Игорь Шишкин: Историческая политика в борьбе за Молдавию. Континуитет России

Москва, 26 июня 2012, 05:37 — REGNUM  

Часть II Обоснование территориальных притязаний Румынии на Бессарабию историческими правами румынской нации превращает эти притязания из "обычных" захватнических (оккупация и аннексия чужой территории), в фашистские (этноцид коренного населения).

Историческая политика антироссийских сил (они же и антимолдавские), направленная на отрыв Молдавии от России и лишение российского государства результатов более чем двухвековой деятельности, основывается на нескольких базовых положениях:

· Румыния - жертва российской и советской агрессии, добивающаяся восстановления исторической справедливости;

· Бессарабия - незаконно отторгнутая русскими/советскими "оккупантами" от "матери-родины" территория Румынии;

· Россия - агрессор, аннексировавший Бессарабию в 1812 г., повторно захвативший ее в 1940 г. (на основе преступного Пакта Молотова-Риббентропа), и до сих пор удерживающий свои войска на Левобережье Днестра, так же исконных землях румынской нации;

· Молдавская нация и молдавская государственность - продукт русского/советского оккупационного режима, призванный оправдать отделение Бессарабии от Румынии;

· Русские в Молдове - оккупанты, которым великодушно разрешили остаться на этой территории после краха агрессивной империи, не имеющие оснований претендовать на равноправие с титульной (румынской) нацией;

· Приднестровье - сепаратистское образование, существующее на штыках российских "оккупационных" войск.

Этот нехитрый набор исторических штампов, выдаваемый за исторические истины, лежит в основе всей антироссийской исторической политики.

К счастью, за последние годы вопрос вхождения Бессарабии в состав Российской империи в 1812 г., присоединения Бессарабии к Румынии в 1918 г., и ее возвращения СССР в 1940 г., был объектом не только исторической политики, но и исторической науки. Благодаря работам таких известных историков и правоведов Молдовы, Приднестровья и Украины, как Н.Бабилунга, А.Буриан, И.Грек, В.Макарчук, С.Назария, В.Стати, В.Степанюк, С.Суляк и П.Шорников у общественности и политиков появилась возможность судить об этих процессах, опираясь на накопленные наукой знания, а не на пропагандистские штампы, фальшивки и лозунги.

Оккупация Бессарабии Румынией

Бессарабия - якобы исконная земля Румынии, была присоединена к румынскому государству только в 1918 г. Менее ста лет назад. Причем произошло это в значительной мере случайно, в результате благоприятного для румынской экспансии стечения международных обстоятельств. Премьер Румынии Джигурту в письме к Гитлеру откровенно признавал, что"Бессарабия объединилась с Румынией в конце Первой мировой войны. "<...> Мы не боролись за это объединение, и, между прочим, это объединение не было одной из целей, какие мы преследовали в великой войне" (1).

Действительно, вступая в Первую мировую войну в 1916 г. на стороне Антанты, Румыния не могла ставить себе целью захват Бессарабии - части Российской империи, одной из создательниц Антанты. В Бухарестском договоре от 1916 г., по которому произошло присоединение Румынии к странам Согласия, она оговорила передачу ей из состава Австро-Венгрии Трансильвании и Южной Буковины (Северная Буковина, населенная украинцами, должна была отойти к России, что и произошло в 1940 г.).

В конце 1917 г., воспользовавшись революцией и начавшейся Гражданской войной в России, румынские войска захватили Бессарабию. Сделано это было без объявления войны, под предлогом защиты войсковых складов и коммуникаций от анархии распадавшегося Румынского фронта русской армии. Кстати, сам фронт был создан ради спасения разгромленной немцами Румынии.

Показательно, что к политико-дипломатическому прикрытию истинных целей румынской операции в Бессарабии подключились дипломатические представители держав Антанты при правительстве Румынии. От их имени дипломатический представитель Италии барон Фашиотти в официальной ноте заверял Советское правительство: "Что касается Бессарабии, интервенция румынских войск является чисто военной операцией без всякого политического характера, предпринятой в полном согласии с союзниками, с очевидно гуманитарной целью обеспечения снабжения продовольствием русских и румынских войск, а также, гражданского населения" (2).

Сейчас даже нет нужды говорить об аморальности действий Румынии - под видом помощи напала на союзника в трудную для него минуту и аннексировала часть его территории. Это все эмоции и лирика.

Международное право до начала ХХ века включительно рассматривало агрессивную войну как естественное право государства. Первый многосторонний Договор об отказе от войны в качестве орудия национальной политики (Пакт Бриана-Келлога) был подписан лишь в 1928 г. Правомерными считались и территориальные приобретения победителей за счет побежденных.

Однако легитимность они приобретали только при одном непременном условии - их правовом оформления в мирном договоре. Присоединение территорий односторонними актами государства-победителя рассматривалось как незаконное (аннексия).

Именно на этой правовой базе произошло формирование в восемнадцатом и девятнадцатом веках национальных территорий большинства современных государств. Для нашей темы особенности международного права того времени представляют куда больший интерес, чем моральная оценка румынских действий.

Румыния, воспользовавшись моментом, смогла захватить у России Бессарабию, но не смогла приобрести на нее законные права.

Все ее попытки обрести суверенитет над захваченной территорией окончились крахом. Рассмотрим их по порядку.

