Единственным оптимистичным откликом на предстоящую встречу президентов Армении и Азербайджана Сержа Саргсяна и Ильхама Алиева, запланированную на конец ноября, стало высказывание представителя США в ОБСЕ Даниэля Бэра, по словам которого, этот саммит может дать новый стимул процессу урегулирования карабахского конфликта. Все остальные высказывания и оценки политиков, экспертов и наблюдателей по этому поводу, в самом лучшем случае, отличаются нейтральным тоном, а в большинстве своем - пессимистичны.

Достаточно уже того, что, по словам премьер-министра Армении Тиграна Саркисяна, встреча президентов должна, в основном, послужить продолжению переговорного процесса. То есть речь, фактически, речь идет о "переговорах ради переговоров". Аналогичные комментарии последовали и со стороны МИД: замглавы внешнеполитического ведомства Шаварша Кочаряна, который отметил, что "милитаристская, расистская и армянофобская" политика Баку не оставляет надежд на то, что в ходе саммита может быть достигнут какой-либо прогресс.

Сами президенты по этому поводу, разумеется, не высказываются, однако их демонстративные действия должны показать решительный настрой противоборствующих сторон. Серж Саргсян совершил трехдневный визит в Нагорный Карабах, где, помимо прочего, наблюдал за различными этапами масштабных маневров Армии обороны. Ильхам Алиев, в свою очередь, направился в Турцию. Премьер-министр Реджеп Эрдоган и президент Абдулла Гюль заверили гостя в том, что Анкара рассматривает карабахский вопрос как собственную проблему и "всегда была и будет рядом с Азербайджаном".

В условиях столь неблагоприятного контекста возникает естественный вопрос: с какой целью посредники Минской группы ОБСЕ в лице России, США и Франции целенаправленно готовили и, в конечном итоге, сумели получить согласие сторон на проведение встречи на высшем уровне? В конце концов, для формального продолжения переговорного процесса вполне достаточно традиционных шагов: визитов в регион конфликта, встреч с главами дипведомств, совместных заявлений, обсуждений в штаб-квартире Минской группы в Вене и пр.

Представляется, что на сей раз основным предметом переговоров карабахский вопрос станет не сам по себе, а в привязке к широкому региональному контексту, с учетом вступления Армении в Таможенный союз России, Белоруссии и Казахстана и, несомненно, связанной с этим обстоятельством очередной активизации Турции. Напомним, что на днях глава турецкого МИД Ахмед Давутоглу после довольно долгого перерыва вновь заговорил о возможности налаживания отношений Анкары с Ереваном, деблокады армяно-турецкой границы и, по обыкновению, снова связал эту возможность с освобождением ряда районов вокруг НКР. При этом турецкая печать утверждала, что Давутоглу обратился за поддержкой к Швейцарии, которая является "техническим спонсором" процесса армяно-турецкой нормализации (соответствующие протоколы были парафированы Ереваном и Анкарой в 2009 г. в Цюрихе).

Эти сообщения были негативно восприняты армянской стороной. Говорилось, что таким образом Анкара пытается "спасти лицо" на фоне близящегося 100-летия Геноцида армян в Османской империи и возобновившихся переговоров между Турцией и Евросоюзом. Но при этом следует учитывать и некоторые новые обстоятельства. Как уже не раз отмечали эксперты ИА REGNUM, убедившись, что все усилия вытеснить Армению на обочину многообещающего евразийского процесса наталкиваются на твердое противодействие Москвы, в Анкаре стали осознавать: присоединение Еревана к могущественному и многообещающему интеграционному объединению, о стремлении сближения с которым заявляют уже более трех десятков государств, во-первых, делают турецко-азербайджанскую блокаду Армении бессмысленной в техническом отношении, а в политическом - полностью её маргинализируют. Поэтому взаимные турецко-азербайджанские заверения относительно полного и безоговорочного взаимопонимания по поводу возможностей решения карабахской проблемы являются, скорее, проявлением инерции, не отражающим новых реальностей, которые, безусловно, вполне очевидны для Анкары.

Есть и другие симптомы, указывающие на то, что предстоящая встреча президентов, которая, конечно, к прорыву в переговорах не приведет, может, тем не менее, стать достаточно содержательной. Отметим в этой связи, что с визитом в Швейцарию направился секретарь Совета национальной безопасности Армении Артур Багдасарян. И не исключено, что, помимо официальной повестки визита, будут обсуждаться и вопросы, так или иначе связанные с армяно-турецкой проблематикой. Швейцария уже назвала своим приоритетом в период председательствования в 2014 году в ОБСЕ нерешенные конфликты в Закавказье, в связи с чем назначен уже и спецпредставитель этой страны по Южному Кавказу.

Кроме того, парламент Армении в очередной раз отказался принять предложение оппозиционной партии "Наследие" о признании независимости Нагорно-Карабахской республики. В пользу соответствующего законопроекта голосовали лишь 10 депутатов из 131. Объяснение этому выдвигается традиционное: официальное признание Арменией карабахского суверенитета означало бы конец переговорного процесса в рамках Минской группы ОБСЕ. Таким образом, дверь для продолжения миротворческого процесса остается открытой. Но есть и еще один нюанс. Признание НКР, несколько лет назад включившей в свой состав районы зоны безопасности вокруг Нагорного Карабаха в границах советского времени, означало бы, что Ереван отказывается от идеи "территории в обмен на статус", что, насколько можно понять, является важнейшей составляющей позиции армянской стороны на переговорах и в целом достаточно позитивно рассматривается и сопредседателями Минской группы ОБСЕ. Более того, об этом же свидетельствуют и постоянные заявления Анкары, утверждающей о готовности открыть границу "в случае освобождения армянами некоторых районов вокруг Нагорного Карабаха". В любом случае, как представляется, президенты противоборствующих сторон после почти двухлетнего перерыва вряд ли согласились бы провести "встречу ради встречи", если бы не убедились в том, что она может хоть в какой-то мере стать продуктивной.

Ануш Левонян, политический обозреватель, Ереван