Tabula rasa: пять лет после «Бронзового солдата»

На протяжении последних лет (с 2007 года) говорить о какой-либо осмысленной внешней политике России по отношении к Эстонии не приходится

Таллин, 19 июня 2012, 02:34 — REGNUM  Кризис в отношениях двух стран, связанный с варварским переносом памятника павшим во Второй мировой войне «Бронзовый солдат», а также публичное оскорбление премьер-министром Эстонии Андрусом Ансипом памяти погибших советских воинов при освобождении Таллина («под памятником покоятся пьяницы и мародёры» — цит. А. Ансипа) ярко показал неспособность российской дипломатии противостоять недружественным публичным актам по отношению к России. Все громкие заявления МИД РФ и Комитета по международным делам Государственной Думы оказались не только не реализованными, но даже и не пытались исполняться.

Единственной яркой акцией, которая, пожалуй, в публичном пространстве причинила больше вреда, чем принесла пользы, стал «бойкот» и пикетирование эстонского посольства в Москве движением «Наши» в мае 2007 года. Практически все страны ЕС осудили это действо. Таким образом, Эстонии удалось создать образ «жертвы», а не страны, нарушающей права человека. Транзитный поток, сократившийся в 2007—2008 годах, начал постепенно нарастать с 2009 года и на сегодняшний день практически догнал уровень 2007 года. То же самое можно сказать и в отношении туристического потока. После спада в 2007—2008 году поток туристов из России в 2012 году превысил докризисный уровень (1).

Ввиду отсутствия в российско-эстонских отношениях четко выраженной позиции МИДа РФ, эти отношения формируются во многом стихийно, и под влиянием нескольких разнородных факторов.

1. Экономический фактор. Эстонские порты остаются удобным транзитным звеном при перевалке российских грузов в Европу. Несмотря на громкие заявления представителей политической элиты России о переориентировании грузового потока из Эстонии на российские порты, уже после кризиса с Бронзовым солдатом несколько крупных российских компаний заявили о строительстве своих портовых терминалов в Эстонии. В первую очередь это проекты химического предприятия Акрон и транспортной компании Rail Garant. Также необходимо отметить активное развитие эстонского бизнеса в России — в первую очередь в Санкт-Петербурге, Псковской и Ленинградской областях. Эстонские фирмы активны на рынке строительных товаров, ЖКХ и строительства. Отдельная тема: приобретение недвижимости состоятельными россиянами в Эстонии. Характерный пример — покупка структурами, аффилированными с Сергеем Матвиенко, в 2007 году острова около Таллина под строительство гостиницы для ВИП-персон. При этом на официальном уровне работа межправительственной комиссии России и Эстонии фактически заморожена с 2002 года.

2. Политический фактор. Сложившаяся правящая коалиция в Эстонии не видит для себя перспективы в улучшении отношений с Россией. Право-национальная элита, связывает себя не с брюссельской бюрократией, а с правыми кругами в США. Косвенным подтверждением этого тезиса может служить то, что критика внешнеполитического курса США в Эстонии отсутствует, в отличие от критики действий ЕС во внешнеполитической сфере. Кроме того, Эстония активно участвует во всех военных начинаниях НАТО и США, и предоставляет свою территорию под объекты инфраструктуры НАТО (аэродром Эмари под Тарту, Центр кибербезопасности, порт в Силламяэ способный принимать военные и десантные суда стран НАТО). В силу ряда внутриполитических и внешнеполитических причин изменение ориентации Эстонии во внешней политике ожидать не приходится. Центристская партия Эстонии (формально «пророссийская») практически не имеет шансов сформировать коалицию, что и подтвердили выборы в марте 2011 года. Кроме того, в Центристской партии весной 2012 года произошел раскол и люди, активно развивавшие в Центристской партии вектор российских отношений, покинули партию.

Необходимо также отметить огромную роль во внешней политике Эстонии Охранной полиции (КаПо — Kaitsepolitseiamet). Ежегодно КаПо публикует открытый доклад, в котором большой раздел отводится России и её «влиянию» на Эстонию. Доклад носит характер «размышлений», где в бездоказательной форме все проявления инакомыслия по отношению к политике правящей коалиции относятся к «проискам спецслужб России». Ежегодник имеет достаточно большое влияние на политическую элиту Эстонии и масс-медиа. Содержание ежегодника ни разу не подвергалось критике со стороны официальной России. В последнем ежегоднике КаПо (2012 год) в ресурсы, враждебные Эстонии, занесены все крупные интернет-СМИ России и социальные сети Вконтакте и Одноклассники (2).

