Владимир Ястребчак: «Классика дипломатии» по Лаврову: просторно мыслям, адресатам тесно

Москва, 29 октября 2014, 01:45 — REGNUM  

Недавнее заявление министра иностранных дел Российской Федерации С.В. Лаврова относительно перспектив молдавско-приднестровского урегулирования не могло не привлечь к себе повышенного внимания политиков, экспертов, должностных лиц, ответственных за переговоры по данной проблематике. По сути, можно говорить о многоуровневом изложении подходов России к региональной ситуации.

Вполне предсказуемым стало то, что основной интерес заинтересованных наблюдателей пришелся на тезисы главы МИД России относительно возможности обретения Приднестровьем независимости в случае утраты Молдавией нейтрального военно-политического статуса или потери суверенитета. Несмотря на то что данная позиция является общеизвестной, она была озвучена в качественно новых условиях — после подписания и ратификации Молдавией соглашения об ассоциации с Европейским союзом, а также известных заявлений румынского премьер-министра В. Понты (Виктор Понта объявил своей главной целью в случае победы на президентских выборах присоединение Молдавии к Румынии к 2018 году — прим. ИА REGNUM), являющегося одним из основных кандидатов на пост президента Румынии (выборы должны состояться в самое ближайшее время).

Как представляется, особого внимания заслуживает подчеркнутое упоминание не просто о «нейтралитете», который традиционно рассматривается как непринадлежность к военным блокам, но и указание на его политическую составляющую, что расширяет рамки нейтралитета, необходимого для сохранения российскими властями прежних позиций.

Соответственно, вновь озвучен четкий сигнал Кишиневу и Бухаресту относительно того, что в современных международных отношениях любые позиции не могут считаться неизменной константой, особенно, если условия для изменения таких позиций создаются сторонами, которые должны были бы более всего оставаться заинтересованными в их сохранении.

По-особому изложены подходы России к возможной интеграции Приднестровья в экономические проекты Таможенного союза и Евразийского экономического союза. Исходя из Московского Меморандума 1997 года, Москва вновь напоминает, что речь идет не просто о торговых отношениях отдельных приднестровских предприятий (о чем постоянно пытаются говорить в Кишиневе и Брюсселе), а об экономических связях Приднестровья в качестве целостного субъекта. В заявлении министра иностранных дел Российской Федерации четко указывается, что субъектом таких связей является Приднестровье в целом, а сами связи могут устанавливаться и с государствами, и с межгосударственными объединениями.

Особые «месседжи» получили нынешние молдавские власти, и вряд ли было бы верным рассматривать их в отрыве от намеченных на 30 ноября 2014 года парламентских выборов. Фактически Москва намекает на возможность усомниться в результатах данных выборов, если в ходе голосования не будет учтена воля молдавских гастарбайтеров, работающих в России. В свою очередь, упоминание российской стороны о готовности организовать для этого «всё необходимое» наверняка заставит задуматься не только самих граждан РМ в РФ, но и правящий в Молдавии альянс — к примеру, о том, что надо будет напечатать несколько сотен тысяч дополнительных бюллетеней для обеспечения голосования или на территории РМ, или за ее пределами (Коалиция проевропейского правления Молдавии «задумалась» в тот же день, когда Лавров выступал со своей «лекцией», и приняла решение открыть всего 5 избирательных участков для 1 млн молдавских гастарбайтеров в России — прим. ИА REGNUM).

Естественно, что выборный оттенок имеют и упомянутые выше тезисы о необходимости сохранения Молдавией военно-политического суверенитета и нейтралитета, а равно — указание на то, что обо всём этом молдавская сторона неоднократно предупреждалась, в т.ч. по линии межмидовских контактов.

В отношении представителей Украины открытая лекция С.В. Лаврова содержала и без того достаточно много скрытых и явных посланий. Москва не имела особого стремления вмешиваться в предвыборную ситуацию на Украине в канун досрочных парламентских выборов, предпочитая работать с исполнительными структурами, поэтому тезисы в принципе не отличались от ранее сделанных. То, что Россия, несмотря на критику, признала в целом итоги украинских парламентских выборов 26 октября, лишь подтверждает это мнение. В Москве будут говорить с президентской вертикалью, а не с парламентом, где большинство депутатов вряд ли будут готовы к конструктивному диалогу с Россией. Впрочем, окончательное подведение итогов борьбы между условными украинскими «партиями войны» и «мира» еще не завершено, поэтому в России, скорее всего, сохранят нынешнюю риторику.

