Наше поведение тяготеет к Европе, а иррационализм - к Востоку: интервью министра культуры Армении

Ереван, 9 июля 2014, 13:04 — REGNUM  Сфера культуры в Армении неоднозначно воспринимается обществом. С одной стороны люди привыкли сетовать на то, что "все забыли о культуре", "никто о ней не заботится", и "она умирает", а с другой стороны они видят субстанцию культуры во всем и принимают в штыки любые проявления, угрожающие их культурной идентичности. Насколько бы парадоксально это ни звучало, мы имеем дело с борьбой и единством противоречий, "сожительства" инертности и ожесточённых дебатов вокруг различных проблем сферы культуры. Министр культуры Армении Асмик Погосян объясняет этот феномен незавершенностью процесса трансформации армянского общества - от общества советского периода к независимой государственности. "Пришло время понять, что механизм распоряжений и принятия решений в верхах властной вертикали перешла к нам - обществу, больше никто вместо нас не решает, как и что творить, и что со временем мы должны суметь жить свободно", - отмечает министр. Об актуальных проблемах сферы культуры, сохранении армянских историко-культурных памятников в Армении и за ее пределами, общественной трансформации и многом другом в беседе с корреспондентом ИА REGNUM рассказала министр культуры Армении Асмик Погосян.

ИА REGNUM: О сфере искусства и культуре в целом в Армении говорится очень много. Данная сфера подвергается порой жесткой критике. Как бы вы охарактеризовали положение дел в сфере культуры на сегодняшний день?

Сразу хочу сказать, что армянская культура свободна от стереотипов. Мы часто сравниваем себя с другими народами и, когда замечаем что-то значительное, всегда указываем на это. Уникальность нашей культуры заключается в том, что она всегда придерживалась передовых взглядов. Она создавалась и развивалась под воздействием передовых взглядов. Это очень важное обстоятельство. В мозаике различных народов мира армянская культура отличается своей уникальностью, в результате - всегда занимала место в рядах выдающихся культур. Это объясняется тем, что армянская культура адекватно реагировала на новые тенденции в этой сфере, пропускала их через себя, внося туда свои штрихи и тем самым создав серьезные монументальные субстанции. Все это привело к тому, что наша культурная картина со временем распространилась и заняла высокие позиции также в других странах мира. Сложно найти в мире какую-либо страну, где бы отсутствовал след армянской культуры. Она обязательно есть и хорошо интегрирована в культурную среду различных стран. Веками лишенная государственности нация (армяне) в качестве столпов своей идентичности, естественно, считала письменность, церковь и культуру. Они буквально вонзились в армянскую реальность, стали ее неотъемлемой частью. Даже если брать период СССР, когда армянская культура развивалась, а церковь находилась в сложном положении, тем не менее, после советской эпохи и обретения независимости церковь вернулась в жизнь наших граждан достаточно быстро и без особых усилий. Жизнь доказала, что на самом деле люди не отреклись от церкви. Может быть, они не крестились, не посещали церкви, но, тем не менее, вера была глубоко укоренена в нашем народе.

ИА REGNUM: Что вы скажете о нынешнем состоянии сферы культуры? И какие здесь ожидаются веяния?

Сфера культуры находится в центре внимания нашего общества. Любое достижение в этой сфере мы воспринимаем как данность, естественное явление, а утрата для нас становится большой трагедией. Это инстинкт самосохранения. То есть любую культурную утрату наше общество воспринимает как угрозу своей идентичности. Следует сказать, что в этом контексте мы рассматриваем положение дел в культуре довольно поверхностно. Мы оцениваем то, что видим на данный момент. В реальности же необходимо понять, где мы сохранили традиционные подходы, а где отступили назад. Я думаю, что консерватизм и верность (традициям) привели в целом к удовлетворительному состоянию культуры в Армении. Несмотря на то, что после развала СССР большая часть инфраструктур разложилась, поскольку государство находилось в состоянии войны (карабахская война), основная сеть монументов, музеев и историко-культурных памятников сохранилась. Все это делалось в чрезвычайных условиях. Впрочем, в мире огромное количество примеров (даже в самых развитых странах, когда государство не рассматривает свою первичную ответственность за культуру). С другой стороны, трансформация мышления общества от СССР к независимой Армении вызвала определенные сложности для сохранения и развития культуры. Пришло время понять, что механизм распоряжений и принятия решений в верхах властной вертикали перешла к нам - обществу, больше никто вместо нас не решает, как и что творить, и что со временем мы должны суметь жить свободно. Это значит осознание как государственной, так и личной и общественной ответственности за культуру. У нас же пока вся ответственность возлагается на государство, особенно в сфере защиты историко-культурного наследства. Очевидно, что в условиях такой высокой концентрации культурных ценностей, если мы, условно говоря, весь бюджет страны будем тратить на эти цели, это все равно будет недостаточно. Здесь необходимы содействие заинтересованных общественных движений и вовлеченность частного сектора. То есть процесс общественной трансформации у нас еще не завершился, что, по сути, создает ряд проблем.

