАЭС будет оказывать позитивное влияние на экономики всех стран-участниц.

Есть, допустим, простой вопрос — единый энергорынок. Рано или поздно мы к нему придем. Но тарифы на электроэнергию в России выше, чем у нас. И объединение энергетических рынков автоматически приведет к тому, что у нас будет либо отток мощностей на российский рынок, что уже, впрочем, происходит в некоторых областях, либо нам придется поднимать тарифы до российского уровня. Понятно же, что вопрос снижения тарифов в России никто рассматривать не станет.

И притирка займет много времени. И в процессе решения тех или иных вопросов будут возникать конфликтные ситуации. Но если мы идем в ВТО, где все намного жестче, то нам необходимо научиться конкурировать и производить хорошую и качественную продукцию, которая будет востребована на других рынках. Если мы хотим работать на мировой рынок, нам надо научиться работать на рынках соседей.

ИА REGNUM: 29 сентября заместитель председателя правления Национальной палаты предпринимателей Казахстана Рахим Ошакбаев в ходе российско-казахстанского делового совета, прошедшего в Атырау, заявил, что иностранным компаниям, которые ведут свой бизнес в России, из-за международных санкций гораздо выгоднее уйти в Казахстан, где более низкие налоги и гораздо лучший деловой климат. А затем уже экспортировать свою продукцию в Россию. Не станет ли это камнем преткновения в казахстанско-российских взаимоотношениях?

Чтобы привлечь инвестиции в Казахстан, построить предприятие, запустить его, выйти на окупаемость и начать экспортировать его продукцию — это занимает годы. Возьмите, к примеру, «Азия-Авто». Сейчас этот завод уже более-менее известен, но сколько лет они шли к этому, занимаясь отверточной сборкой.

Заинтересованы ли крупные компании в казахстанском рынке даже с возможностью выхода на рынок российский? Конечно, заявления, подобные тому, которое сделал Ошакбаев, они правильные и нужные. Но заявление — это одно, а реализация их — другое.

ИА REGNUM: Кстати, антироссийские санкции отразятся каким-либо образом на ЕАЭС в целом?

Понятно, что любые санкции не способствуют нормальному развитию. Но, с другой стороны, у нас открываются большие перспективы на российском рынке. Правда, вопрос в том, как мы это будем делать? Покупать в Европе, переклеивать ярлыки и контрабандой завозить в Россию, либо запустить производство, которое будет производить то, что необходимо. К тому же у нас для этого есть все — база, инструментарий, различные межгосударственные соглашение и казахстанские государственные программы. Есть все, осталось только заняться делом.

ИА REGNUM: А много ли казахстанского бизнеса в России? И есть ли среди них известные фамилии? Есть ли чиновники? Не станут ли они лоббировать свои интересы, после того как поймут, что ЕАЭС представляет для них угрозу?

У нас такие вещи не особо афишируются. Но я знаю, что есть инвестиции в нефтегазовый сектор, в транспортную сферу, в недвижимость, много банковских проектов. Обратите, допустим, внимание на компанию «Новапорт», управляющую дюжиной аэропортов в России. 50 процентов этой компании принадлежит казахстанским инвесторам, включая одного действующего президента нацкомпании — бывшего министра и его деловых партнеров.

ИА REGNUM: О ком речь?

Конечным получателем является фирма, связанная с Сауатом Мынбаевым (Сауат Мынбаев — министр нефти и газа Республики Казахстан в 2010-2013 г.г., с 3.07.2013 г.- председатель правления АО "НК «КазМунайГаз» — прим. ИА REGNUM). Наших там много, но они стараются не светиться. Вы же знаете, что у большинства казахстанских банков есть «дочки» в России. Российский бизнес в Казахстане тоже есть. Понятно, что это небольшой пока объем.

ИА REGNUM: Что ждет казахстанский бизнес после того, как ЕАЭС заработает на полную мощь?

Казахстанская власть настолько крепко связана с казахстанским бизнесом, что очень сложно отделить правительственную политику от интересов каких-либо корпораций. Вы посмотрите, кто выиграл от той же девальвации? Производители металлов и нефти. У нас многие чиновники являются акционерами тех или иных компаний или же аффилированы с ними. И понятно, что лоббизм будет и хорошо, что они, пользуясь своим статусом, пусть даже в своих интересах, но ускоряют вопросы интеграции.

ИА REGNUM: Какова вероятность того, что казахский бизнес в России после запуска ЕАЭС придет в Казахстан и начнет давить отечественных бизнесменов?

Казахстанский бизнес в России развивается как раз таки потому, что находится в России, а не здесь. Конечно же, есть какие-то проекты, у которых возникнут определенные проблемы. Но их нужно рассматривать как проблемы хозяйствующих субъектов, а не как проблемы двусторонних отношений. К тому же договор о ЕАЭС на самом деле попросту легализует те формы, которые уже были. И практика покупки казахстанцами активов в России или россиянами в Казахстане — уже давно цветет и пахнет.

