Мария Тарасевич: Явить миру русское лицо Белоруссии

Москва, 8 ноября 2012, 00:07 — REGNUM  

Часть I

Где, в какой стране мира возможен подобный абсурд (вернее, издевательство над учителями и здравым смыслом), чтоб учреждённая Министерством образования профессиональная газета для учителей выходила не на языке, являющимся в стране языком обучения в массовых школах?

У этого очевидного абсурда, выглядящего издевательством над учителями и здравым смыслом, а на самом деле идеологической диверсии против нашего, на самом деле русского государства, и психологической войны против части русского народа, живущего в этом государстве -- в нашей республике, "ноги растут" из-за Вислы, а точнее, из начала 90-ых годов. Тогда ошалевшие от "воли" и от "незалежнасци" республики индивиды, называющие себя "нацыянальна свядомыми беларусами" (это представители количественно мизерного в республике, иноязычного с основной массой её граждан, нацменьшинства с прозападным национальным менталитетом) рулили республикой. И "будавали беларускую Беларусь", свою "нацыянальную дзяржаву", за которую их предки и они "змагалися 200 год", и вознамерились было переделать всех прочих граждан республики "по своей колодке" - т.е., сделать их такими же "бел.моуными" "свядомыми беларусами", как и сами. Те, кому за 25, помнят, что творилось тогда. Но история снова, как и в конце 20-ых годов XX века, "подшутила" над "спадарами свядомыми беларусами". По воле масс и самым демократическим образом они были отставлены от власти пришедшим к власти нашим русским правящим режимом. Произошло это потому, что основная масса коренного славянского населения республики, наших (в этнографическом смысле) белорусов - это не "беларусы", идентичные названным "спадарам", а русское по национальности население. Что бы там ни утверждали наши "моваведы" и "гисторыки". "Беларусы" же среди него - это иноязычное количественно мизерное нацменьшинство. Таков на самом деле национальный состав коренного славянского населения нашей республики.

Русский правящий режим в середине 90-ых к власти-то пришёл, но подогнать под себя и под русские народные массы республики всевозможные общественные институции и, главное, национально-языковую политику, почему-то не удосужился. Значит, на фоне того, что заводил для себя и под себя в начале 90-ых годов предыдущий "бел.моуны" правящий режим "нацыянальна свядомых беларусау" (представителей нацменьшинства), наш русский правящий режим национального большинства выглядит совершенно абсурдно? По словам "нацыянальна свядомых" в их "бел.моунай незалежнай" прессе, "акупацыйным рэжымам". То есть, не национальным для страны с названием на "бел.мове" и позиционирующей себя в ООН "беларускай нацыянальнай дзяржавай", как это было заведено "бел.моунай" властью в начале 90-ых. В ряду всего этого абсурда, оставшегося в наследство от начала 90-ых годов, и профессиональная газета для учителей, "Настауницкая газета", издающаяся на "бел.мове", т.н. "наркамауцы". То есть, на искусственном языке, о котором в 1991г. славистка Парижской АН Элен Д'Анкосс в своей статье "Белоруссия: изобретение Советской власти", писала (в г-те "Фигаро" за 28.08.91г.): "Белоруссия не имеет ярко выраженных национальных особенностей. Белорусская нация не имеет исторического существования. Её язык придуман искусственно на основе местных наречий в 20-ые годы Советской властью". Имелось в виду, что исторического существования не имеет белорусская нация как культурный феномен в составе всей многомиллионной массы белорусов как одной из этнографических общностей восточных славян. А искусственно придуманным на основе местных наречий языком был назван язык, который в 1933г. "выдала на гора" большевистская языковая комиссия. Несмотря на множество последовавших попыток его реформирования, этот "белорусский язык" так и не стал языком письменного и устного общения основной массы наших белорусов - уж не говоря о тех белорусах, которые живут в нескольких областях РФ. Носители же подлинного т.н. белорусского (униатского) языка, имевшего в качестве первородного латинский шрифт, а со временем заимевшего и русский шрифт и в таком виде ставшего "тарашкевицай" (после обработки его Б. Тарашкевичем), презрительно назвали результат усилий "наркамаускай" языковой комиссии "наркамаукай". Однако с большевистской властью было не поспорить, и "беларуския песняры" Я. Купала и Я. Колас (представители нацменьшинства на территории Белоруссии) смиренно перевели свою поэзию с "тарашкевицы" на "наркамауку". Но горстка этих истово "бел.моуных беларусау", "вылупившихся" в начале XX века из католической ополячившейся шляхты (в основном из потомков униатской шляхты), не в силах была изменить русский национальный характер территории Белоруссии, одного из регионов исторической Руси, и, как видим, из Парижа эту горстку "бел.моуных" даже не заметили. Да что из Парижа, когда в зеркале нашего телевидения её не разглядеть? Но вот уже сто лет эта горстка "беларусау" тщится переделать "по своей колодке" живущую в нашей республике часть русского народа. Переделать посредством лжи.

