Константин Воронов: Выборы в Европарламент - кризис доверия между элитой и избирателями углубляется

Москва, 29 мая 2014, 21:51 — REGNUM  

Несмотря на впечатляющий прорыв радикалов, популистов, евроскептиков на прошедших выборах 22-25 мая с.г. в 28 странах-членах ЕС в Европарламент - ЕП (751 место), сохранившие контроль над законодательным органом Евросоюза крупнейшие традиционные фракции (Европейская народная партия - 36% голосов и 265 мест, Партия европейских социалистов - 25% голосов и 184 места, Альянс либералов и демократов за Европу - 11,4% и 84 депутатских места) (1) намерены использовать этот сдвиг в своих политико-утилитарных целях. Хотя баланс сил в ЕП в целом всё же сместился, уже можно с уверенностью сказать о сокращении численности основных фракций, появлении в нем достаточно значительного представительства новых (условно говоря) антиинтергационистских партий. Правящее руководство Евросоюза намерено использовать итоги этих выборов, видимо, для дебюрократизации, бόльшей демократизации евроинститутов. Действуют, как водится, проверенным утонченно-цивилизационным методом: не можешь подавить сопротивление - возглавь его.

Выборы в Европарламент стали, как отмечают многие отечественные и зарубежные аналитики, своего рода протестным голосованием широких масс европейцев (при участии в общем 43,09% избирателей, в Словакии явка оказалась скандально низкой - 13%) против современной интеграционной линии нынешних ЕС-властей. Этим успешно по-сути воспользовались правопопулистские партии, ультралевые круги. Помимо того, что эти два крайних слоя европейского политспектра являются последовательными, принципиальными евроскептиками (даже противниками евроинтеграции в рамках ЕС-28-ми), они, примечательно, завзятые поклонники и почитатели курса президента Владимира Путина. Проевропейские партии будут, очевидно, как-то по-новому стимулировать своих избирателей в будущем. Им придется также пересмотреть антикризисную политику "жесткой экономии", которая ожесточила многих людей, оттолкнула их в ряды ультра - правых и левых, популистов, евроскептиков.

Единственным характерным исключением на этом печальном для евроинтеграторов фоне стала, пожалуй, только Германия, где ведущие доминантные, антиподные национальные партии - ХДС/ХСС и СДПГ - сохранили свои принципиальные позиции. Блок правоцентристских партий ХДС/ХСС (христианских демократов возглавляет канцлер Ангела Меркель) остался лидером в ФРГ. Сильно прибавили находящиеся в "большом" коалиционном правительстве с консерваторами социал-демократы, набравшие более 27% голосов. Но здесь также достаточно выпукло, заметно и четко проявили себя противники интеграционной Европы. Альтернатива для Германии (АдГ; нем. Alternative für Deutschland, AfD) - консервативная, евроскептическая партия, основанная в недавнем 2013 г., добилась ожидаемого успеха и набрала 7% голосов избирателей (2). Однако одиночные представители наиболее экстремистских партий, такие как новые нацистские группировки, также прошли в ЕП благодаря решению Конституционного суда ФРГ относительно малых партий, которым нельзя отказывать в представительстве на европейском уровне. Тем самым впервые в общий контингент германских парламентариев в ЕП вошли откровенные противники Евросоюза.

Однако Германия всё же остается не только светлым пятном на этой безрадостной картине, но и вдохновляющей надеждой для всей интегрирующейся Европы. В большинстве других странах противники ЕС добились громких успехов, прежде всего во Франции и Великобритании. Успех британской Партии независимости Соединённого Королевства (англ. United Kingdom Independence Party) был вполне ожидаем, предсказуем, поскольку он был напрямую связан с негативным отношением избирателей к ЕС-курсу консервативного кабинета Дэвида Кэмерона. Хотя основным партиям казалось, что достаточно обвинить UKIP в фашизме и расизме, чтобы не потерять свои голоса. В результате они утратили места в ЕП, а у UKIP на 10 депутатов больше (3). Победа евроскептиков может заставить премьер-министра Кэмерона объявить о проведении референдума относительно членства в ЕС на год раньше, чем планировалось - в 2016 г.