I. Несмотря на все усилия, Румынии не удалось добиться от России подписания договора, утверждающего новые границы. Поэтому присоединение осталось нелегитимным односторонним актом (аннексией), а румынский режим на территории Бессарабии с точки зрения международного права являлся оккупационным.

Более того, в период относительной стабилизации ситуации в России в начале 1918 г. Москва смогла продемонстрировать готовность и способность отстаивать свои интересы в регионе и румынское руководство, не дожидаясь начала военных действий, пошло на подписание прямо противоположного своим устремлениям договора - Русско-румынского соглашения об очищении Румынией Бессарабии.

Данное Соглашение расставляет все точки над "i", как в вопросе о том, кому принадлежит суверенитет над территорией Бессарабии, так и в вопросе о международно-правовой оценке действий Румынии. Поэтому приведу его полностью:

"1. Румыния обязывается очистить Бессарабию в течение двух месяцев. Немедленно же она очищает стратегический пункт Жебрианы, - местность, лежащая в глубине бухты, близ устья Дуная. Все очищаемые румынскими войсками местности занимаются сейчас же русскими войсками. После двух месяцев в Бессарабии остается румынский отряд из 10 000 человек для охраны румынских складов и железнодорожных линий.

2. Сейчас же по подписании договора охрана Бессарабии переходит в руки местной городской и сельской милиции. Румынское военное командование отказывается от права производить аресты и вообще от исполнения каких бы то ни было судебных и административных функций, принадлежащих исключительно местным - выборным властям.

3. Арестованные в России румынские подданные обмениваются на арестованных в Румынии русских революционеров, офицеров и солдат.

4. Румыния обязывается не предпринимать никаких военных, неприятельских или других действий против Всероссийской Федерации Советских Республик рабочих и крестьян и не поддерживать таковые, - предпринимаемые другими государствами.

5. Россия обязывается предоставить Румынии излишек хлеба, находящегося в Бессарабии после удовлетворения потребностей местного населения и русских воинских частей. Кроме того, Румыния имеет право закупать в остальной России продукты, нужные для пропитания румынского населения, которые не находятся в Бессарабии (рыба, жиры, сахар, чай и пр.).

6. Россия возвращает Румынии продовольственные склады, образованные союзниками и предназначенные к питанию румынского населения.

7. В случае вынужденного отступления румынской армии с румынской территории она находит убежище и продовольствие на русской территории.

8. В случае параллельных действий против Центральных государств и их союзников, между Высшим русским военно-командованием российских советских армий и румынских устанавливается контакт.

9. Для улажения могущих возникнуть между Румынией и Российской Федерацией Советских Республик рабочих и крестьян недоразумений образуются международные комиссии в Одессе, Киеве, Москве, Петрограде, Яссах и Галаце из представителей России, Румынии, Англии, Франции и Соединенных Штатов (выделено мною - И.Ш.)" (3).

С румынской стороны Русско-румынское соглашение от 5-9.03.1918 подписал председатель правительства и министр иностранных дел Румынии генерал Авереску.

Тем самым Румыния официально признала незаконность своего захвата Бессарабии и права на нее России. Не удивительно, что Авереску за этот документ позже даже обвиняли в государственной измене.

Для понимания специфики румынской внешней политики и румынского отношения к международному праву несомненный интерес представляет то, как Авереску оправдывал свои действия: "Прекрасно было известно, что войска посылаются не для того чтобы их затем вывести (к вопросу об официально объявленном "гуманитарном" характере операции - И.Ш.), и когда велись переговоры с русскими революционными властями, также хорошо было известно, что они [войска] из Бессарабии не будут никогда эвакуированы. Очевидным доказательством этого является то, что во время моего правления (январь - март 1918 г.) не только не была отозвана ни одна часть из Бессарабии, но численность войск увеличилась вдвое и продолжилась оккупация на юге и севере" (4).

В связи с этим не удивительно, что после захвата Украины немецкими войсками Румыния не стала выполнять взятые на себя перед Россией обязательства. Но юридически обязывающее официальное межгосударственное Соглашение осталось, и советское правительство все годы румынской оккупации настойчиво требовало его выполнения.

II. Не имея возможность узаконить захват Бессарабии через договор с Россией Румыния попыталась сделать это через обращение к праву наций на самоопределение, только начавшему входить тогда в международное право. Следует воздать должное гибкости румынской дипломатии. Но и здесь их ожидала неудача.

Губернский крестьянский съезд, представлявший интересы крестьянского большинства населения Бессарабии, решительно выступил против румынских захватчиков и потребовал вывода войск. Не помог румынам даже расстрел председателя съезда Руднева. С большевистскими Советами оккупанты по определению взаимодействовать не могли.

Поэтому для своих целей оккупационные власти использовали Сфатул Цэрий (Совет страны), объявивший себя в конце 1917 г. высшим органом власти на территории Бессарабии и даже провозгласивший 2 декабря 1917 г. создание Молдавской Демократической Республики.

