Борис Асаров: Назначение Рогозина как предвестие смены тренда в урегулировании бессарабско-приднестровского конфликта

Москва, 26 марта 2012, 01:41 — REGNUM  

21 марта указом президента РФ Дмитрия Медведева был назначен специальный представитель главы российского государства по Приднестровью, им стал вице-премьер правительства России Дмитрий Рогозин. Учреждение такого поста и назначение на него такой фигуры, как Дмитрий Рогозин, вне сомнений, являются знаковыми событиями. Вообще, следует отметить, что последние назначения на различные должности, произведённые Медведевым, в действительности означают продвижение людей, условно выражаясь, - из команды Владимира Путина. Это касается и назначенного руководителем президентской администрации Сергея Иванова, это же касается и Дмитрия Рогозина. Очевидно, что Путин, избранный президентом России, подбирает себе команду, которая бы соответствовала его представлениям о той внутренней и внешней политике, которую он будет проводить.

Неурегулированность бессарабско-приднестровского конфликта является одним из вопросов, которые как затрагивают российские интересы, так и имеют отношение к европейской политике безопасности, а учреждение поста спецпредставителя президента РФ по Приднестровью означает качественное изменение в дипломатической тактике. Можно с уверенностью утверждать, что из трёх вариантов дипломатической политики - активной, ре-активной и пассивной, Москва на приднестровском направлении после учреждения поста для своего "посла" решила перейти к активной политике. Надо понимать, что назначение на этот пост Рогозина означает в том числе, что кроме проведения активной политики продвижения своих интересов, Москва демонстрирует потенциальную готовность и к качественным изменениям относительно самого тренда приднестровского урегулирования. Следует отметить, что Рогозину, как эмоциональному и волевому политику, приходится принимать участие в таких дипломатических играх, которые подразумевают продвижение той или иной позиции через волевой импульс, когда цель достигается через преодоление "морально-психологического" барьера, зачастую с сознательным игнорированием норм "бюрократической дипломатии". Особенный интерес назначение Рогозина, с учётом вышеотмеченного, представляет также и в контексте новой политики Путина, которая уже стала проявляться. Если раньше в Москве доминировали представления о том, что в государствах, в которых традиционно значительно представлено российское влияние, следует принимать непосредственное участие в продвижении на пост руководителей этих государств лояльных креатур, то сейчас можно констатировать проявление новой политики, - когда российская власть готова работать с той властью и лидерами, каких выбирает то или иное государство, - без вмешательства в эти процессы.

Первым таким сигналом стала позиция Путина в отношении избранного президентом Приднестровья Евгения Шевчука, когда Путин демонстративно дал понять, что не имеет никакого отношения к кампании, развёрнутой в пользу оппонента Шевчука, в ходе которой незаконно использовалось имя Путина.Продолжением этой новой политики, которая учитывает интересы других государств при определении российской политики во взаимоотношениях с ними, является доброжелательное отношение к недавно избранному президенту Республики Молдова Николаю Тимофти, несмотря на то, что его избрание шумно оспаривалось бессарабской оппозицией.

Таким образом, на бессарабско-приднестровском направлении начинает выкристаллизовываться примечательная ситуация, когда назначение российским спецпредствителем волевого политика, умеющего активно продвигать российские интересы, происходит одновременно с новой российской политикой, подразумевающей более сбалансированный чем ранее учёт интересов государств, с которыми Москва имеет дело. Не является секретом, что до недавнего времени в Кремле ещё придерживались мнения о том, что можно "скрестить коня и трепетную лань", т.е. под тем или иным политическим "соусом" провернуть создание на базе РМ некоей федеративной республики, включающей Приднестровье. Такой вариант развития событий имел минимальную возможность для реализации, если не даже не "отрицательную величину", так как не устраивал по сути ни Бессарабию, ни Приднестровье. Считаться же устраивающим интересы Москвы подобный вариант (правда, без "федерализации") мог только в прошлом веке, когда Сталин провёл операцию по "геополитической вивисекции", в результате чего было незаконно образовано искусственное государственное образование - МССР. Но тогда это государственное образование было образовано в составе СССР, сейчас же ситуация качественно иная, и для продвижения российских интересов в бессарабско-приднестровском регионе существуют иные формы, которые вполне могут отвечать при этом интересам как Бессарабии, так и Приднестровья.

Вполне возможно, что назначение Рогозина является знаком того, что в не такой далёкой перспективе в процессе бессарабско-приднестровского урегулирования произодёт смена тренда, которая в итоге окажется устраивающей все основные заинтересованные стороны. И является весьма символичным, что учреждение поста спецпредставителя российского президента в Приднестровье произошло в день весеннего равноденствия, который считается не только началом нового года в ряде календарей, но и знаменует собой начало новых и успешных дел.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.