ИА REGNUM: Многие связывают недавнее назначение бывшего мэра Астаны Имангали Тасмагамбетова на пост министра обороны именно с потенциальной опасностью ухудшения казахстанско-российских отношений. Насколько обосновано это мнение?

Они думают, что Тасмагамбетов, придя в министерство обороны, проведет там референдум и Минобороны уйдет в Россию? (смеется) Если серьезно, то назначение Тасмагамбетова не имеет никакого отношения к казахстанско-российским отношениям. Просто наше министерство обороны уже давно не может вылезти из скандалов, а потому наведение там порядка — не помешает. Из-за всех случившихся скандалов у меня складывается мнение, что движущей силой развития вооруженных сил республики является коррупция. Причем тупая коррупция — украл, выпил, в тюрьму.

Поэтому назначение Тасмагамбетова обусловлено внутренними причинами. Минобороны — это авгиевы конюшни, в которых ты либо наведешь порядок, либо сгинешь навсегда. Для Тасмагамбетова это такой же вызов, как для Крымбека Кушербаева назначение акимом Кызылординской области: если они и с этим справятся, то справятся со всем, что угодно.

ИА REGNUM: Кстати, о кадрах. После того как глава государства реорганизовал правительство, создав новые министерства и упразднив некоторые старые, изменился ли как-то расклад на политическом олимпе? Кто из политиков сегодня находится в фаворе, а кому, наоборот, следует ждать свержения?

У нас вес высших чиновников определяется не должностью, а их фамилией. Тасмагамбетов как аким (мэр) Астаны или как министр обороны — это все равно Тасмагамбетов. Или Джаксыбеков — госсекретарь он, министр ли обороны или аким — это все равно Джаксыбеков.

Несмотря на волну перестановок, затеянных президентом, у нас остались вакантными две должности: госсекретаря и секретаря Совбеза. Это говорит о том, что либо место для кого-то готовят, либо президент устраивает определенный экзамен на политическую бдительность и управленческие способности.

Одним словом, пока все клеточки шахматного поля не будут заполнены, говорить о чем-либо — рано. К тому же я думаю, что держать эти вакансии свободными долго никто не будет. Максимум 1-2 месяца. После чего мы сможем говорить о конфигурации в полном виде. Но сейчас это партия, которая не завершена.

ИА REGNUM: Приведет ли этот расклад к изменению политического курса Казахстана в отношении России? Если да, то каким образом?

Все зависит от того, кто займет те две позиции, о которых я только что говорил. Но в целом я думаю, что это чисто казахстанский внутренний вопрос, который вряд ли серьезно отразится на достигнутых договоренностях и соглашениях. Коридор принятия решений у нас очень узок. Нам необходимо делать определенные жесты в сторону Китая, Запада, Юга, а потому зазор принятия решений в тех или иных ситуациях — очень узкий. Как пример — заявление о переходе на латиницу. Вроде бы власти свою позицию обозначили, но в такой форме, что всем понятно — этого никогда не будет. Но зато всех успокоили, что мы отделяемся от кириллицы. Это чистой воды пиар и психологическое воздействие на определенные умы. Поэтому не стоит опасаться, что какие-то назначения повлияют на наш уход от интеграционного вектора.

Руслан Бахтигареев, Алма-Ата

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.
Главное сегодня
NB!
28.05.17
Россия возрождает спутниковую систему обнаружения ракетных пусков
NB!
28.05.17
Газомоторное топливо отменит нефтяную зависимость?
NB!
28.05.17
«Высылка дипломатов из Эстонии — плевок в лицо Матвиенко»
NB!
28.05.17
Аварийное расселение в Карелии: за что снимали губернаторов
NB!
28.05.17
Доигрались: «Польша пытается снизить напряженность в отношениях с РФ»
NB!
28.05.17
Кургинян: Демонизация СССР приведет к катастрофе в России
NB!
27.05.17
Террористы обещают Западу «кровавый Рамадан»
NB!
27.05.17
На каких условиях возможно создание Энергетического союза ЕАЭС?
NB!
27.05.17
«Боруссия» (Дортмунд) одолела «Айнтрахт» в финале Кубка Германии
NB!
27.05.17
Главное о Турции с 22 по 28 мая 2017 года
NB!
27.05.17
«Арсенал» обыграл «Челси» в финале Кубка Англии
NB!
27.05.17
«Ювентус» одержал волевую победу над «Болоньей» в конце матча
NB!
27.05.17
Мост в бесконечность
NB!
27.05.17
Россия: флот без крыльев – деньги на ветер
NB!
27.05.17
Сталин в ссылке. Ленин в мавзолее. Николай II в иконостасе
NB!
27.05.17
Страны G7 допустили усиление санкций против России
NB!
27.05.17
Японский поцелуй в губы ради Курил
NB!
27.05.17
Севастополь митингует
NB!
27.05.17
Мэра Москвы сравнили с Нероном
NB!
27.05.17
Грузия—НАТО: Стратегическое партнерство или стратегическая зависимость?
NB!
27.05.17
«Собянин, не уродуй Москву долгостроями»
NB!
27.05.17
Истоки противостояния между Брюсселем и Будапештом