По множеству причин социум нашей республики погряз во лжи относительно национальной идентичности её коренного славянского населения, белорусов в этнографическом смысле. С обретением БССР независимости, политического суверенитета, следовало разоблачить и разрушить названную ложь и открыть миру исторически обоснованное русское национальное лицо основной массы граждан бывшей БССР. Но это было не в интересах тех, кто под флагом этой лжи стал делать политическую погоду в республике в конце 80-ых и начале 90-ых годов XX века. Ибо рулить республикой они, горстка иноязычных с основной массой её граждан "свядомых беларусау" (представителей очевидного на её территории нацменьшинства), могли лишь "под флагом" названной лжи. В случае её разоблачения "беларуская нацыянальная интэлигенцыя", в т. ч. и все тогдашние "бел.моуныя палитыки", предстали бы миру нацменьшинством в республике, живущим в рассеянии среди её русского населения. Тот факт, что это нацменьшинство концентрируется в основном в столице, в Минске, объясняется тем, что так сложилось ещё в советское время в силу определённых причин, в основе которых та же ложь. Потому и не смолчала славистка Парижской АН, неслабый научный авторитет. Однако, хотя ложь о национальной идентичности коренного славянского населения республики, как якобы некоей культурно-самобытной белорусской нации с национальным языком в виде "литаратурнай (письмовай) бел.мовы", и не была разоблачена после развала СССР, правда о русской национальной идентичности основной массы этого населения восторжествовала в явочном порядке. И в результате к власти в республике пришёл русский правящий режим. Русская языковая среда на её территории, начавшая возрождаться на этой территории ещё в XIX веке после веков её полонизации, приобретшая отчётливость уже в советское время, в постсоветское время основательно укрепилась и стала повсеместной - т.е., не только в городах и городских посёлках, но и в сельской местности. Не видеть этого, игнорировать это абсурдно. Не умно. Не умно потому, что названное явление - русская культурно-языковая среда - имеет место быть на нашей территории в силу очень веских исторических причин, а отнюдь не потому, что, как до сих пор утверждают наши бездарные (или непорядочные?) гуманитарии, белорусам, дескать, насильно навязали русский язык в царской России и в СССР.

Побасёнка о насильственной русификации белорусов не только примитивная, но и подлая. Поэтому не умно верить в неё и оперировать ею в национально-языковой политике. Однако же, именно на ней, этой побасёнке, почему-то до сих пор строится национально-языковая политика в нашей очевидной русской стране? Так называемая "палитыка беларускага нацыянальна-культурнага адраджэння", а на самом деле - подлого "нацыятварэння" по "колодке" "свядомых беларусау" есть ни что иное, как идеологическая диверсия против нашей, на самом деле русской страны, это психологическая война против наших русских народных масс, ведущаяся, как обычно для подобных войн, посредством лжи.. Прискорбно, что наши русские власти живут в мире иллюзий и поддакивают этой лжи. Будучи заморочены нашими то ли бездарными, то ли бесчестными "моваведами" и "гисторыками".

