Заместитель муфтия Татарстана: "Антироссийский канал АТР в Крыму финансирует миллиардер с московской пропиской"

Москва, 4 марта 2014, 14:58 — REGNUM  Первый заместитель муфтия республики Рустам Батров, только что вернувшийся из Крыма, куда он ездил в составе делегации ДУМ Татарстана, рассказал о своих впечатлениях казанскому изданию "Бизнес Online". Текст дается с небольшими сокращениями.

Выдающийся просветитель и гордость крымско-татарского народа Исмаил Гаспринский еще в конце XIX века призвал казанского муфтия оказать "должную помощь и содействие своим влиянием и знанием" в "святом деле" просвещения единоверцев в Крыму. С тех пор утекло много воды, но в данном отношении мало что изменилось. Мусульмане Татарстана и по сей день обладают тем интеллектуально-духовным потенциалом, который крымские татары могут использовать во благо своего народа. Именно с этим посланием братства и мира муфтий Татарстана Камиль Самигуллин отправился в Симферополь в непростые для Украины дни, когда политики, решая ее судьбу, уже вовсю готовились к войне.

Аэропорт Симферополя в те дни уже был закрыт. Пришлось лететь через Запорожье и потом пять часов трястись на машине. При въезде на полуостров - военный блокпост с автоматчиками, над которым развевается российский флаг. Увидев родной триколор, понимаем, что "Евромайдан" определяет атмосферу не во всей Украине. Наш водитель разделяет типичные настроения крымчан. "В Киеве просто работать не хотят. Вот и гундосят без умолку, - обрисовывает он немудреными словами картину сложившейся политической ситуации. - Житья от них никого нет".

В Симферополь прибываем поздно ночью. Город спит. Никаких танков и БТР на улицах не видно, хотя на просторах интернета пишут, что они оккупировали город. Однако за все время пребывания мы их так и не увидели. Даже жалко стало, что впечатляющая виртуальная картинка, которой людей запугивают определенные СМИ и все ведущие обитатели соцсетей, совершенно не совпадает с унылой реальностью. Наверное, давно пора привыкнуть, что эти два мира существуют независимо друг от друга словно параллельные прямые, которые даже в геометрии Лобачевского пересекаются разве что по недоразумению. Впрочем, принимающая сторона выделила в сопровождение нам двух справных молодых ребят, под свитерами которых проступали бронежилеты.

Рабочие встречи муфтия начинаются утром с визита в совет старейшин крымско-татарского народа. Перед нами пожилые люди непростой судьбы с глубокими морщинами. Они вспоминают бесчеловечную депортацию их народа в Узбекистан, где погибла половина крымских татар. Они говорят о своих непризнанных героях. В их словах звучит боль несправедливости и бесправия, которое их ждало и по возвращении из далекой чужбины на родные, как они наивно думали, земли. В этом разговоре начинают обнажаться незарубцевавшиеся шрамы их душ. В какой-то момент мы понимаем, что им тяжело говорить на родном языке. А некоторые аксакалы его, как оказалось, вообще не знают. И постепенно разговор перетекает в русскоязычный формат. Наш муфтий, помимо прочего свободно владеющий турецким языком, очень близким к крымско-татарскому, деликатно соглашается отойти от негласных требований протокола.

Подобное будет происходить почти повсеместно. Крымские татары в большинстве своем предпочитают говорить на русском языке. Четверть века, прошедшая с момента их возвращения в Крым, - это время упущенных возможностей и несбывшихся надежд, признаются они. Национальная политика Украины в отношении культуры и языка крымских татар не способствовала не то чтобы их активному возрождению, но и элементарному сохранению. Общаясь с крымчанами разных национальностей, у меня невольно рождается вопрос: если теперь новые политики от майдана запретят на Украине русский язык, то что будут делать все те, кто использует его не только как язык межнационального, но и повседневного общения?

Официальная часть встречи постепенно перетекает в неформальное чаепитие. И здесь обнаруживается, что наши народы связывает намного больше ниточек, чем можно прочитать в учебниках истории. Так, одна из дочерей совета старейшин крымско-татарского народа Дильшада Ильяса Шейхзаде окончила Казанский университет и сейчас вместе с сестрой проживет в Новороссийске. А в самой Казани у него живет племянник. У другого из старейшин супруга наполовину является волжской татаркой. "Через своих детей, - говорит он, - я теперь еще больше связан со своими братьями в России".