В то же время российская сторона дала понять, что не намерена оспаривать официальный статус Украины как государства-гаранта и посредника лишь до того момента, пока Киев выполняет обязанность «следить за тем, чтобы подписанные документы соблюдались». Ограничения на внешнеэкономическую деятельность Приднестровья, по мнению Москвы, противоречат ранее подписанным документам и, следовательно, не соответствуют статусу гаранта (Киев не выполняет подписанные им документы и ограничивает внешнеэкономическую деятельность ПМР с 2006 года. Москва, тем не менее, до сих пор не поставила под сомнение его статус гаранта и посредника, даже после того, как в начале 2014 года блокадные меры Киева затронули непосредственно граждан РФ, которых в ПМР проживает 200 тысяч. Более того, даже когда Москва ставила под сомнение саму легитимность персоналий, пришедших в результате госпереворота к власти в Киеве, она настаивала в лице как Лаврова, так и президента РФ Владимира Путина на «эффективности» переговорного формата «5+2» по молдавско-приднестровскому урегулированию с участием Киева — прим. ИА REGNUM). В связи с этим нельзя исключить активизации политических и иных контактов разного уровня между заинтересованными сторонами в свете озвученных на днях данных Государственного таможенного комитета Приднестровья о многочисленных случаях задержек приднестровских грузов таможенными органами Украины — т.е. нарушении принципиальных условий, о недопустимости чего говорил С. Лавров.

Наиболее жесткие сигналы, впрочем, посланы не сторонам конфликта и Украине, а Евросоюзу и США. Глава МИД России прямо предупреждает ЕС о «пагубности повторения украинского сценария», не раскрывая скобок. Прямые аналогии между соглашениями об ассоциации Евросоюза с Молдавией и Украиной обосновывают применение к молдавским товарам заградительных пошлин РФ и содержат призыв к прямому диалогу между РФ и ЕС по снятию возникшего негатива.

Что касается американской стороны, то в данном случае С. Лавров несколько «приоткрыл скобки». Информация о внесении российской стороной предложений по некоей российско-американской декларации по Приднестровью можно было бы смело охарактеризовать как сенсацию (до этого приднестровское урегулирование упоминалось в двусторонних документах РФ и США в 2002 году), если бы не крайне низкий уровень двусторонних отношений, особенно в сравнении с 2002 годом. Москва постаралась «сыграть на опережение», внеся свой проект заявления, и молчание США говорит лишь о том, что к этому, во-первых, оказались не готовы, во-вторых, нынешний уровень диалога не позволяет заниматься другими проблемами (что, в свою очередь, оставляет сторонам конфликта несколько больше возможностей для самостоятельного поиска компромиссов — в зависимости, конечно, от политической воли и текущей ситуации).

Одним из важнейших выводов, который, как представляется, можно сделать из тезисов министра иностранных дел Российской Федерации, является то, что Москва будет пытаться найти общий язык прежде всего с США и ЕС, причем именно в такой последовательности. ЕС всё меньше воспринимается Москвой в качестве самостоятельного субъекта, хотя значимость диалога с европейскими институтами также в Москве не собираются недооценивать.

Наконец, население Молдавии и Приднестровья также является одним из адресатов заявлений С. Лаврова. Министр дает понять, что, несмотря на сложность международной ситуации, Москва по-прежнему «держит руку на пульсе» региональных событий и будет действовать исходя из своих интересов, с пониманием того, кто является союзником, и с четким указанием на то, что игнорирование законных российских интересов, прав ее граждан приведет к негативным последствиям для любых субъектов, это допускающих или поощряющих. Впрочем, не следует и ожидать сверхактивных действий: Россия пока по-прежнему больше занята другими проблемами и может еще подождать, как делает это в ответ на американское молчание.

Владимир Ястребчак — экс-глава МИД ПМР, советник 1 класса дипломатической службы Приднестровской Молдавской Республики (в отставке) специально для ИА REGNUM.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.