Последний раз такой ошеломляющий результат был больше ста лет назад: на выборах первое место не у консерваторов и не у лейбористов, а у третьей партии. UKIP получила 27,5 % голосов и 23 депутатских места из общих британских 73-х в ЕП. Ценности и платформу UKIP (она выступает за выход страны из состава Евросоюза, жесткий контроль за миграцией, против легализации гей-браков etc.) сравнивают с другими подобными европейскими ультраконсерваторами - "Национальным фронтом - НФ" Марин Ле Пен во Франции, но лидер UKIP Найджел Фарадж против подобных коалиций с континентальными единомышленниками (4).

Во Франции исторического успеха на этих выборах добился праворадикальный НФ Марин Ле Пен (25% голосов). Второе место заняла правая оппозиционная партия Союз за народное движение (СНД) - чуть больше 20% голосов. Французские "зеленые" - порядка 9% голосов, "Левый фронт" - 6%, центристы - 10%. Впервые в истории НФ на общенациональных выборах стал партией №1 и может получить в ЕП 23-25 депутатских мест, правые - от 18 до 21, социалисты - всего 13 мандатов (5). Правящие социалисты (СПФ) набрали около 15% голосов избирателей, что для президента Ф. Олланда - болезненный удар перед парламентскими выборами в 2017 г. Имидж Франции пострадал в глазах европейских партнеров, а в Германии назвали этот казус "тревожным сигналом".

НФ давно и последовательно борется, как известно, против доминирования Большого Брюсселя во французской и европейской политике, и особенное недовольство его представители проявляют в отношении миграционной политики, наплыва иноплеменных в эпоху глобализации. Поэтому концептуально руководство "Национального фронта" хочет заменить ЕС и НАТО панъевропейским партнерством независимых государств, которое, кстати, включает Россию, а ведущей силой в нем должен стать 3-х сторонний гранд-альянс - Париж, Берлин, Москва.

С точки зрения Берлина исход выборов во Франции "вызывает большое разочарование и глубокое беспокойство", хотя собственно сами двусторонние отношения с Парижем не ухудшились, они были не настолько плохи в период Франсуа Олланда, как во времена президента Николя Саркози. Однако с перспективной геостратегической точки зрения франко-германские тесные связи - "мотор евроинтеграции", несущая конструкция всего Евросоюза могут пострадать: если ослабнет одна из двух ведущих опор, то другая не справится с возросшей нагрузкой, рухнет под тяжестью возросшего внешнего давления.

В других малых государствах ЕС-противники также улучшили свои позиции. Так, Австрийская партия свободы (АПС) (нем. Freiheitliche Partei Österreichs (FPÖ) - правая (ранее ассоциировавшаяся с именем её бывшего скандального лидера Йорга Хайдера) популистская партия. Она выступает за ужесточение контроля над иммиграцией, усиление борьбы с преступностью, всемерную поддержку семьи, теперь получила 20% против 7,2 % голосов избирателей в 2009 г. В Бельгии фламандские националисты Новый фламандский альянс (нидерл. Nieuw-Vlaamse Alliantie; N-VA) укрепил свои позиции, подобно правой популистской Датской народной партии (DF), которая приобрела в своей стране 26,6% голосов избирателей, одержав победу над правящей СДПД с наилучшим результатом. Напротив крайне правая "Партия за свободу" во главе с эпатажным Гертом Вилдерсом заняла только третье место (12,7% голосов) в Нидерландах, хотя располагающие информацией наблюдатели предрекали ей в 2 раза больше поддержку избирателей (6).

В Скандинавии также значительно усилили позиции местные националисты, выступающие против расширения ЕС. Их партия Шведские демократы, на выборах в 2009 г. набравшие маргинальные 3,37%, сегодня уже вышли на 8,6% и впервые войдут в ЕП. В Финляндии критически настроенная по отношению к ЕС партия Истинные финны получила солидное третье место с 12,9% голосов (7).

В ЦВЕ также заметен рост критиков и скептиков в отношении Евросоюза, теперь представителей этих партий в ЕП в целом будет вдвое больше. Усиление партийно-политических позиций этой группы объединений ослабит, возможно, подход ЕС в связи с кризисом на Украине, "жесткого курса" по отношению к Москве.

