Россия - Израиль: "визит доверительности" Нетаньяху и смещение центра силы на иранских весах

Москва, 18 ноября 2013, 23:46 — REGNUM  С кратким рабочим визитом 20 ноября Москву посетит премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху. Очередная встреча в российско-израильских верхах пройдёт в неоднозначное для Тель-Авива время. Ранее в тот же день планировалось проведение переговорного раунда в формате "5+1 и Иран" в Женеве. Затем сроки встречи "шестёрки" с Тегераном были сдвинуты на 21-22 ноября. Прямой связи между визитом Нетаньяху в Москву и женевской встречей нет. Между тем, очевидны попытки Израиля сбалансировать отношения с ведущими внешними силами, задействованными в обсуждениях вокруг иранского ядерного досье.

Эффект неожиданности от встречи президента Путина и премьера Нетаньяху отсутствует. Кремлёвская пресс-служба сообщила о визите главы израильского кабинета министров ещё 5 ноября. То есть накануне предыдущей встречи "шестёрки" и Ирана в Женеве, по итогам которой стало известно о подготовке сторонами промежуточного соглашения. Последнее не было достигнуто в силу тех или иных причин, по всей видимости, не обусловленных лишь известной позицией французской дипломатии. Впрочем, для Израиля наметившаяся перспектива полномасштабного урегулирования отношений Запада с Ираном выдержана в особо настораживающих тонах. Что, в частности, настраивает Тель-Авив на самый интенсивный ритм проведения дипломатических контактов.

Много говорится об углубляющихся разногласиях между двумя естественными союзниками на Ближнем Востоке. Израильские источники, близкие к правительственным кругам, не особо выбирают выражения в адрес действующего президента США. Наиболее "болезненным уроком" из последнего раунда переговоров в Женеве они выводят следующее: "человек, который гарантировал обеспечение безопасности Израиля, президент Барак Обама, ныне рука об руку марширует с Тегераном по направлению к ядерному Ирану" (информационно-аналитический интернет-ресурс Израиля "DEBKAfile"). США и Израиль на самом деле подошли к одному из самых противоречивых периодов двусторонних отношений за все последние годы. За этим рубежом или последует "смирение" израильской стороны с необратимостью восстановления отношений Запада с Ираном, или можно ожидать кризисных развитий на Ближнем и Среднем Востоке. Пока всё идёт к тому, что израильтянам не дадут возможности сдетонировать ситуацию в любой из горячих точек региона с целью отвлечь внимание от иранской темы. Но в таком эскалационном развитии событий не заинтересован и сам Израиль. Риск испортить отношения с главным внешним союзником и остаться на пару с Саудовской Аравией в качестве антииранского полюса в ближневосточном регионе - незавидная перспектива для Еврейского государства.

Израиль продвигается в ином ключе. Разногласия с США не представляются ему необратимыми. Скорее они носят в большей мере тактический характер. Хотя от их перерастания в нечто более серьёзное израильтяне не гарантированы. Израиль желает максимально прояснить для себя перспективу переговоров международных посредников в формате "шестёрки" с Ираном. Для этого он настаивает на фиксации временных рамок в переговорном процессе. Введение сроков должно выбить из-под ног Тегерана ресурс на затягивание процесса, которым он, надо признать, прежде пользовался весьма мастерски. Указывается период в несколько месяцев, что в целом администрация США одобряет. По всей видимости, установление сроков - это один из немногих вопросов вокруг ядерной программы Тегерана, по которому Вашингтон и Тель-Авив могут достичь консенсуса с наименьшими усилиями. И попытаться вернуть свои отношения на прежний уровень.

Дабы не дать нынешней негативной конъюнктуре в американо-израильских отношениях перерасти в стратегический разрыв, Тель-Авив, помимо задействования иных ресурсов, решил вновь обратиться к классической схеме ведения межгосударственных дел в подобных случаях. Исключительная опора на один центр силы чревата упущением выгод в отношениях с другими. Москва как нельзя лучше подходит для целей Тель-Авива показать Вашингтону, что он важный для него партнёр, но в некоторых вопросах не незаменимый.

Российско-израильские отношения на отрезке 2009-2010 годов приобрели стабильно конструктивный характер с постоянным ростом доверительности между руководствами двух стран. По заявлениям израильских представителей в Москве, в указанный период отношения России и Израиля пережили "ренессанс" (посол Израиля в Москве Анна Азaри, интервью "Российской газете", 29.04.2010). В июне 2009 года решением правительства Израиля министр иностранных дел Авигдор Либерман был назначен председателем межминистерской группы по диалогу с Россией, в которую вошли также гендиректор МИД Израиля, глава внешней разведки "Моссад", глава Совета национальной безопасности Израиля и гендиректор министерства обороны. Летом прошлого года президент Путин посетил Израиль, где провёл самые доверительные беседы с израильским руководством. Последнее было заверено Москвой в том, что лучше российской стороны в истинных целях иранской ядерной программы никто из "клуба избранных" в постоянном составе Совета Безопасности (СБ) ООН не разбирается. Об этом не было публичных комментариев в "открытом эфире". По вполне понятным причинам. Тем не менее, данный сигнал израильским властям со стороны Москвы был донесён в предельно ясной форме. Испытывающий "экзистенциальную угрозу" с иранского направления, Израиль был заверен Москвой в том, что цели ядерной программы Ирана пока не выходят за рамки "мирного атома". Можно предположить, что именно в июне 2012 года, в ходе посещения президентом Путиным Израиля был заложен фундамент для обмена информацией между спецслужбами двух стран в вопросе целей ядерной программы Ирана. Это стало большим приобретением для израильтян. Взамен чего Москва могла рассчитывать на ответные позитивные действия Тель-Авива.