Антропологически и этнографически белорусы славяне. Наряду с малороссами, великороссами, червоноросами и карпаторосами белорусы - это одна из этнографических общностей восточнославянского этноса. Белорусам, как и любой из названных этнографических общностей названого этноса, присущи лишь некоторые особенности природных этнографических данных: говоров, обычаев и т.п. В XIX веке, когда составлялась карта говоров России, была определена и группа белорусских говоров (два основных и два переходных) - т.е. наречий, и ареал их распространения - т.е. условные границы территории проживания этнографической общности белорусов, тогда же, в XIX веке, названной Белоруссией. Таким образом, белорусы во всей своей многомиллионной массе - это не отдельный этнос и не нация, а одна из этнографических групп (общностей) восточнославянского этноса, ставшего (основным своим составом) русской нацией как культурным феноменом, т.е., многолюдной общностью, имеющей в качестве национального языка русский письменный язык. Произошло это в силу определённого исторического процесса, взявшего старт в конце X века в Киеве. В результате этого процесса (православно-русского) ныне основная часть этнографической общности белорусов является частью этой нации, т.е. за XI-XVI века, вся этнографическая общность белорусов стала частью русской нации. Но после политической Унии с Польшей в 1569г. небольшая часть этой части русской нации, а именно, её высшие сословия (культурный слой), с конца XVI века и в XVII-XVIII веках в силу обстоятельств выбыла из названного исторического (православно-русского) процесса. И оказалась включённой в другой (католическо-польский) исторический процесс, пополнив собой польскую нацию. И в конечном результате потомки тех представителей высших сословий в начале XX века стали количественно незначительной в сравнении с окружавшими их массами национально самобытной общностью, не имеющей территории компактного проживания и живущей среди русского населения Белоруссии, концентрируясь в основном в нашей республике, в её столице. Были на то причины. Как и на то, что, пожалуй, большая часть этой общности в разное время XX века вынуждена была эмигрировать на Запад и создать в странах Запада свою национальную диаспору. Даже со своим национальным "правительством Белорусской народной республики в эмиграции".

Таким образом, во всей своей многомиллионной массе белорусы - это не этнос и тем более не нация как культурный феномен, а одна из этнографических общностей восточнославянского этноса, имеющая свои самобытные природные этнографические данные (говоры и т.п.), родственные этнографическим данным других его этнографических общностей. Неграмотный белорус всегда понимал и ныне поймёт неграмотного малоросса или великоросса. Другое дело, что ныне неграмотных белорусов, малороссов и великороссов нет. В эпоху всеобщей доступности образования приличного уровня, радио и телевидения и прочих современных средств коммуникации почти все они общаются на своём национальном литературном языке (озвученном письменном). Великороссы и основная масса белорусов и малороссов (когда их не принуждают к украинскому языку) на русском, а частичка белорусов и частичка малороссов на самобытных языках, соответственно, на "беларускай" и украинской "мовах". То есть, на озвученных письменных языках местного греко-католичества (униатства). Ибо территории проживания этнографических общностей белорусов и малороссов в XVII-XVIII веках побывали в составе западного католического мира. И высшие сословия живших на них частей русской нации, коими к тому времени были эти этнографические общности, в силу обстоятельств перестали быть русскими по вере, культуре и менталитету, став поляками, а затем, с начала XX века, национально самобытными частями населения Белоруссии и Малороссии. То есть, в результате известных исторических событий от частей русской нации, коими к XVII веку стали этнографические общности белорусов и малороссов, откололся их культурный слой, присоединившись к польской нации. Когда же установленная им на территориях своего проживания (среди русского простонародья, впавшего тогда в национальное небытие) польская культурно-языковая среда в XIX веке закономерно стала вытесняться русской, этот культурный слой (ополячившаяся католическая шляхта и т.п.) в силу своего менталитета оказался неспособен к русскому национальному возрождению и становлению в качестве местной русской национально-культурной элиты. И предпочёл вместо своей потомственной католической по духу польщизны принять в качестве своей национальной культуры культурные наработки местного униатства, соответственно, т.н. "беларушчыну" и "украинщину", также католические по своей духовности. Поскольку приверженцы униатских (греко-католических) "беларушчыны" и "украинщины" были потомками высших социальных слоёв (шляхты) - т.е. образованной и политически активной прослойки населения, они и стали вершить судьбу окружающего их русского населения, малограмотного и неграмотного тогда простонародья. Инспирировали было объявление БНР и УНР, а затем добились БССР и УССР.

Продолжение следует

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.