20-летие развала Чехословакии: "могильщик" Клаус ставит нерукотворный памятник самому себе

Москва, 24 июля 2012, 12:19 — REGNUM  

19 июля 2012 года президент Чешской республики Вацлав Клаус направил бывшему премьер-министру Словакии Владимиру Мечьяру открытое письмо - поздравление с двумя юбилеями. 26 июля Мечьяру исполняется 70 лет, и ровно 20 лет назад 23 июля 1992 года Мечьяр и Клаус приняли принципиальное решение о конце существования Чехословакии. За "бархатной революцией" последовал "бархатный развод".

Практически, это было решение элит двух частей государства вопреки мнению народа. И Клаус, и Мечьяр не осмелились тогда провести референдум по своей закулисной сделке. По опросу, проведенному в сентябре 1992 года, в Словакии за разделение страны было 37%, против 63%, в Чехии за - 36%, против - 64%, т. е. мнение чехов и словаков по вопросу сохранения Чехословакии было практически единым. Но, тем не менее, воля Клауса и Мечьяра превозмогла народ, и Чехословакия перестала существовать 1 января 1993 года.

Большая ответственность подвести черту под великим славянским проектом Томаша Масарика (1850-1937), отметим мы. И, как кажется, письмо Клауса свидетельствует о том, что он не стесняется сейчас своей исторической роли в ликвидации Чехословакии. Он пишет Мечьяру в поздравительном послании: "Двадцать лет от того момента, когда нам история и судьба дали в руки огромную ответственность за принятие решения о судьбе Чехословакии - страны, в которой мы выросли и которая была нам обеим, и большинству чехов и словаков, дорога. Мы должны были справиться с необходимостью решения сложной задачи сосуществования двух стран во время крупных системных и геополитические изменений. Мы должны были их решить в ситуации большой неопределенности, которую по-разному понимала значительная часть наших сограждан. У нас была ответственность за то, как нам удастся преодолеть крайне сложное наследие коммунизма и привести наши страны и народы к новым условиям... Уважаемый пан премьер, я очень рад, что сейчас мы можем, вместе с подавляющим большинством наших сограждан, подавляющим большинством чехов и словаков, сказать, что нам это удалось. Я имею в виду не только то, что вновь созданные Чешская и Словацкая республики разделились мирно и конституционно. Я имею в виду тот факт, что они теперь, после двадцати лет, оба наших государства в европейском сравнении успешные и стабильные. Но еще более важным является то, что мы все еще - может быть, даже больше, чем раньше, - самые близкие друзья и союзники. Видно это не только в отношениях между политиками всех цветов политического спектра. Это видно в отношениях между гражданами, это проявляется в экономике, культуре, спорте, межличностных отношениях".

Сейчас причастные к делу чешские и словацкие политики гордятся тем, что раздел Чехословакии произошел мирно. Причина этого проста. Не было националистического запала для иного исхода событий, поскольку массовое народное мнение было против сецессии. Тем не менее, сейчас к 20-летию разделения Чехословакии опубликованы сведения о том, что в кабинете Яна Черногурского в Братиславе в 1992 году размышляли о возможности обмена воздушными ударами с Чехией. В случае военного конфликта с Чехией авиация Словакии была должна нанести удар по моравскому Брно с военного аэродрома в Слячи.

Как бы там ни было, но 20-ти летнее раздельное существование Чехии и Словакии - исторический факт. Одновременное вступление этих государств в Евросоюз, а потом в Шенген устранило межгосударственную границу, позволило гражданам двух стран беспрепятственно работать на территории двух стран. Обе страны вне рамок Вышеградской группы строят особые военные союзнические отношения. Чехия в условиях нынешнего кризиса демонстрирует относительную стабильность, а Словакия - самые высокие темпы роста в ЕС. Тем не менее, нельзя не отметить, что независимость для менее опытной во внешнеполитическом и экономическом плане государственной элиты Словакии обернулась недавно существенным промахом. На растущей волне финансового кризиса Словакия с 1 января 2009 года вступила в еврозону. Сейчас каждый словак уже дал на ее спасение 350 евро. В противоположность словацкому "головокружению от успехов" чехи демонстрируют большую практичность своим евроскептицизмом. При всех экономических успехах Словакии эксперты, однако, осторожно смотрят на ее однобокое развитие с креном в автомобильную отрасль.

Не будем забывать и внешнеполитический аспект. Пока существовала Чехословакия, венгры считались с этим более весомым во всех отношениях, чем сама Венгрия, фактом. Но после разделения Словакия в венгерском сознании вернулась туда, где ей и положено существовать - в ранг "Верхнего края". Уж слишком провинциально выглядит Словакия с ее Братиславой в качестве столицы. Поэтому неслучайно, что межгосударственные отношения между двумя странами после старта новой национальной политики Венгрии сразу же опустились до примитивного "лая через Дунай". А крайний словацкий националист Ян Слота стал рассуждать в духе, что венгры в случае военного конфликта побьют словаков своими кепи, по-русски говоря, "шапками закидают".

Сейчас Клаус в письме к Мечьяру пишет: "Я узнал вас как сильного и энергичного политика, словацкого настоящего патриота, и как человека, который не боится рисковать. В то же время я узнал вас, как мудрого государственного деятеля, который овладел искусством компромисса и ищет для своей страны и своего народа рационального решения ключевых вопросов, при этом понимающего интересы и потребности партнеров. Я узнал вас, как политик, который умеет держать свое слово".

Однако в 1992 году все было иначе. В октябре 1992 года Клаус, выступая в пражских газетах, утверждал, что "у Мечьяра отсутствует правдивость, элементарная честность, необходимая для диалога двух нормальных людей".

В 1992 году только одна словацкая партия - Словацкая национальная партия (SNS) выступала за сецессию. Сам Мечьяр хотел сохранения федерации или конфедерации. Себе словацкая элита хотела оставить только экономику и международно-правовую субъектность. Тогдашний президент Чехословакии Вацлав Гавел был готов принять словацкие предложения. Но им категорически воспротивился именно Клаус. Только после раскола Чехословакии Мечьяр в "своей вотчине" обрел на 6 лет националистическое дыхание. Теперь другие времена и другие песни. Свое 70-ти летие Мечьяр встречает тогда, когда его политическая звезда давно закатилась. Его "Народная партия - Движение за демократическую Словакию" на пике своей популярности на парламентских выборах 1994 года набрала 35% голосов избирателей и получила 61 место из 150-ти в словацком парламенте. Тогда за партию Мечьяра проголосовали 1 млн. 148 тыс. словацких избирателей, сейчас в марте 2012 года - всего 24 тысячи.

Так в чем тогда смысл нежданного поздравления одного могильщика Чехословакии в адрес другого?

На днях словацкий публицист Петер Морваи презрительно прокомментировал поздравительное письмо чешского президента: "Клаус, в действительности, не Мечьяра славит, но возводит из мнимых или действительных элементов памятник самому себе. За громкими словами стоит его собственное видение прошедших двух десятилетий, а не национальные интересы. Он понял, что если, действительно, в стране нужно менять, то они могут разделить ее на двое, поскольку и после этого у них останется собственная гора мусора, которой они смогут управлять".

Президент Вацлав Клаус готовится уйти на покой из политики. Сейчас он размышляет о своем месте в истории собственной страны. Его письмо Мечьяру, таким образом, является его собственным нерукотворным памятником самому себе, поскольку рукотворных памятников в Чехии никто никогда ему не поставит, памятуя о его своекорыстной роли в деле разрушения Чехословакии.

Дмитрий Семушин

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.