Макс Рева: Второстепенный объект российско-эстонских отношений

Рига, 14 августа 2013, 13:33 — REGNUM  Неожиданно проявил себя союз российских граждан Нарвы, публично выступив 28 июня в поддержку подписания российско-эстонского приграничного договора. Вслед за этим, председатель союза Геннадий Филиппов, член Координационного совета российских соотечественников Эстонии (КСРСЭ), на страницах издания "Инфопресс" выразил удивление тем, что в русскоязычной прессе и среди российских соотечественников Эстонии не идёт никакой дискуссии о подписании данного договора.

Господин Филиппов, "рекламируя" договор, заявил об улучшении российско-эстонских отношений, пообещав в ближайшие время заключения новых межгосударственных договоров, которые ещё сильнее сблизят Россию и Эстонию. Но, как это ни парадоксально, улучшение российско-эстонских отношений никоим образом не отражается на положении русского населения Эстонии.

Напомню, договор о границе между Россией и Эстонией был подписан восемь лет назад. Однако не был ратифицирован Государственной Думой России, так как парламент Эстонии в преамбулу закона о ратификации внёс упоминание о Юрьевском (Тартуском) мирном договоре от 1920 года, согласно которому за Эстонией оставались исконно российские города Ивангород, Печоры и прилегающие к ним территории.

В 2007 году, после демонтажа памятника советским воинам освободителям в Таллине и варварской раскопки могил советских солдат, против Эстонии были введены негласные экономические санкции, которые в первую очередь ударили по нефтяному транзиту. На тот момент академик Бронштейн оценивал потери эстонской экономики от Бронзовой ночи на уровне 1 млрд. евро. Политические отношения замерли.

Положение русского населения Эстонии за это время только ухудшилось. В принципе, за 22 года современных российско-эстонских межгосударственных связей нельзя выделить ни одного периода, когда положение русского и русскоязычного населения Эстонии улучшалось бы.

С началом мирового кризиса и больших экономических проблем в Европе эстонская элита стала искать пути сближения с Россией. Это было вызвано как экономической выгодой для самой эстонской элиты, так и давлением со стороны Европы, и в первую очередь со стороны Германии, нуждающейся в либерализации торговых и политических отношений между ЕС и Россией, в том числе отмены визового режима, который невозможно осуществить без урегулирования приграничных вопросов.

В 2011 году между Россией и Эстонией началась оттепель. Образовалась двухсторонняя комиссия министерств иностранных дел. Стали происходить регулярные межпарламентские встречи. При этом эстонские политики в один голос заговорили о том, что страница истории с демонтажом "Бронзового солдата" перевернута. Однако для русского населения Эстонии ничего не изменилось, а по некоторым вопросам эстонское правительство ещё сильнее закрутило гайки.

Вопрос с массовым бесгражданством не решается, сохраняется языковая сегрегация, уничтожается русское образование. Как раз во время "оттепели" эстонский парламент лишил русскоязычное население возможности создавать частные русские гимназии. Правительство отказало шести государственным гимназиям в просьбе сохранить преподавание на русском языке. Полиция начала уголовное преследование защитников русских школ, которое было прекращено только благодаря опыту и умению их адвокатов.

Мало того, стала наблюдаться опасная тенденция, когда правительство России начинает усугублять положение русского населения в Эстонии и давать знаки поддержки политическому курсу эстонской этнократии. Так, например, в проекте нового правительственно соглашения об образовании, одного из тех, которое, по мнению господина Филиппова, должно улучшить отношение между Россией и Эстонией, ничего не сказано о сохранении образования на русском языке в Эстонии. Рукопожатия премьер-министра России Медведева и премьер-министра Эстонии Ансипа также показывают улучшения отношений между Россией и Эстонией, и дают сигнал, о том, что часть российского истеблишмента готова не замечать проблем русского населения в Эстонии и неофашистский характер эстонского государства. На таком фоне заявления МИДа РФ как по правам человека в Эстонии, так и по историческому ревизионизму, могут, мягко выражаясь, отправляться Таллином в корзину. А эстонская политическая элита может продолжать политику этноцида русского населения, не опасаясь охлаждения отношений с Россией.

Приходится констатировать факт, что, не смотря на заявления президента России о приоритетном походе к проблемам соотечественников, постоянно проживающих за рубежом и защите их и прав, русское население Эстонии остаётся второстепенным объектом российско-эстонских межгосударственных отношений. Интересами российских соотечественников легче пренебречь, чем пойти на конфликт с великой и могучей эстонской элитой и стоящими за ней Вашингтоном и Брюсселем. Всё это видят, и понимают российские соотечественники, и потому не полемизируют на темы межгосударственных российско-эстонских отношений.

С другой стороны в эстоноязычных СМИ тема договора о границе и вообще тема межгосударственных российско-эстонских отношений преподносится как победа Эстонии над её злейшим врагом Россией. Премьер-министру Ансипу Россия простила Бронзового солдата, и теперь подписывает договор о границах без всяких условий за исключением не упоминания Юрьевского (Тартуского) мирного договора, о котором теперь в эстонском обществе мало кто вспоминает.

Да и сам господин Филиппов, говоря о выгодах приграничного договора, смог назвать только пункты, которые больше отвечают интересам эстонской стороны. Так, например увеличения транзитного потока чрез эстонские порты, что никоим образом не отвечают интересам России, и противоречат государственной программе развития российских портов. Неизвестно как, однако Геннадий Филиппов утверждает, что без договора о границе, эстонские товаропроизводители не попадают под правила Всемирной торговой ассоциации и, что заключение договора будет способствовать увеличению эстонского импорта. И это снова противоречит интересам России и её товаропроизводителям, нуждающимся в протекционистской защите. И Эстонии и ЕС выгоден договор о границах, как документ, не обходимый для продвижения переговорного процесса по безвизовому режиму. При отмене виз эстонская сторона ожидает увеличение потока российских туристов.

За исключением вопроса о безвизовом режиме, решение которого ждут россияне, привыкшие проводить свой отпуск за пределами родины, договор о границе больше нужен эстонской стороне. При этом в самой Эстонии есть чёткое понимания того, что займи Россия жёсткую позицию и увяжи вопрос подписания приграничного договора с соблюдением прав человека, Эстонии, в современных реалиях, пришлось бы пойти на значительные уступки русскому населению.

Однако, вместо увязывания подписания договора о границах с соблюдением Эстонией права человека. Вместо создания информационного фона недвусмысленно говорящего о намерениях МИДа России, выполнять обещания президента РФ и отстаивать интересы российских соотечественников. Появляется заявления члена КСРСЭ работающего при посольстве РФ, Геннадия Филиппова, об улучшении российско-эстонских отношений и поддерживающего мягкую, уступчивую позицию российских дипломатов.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.