Хотя в Венгрии правящая партия "Фидес" отпраздновала свою победу (52% голосов - 12 мандатов), праворадикальной партии "За лучшую Венгрию" ("Йоббик") (венг. Jobbik Magyarországért Mozgalom) - удалось набрать второй национальный результат - почти 15% голосов венгров, что позволило ей послать 3-х своих представителей в ЕП (8). Как правящая коалиция, так и оппозиционеры негласно соревнуются в своей нелицеприятной, жесткой, подчас, критике евробюрократии и её олицетворения - Большого Брюсселя. Венгерские националисты поддержали, ошеломив всю Европу, вхождение Крыма в состав РФ, и одним из своих предвыборных обещаний потребовали возвращения Закарпатья Венгрии.

Единственным утешением для канцлера ФРГ Ангелы Меркель и её активных европейских сторонников является, видимо, тот факт, что ЕС-консерваторы продолжают оставаться крупнейшей фракцией в ЕП и совместно с фракцией социал-демократов они сохраняют четкое правящее большинство (449 депутатских мест при 376 необходимых для большинства). Но в Берлине уже готовы, очевидно, как-то переоценить по-новому весь курс Евросоюза, чтобы сделать его более привлекательным для широких слоев своих сограждан. Характерная черта, которая повсеместно бросалась в глаза на этих выборах в Европарламент - широкая апатия.

В ходе избирательной кампании во многих странах в ходу были "невинные" шутки, давние анекдотические истории относительно регламентации Еврокомиссией (Большим Брюсселем) кривизны огурцов, как средства унификации торговой конкуренции, конкретных запретов на уличное освещение или отстрела перелётных уток без учета фактора времени и географической зональности Европы etc. Для многих брюссельская бюрократия стала тем пресловутым камнем преткновения на пути продолжения разумной евроинтеграции, которую желали бы видеть евроизбиратели. В этот период граждане ЦВЕ частенько сравнивали Большой Брюссель с нелюбимым ими приснопамятным СЭВом (Советом экономической взаимопомощи), дирижируемым из чуждого и далекого Кремля.

В этих непростых условиях Германия вновь должна выступить, как считают многие европейцы (политики, эксперты, наблюдатели), в качестве спасителя интегрирующейся Европы как это было и в период обострения еврокризиса 2008-2010 гг. Именно немцы могут стать той самой движущей силой по дебюрократизации Большого Брюсселя, ликвидации так называемого "дефицита демократии", от которого страдает Евросоюз, оставаясь всё ещё элитным, а не народным, подлинно демократическим проектом Европы. Но многие немцы по-иному воспринимают сложившуюся ситуацию, как, например, это было в период "кризиса задолженности" и спасения Греции, когда нужно было что-то предпринимать, но, очевидно, не так, а по-иному. Многие иной раз забывают, что демократия в Германии имеет, к счастью, прочные конституционные основания и Ангела Меркель политически ответственна только перед своими избирателями. Она не может проводить германскую интеграционную политику таким образом, чтобы другие страны-члены ЕС могли от неё что-то требовать, поскольку этим правом могут пользоваться лишь её сограждане - избиратели. Сегодня, судя по всему немцы, как несущая немаловажную нагрузку нация в Евросоюзе, в целом удовлетворены своим положением в рамках ЕС. Однако есть определенные границы для многих германских избирателей, с которыми они готовы пока мириться, несмотря на рост негативизма в отношении евроинтеграции (как показали итоги выборов в Европарламент 2014 г.) у своих европартнеров. Кратко подытожим: нынешний исход выборов в ЕП значительно усилил влияние партийно-политических сил, требующих сократить наднациональные полномочия органов ЕС или вообще их элиминировать.

Относительный успех антиинтеграционистских партий и группировок - как левого, так и правого толка - объясняется дальнейшим углублением социальных, экономических, политических и прочих проблем на фоне глобального кризиса, серьезного внешнего и внутреннего рецессивного финансового давления (9). Эти партии, настроенные против ЕС, смогут, очевидно, сформировать новый блок (необходимо не менее 25 членов из 7 стран) в ЕП, что придаст им устойчивый официальный статус. Этого будет достаточно, чтобы блокировать всю работу, процесс принятия решений в Европарламенте. Удастся ли им сформировать прочную, работоспособную межнациональную коалицию в ЕП - большой вопрос, учитывая серьезные противоречия между составными частями этого альянса. Евроскептики, подчеркнем, - разобщены политически, расколоты идеологически. При этом стоит ожидать новых самых разнообразных баталий в новом Европарламенте.

