Иракская точка притяжения США и Ирана: на пути к "большой сделке"?

Москва, 28 мая 2014, 21:07 — REGNUM  

Подведены итоги парламентских выборов в Ираке, состоявшихся 30 апреля. Только к 20 мая стали известны будущие очертания политического поля арабской страны на ближайшие четыре года. Правящая коалиция "Государство закона" под руководством действующего премьер-министра Нури аль-Малики опередила по количеству набранных голосов основных конкурентов, но не сумела завоевать парламентское большинство. Для формирования правительства в самостоятельном режиме правящему блоку требовалось 165 депутатских мандата (общее число мест в иракском парламенте - 328). Достигнутый соратниками аль-Малики результат - 92 мандата. Высший исламский совет Ирака Аммара аль-Хакима (избирательный список "аль-Муватин") и объединение "аль-Ахрар" Муктады ас-Садра суммарно набрали 57 депутатских мест. Но и такое численное представительство в парламенте нового созыва даёт шиитским конкурентам аль-Малики широкий простор в уже стартовавших переговорах по персональному составу кабинета министров. Фактически повторяется ситуация 2010 года, когда по итогам предыдущих парламентских выборов собравший больше всех голосов блок "Государство закона" был вынужден вести изнуряющие переговоры с другими политическими силами. Тогда консультации продлились девять месяцев, прежде чем аль-Малики удалось согласовать кандидатуры министров и выдвинуться на второй премьерский срок. Нечто подобное, по срокам и накалу обсуждений, наблюдатели прогнозируют и в этот раз.

Блок аль-Малики показал уверенный результат во всех ключевых для себя регионах страны. Это провинции Басра, Васит, Кербела и Наджаф. В двух последних провинциях властям удалось собрать более 50% голосов. В столице власть также продемонстрировала устойчивость своих позиций - более 38% поддержки электората. Предсказуемо проголосовали курдонаселённый север страны, а также некоторые провинции, где преобладает суннитское население. В общих чертах расклад внутриполитических сил остался в прежнем виде. Ни одна партия и политическое объединение не получили подавляющего перевеса, а значит необходимо искать новый внутривластный компромисс. Продиктовать свои условия оппонентам действующему главе правительства итоги выборов не позволяют. Главный для него приоритет на нынешнем этапе - в сжатые сроки сформировать дееспособный состав правительства.

В этом аль-Малики намерены оказать всемерную поддержку главные внешние силы. Цель удержания Ирака от сползания в политический хаос объединяет таких разных по своим геополитическим установкам акторов, как США и Иран. На Ближнем Востоке единичны случаи совпадения интересов двух указанных игроков. Но в отношении целеполагания на иракском направлении у американцев и иранцев есть сближающие элементы. В первую очередь, это прагматизм, отталкивание от реальностей иракского политического поля. На эту константу в иракской политике Тегерана эксперты ИРИ ныне заостряют особое внимание (1).

Кандидатура аль-Малики в качестве главы государства устраивает и Вашингтон, и Тегеран. Действующий премьер, претендующий на очередное воспроизводство во власти, показал способность маневрировать между двумя внешними полюсами. И хотя многие в Тегеране продолжают воспринимать его в качестве "американской креатуры", это нисколько не мешает иранцам строить с центральным правительством в Багдаде конструктивный диалог. Отдать однозначное предпочтение, например, партиям Аммара аль-Хакима или Муктады ас-Садра означало бы для иранского руководства отход от выверенной линии дистанцированной поддержки всех влиятельных в соседнем государстве сил. Перед выборами эксперты отмечали крепнущие связи между Ираном и одной из наиболее активных в Ираке политической группировкой "Асаиб Ахль аль-Хак" ("Лига праведников"), в своё время отделившейся от движения Муктады ас-Садра. Но данная поддержка носит ориентированный на задачи Ирана в Сирии характер ("Лига праведников" рекрутирует бойцов из Ирака для поддержки режима Башара Асада) и оказывается не в ущерб связям Тегерана с другими иракскими партиями.