Однако, несмотря на громкое название, Совет страны, решением которого Румыния попыталась узаконить свой захват, сам не являлся легитимным органом власти в Бессарабии. Точнее, он не являлся вовсе никаким органом власти. Его создал Съезд молдавских солдат (эфемерное образование, быстро исчезнувшее с политической сцены) в качестве временной структуры для подготовки выборов в Учредительное собрание. "Сфатул Цэрий будет временным и просуществует до образования бессарабского учредительного собрания", (5) - говорилось в резолюции Съезда молдавских солдат от 26.10.1917. Подавляющее большинство членов Сфатул Цэрий, этого "высшего органа власти Бессарабии", назначил некий прапорщик Теута.

Подобных структур, никем не избранных, не пользующихся никакой общественной поддержкой, и не опирающихся даже на военную силу, в период Гражданской войны было на территории России огромное множество.

Именно через такую структуру румынские оккупанты 27 марта 1918 г. провели Декларацию об объединении с Румынией на правах автономии, последний пункт которой гласил: "Бессарабия объединилась как дочь со своей матерью-родиной Румынией" (6).

Крайне показательна, сама процедура "объединения". Румынский премьер-министр явился на заседание Сфатул Цэрий и проинформировал его членов о решении правительства Румынии об "унире". После чего на голосование была поставлена отредактированная румынским же премьером Декларация.

Для надежности здание окружили румынскими войсками, а в зале находились вооруженные румынские солдаты и офицеры. Председательствовавший на заседании открыто и цинично объяснил присутствовавшим депутатам суть происходящего: или депутаты поддерживают Декларацию, или "Румыния вынуждена будет присоединить Бессарабию без нашего согласия" (7).

Затем король Румынии в августе 1918 г. для того, чтобы "бессарабские румыны в полной свободе выражали свою национальную волю" (8) (формулировка королевского Декрета), ввел на территории Бессарабии осадное положение.

В ночь с 25 на 26 ноября 1918 г. Сфатул Цэрий, по распоряжению оккупационных властей, принял решение об окончательном объединении с Румынией, без каких-либо "провинциальных автономий". Постановка заключительного акта "национального самоопределения" отличалась высокой креативностью. До двух часов ночи депутаты нудно обсуждали аграрный законопроект. Когда же в зале осталось лишь 46 депутатов, в основном прорумынски настроенные (видимо они были заранее информированы о целях заседания), председатель неожиданно поставил на голосование неведомо откуда взявшуюся резолюцию о безусловном объединении с Румынией и тут же объявил о ее единогласном одобрении высшим органом власти Бессарабии. Хотя 10 депутатов проголосовали против.

Так Сфатул Цэрий, состоящий из 162 членов, голосами 36 депутатов принял "судьбоносное" решение о "великой унире с матерью-родиной". Сразу после голосования королевским декретом самозваный "орган власти" с громким названием "Совет страны" был ликвидирован.

Если бы не расстрел оккупантами части антирумынски настроенных депутатов (за исключением одного украинца, все казненные были молдаванами) история с реализацией права наций на самоопределение через подобную структуру и подобным способом могла бы восприниматься исключительно как дурная комедия.

Вместе с тем, все это до сих пор подается в Румынии как акт "Великой унире", "воплощение в жизнь вековой мечты румын", образец демократической реализации права румынской нации на самоопределение. Поистине загадочна румынская душа.

Впрочем, восторженные румынские оценки деятельности Сфатул Цэрий не отменяют очевидного факта - его решения никаких международно-правовых последствий не имели и не могли иметь. В.Степанюк совершенно справедливо констатирует очевидный факт: "Исходя из того, что Сфатул Цэрий не был избран населением всей Бессарабии, имеет ли смысл обсуждать проблему о том, может ли нелегитимный орган принимать легитимные решения" (9).

Следует особо подчеркнуть, провал попытки узаконить захват Бессарабии через право наций на самоопределение явился вовсе не результатом неумения румынских властей создать хотя бы видимость народного волеизъявления. Первопричиной было массовое неприятие идеи присоединения к Румынии среди подавляющего большинства молдавского народа и русского населения края.

Молдавский историк Сергея Назария в исследовании, посвященном отношению населения Бессарабии к румынской оккупации, отмечает, что ее поддержали только "2-3% населения края, проголосовавших за Молдавскую Национальную Партию (МНП) (на выборах в Учредительное собрание России - прим. И.Ш), плюс антибольшевистски настроенные состоятельные слои населения. <...> Из них примерно половина являлась этническими русскими или русифицированными молдаванами: значительная часть священнослужителей; члены бывшего царского бюрократического аппарата; помещики-держиморды, в большинстве своем даже не знавшие румынского языка, великодержавные шовинисты и монархисты, откровенно презиравшие Румынию и все румынское, но выступившие за "вхождение" Бессарабии в состав Румынского королевства с единственной целью - сохранить свои поместья и социальное положение" (10).

Имея такую социальную опору в Бессарабии, Румыния, естественно, даже с помощью штыков не смогла прикрыть свой захват реализацией права наций на самоопределение.

III. Прекрасно отдавая себе отчет в том, что фарс со Сфатул Цэрий годится только для внутреннего применения, и что никто, кроме румын его серьезно не воспримет, Румынское правительство попыталось параллельно получить право на Бессарабию из рук своего противника - Четверного союза.

Румыния, потерпев полное поражение на фронте, в одностороннем порядке объявила о разрыве Бухарестского договора 1916 г., и заключила сепаратный мир с Центральными державами, в котором, уступив им огромные территории, сумела выговорить признание своего суверенитет над частью Бессарабии. Этот кульбит чуть не принес Румынии желанный результат.