В 2011—2012 года усилилась активность эстонской стороны в российском направлении. Так был сделан ряд заявлений эстонских политиков о необходимости улучшений отношений с Россией. В мае 2012 года в Москве прошла встреча председателей комиссий по международным делам Марко Михкельсона и Алексея Пушкова. Эстонской стороной данная встреча однозначно была оценена как «прорывная» и ведущая к потеплению отношений с Россией. Российская сторона эту встречу не комментировала. При этом практически одновременно с этой встречей эстонские власти аннулировали ранее выданную эстонскую визу российскому журналисту И.Коротченко. МИД РФ в официальном комментарии отметил, что воспринял эту информацию «с глубоким недоумением». В этом же месяце в Таллине была проведена очередная конференция имени Леннарта Мери. На конференцию были приглашены оппозиционные российские политики Гарри Каспаров и Борис Немцов, которые были приняты на самом высоком уровне. Несмотря на название конференции «Будущее демократической рыночной экономики», выступления в основном сводились к критике России.

3. Фактор соотечественников. Факт поражения в правах основной части русскоязычных граждан Эстонии по-прежнему играет ритуальную роль в отношениях Эстонии и России. МИД России несколько раз в год в декларативном порядке обращает внимание эстонской стороны и официальных структур ЕС на фактический апартеид русскоязычных граждан в Эстонии и постоянно указывает на большое число неграждан, проживающих в Эстонии. МИД Эстонии с такой же регулярностью делает заявления о том, что это — внутреннее дело Эстонии, а наличие лиц без гражданства объясняет последствиями «оккупации». Реально Россия не проводит практических мер по содействию ликвидации статуса «негражданин» и соблюдению прав русскоязычных граждан Эстонии. Официальная позиция российского посольства состоит в том, чтобы не выдвигать отдельные требований по ликвидации безгражданства, а выступать за выполнение рекомендаций профильных международных организаций, в том числе ООН, Совета Европы, ОБСЕ (3). Борьба за русскоязычное образование в Эстонии, развернувшаяся в конце 2011 — начале 2012 года, официально никак не поддержана российским МИД, за исключением дежурных заявлений официальных представителей МИД РФ. Кроме того, необходимо отметить, что в движении соотечественников Эстонии нарастает раскол. Посольство РФ однозначно заняло позицию одной из сторон, не встав над схваткой, и активно участвует в распрях внутри общины.

4. Исторический фактор. Вопросы истории по-прежнему актуальны в российско-эстонских отношениях. Вопрос «оккупации» не снят с повестки дня эстонской стороной и активно присутствует в общественно-политическом поле. Президент Эстонии в публичных выступлениях постоянно упоминает о фактах «оккупации» и «геноциде эстонского народа», а также «нечеловеческих страданиях», перенесённых эстонцами в советское время, забывая упомянуть, что вся нынешняя политическая элита Эстонии (за исключением самого президента) была воспитана и начинала свою карьеру в органах КПЭ и ВЛКСМ Эстонии. Публичные заявления президента Эстонии также не получают официальной реакции со стороны Москвы. Необходимо упомянуть и попытки эстонской стороны подвергнуть пересмотру итоги Второй мировой войны. Так, официальной позицией Эстонии является заявление о том, что Советский Союз — один из инициаторов войны, и Россия, как преемница СССР, несёт всю полноту ответственности за развязывание войны вместе с Германией. С этим же тезисом плотно увязывается тезис об «оккупации» и, соответственно, оправдывается лишение гражданства русскоязычных жителей Эстонии. Исходя из этой парадигмы, участники 20 дивизии Ваффен СС в эстонском публичном пространстве считаются борцами за свободу Эстонии. В Эстонии проходит ежегодный слёт ветеранов СС в местечке Синимяэ, на котором присутствуют официальные представители эстонского государства. Кроме того, эстонские вооруженные силы ежегодно осенью проводят военную игру «Эрна» в память о фашистской диверсионной группе «Эрна», действовавшей в тылу советских войск в 1941 году в Эстонии.

