Константин Дмитриев: Горячий патриот, или знает ли Шанцев о Нансене?

Чебоксары, 7 февраля 2012, 17:49 — REGNUM  "Я тоже могу выходить на поле и играть так, как они. Видимо, у нас мало собственных воспитанников, мы все время набираем людей из других регионов и даже стран, а они холодные сапожники, они не патриоты нашего спорта, футбола". Это сказал нижегородский губернатор Валерий Шанцев о футбольном клубе "Волга". Набранный в другом регионе и посаженный в нижегородский Кремль, Валерий Павлинович внезапно показал себя таким горячим патриотом Поволжья, что завидки берут. Как известно, патриотизм нужно постоянно поддерживать, придумывать праздники, искать героические примеры в прошлом. К примеру, прошлый год был объявлен в Нижегородской области годом Минина. А вот кому оказать честь в этом году, еще выбирают. То ли Чкалову, то ли Пожарскому. Валерий Павлинович дал две недели на исторические изыскания и попросил народ черкнуть ему в твиттер, вдруг еще кто что надумает.

Рискну добавить от себя пять копеек: Фритьоф Нансен.

"С первых дней весны 1921 года появились грозные признаки небывалой засухи в Поволжье. Волга не вышла из берегов. Листья, едва распустившись, ссыхались и облетали. Всходы сгорели. Черные, мертвые поля окружали деревни..." - цитирую сайт norge.ru. "Норге" - это Норвегия, а статья из саратовского издания "МК" размещена там потому, что помощью голодающим занялся норвежский полярный исследователь Фритьоф Нансен.

Итак, Волга в 1921 году не вышла из берегов. Что это значит? Что за зиму на территории, с которой Волга собирает воду, выпало крайне мало снега. Почему? Потому что эта территория весьма длинна, если считать по меридианам, но не так уж широка. Пять градусов, пятьсот километров - и у летящих с Атлантики циклонов есть все шансы промазать мимо этих "ворот". Как у них это получается, все мы видели в 2010 году, когда огромный антициклон два летних месяца держал волжские "широтные ворота" в сухой неприкосновенности. Жарковато было, не правда ли?

И так продолжается из века в век. Волга впадает в Каспийское море, а это море по большому счету озеро, и его уровень год от года и век от века меняется, что фиксируется геологами и историками. Если уровень Каспия снижается особо сильно, логично предположить, что в какие-то годы Волга попросту не дотекает до Каспия, не пополняет его водой - и Каспий мелеет. А не дотекает потому, что циклоны прошли либо севернее "волжских ворот" (и Двина с Невой слили воду в Балтику и Белое море), либо южнее их (и Днепр с Доном слили воду в Черное море).

Всего этого губернатор Шанцев знать не обязан - он же губернатор, в конце концов, а не какой-нибудь Лев Гумилев, автор книги "Тысячелетие вокруг Каспия". Шанцев знает, что хлеб растет, там и где прикажет партия. Что поля увлажняются согласно бюджетному финансированию. Что людей можно накормить зрелищами, показав им футбол в 2018 году. Все остальное он знать не обязан.

А вот Фритьоф Нансен знал. Он знал географию, разбирался в экономике, участвовал в политике. То, что в России может быть голод, он предупреждал еще в 1920 году. В 1921 году он обратился ко всем людям планеты - Поволжью нужен хлеб. До него обращались Ленин и Горький, но их слова повисли в воздухе; а вот Нансену - поверили. И помощь - не сразу, но пришла. В 1922 развернутые в Поволжье столовые "Красного креста" и других международных организаций спасли от голодной смерти миллионы человек, в том числе - миллион беспризорных детей.

Но было и пять миллионов жертв голода 1921-1922 годов. Скольких можно было бы спасти, если бы тогда Волга была такой, как сейчас - полноводной, глубокой, надежной? Тех, что пережил голод Поволжья, не нужно было агитировать за то, чтобы запасать воду. Они бы поняли, зачем все эти плотины на Волге - которые встали бы, даже если бы никакой электроэнергии на свете не было. Потому что это - водо-хранилища (собственно, Чебоксарское водохранилище начали проектировать через десять лет после голода). Это - неприкосновенные кубометры пресной воды, самой важной жидкости на свете, жидкости, дающей жизнь. Это - запасы на черный день, предсказать и предотвратить который мы не в силах, а вот подготовиться - должны.

Нансен получил в 1922 году Нобелевскую премию мира. Он даже не знал, что его к ней представили сразу за несколько благородных дел. В том числе - за помощь голодающим Поволжья. Процитирую википедию - "бо́льшую часть полученной суммы Нансен истратил на устройство в СССР двух показательных сельскохозяйственных станций в Росташах и Михайловке". Памятник Нансену стоит - но в Москве. Улицы именем Нансена названы - но в Ростове и Калининграде. А что же Нижний? А Нижний забыл.

Валерий Павлинович, не надоело ли вам пугать жителей своей области происками врагов, собирающихся утопить Нижний в Чебоксарском водохранилище, если оно будет поднято до 68 отметки? Вы так усердно создавали миф о подлых гидроэнергетиках, которые рады залить памятник Чкалову по брови, лишь бы получить пару-тройку лишних киловатт, что сами в него поверили. Но это - миф, и вы это прекрасно знаете, хотя, конечно, от него не отступитесь.

Очистите хотя бы совесть - назовите этот год именем "холодного сапожника" Фритьофа Нансена.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.