Едем на встречу к муфтию Крыма Эмирали хаджи Аблаеву. Кстати, до него духовное управление мусульман Крыма возглавлял Саиджалиль хаджи Ибрагимов, который после ухода с поста муфтия переехал в Казань, где долгие годы преподавал в Российском исламском университете. К сожалению, в прошлом году пожилой хазрат ушел из этого мира. В мечети при ДУМ Крыма, которой уже более 500 лет, муфтий Камиль хазрат Самигуллин совершает приветственную молитву мира, после которой начинается встреча с крымским муфтием, являвшаяся основной целью нашего визита. Через некоторое время к беседе с муфтием присоединяется председатель меджлиса Рефат Чубаров - известный и влиятельный общественно-политический деятель крымско-татарского народа.

Камиль хазрат рассказывает о деятельности ДУМ РТ, о достижениях мусульман Татарстана, о той политике, которая проводится в нашей стране в сфере межконфессиональных отношений. У наших крымско-татарских партнеров появляются нотки доброй зависти. Крымским же мусульманам жизнь преподносит больше поводов для грусти, нежели для радости. "Если бы у нас все было хорошо, то мы бы не пришли к нынешнему положению, - замечает муфтий Крыма и добавляет. - В ссылке мы мечтали найти Коран, а сегодня ищем тех, кто мог бы его прочитать".

Возникает невольное дежавю утренней встречи с аксакалами: утерянными оказались во многом не только крымско-татарский язык, но и религиозные традиции народа. И потому наш муфтий заверяет своих единоверцев, что они смело могут использовать возможности ДУМ РТ в деле возрождения религиозных традиций крымских татар: от отправки студентов в мусульманские учебные заведения Татарстана до печати нужных им религиозных книг. "Мы не политики и не знаем, как сложится дальнейшая судьба Крыма, - говорит Камиль хазрат, - но как бы ни было, вы всегда можете рассчитывать на нас". И в качестве символа этих возможностей дарит своему крымскому коллеге целую стопку религиозных книг, которые ДУМ РТ успело издать за последнее время.

Едем на крымско-татарское телевидение АТР. Здесь настроения подчеркнуто антироссийские. Пока готовится прямой эфир, в комнату ожидания заходят две журналистки и обрушивают на нас лавиной гнев, мол, зачем вы оккупировали нашу страну. Одна из них начинает даже плакать. "Мы принципиально не приветствуем друг друга русским приветствием "Здравствуйте", - продолжает распыляться причем на русском языке сотрудница телеканала, ведущего свои программы в основном также на русском. - Мы говорим друг другу только "Салям алейкум", - резюмирует светская журналистка с роскошными распущенными волосами.

Телеканал АТР, как говорят простые крымчане, активно сеет панику, подтасовывает факты, ангажированно освещает обстановку в Крыму. Судя по тому, что я видел за эти дни в их эфире, это действительно так. АТР, как выясняется, финансирует российский миллиардер с московской пропиской и крымско-татарским происхождением Линур Ислямов - тот самый, кто выделил $1,5 млн. на фильм "Хайтарма" про депортацию крымских татар 1944 года, вызвавший в прошлом году большой общественный резонанс на казанском фестивале мусульманского кино. Получается, что антироссийская пропаганда в Крыму финансируется на деньги российского бизнеса.

На ГТРК "Крым", куда мы отправляемся после интервью муфтия телеканалу АТР, атмосфера и характер вопросов совершенно другие. Не случайно именно здесь экстренно оборудовали специальный зал для ежедневных пресс-конференций первого заместителя председателя совета министров Крыма Рустама Тимергалиева, который, кстати, является нашим земляком, а его отец Ильмир Тимергалиев возглавляет общекрымскую ассоциацию диаспор татар Поволжья "Идель". К слову сказать, общая численность татар российского происхождения в Крыму, по последним непроверенным данным, составляет более 10 тыс. человек, в то время как крымских татар - порядка 300 тысяч (14% от общего населения полуострова).

Официальная часть визита закончена, и я отправляюсь на площадь Ленина, где должен состояться концерт артистов из Татарстана. Вроде никакой политики. Но название концерта звучит в унисон не только началу марта, но и происходящим на полуоструве событиям: "Крымская весна". Концерт увидеть мне так и не удалось, он был перенесен на другое время. Говорят, люди на площади встретили наших артистов очень тепло. А на следующий день перед самым вылетом в Казань они дали еще один концерт для российских военнослужащих авиабазы Черноморского флота РФ в поселке Гвардейском.

На площади Ленина несмотря на поздний час очень много людей. Кругом российский триколор: на щитах бойцов самообороны, на развивающихся знаменах, на ленточках у большинства из присутствующих. Звучат антимайдановские лозунги. Крымчане разных национальностей периодически скандируют: "Слава России!" Под памятником Ленина, очень напоминающим аналогичный монумент на площади Свободы в Казани, кто-то приклеил небольшой плакат: "Не трогайте нашего вождя".

Триколор, слава России, русские и татары... И снова возникает дежавю, только уже другого плана. Дежавю о том, будто я нахожусь не в гостях, а где-то на просторах родного дома.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.