Вопрос Юрьевского (Тартуского) мирного договора также не снят с повестки дня эстонской стороной. Упоминание о нём в преамбуле Закона о ратификации Договора о границах с Россией послужил причиной отзыва подписи с российской стороны данного договора в 2005 году. На сегодняшний день Эстония — единственная страна ЕС, у которой не урегулирован вопрос с внешней границей.

5. Региональный фактор. Как Эстония, так и Россия ведут достаточно активную региональную политику. Эстония активно использует бизнес и гуманитарные связи по линии взаимодействия с финно-угорским движением в России. Кроме того, Эстония активно раздавала эстонское гражданство жителям Печорского района Псковской области, который, по Юрьевскому договору, и до 1944 года входил в состав Эстонии. По разным оценкам, на 22 тысячи жителей района приходится от 10 до 15 тысяч лиц с эстонским гражданством. В момент кризиса в отношениях между Эстонией и Россией в 2007 году региональные связи между Таллином и Санкт-Петербургом, Таллином и Псковом, Таллином и Москвой не прерывались, а продолжали интенсифицироваться. Так, в 2008 году вице-губернатор Санкт-Петербурга Алла Манилова заявила в Таллине о том, что задача петербургских властей — активно развивать экономические связи с Таллином (4). Россия активно использует в Эстонии в первую очередь культурные связи. Наиболее интенсивное развитие культурных и гуманитарных связей идет по линии Санкт-Петербург — Таллин, Санкт-Петербург — Ида-Вирумаа (северо-восточная Эстония), Ленинградская область — Ида-Вирумаа, Псковская область — Южная Эстония. Достаточно активно развита приграничная торговля и гуманитарные контакты. Пограничный переход Нарва-Ивангород — один из самых оживленных погранпереходов между Россией и странами ЕС, обслуживающий до 1,5 тысяч машин и 7 тысяч человек ежесуточно. При этом отсутствие заинтересованности России в развитии этого пограничного перехода сдерживает увеличение товарооборота через Эстонию.

Необходимо отметить, что Эстония, как отдельный игрок, не присутствует во внешнеполитической повестке дня России. Специалистов, детально занимающихся Эстонией, в России практически нет. Россия внятно не артикулировала свои внешнеполитические пристрастия в отношении Эстонии. Взаимоотношения развиваются спорадически, не носят системный характер. При этом сохраняется широкое присутствие российского бизнеса в Эстонии, в первую очередь в транзитной сфере. Бизнес не выполняет «государственнической» функции по отношению к России, но достаточно активно финансирует правящие политические партии Эстонии, которые стоят на антироссийских позициях. Фактор Эстонии как государства проявляется только в региональной политике приграничных областей РФ. В первую очередь — это сотрудничество по гуманитарной линии (выдача виз в приграничной полосе), культурные обмены, развитие бизнеса и участие в Европейской программе приграничного сотрудничества (ЕИСП).

Эстония, в отличие от России, на протяжении всех последних лет проводит достаточно агрессивную политику по отношению к России. Эстония является либо застрельщиком антироссийских кампаний в ЕС (активное противодействие проекту Nord Stream), либо активно включается в подобные кампании (поддержка Грузии, активная поддержка «Ичкерии» и т.д.). Эстония активно работает на постсоветском пространстве. Так, основная масса бюджета, выделяемого Эстонией по линии Европейского сотрудничества по развитию и гуманитарной помощи в 2010 году, ушла на поддержку Афганистана (489 тыс евро), Грузии (337 тыс евро), Молдавии (209 тыс евро), Украины (116 тыс евро) (5). В Эстонии достаточно большое количество специалистов «по России», на государственном уровне проводятся встречи с «несистемной оппозицией», силами эстонских депутатов в Европарламенте активно разыгрывается антироссийская тема, функционируют разнообразные центры по «изучению» России. Все это позволяет Эстонии позиционировать себя в структурах ЕС как «страну-специалиста» по проблемам России, используя свои наработки в целях, отнюдь не способствующих улучшению отношений как между Россией и Эстонией, так и ЕС в целом.

*****

1) Данные департамента статистики Эстонской Республики

2) Сайт Эстонской охранной полиции

3) Интервью посла РФ в Эстонии Юрия Мерзлякова

4) Интервью Аллы Маниловой Эстонскому государственному телевидению

5) Статистика МИД Эстонии

Читайте развитие сюжета: «Чёрная дыра» Эстония: десять лет после «Бронзового солдата»

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.