Как отмечает известный украинский историк права В.Макарчук (в работе, написанной в соавторстве с Н.Рудый): "Принимая поддержку Четверного Союза в деле отторжения части территории побежденной России (с ней Германия и ее союзники в начале марта 1918 г. заключили известный Брестский мир), Румыния тем самым привязывала себя к Центральным державам, превращалась в их фактического военного союзника. Ее "права" на Бессарабию теперь юридически опирались на отказ Советской России от территорий, оккупированных австро-германскими Союзниками вследствие заключения Брестского мира. Государства-победители России согласились уступить часть территории побежденного ими враждебного государства своему новому фактическому союзнику. Сохранись хрупкое статус-кво мая 1918 г. на будущее, победи Четверной Союз в мировой войне, и легитимизацию включения Бессарабии в состав Румынии можно было бы считать состоявшейся (выделено мною - И.Ш.)" (11).

Однако Германия войну проиграла. С одной стороны, это позволило Румынии сохранить свою территорию, с другой, ликвидировало "немецкую дарственную" на Бессарабию. Румыния узнала, что порой не бывает и добра без худа.

IV. Румыния в очередной раз сменила фронт. Она обратилась к державам победительницам, устанавливавшим на Версальской конференции новый порядок в Европе, с просьбой предоставить ей все австро-венгерские и болгарские территории, обещанные по Бухарестскому договору 1916 г., и признать переданное ей Германией право на Бессарабию. Причину, по которой Антанте следовало проявить невиданную щедрость к Румынии, румынские власти объясняли вполне прагматично - Великая Румыния будет надежным стражем интересов Антанты на Днестре.

Румынское предложение, несомненно, поставило победителей в затруднительное положение. Вся противоестественность, с позиций международного права, территориальных требований Румынии очень четко раскрывается в радиограмме советского правительства председателю мирной конференции Клемансо и президенту Вильсону: "То обстоятельство, что империалистическая Германия, раздававшая направо и налево захваченные ею территории, отдала бессарабских крестьян и рабочих под жестокое господство румынских помещиков, когдаони, покинув союз держав Согласия, перешли на сторону германского империализма, не может являться законным прецедентом для государств Согласия, не раз объявлявших, что их военная задача заключалась в борьбе с политикой германского империализма" (12).

США, не видевшие для себя выигрыша от увеличения румынской территории, отказались поддержать притязания Румынии. В отличие от них, Англии и Франции была необходима сильная и обязанная им всем Румыния, для создания эффективного санитарного кордона вокруг России. Поэтому они закрыли глаза на международное право, "забыли" о расторжении Румынией Бухарестского договора 1916 г., и о ее фактическом переходе в лагерь противника.

Благодаря Англии и Франции, Румыния получила в Версале все, что просила: Трансильванию; Буковину, не только Южную, но и Северную; а также признание своих прав на Бессарабию. Территория Румынии, не выигравшей ни одного сражения, по результатам войны, благодаря англо-французской "щедрости", увеличилась более чем в два раза.

В 1920 г Англия, Франция, Италия и Япония подписали с Румынией "Бессарабский протокол", признающий переход суверенитета над Бессарабией от России к Румынии. Казалось бы полная победа. Однако и здесь румын ожидало фиаско. "Бессарабский протокол" лишь зафиксировал согласие подписавших его держав с оккупацией Бессарабии Румынией, но правовой статус территории он не изменил. Да, и не мог изменить.

В отличие от Центральных держав, которые в результате Брестского мира были правомочны рассматривать Россию как побежденное государство, страны Антанты не могли распоряжаться территорией России по праву победителей. "Nemo ad alterum plus iuris transfere potest quam ipse habet (лат.) - Никто не может передать больше прав, чем имеет их сам, - подчеркивают В.Макарчук и Н.Рудый, - Россия в Версале представлена не была и не рассматривалась как побежденное государство, чью территорию государства-победители имели бы право кромсать" (13).

Кроме того, "Бессарабский протокол" не был ратифицирован Японией и, соответственно, не стал действующим международно-правовым документом. Кстати, произошло это вовсе не от того, что Япония вдруг осознала несоответствие румынских претензий международному праву. Вступление в силу Протокола сорвал СССР, никогда не прекращавший борьбы за возвращение оккупированной Румынией Бессарабии. В 1925 г. Советский Союз поставил условием подписания "Конвенции об основных принципах взаимоотношений между СССР и Японией" японский отказ от ратификации "Бессарабского протокола". Конвенция, не только восстанавливала дипломатические и консульские отношения между странами, но и предоставляла Японии выгодные концессии на советском Дальнем Востоке. Не удивительно, что Страна восходящего солнца сразу же вспомнила о верховенстве норм международного права и "Бессарабский протокол" превратился в ничего политически не значащую бумажку, интересную лишь историкам.