Как можно понять, премьер Нетаньяху прибудет в Москву 20 ноября с главной целью вновь "сверить часы" с российскими партнёрами по наиболее волнующим его вопросам. Когда тебе с фактами на руках доказывают, что у Ирана нет планов резкого перехода на "военные рельсы" ядерной программы, то это не только самоуспокоение. При любом отклонении в дальнейшем от предоставленных в своё время данных уже на твоего партнёра перекладывается часть ответственности в связи с обнаружившимися промахами. Уровень обмена информацией столь высок, что он по определению подразумевает максимально выверенный характер предоставляемой партнёру информации.

Может показаться, что Израиль только получает от России и ничего не отдаёт взамен. Тем более, когда вспоминаются настойчивые попытки израильтян добиться от Москвы учёта своих интересов при поставке в отдельные ближневосточные страны современных образцов вооружений и военной техники российского производства, прежде всего, в сегменте борьбы с воздушными целями. Но это далеко не так. Израиль открыт для ответных действий. Конечно, в меру своих внутренних возможностей и с учётом задействования собственных внешнеполитических ресурсов. В первом случае, после визита Нетаньяху в Москву можно ожидать определённых подвижек в вопросе системного входа российского "Газпрома" на израильский энергетический рынок. Цена вопроса - получение "Газпромом" серьёзных долей в израильских месторождениях "Левиафан" и "Тамар" в Восточном Средиземноморье (объём разведанных запасов на указанных месторождениях оценивается в диапазоне от 800 до 900 млрд. куб. м). Здесь сложились благоприятные предпосылки для качественных прорывов. В том числе, и в виду некоторых кадровых развитий в высших эшелонах израильской власти. СМИ отмечают Авигдора Либермана, с которого недавно были сняты обвинения судебного следствия, как лично имеющего отношение к приглашению "Газпрома" в Израиль. Предполагается, что восстановившийся в должности главы израильского внешнеполитического ведомства Либерман продолжит выстраивать отношения с Россией в том же ключе.

В случае же подключения израильских внешних ресурсов для продвижения интересов и позиций Москвы в ближневосточном регионе из свежих примеров можно отметить следующее. Визиту глав внешнеполитического и оборонного ведомств России в Египет (13-14 ноября) предшествовала подготовительная работа не только между Москвой и Каиром. Нельзя утверждать с полной уверенностью, но от израильтян и саудовцев российская сторона могла бы получить на египетском направлении важную поддержку. После заключения Кэмп-Дэвидских соглашений 1978 года Россия и Египет никогда не были близкими партнёрами в сфере военно-технического сотрудничества (ВТС). Времена изменились, и теперь дистанцирование Каира от Вашингтона, решение последнего свернуть некоторые программы в сфере ВТС с египтянами может привести к "ренессансу" уже в российско-египетских отношениях. На кону миллиардный пакет оружейных контрактов, в рамках которого, в частности, упоминаются ЗРК Бук - М2" и ракетные комплексы "Искандер - Э". Более того, с подачи израильских информационно-аналитических ресурсов муссируется тема обретения Россией на египетском побережье Средиземного моря точек военно-морского базирования. А также размещения российских систем ПВО/ПРО в восточной части Египта с прикрытием, в том числе, и ключевых городов Саудовской Аравии. Примечательна роль израильтян и саудовцев вокруг потенциальной оружейной сделки России и Египта. Тель-Авив берёт на себя роль политического посредника, Эр-Рияд - главного финансиста. У Каира нет таких денег (указывается сумма от $2 до $4 млрд.). Зато у саудовцев и израильтян есть мотив показать американцам, что некоторые региональные процессы могут развиваться и без их участия.

Интерес вызывает совпадение по времени подготовительных к визиту Нетаньяху в Москву контактов в весьма нестандартном треугольнике "Россия - Израиль - Саудовская Аравия". Телефонный разговор президента России с королём Саудовской Аравии (10 ноября) состоялся вслед за заочным общением российского и израильского руководств. Как передала пресс-служба главы России, в ходе разговора Путина с саудовским монархом основное внимание было уделено проблематике урегулирования конфликта в Сирии, а также ситуации вокруг иранской ядерной программы.

Чаша весов в пользу восстановления отношений Запада с Ираном также становится все тяжелее. В частности, бывшая ранее на жёстких позициях к Ирану британская сторона стала склоняться к исключительно переговорному методу урегулирования противоречий. Пресса Соединённого Королевства сменила тон публикаций в соответствующем ключе. К примеру, британская "Guardian" в публикации от 11 ноября, отметив Францию, Израиль и Саудовскую Аравию как "отрицателей, не заинтересованных в заключении соглашения с Ираном в ядерной сфере", пришла к выводу, что "глобальные интересы должны быть на первом месте".

Развивая тесную доверительность с израильтянами Москва в свою очередь сталкивается с определёнными рисками. Иран не дремлет, он самым детальным образом отслеживает любые контакты израильтян с внешними силами. С особым вниманием Тегеран наблюдает за отношениями Тель-Авива со столицами пяти постоянных членов СБ ООН. Вместе с тем, это не может рассматриваться как непреодолимое препятствие в деле углубления связей России и Израиля. В конечном итоге, ценою всех дипломатических контактов и построения форматов двусторонней доверительности выступает мир на Ближнем и Среднем Востоке.

Михаил Агаджанян

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.