ИА REGNUM: Насколько политика государства в сфере культуры открыта и понятна для общественного сектора? Насколько Минкультуры настроено на то, чтобы вовлечь частный сектор и общественные организации в решение профильных проблем?

Мы работаем очень открыто, особенно последние два-три года. Мы это декларировали, и, кстати, результаты есть. Мы готовы сотрудничать с частным сектором в следующем формате: государство проводит исследования и организационные работы по проектированию (поскольку это строго профессиональная сфера и вовлечение профильных государственных структур обязательно для достижения результата), а к реализации реставрационных и строительных работ мы приглашаем частные структуры. Мы не сможем взять на себя всю нагрузку, так как реставрация каждого историко-культурного памятника в среднем обходится в порядка 3-4 млн долларов. Если эту цифру умножить на количество находящихся под угрозой памятников, то и 20, и 50 лет не хватит... В последние годы мы достаточно плодотворно сотрудничали с частными структурами в вопросе реставрации храма Одзуна (VI-VII вв.), Варагаванка и реализации проекта возрождения Татевского монастыря (IX в.). Сегодня таких проектов около 7, и они обеспечивают высокое качество реставрационных работ. Я надеюсь, что это практика расширится. Скажу также, что государство никогда не указывает инвесторам, какой именно памятник реставрировать.

ИА REGNUM: Вопрос касается приоритетов в деле реконструкции и строительства храмов в Армении. К этому вопросу в своем цикле материалов "Покинутая Армения" часто обращалось ИА REGNUM. Мы выявили дисгармонию. С одной стороны мы видим разрушенные храмы VI-VII вв., которые продолжают оставаться в бесхозном состоянии, а с другой - строительство новых храмов в Ереване. Каково ваше мнение по этому поводу?

Наша структура ответственна за сохранение историко-культурных памятников. В этом плане наше мнение однозначно - сохранение и реставрация историко-культурных памятников приоритет. Но если в общине нет церкви вообще, там ее нужно строить. Почему бы и нет. Если в общине есть уже церковь, представляющая историческую ценность, и рядом с ней строят новый храм, это трудно понять. Наша первичная задача - сохранение наследия. Мы не против создания новых архитектурных памятников там, где есть функциональная необходимость. Этот вопрос увязан с общественным сознанием. Мы постепенно приходим к этому. Всего три года назад никто не вкладывал средства в реконструкцию историко-культурных памятников. Сейчас же ситуация существенно изменилась.

ИА REGNUM: Речь идет о пожертвованиях или люди, вкладывающие деньги в реставрацию памятников, каким-то образом потом их окупают?

При реконструкции историко-культурных памятников, владельцем которых является государство, мы готовы заключить договор с инвестором об использовании им памятника на какой-то период. Однако документ заключается только после завершения всех строительных или реставрационных работ. Например, в случае с Одзунским монастырем, который является собственностью Первопрестольного Эчмиадзина, у инвестора нет никаких ожиданий по части окупаемости. В данном случае это рассматривается как чистой воды благотворительность.

ИА REGNUM: Недавно имел место скандал, связанный именно с использованием территорий, представляющих историко-культурную ценность: храмов Звартноц и Гарни. Территорию храма Звартноц сдали в аренду для проведения корпоративной "вечеринки". После поднятого СМИ шума было принято решение запретить подобные мероприятия в храмах. Такими ли мероприятиями инвесторы желают окупить потраченные средства после реконструкции?