Показательна запись беседы Молотова с послом Японии в СССР уже после освобождения Бессарабии от румынской оккупации в 1940 г.: "В начале беседы Того, говоря относительно Бессарабии, положительно оценивает факт разрешения вопроса о Бессарабии и подчеркивает, что в свое время при подписании Пекинской конвенции в 1925 году Япония обещала, согласно желанию СССР, не ратифицировать договора о присоединении Бессарабии к Румынии. Можно сказать, продолжает Того, что уже тогда Япония предвидела наступление такого дня. Тов. Молотов ответил, что Япония поступила умнее, чем многие другие государства, не ратифицировав договора. Теперь же вопрос о Бессарабии разрешен, и наши отношения с Румынией поставлены на правильный путь и в нормальные условия" (14).

V. Не смогла Румыния легитимизировать захват Бессарабии и через право давности. Дело даже не в том, что 22 года оккупации трудно рассматривать, как право утвержденное временем. Эстонский историк права Л.Мялксоо подчеркивает, что при решении вопроса о переходе суверенитета над захваченной территорией на основе права давности обязательно необходимо учитывать три взаимосвязанных элемента: "позиция "изгнанного суверена" (правительства), позиция третьих государств и отношение "покоренного" народа" (15).

"Позиция третьих государств", как мы видели, не позволяла говорить о международном признании прав Румынии на Бессарабию. Признание новых румынских границ Францией и Польшей в двусторонних договорах ситуацию не изменяло.

"Изгнанный суверен" - Советский Союз с захватом Бессарабии никогда не мирился и все 22 года оккупации добивался от Румынии выполнения Соглашения об очищении Румынией Бессарабии от 5-9.03.1918.

Об отношении "покоренного народа" к оккупантам красноречиво говорят три крупных восстания только за первые пять лет румынской власти, кроваво подавленные Румынией. "По данным современных историков, - пишет А.Сафонов, - в ходе Хотинского восстания было убито 11 тысяч человек, в ходе подавления Бендерского восстания - 10 тысяч человек. Затем, в течение нескольких лет до 1924 года было расстреляно и казнено еще около тысячи человек. Всего же румынскими властями с 1918 по 1924 год было расстреляно 32 тысячи человек. Между прочим, восставшие Татарбунары были обстреляны химическими снарядами" (16).

Из-за не затухавшей национально-освободительной борьбы молдавского и русского народов в Бессарабии Румыния все 22 года оккупации вынуждена была сохранять особый режим управления (и подавления) на захваченной территории.

VI. Не увенчалась успехом и попытка Румынии обрести права на Бессарабию в результате совместного с Третьим рейхом нападения на СССР в 1941 г. Направив на войну против Советского Союза вторую по численности после вермахта армию, Румыния выторговала у Германии разрешение присоединить к своему государству из оккупированных советских территорий не только Бессарабию, но и Транснистрию (Приднестровье, части Винницкой, Одесской и Николаевской областей). Оказалось, что это тоже исконно румынская земля, веками ждавшая "унире" с "матерью-родиной".

Однако победа Советского Союза в Великой Отечественной войне превратила признание фашистской Германией румынского суверенитета над Кишиневом, Тирасполем и Одессой в пыль. Поэтому не удивительно, что для румынских реваншистов и прорумынских сил в Молдове день освобождения от фашистских захватчиков (немецких и румынских) траурная дата. Провалилось еще более "великое унире", чем в 1918 г.

Таким образом, захват Бессарабии Румынией в 1918-1940 гг., как и позже в 1941-1944 гг. не привел к переходу суверенитета над данной территорией от России/СССР к Румынии. В соответствии с нормами международного права и в первом, и во втором случае, это была типичная оккупация - временное занятие части одного государства (России) другим государством (Румынией), без получения суверенитета над захваченными землями. Никак иначе правовой режим Бессарабии в те годы трактовать невозможно.

Румыния, не имея ни малейшего шанса с помощью международного права обосновать свои притязания на Бессарабию, объявленную исконно румынской территорией, вынуждена основной упор делать на так называемое историческое право. Само по себе обращение к историческим доводам для обоснования права на территорию или статус имеет прецеденты в международной политике и не может отвергаться с порога. Государство Израиль создано в Палестине на основе исторических прав еврейской нации. Прибалтийские государства, при полной поддержке Евросоюза и США, историческими аргументами обосновывают дискриминацию русского населения и претензии к Российской Федерации. Однако Румынии и этот метод обоснования территориальных притязаний не дает нужного результата. Более того, он закладывает мину под саму румынскую государственность.

На первый взгляд, обращение к историческому праву может показаться выигрышным для Румынии. По решению Парижской конференции 1858 г. в рамках Османской империи было создано вассальное государство - "Объединенные княжества Молдавия и Валахия", которое в последующем превратилось в независимое государство, названное "Румынией". Бессарабия (Восточная Молдавия) до 1812 г. входила в состав Молдавского княжества. Из этого делают вывод, что Румыния, как его якобы правопреемник, имеет право рассматривать Бессарабию в качестве своей исторической территории, отторгнутой Россией по Бухарестскому договору 1812 г. в результате победоносной русско-турецкой войны.

Как отмечает Иван Грек, в исследовании, посвященном истории и правовому статусу юга Бессарабии (Бурджака): "Такова логика рассуждений и проводимой политики Бухареста как по отношению к Республике Молдова, так и к Придунайскому краю Украины" (17). Но эта логика, подчеркивает ученый, работает лишь в силу незнания политиками и общественностью подлинной истории края (добавлю, и Молдавии в целом). Подобное "положение устраивает нынешних политиков, экспертов и дипломатов Бухареста и Кишинева, которые нагло проповедуют экспансионистскую унионистскую идеологию восстановления довоенных границ Великой Румынии", (18) - пишет И.Грек.