Однако открытые внутренние стычки будут и у ведущих межфракционных объединений - Европейской народной партии и Партии европейских социалистов, ближайшая из них - за пост председателя КЕС между Ж.-К. Юнкером и М. Шульцем. Именно они - топ-элитарии из Большого Брюсселя, по мнению евроскептиков, ответственны за устранение нынешнего запредельного уровня бюрократизации в Евросоюзе.

Самоочевидным последствием выборов в ЕП на национальном уровне может стать опасный рост популизма в ряде стран-членов ЕС, константный дрейф вправо ведущих партийно-политических сил, от которого мало кто выиграет. Однако кризис доверия, который лежит в основе подобного волеизъявления, вызывает повсеместную растущую тревогу. Руководству Евросоюза придется найти ответ на вызов своих избирателей, его не удастся просто проигнорировать. Хотя Европарламент в этом созыве будет обладать более широким кругом полномочий, ему предстоит реализовывать их в более сложном (внутренним и внешнем) контексте, а их результаты и последствия повлияют, разумеется, на повседневную жизнь 500 млн. европейцев.

Константин Воронов - кандидат исторических наук, завсектором ИМЭМО РАН

1. Эти показатели несколько отличаются от текущих данных, но они свидетельствуют, видимо, о выведенных суммарных предпочтениях: http://en.wikipedia.org/wiki/European_Parliament_election,_2014

2. http://www.ecfr.eu/content/entry/commentary_explaing_the_ep_election_results_a_7_country_cheat_sheet

3. http://www.elections2014.eu/en/in-the-member-states/United-Kingdom/electoral-law

4. http://www.bbc.com/news/world-europe-27559714

5. http://www.reuters.com/article/2014/05/26/us-eu-election-idUSBREA4N0DK20140526

6. http://euobserver.com/eu-elections/124320

7. http://metapolls.net/category/europe/euroelections-2014/

8. http://www.politics.hu/20140525/2014-european-parliamentary-election-liveblog/

9. См. подробнее по этой проблематике в открытом доступе: Кризис ЕС и перспективы европейской интеграции (политические аспекты). Отв. ред. Н.К. Арбатова, А.М. Кокеев. М., ИМЭМО РАН, 2013, 204 с. http://www.imemo.ru/files/File/ru/publ/2013/13036.pdf

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.
Главное сегодня
NB!
26.05.17
Директор ФБР пал жертвой собственных интриг
NB!
26.05.17
Как Петр I защитил Россию одним Кроншлотом
NB!
26.05.17
Наглость Троцкого, давшая старт иностранной интервенции в Россию
NB!
26.05.17
Рынок недвижимости Украины достиг дна. Раздастся ли стук снизу?
NB!
26.05.17
Новая трасса Москва – Петербург: путь через войну с экологами
NB!
26.05.17
Почему распалось Закавказье
NB!
26.05.17
Чем Порошенко не угодили соцсети и бухгалтеры?
NB!
26.05.17
Венесуэльская оппозиция отправляется «агитировать деревню»
NB!
26.05.17
«Франко хотел с помощью нацистов создать испанскую атомную бомбу»
NB!
25.05.17
Болгария обиделась на слова Путина о происхождении славянской письменности
NB!
25.05.17
Почетный коррупционер Нижнего Новгорода?
NB!
25.05.17
Ядерная диагностика для здравоохранения России и не только
NB!
25.05.17
Мэр столицы Молдавии задержан по обвинению в коррупции
NB!
25.05.17
Россельхознадзор обнаружил в белорусском молоке лекарство от сифилиса
NB!
25.05.17
У нижегородцев все меньше шансов дожить до получения льгот на капремонт
NB!
25.05.17
Радио REGNUM: второй выпуск за 25 мая
NB!
25.05.17
ВПК России — в прицеле приватизации
NB!
25.05.17
Кадыров рассказал, зачем в детстве резал пионерские галстуки
NB!
25.05.17
Повышение МРОТ: хорошо для населения, губительно для экономики?
NB!
25.05.17
«Для многих стран главный враг – Россия»
NB!
25.05.17
В Севастополе снова изымают землю: теперь под аэропорт «Бельбек»
NB!
25.05.17
Нижегородки стали меньше рожать из-за «экономической неопределенности»