Речь идет о временном приостановлении проведения мероприятий на территории храмов. Только до тех пор, пока не будет регламентирован порядок их предоставления в аренду. В данном случае мероприятие проводилось в цивильном формате, и ничего общего не имело с теми кадрами, которые были раскручены в интернете. Это был благотворительный вечер - аукцион для основания фонда в поддержку талантливых студентов. Думаю, ничего плохого в этом нет. По сути, мы столкнулись только с нарушением технического режима использования территории: возведение временной конструкции на памятнике не было разрешено. Конечно, конструкция не была тяжёлой, храм никак не пострадал, но все же... Использование территории историко-культурных памятников для проведения каких-то мероприятий принято во многих странах мира. Это не сугубо армянский феномен. Конечно, можно наказать всех - от сторожа до министра культуры. Мы готовы выслушать всю критику в наш адрес. Однако, с другой стороны, здесь возникает вопрос ответственности также тех людей, которые используют территории памятников, храмов и пр. Наказать ответственных лиц не значит, что завтра мы не столкнемся с другими случаями нарушений, которые сплошь и рядом, скажем, со случаями загрязнения территорий, разрисовкой красками и т.д. Мы все должны понять, что к памятникам необходимо относиться бережно и с уважением. В настоящее время же мы строго регламентируем процедуру использования территорий памятников. Все четко должно быть расписано, что можно делать, а что нельзя при использовании территории памятников. Думаю, проект нового решения уже скоро будет готов.

ИА REGNUM: Насколько в Армении "коммерционализированы" объекты, представляющие культурную ценность? Насколько они привлекают туристов и, как следствие, являются источниками доходов?

Знаете, есть объекты, которые раскручены с советских времен и являются источниками доходов. Речь идет о таких храмах, как Гарни (языческий храм), Гегардаванк, Звартноц... Они включены в туристические маршруты, так как имеют развитую инфраструктуру. Именно с этого надо начинать. Для привлечения туристов лишь историческая или культурная ценность памятников или храмов недостаточна. Важно иметь инфраструктуру, которая делает их доступными для туристов. В настоящее время перед нами стоит задача децентрализации этого процесса. Мы должны выйти за рамки слоя, традиционно включенных в туристические маршруты историко-культурных памятников. Два года назад мы начали думать об этом, и после долгих обсуждений остановились на туристическом маршруте Ереван-Мегри. Почему Ереван-Мегри? Это дорога на юг Армении, которая связывает ее с Ираном и Нагорным Карабахом. На этом маршруте у нас уже есть такой активный туристический центр, как Татевский монастырь с реверсивной канатной дорогой, кстати, построенный той же организацией, которая проводила мероприятие в Звартноце. Помимо этого, культурная составляющая указанного маршрута, который проходит по трем областям Армении, очень интересен: он позволяет пройти сквозь историю 20 веков - от языческих памятников и христианских храмов до еврейского кладбища. В итоге по распоряжению правительства мы разработали программу развития туризма по линии Ереван-Мегри, по реализации которого на сегодняшний день ведутся переговоры со Всемирным банком. Это целостная концепция развития туристической инфраструктуры указанного маршрута. Думаю, мы начнем реализовывать проект уже в скором будущем.

ИА REGNUM: Как повлияла на армянскую культуру эпоха СССР. Есть разные оценки: одни говорят, что все-таки это был период взлёта, другие утверждают об обратном. Каково ваше мнение?

Думаю, тот, кто попытается назвать годы Советского Союза эпохой упадка армянской культуры, тот не будет честен. Могут, конечно, говорить такое, исходя из каких-то политических взглядов или интересов, что у нас иногда происходит. В целом периоды всех трех армянских государств, которые шли друг за другом в 20-м веке, оставили большое влияние на армянскую культуру. Наличие государственности очень важно. На базе сформированной когорты весьма ценных личностей в период первой республики (1918-1920 гг.) в эпоху СССР в Армении сформировались ценные институции - Ереванский государственный университет, Национальная академия наук, Государственная консерватория, Национальная опера и пр. Это были важные институции для страны, где до этого их не было вообще, и они состоялись на протяжении буквально нескольких лет и стали очагами формирования ярких личностей. Советские годы были эпохой большого подъёма армянской культуры. Мы никогда не должны этого забывать.

ИА REGNUM: В период СССР национальная тематика часто находилась под табу, но в Армении именно в этот период были созданы такие монументальные памятники, как мемориал памяти жертв Геноцида армян в Османской империи 1915 года и мемориальный комплекс "Сардарапат" со своим музеем. Как это можно объяснить?

Страна была закрытая, что нас спасло. Мы могли "вариться" в котле нашей национальной идентичности и не общаться часто с положительными и в то же время отрицательными явлениями мировой культуры. Тогда существовали и внутренние распоряжения, которых нет ни в одном архивном документе... Я не хочу вдаваться в подробности. К сожалению, мы плохо знаем нашу историю. Наши государственные мужи того времени действительно служили нации. По сути, было очевидно внедрение национальных мотивов в создаваемые культурные ценности. Все это, конечно, не явно, но осуществлялось под государственным покровительством. По-другому это не получилось бы. В настоящее время люди попали в путаницу, рядом с национальной культурой есть масса субкультур, которые вводят людей в замешательство. Они начинают пользоваться этими субкультурами и пытаются их понять. Конечно, мы живем в свободной стране, и никто не может запретить человеку придерживаться той или иной культуры. Просто все дело в том, что вместо того, чтобы энергия общества была нацелена на развитие национальной культуры, она раздробляется и распыляется на то, чтобы понять субкультуры. Это отнюдь не сугубо армянский феномен. Это вопрос времени и культурной трансформации общества, которое отсель не живет в закрытом режиме.