На полное несоответствие "исторического" обоснования Румынией своих прав на Бессарабию реальной истории указывалось еще в Заявлении от 28 марта 1924 г. Советской делегации на заседании Советско-Румынской конференции в Вене: "Неверно, будто бы Бессарабия принадлежала раньше Румынии, затем была отнята у нее Россией в 1812 г., и присоединение ее к Румынии в 1918 г. представляет собой лишь акт воссоединения с Румынией неразрывной части Румынии, отнятой прежде русскими войсками. Никогда Бессарабия не принадлежала Румынии. Земли, входящие в состав нынешней Бессарабии, находились под властью Турции и в результате ряда русско-турецких войн конца XVIII и начала XIX столетия были освобождены из-под власти Турции и в 1812 г. присоединены к России. Румыния же образовалась лишь несколькими десятилетиями позднее" (19).

Несостоятельна и сама логика румынской аргументации: государство, включившее в свой состав другое государственное образование, якобы получает право на обладание всеми территориями, когда-либо входившими в состав последнего. По такой логике, Третий рейх после аншлюса Австрии стал законным сувереном над всеми территориями Австрийской империи (Северная Италия, Венгрия, Хорватия, Трансильвания, Галиция), это если не брать еще эпоху Cвященной римской империи германской нации. До подобного обоснования своих захватнических планов Гитлер, в отличие от румын, не дошел.

Кроме того, и это, наверное, в данном вопросе самое главное, румынское государство даже чисто теоретически не имеет права выдвигать претензии на исторические земли поглощенного им Молдавского княжества, так как не является синтезом Молдавии и Валахии.

В 1866 г. в Объединенных княжествах Молдавии и Валахии произошел государственный переворот. Молдавский господарь Александр Козу, возглавлявший княжества, был свергнут валахами, власть перешла к ним, а на престол возвели немецкого принца.

Попытку молдаван отстоять свою самостоятельность валахи потопили в крови. 3 апреля 1866 г. в Яссах валашские войска расстреляли мирную демонстрацию сторонников сохранения Молдавского княжества. Сабельную рану получил даже фактический руководитель княжества митрополит Калинник Миклеску. (Подробнее об этом "белом пятне" румынской истории см. С.Суляк "Выступления молдаван против объединения с Валахией" (20).

В результате, молдавская государственность в рамках возникшей Румынии была насильственно ликвидирована, а его жителям стала насильственно насаждаться искусственно созданная румынская идентичность. Румыния явилась не продолжением, а отрицанием Молдавского княжества, молдавской государственности. Не случайно В.Степанюк главу об истории вхождения Молдавского княжества (Западной Молдавии) в состав Румынии назвал "Жертвоприношение Молдовы" (21).

Невозможность и с помощью истории румынского государства обосновать право на Бессарабию привела к тому, что в центр румынских притязаний поставили исторические права не государства Румыния, а румынской нации. Если нельзя доказать, что Бессарабия - исконная земля румынского государства, возникшего лишь в последней четверти XIX в, то надо объявить ее исконной территорией древней румынской нации. Показательно, в связи с этим, что один из руководителей правящего в Молдове Альянса за европейскую интеграцию румынский националист Гимпу именует себя ни много, ни мало "дако-римлянином", а в молдавских школах преподается не курс истории Румынии, а истории румын (о молдавской истории и речь не идет). Такой подход к обоснованию румынских прав на Бессарабию приводит к тому, что историческая политика Румынии и прорумынских сил Молдовы становится не только антироссийской, но и антимолдавской. Превращает ее в угрозу самому существованию молдавской нации.

Для обоснования румынских территориальных устремлений одной этнической и языковой близости румынского и молдавского этносов явно не достаточно. Подобно тому, как близкое родство сербов и хорватов, их общий сербохорватский язык совершенно не означают, что сербские земли являются исконно хорватскими. Условно говоря, общее происхождение от Адама и Евы никому не дает права на квартиру соседа.

В связи с этим обоснование территориальных претензий Румынии на Бессарабию через исторические права румынской нации делает объективно необходимым отрицание самого факта существования молдавской нации, объявление молдаван румынами и уже отсюда молдавских исторических земель румынскими. Что и осуществляется румынскими шовинистами до сих пор, упорно и целеустремленно.

Доказывать ложность подобных "исторических" конструкций" нет нужды. По истории Молдавии и молдавскому этногенезу существует огромная литература.

"Вопроса о том, кто такие молдаване - самостоятельная этническая общность или часть румынского народа - с точки зрения академической этнологии не существует", (22) - подчеркивают в предисловии к уникальному исследованию "Молдаване" директор Института этнологии и антропологии РАН В.Тишков, и соредактор капитальной историко-этнографической серии "Народы и культуры" С.Чешко.

Этноним "молдаване" и молдавская государственность возникли гораздо раньше как этнонима "румыны", так и государства Румыния. В связи с чем "фигура старшего брата со стороны румын в отношении молдаван выглядит неубедительно" (23).