Важно отметить, что за необходимость развития отношений с Ираном высказываются все актуальные политики и объединения Ирака. По этому вопросу на общественно-политическом поле арабского государства выработался даже условный консенсус по умолчанию. Не считаться с этим американцы не могут. И это подчёркивает элемент прагматизма уже в их курсе по отношению к Ираку.

Так получилось, что иракские выборы пришлись на один из наиболее важных этапов американо-иранских отношений. Между Вашингтоном и Тегераном зреет понимание необходимости "большой сделки" на Ближнем Востоке. Ввод ядерной программы Тегерана в устраивающее Запад русло обеспечения её мирного характера, гарантированное сохранение Ирана в режиме нераспространения составят ключевой, но не единственный пункт "большой сделки". Нет сомнений в том, что любое соглашение США и Ирана, с возможным подключением других стран формата "5 + 1", откроет дорогу для сближения позиций и в других вопросах. Сирия, Ливан, Ирак, зона Персидского залива составят отдельные главы в вероятной "дорожной карте" американо-иранского урегулирования. Её появлению на свет всячески препятствуют ближневосточные союзники США. К примеру, в Израиле считают настрой нынешней американской администрации довести проект урегулирования с иранцами до своего логического конца "исторический ошибкой". Израильтяне придерживаются принципа, что с иранцами лучше вовсе не иметь никакого соглашения, чем заключать "плохой контракт". Тель-Авив вводит в ступор поток поступающих из Вашингтона сигналов о решительном настрое президента Барака Обамы достигнуть с иранцами общего мира и конкретных соглашений (публичных или негласных). Похожий алармизм присущ и саудовской реакции на подготовку американо-иранской "большой сделки".

На пути к её фиксации совпадающий прагматизм США и Ирана вокруг Ирака ложится одним из ключевых элементов. Иран готов поддержать аль-Малики на следующие четыре года. Но не из-за того, что в этом заинтересованы американцы, а исходя из понимания открывающихся при этом возможностей достичь устойчивости и предсказуемости в отношениях с США до конца президентского срока нынешнего хозяина Белого дома. Впрочем, это вовсе не гарантирует, что пути США и Ирана в их прагматичном отношении к ситуации в Ираке не могут разойтись ещё задолго до осени 2017 года.

Нынешнюю ситуацию сближения позиций американцев и иранцев вокруг Ирака можно представить как устоявшийся баланс сил, в расшатывании которого не заинтересована ни одна из сторон. США остаются крупнейшим военным спонсором иракских властей, поставщиком современных вооружений и военной техники. Сразу после прояснения поствыборной ситуации в Ираке американцы огласили свои планы поставить в страну оружия на общую сумму около $1 млрд. Пребывание у власти в Багдаде правительства аль-Малики даёт Вашингтону определённые гарантии, что это оружие не попадёт в руки радикальных группировок. В свою очередь, Иран остаётся крупнейшим экономическим партнёром Ирака. Совместные проекты двух соседей с каждым годом демонстрируют рост объёмов привлекаемых инвестиций и охват новых секторов их экономик. Если "большой сделке" США и Ирана суждено реализоваться, то на иракской площадке стыковки своих интересов они уже достигли ощутимых результатов. Возможно, что отведённый аль-Малики срок на формирование нового правительства будет протекать параллельно интенсивной работе США и Ирана над всеобъемлющим соглашением о двустороннем урегулировании. К 20 июля снять все разногласия по ядерному досье Тегерана вряд ли удастся. Но к концу текущего года можно ожидать если и не прорывов в американо-иранских отношениях, то дальнейшего углубления прагматизма США и Ирана в их подходах к острым ближневосточным вопросам.

(1) Seyyed Mohammad Sadeq Kharrazi, Iran's Approach to Iraq Rooted in Regional Strategic Issues // Iran Review, May 23, 2014.

Михаил Агаджанян - ближневосточный обозреватель ИА REGNUM

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.