ИА REGNUM: Многие критикуют или с болью говорят, что после развала СССР не нашлись люди, которые бы подняли сферу культуры на новый уровень: нет новых ярких личностей, есть всего лишь наместники. Это так?

Вопрос времени. Необходимо немножко подождать. Должно пройти время. После обретения Арменией независимости прошло около 20 лет. Процесс перехода еще не завершился, мы все еще приспосабливаемся к новым реалиям, новой жизни. Поколение, которое должно себя проявить в новых условиях, еще не созрело. Оно аккумулируется и аккумулирует. Все впереди. Мы только открываемся перед миром и открываем мир для себя. Все это нужно переварить и осознать. Лишь после этого будут триумфы и взрывы. Культура развивается амплитудами. После определённого периода топтания на месте происходит всплеск. То же самое было при Советской Армении. Один из культурных всплесков произошел после репатриации армян. В результате в армянской культуре появились яркие личности. Несмотря на то, что в период СССР нации понесли также большие потери в результате гонения за инакомыслящими, тем не менее, личности становились даже в условиях репрессий.

ИА REGNUM: Какое влияние оказал Геноцид 1915 года на культуру армянского народа, ведь была вырезана чуть ли не вся культурная и политическая элита армян Османской империи?

Когда я анализирую воздействие Геноцида на нашу нацию и ее культуру, то в этой трагедии я вижу большую гордость. Уму непостижимо, чтобы нация после ужасов резни смогла так возродиться. Речь идет не только о создании государства в 1918-1920 гг., но и формировании культурных феноменов за рубежом. Какие личности родились от осколков нашей нации в различных странах мира - Аршил Горьки, Шарль Азнавур, Вильям Сароян и пр. Это феномен нации, которая хочет жить. Почему мы говорим только о Геноциде? На протяжении одного века мы стали участниками трех трагических и исторических событий: Геноцид, Великая Отечественная война и карабахская война.

ИА REGNUM: Может быть, задаю традиционный вопрос на фоне геополитического выбора Армении в сторону Евразийского экономического союза, но все же. На ваш взгляд, в культурном плане Армения больше тяготеет к Западу или Востоку, Европе или Азии?

Мой хороший друг (армянский писатель и киновед) Давид Мурадян однажды гениальным образом ответил на этот вопрос. Армения - это лицо Европы с морщинами Востока. Это определение мне очень нравится. Наш фенотип, культура и поведение тяготеет к Европе, а наши глубина, иррационализм - восточные. Мы находимся на перекрёстке культурных течений.

ИА REGNUM: Раз заговорили о Европе, задам еще один вопрос по этому поводу. Насколько я знаю, государственная казна последнего царя Киликийского армянского царства находится в Англии, в Британском музее Лондона находится бюст армянской языческой богини Анаит. Предпринимаются ли какие-то меры для их возвращения на родину?

А зачем их возвращать на родину? Вы представляете, сколько людей посещает Британский музей Лондона, и как работает бюст богини Анаит для популяризации армянской культуры. Так же, как и все наши культурные ценности, выставленные в других известных музеях. Мы не ощущаем недостатка культурного потенциала. Я лично посетила Британский музей и сама убедилась, насколько люди интересуются происхождением бюста богини Анаит. Наша задача не вернуть на родину наши историко-культурные памятники, а их сохранение на месте на должном уровне. Вот это, действительно, проблема. Проблемой для нас является то, что в Азербайджане уничтожается армянское историко-культурное наследие - кладбища, хачкары ("крест-камень" - вид армянской архитектуры - прим. ИА REGNUM). Но, в то же время, благо соседний Иран год за годом реставрирует наши исторические памятники на своей территории и вносит их в список ЮНЕСКО.

ИА REGNUM: На каком этапе находится решение вопросов сохранения армянских историко-культурных памятников, особенно церквей в Грузии? Насколько они защищены?