Сложились молдаване как особый этнос в результате слияния волошского и русского компонентов в период распада Древнерусского государства. "Молд. Народность стала складываться в Восточном Прикарпатье в результате этнич. взаимодействия расселившихся там волохов и вост. славян" (24) - отмечается в академическом справочнике "Народы России: энциклопедия".

Известный румынский лингвист (выражение "румын - это профессия" относится далеко не ко всем румынам) А.Болдур писал: "Галицкий и украинский народ в своих песнях называли землю Молдавскую, заселенную молдаванами - Молдославией, в силу славянского влияния на молдаван из Молдавии. Народные песни не лгут. Они не создаются для того, чтобы ввести в заблуждение какого-нибудь инородца" (25).

Современный же молдавский исследователь С.Суляк полагает, что "именно русинская составляющая привела к появлению у молдаван этнокультурных и антропологических отличий от других групп восточных романцев, в т.ч. и валахов. Так, антропологический облик молдаван (жителей Республики Молдова и Румынской Молдовы) имеет явно выраженную восточнославянскую направленность" (26).

Не случайно, румынские националисты в Кишиневе, ратующие за ликвидацию молдавской государственности, презрительно называют Молдавию - "Молдоиванией".

Следовательно, с научной точки зрения вполне правомерна постановка вопроса о том, к кому этнически ближе молдаване - к румынам или к русским, кому они являются действительно братским народом?

Впрочем, для нашей темы гораздо важнее другое. Упор на исторические права румынской нации в корне меняет характер территориальных притязаний Румынии на Бессарабию. При таком подходе их реализация означает не только занятие чужой территории, но и ликвидацию молдаван, как этноса. И это не теоретическое предположение, а подтверждаемая историческим опытом практика.

В Румынии на территории Западной Молдавии (румынской Молдовы) ни о какой молдавской нации нет уже и речи. В Восточной Молдавии (Бессарабии) в период румынской оккупации в 1918-1940 и 1941-1944 гг. проводилась политика насильственной румынизации, ликвидации молдавского национального самосознания. Такая же политика стала осуществляться в Молдове после захвата власти прорумынскими сепаратистами в период распада СССР.

В связи с этим есть все основания утверждать - обоснование территориальных притязаний Румынии на Бессарабию историческими правами румынской нации превращает их из "обычных" захватнических, в фашистские. Политику направленную не просто на захват и аннексию чужой территории, но и на этноцид коренного населения, иначе определить невозможно.

Румыния - не жертва русской/советской агрессии, добивающаяся восстановления своих прав на отторгнутую от "матери-родины"" территорию Бессарабии. Румыния - агрессор, дважды за двадцатый век, захватывавший военной силой чужую землю. Агрессор, который ради достижения своих захватнических целей, проводит политику ликвидации молдаван как нации.

В заключение следует отметить, что обращаясь к историческим территориальным правам румынской нации, румынские фашисты не учитывают того, что "ссылки на историю могут иметь эффект бумеранга" (27), как справедливо предупреждал румынский историк Л.Боя.

Молдавская нация не всегда будет лишь обороняться. Она тоже может вспомнить о своих исторических правах. Вспомнить о праве молдавской нации на воссоединение, а молдавского государства на восстановление территориальной целостности. Вспомнить и поставить вопрос о возвращении захваченной Румынией Западной Молдавии в лоно молдавского государства.

Первый тревожный для Румынии звонок уже прозвучал. Партия "Патриоты Молдовы" 18 мая 2011 г. приняла Обращение к международному сообществу и народу Молдовы, в котором выдвигается инициатива "отзыва всех подписей и обязательств, данных руководителями Молдовы во время создания союзного государства под названием "Румыния". Инициируя процесс выхода Молдовы из этих соглашений, молдавский народ тем самым объявляет начало процесса "расформирования" государства под названием "Румыния", как нарушившего договорные обязательства и не оправдавшего надежды и чаяния народа Великой Молдовы и требует возвращения всех исторических территорий молдавского государства, находящихся в составе Румынии, в состав Матери - Родины Молдовы. Пришло время объединить исторические земли Молдовы в одно единое государство под знаменем Великого Штефана!" (28).

Легче всего не придать этому Обращению никакого значения. Но лиха беда начало.

Если же и Россия перейдет от обороны к наступлению и сама начнет активно проводить историческую политику, отстаивая свои интересы и взаимосвязанные с ними интересы братского молдавского народа, Румынии придется вспомнить о свойствах бумеранга.

1. Цит. по: Назария С. Решение бессарабского вопроса в пользу СССР и закат "Великой Румынии". - Молдово-приднестровский регион, 2010. - №5. - С.62.

2. Документы внешней политики СССР. 7 ноября 1917г. - 31 декабря 1918 г. Т.1. - М., 1959. - С.148.

3. Документы внешней политики СССР. 7 ноября 1917г. - 31 декабря 1918 г. Т.1. - М., 1959. - С.210-211.

4. Цит. по: Степанюк В. Государственность молдавского народа: исторические, политические и правовые аспекты. - Кишинев. 2006. - С.223.

5. Цит. по: Степанюк В. Государственность молдавского народа: исторические, политические и правовые аспекты. - Кишинев. 2006. - С.182.

6. Цит. по: Степанюк В. Государственность молдавского народа: исторические, политические и правовые аспекты. - Кишинев. 2006. - С.243.