В вопросе Грузии мы сталкиваемся с той же проблемой. Не так, что мы решили все вопросы сохранения и реставрации исторических и культурных памятников у нас в стране, а сейчас должны требовать этого от Грузии. Здесь, конечно, есть проблемы, но одно могу я точно сказать: за последние полтора года министерства культуры Грузии и Армении очень активно работают в этом направлении. Мы сформировали совместную рабочую группу, в рамках которой на профессиональном уровне обсуждаются все возникающие проблемы сохранения и реставрации историко-культурных памятников. За этот период мы смогли подготовить проекты восстановления трех церквей, в двух из которых (Св. Ншан и Св. Мугнецоц) начались даже работы по укреплению. В то же время, в музее этнографии Грузии выставлены наши хачкары. Потрачены деньги на составление проекта реставрации армянского театра в Тбилиси. Другое дело, что бюджет министерства культуры Грузии ограничен, и денег не хватает для осуществления всех этих работ. Для осуществления объёмных реставрационных работ необходимы огромные средства. В ходе последнего визита президента Армении в Тбилиси (в делегации была и я) на встрече с премьер-министром и президентом Грузии был поднят вопрос финансирования этих проектов. Стороны выразили готовность максимально содействовать их реализации.

ИА REGNUM: Недавно был поднят большой шум вокруг демонтажа здания Африкянов в центре Еревана, вместо которого желают построить многоэтажное здание. Здание находилось в полуразрушенном состоянии, но представляет собой культурную ценность. Вопрос касается не именно поднятого по этом поводу активистами шума. До этого в результате реконструкции здание Крытого рынка в центре Еревана превратилось в супермаркет. Такое впечатление, что в Армении при столкновении общественного и частного интересов побеждает олигархия. Почему?

Думаю, здесь мы имеем дело с серьезными законодательными проблемами. Во-первых, проекты строительства или реконструкции необходимо рассматривать только с точки зрения сохранения памятников. Проект строительства в первую очередь должен учитывать этот момент. Не должно быть так, чтобы лишь после градостроительного планирования начали думать о сохранении памятника. В нашей реальности мы имеем ситуацию, когда проекты по застройке центра Еревана были утверждены более 10 лет назад, на территории объектов имели место освоения, были приобретены собственности, проведены строительные работы и пр. Это нормально - город развивается. Но, в то же время, создалась очень сложная ситуация. Уже застроенные части начали мешать памятникам. Это глобальная проблема, которая отныне должна быть решена на законодательном уровне. То есть, интерес сохранения памятника должен быть выше интереса реализации градостроительных проектов. Во-вторых, отсутствие инспекции министерства культуры. Я об этом неоднократно говорила и на днях докладывала также премьер-министру. Указанная инспекция при нарушении правил сохранения культурных памятников смогла бы не опосредованно, а оперативно принять необходимые меры. Это очень важное обстоятельство. В-третьих, на законодательном уровне все процедуры должны быть четко и понятно расписаны. Над составлением такого пакета мы сейчас работаем и надеемся, что он будет одобрен до конца июля текущего года, кроме закона, который должен быть принят в парламенте. Однако наш первоочередной шаг - снятие из решения правительства 2004 года тех памятников, которые еще подлежат переносу. Я думаю, что это станет реальной почвой для окончательного решения этой проблемы.

ИА REGNUM: Г-жа министр, пока будут предприняты указанные вами меры, несколько зданий, в том числе Африкянов, станут историей. Какова позиция Минкульта по поводу демонтажа здания Африкянов?

Это продолжение нашего разговора - активное градостроительство в городе создало эту проблему. Думаю, у здания Африкянов альтернативы не было. Как минимум, здание, исходя из логики осуществлённых застроек вокруг него, необходимо было отодвинуть на несколько метров назад, чтобы освободить дорогу. Однако в создавшейся градостроительной среде, где построены многофункциональные современные дома, наличие здания Африкянов бессмысленно. Нашей задачей является реализация проекта "Старый Ереван" в центре столицы. Отмечу также, что проекты демонтажа, переноса и строительства здания Африкянов полностью синхронизированы и утверждены в одном пакете. То есть за демонтажем здания сразу же должно следовать его строительство на другом месте. Наша задача, чтобы проект "Старый Ереван", в котором основание здания Африкянов занимает 300 м², был сразу же реализован. Если мы начнем хотя бы с монтажа одного здания, проект начнет постепенно реализовываться. С другой стороны, я хорошо понимаю тех людей, которые не верят обещаниям, поскольку демонтированные здания до сих пор не выстроены. Тем не менее, мы активно работаем над реализацией этого проекта, чтобы наши памятники был сохранены в собранном, а не демонтированном состоянии. И я надеюсь, что они как единое целое будут представлять наш старый, любимый Ереван.

Беседовал Аршалуйс Мгдесян

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.