7. Цит. по: Степанюк В. Государственность молдавского народа: исторические, политические и правовые аспекты. - Кишинев. 2006. - С.241.

8. Степанюк В. Государственность молдавского народа: исторические, политические и правовые аспекты. - Кишинев. 2006. - С.260.

9. Степанюк В. Государственность молдавского народа: исторические, политические и правовые аспекты. - Кишинев. 2006. - С.242.

10. Назария С. "Объединение" Бессарабии с Румынией в свете международного права и позиция бессарабцев. - Молдово-приднестровский регион, 2010. - №6. - С.63.

11. Макарчук В., Рудый Н. Восточные границы Румынии (1918 - 1940 гг.): аспекты международного права. - www.regnum.ru/news/1516594.html.

12. Документы внешней политики СССР. 7 ноября 1917г. - 31 декабря 1918 г. Т.1. - М., 1959. - С.65.

13. Макарчук В., Рудый Н. Восточные границы Румынии (1918 - 1940 гг.): аспекты международного права. - www.regnum.ru/news/1516594.html.

14. Документы внешней политики СССР. 1940-22 июня 1941. т. 23. В 2-х кн. - Кн.1. январь-ноябрь 1940. - М.: Междунар. отношения. 1995. - С. 392.

15. Мялксоо Л. Советская аннексия и государственный континуитет: Международно-правовой статус Эстонии, Латвии и Литвы в 1940-1991 гг. и после 1991 г. Исследование конфликта между нормативностью и силой в международном праве. Тарту. Изд-во Тартуского ун-та. 2005. - С.142.

16. Сафонов А. Претензиями к России унионисты прикрывают настоящий геноцид молдаван румынами. - www.regnum.ru/news/1542273.html.

17. Грек И. Бессарабия: факты истории и их фальсификация (исторический и политический анализ). Часть I. - http://www.enews.md/articles/view/2450/.

18. Грек И. Бессарабия: факты истории и их фальсификация (исторический и политический анализ). Часть I. - http://www.enews.md/articles/view/2450/.

19. Документы внешней политики СССР. 1 января 1924 г. - 31 декабря 1924 г. Т.7. - М., 1963. - С.164.

20. Суляк С. Выступление молдаван против объединения с Валахией (о событиях, произошедших 3апреля 1866 г. в Яссах. - Молдово-приднестровский регион, 2010. №4. С.56-60.

21. Степанюк В. Государственность молдавского народа: исторические, политические и правовые аспекты. - Кишинев. 2006. - С. 127.

22. Молдаване. - М., Наука, 2010. - С.6.

23. Молдаване. - М., Наука, 2010. - С.6.

24. Народы России: энциклопедия. - М., 1994. - С.231.

25. Цит. по: Молдаване. - М., Наука, 2010. - С.53.

26. Суляк С. Молдавская Русь. - Молдово-приднестровский регион, 2010. №1. - С.68.

27. Цит. по: Степанюк В. Государственность молдавского народа: исторические, политические и правовые аспекты. - Кишинев. 2006. - С.127.

28. Обращение к мировому сообществу и народу Молдовы. - http://patriotmd.info/?p=282.

Игорь Шишкин - заместитель директора Института стран СНГ.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору.
Главное сегодня
NB!
26.03.17
В Сибири — вспышка африканской чумы свиней
NB!
26.03.17
Два человека погибли и 11 ранены при столкновении на трассе в Бурятии
NB!
26.03.17
Украина готова принять на «Евровидении» исполнителей от РФ, но не Самойлову
NB!
26.03.17
США озабочены ситуацией в Белоруссии и требуют освободить задержанных
NB!
26.03.17
ООН определила счастливые страны: Россия лучше Прибалтики, Украина — Уганды
NB!
26.03.17
83 квартиры уничтожены в результате взрыва на севере Китая
NB!
26.03.17
Савченко спела в эфире про врагов Украины
NB!
26.03.17
ЕС призвал Лукашенко немедленно освободить всех задержанных манифестантов
NB!
25.03.17
Бразильское мясо — уже не мясо?
NB!
25.03.17
В Москве прошла акция «Час Земли» — фоторепортаж
NB!
25.03.17
Власти Армении боятся диаспоры – интервью
NB!
25.03.17
Саакашвили заявил о возможности досрочных выборов на Украине
NB!
25.03.17
Президент Литвы: Россия представляет угрозу для всей Европы
NB!
25.03.17
Сторонники Навального готовят провокацию в центре Калининграда
NB!
25.03.17
Лидеры ЕС подписали декларацию о будущем ЕС
NB!
25.03.17
Румыния: «Кажется, только мы в ЕС воспринимаем санкции против РФ всерьез»
NB!
25.03.17
Румыния: «Надежды, которые мы лелеяли 25 или 10 лет назад, не оправдались»
NB!
25.03.17
Нагорный Карабах: Париж вновь предложил посредничество
NB!
25.03.17
Лукашенко начал «информационную войну» – в кого летят осколки?
NB!
25.03.17
Российская штурмовая авиация перебазирована из Киргизии в Таджикистан
NB!
25.03.17
Политика правительства: «Никому — ничего»
NB!
25.03.17
Рений на Курилах: почему правительство РФ «бессильно»? Ждёт японцев?