Джамиль Гасанлы: Почему Г.Чичерин пытался передать Нахичевань Армении

Ереван, 26 августа 2011, 09:54 — REGNUM  

ИА REGNUM продолжает публикацию статьи доктора исторических наук, профессора Джамиля Гасанлы "Российско-турецкие отношения на отрезке истории между советизацией Азербайджана и Армении", предыдущая часть которой "Программа Халил-паши - "доктрина Монро"" для Азии" была размещена на нашем сайте 24 августа 2011 года.

После советизации Азербайджана возвращение русских на Кавказ уже стало реальностью. Поэтому новое ангорское правительство на своем первом же заседании 5 мая 1920 года постановило направить в Москву делегацию для проведения официальных переговоров с большевиками. Руководителем делегации был назначен министр иностранных дел в новом правительстве Бекир Сами-бей. Министр экономики Юсиф Кемал-бей, депутат от Лазистана Осман-бей также вошли в состав делегации. Миссия Бекира Сами-бея отправилась в путь 11 июля 1920 года по Черному морю и 19 июля благополучно прибыла в Москву. Однако если исключить короткие неофициальные встречи с Л.Караханом 24 июля и 4 августа, то турецкую делегацию, в которую входил и представитель коммунистов доктор Фуад Сабит-бей, до середины августа никто из советских официальных лиц так и не принял. Двойная игра новой советской дипломатии продолжалась: с одной стороны, Советская Россия не хотела вести с турками официальные переговоры вплоть до полного выяснения отношений с Арменией. С другой стороны, большевистские лидеры выжидали, какие же тяжелые условия будут предъявлены Турции Севрским договором, намеченным к подписанию в начале августа, а также, какова будет реакция на это нового турецкого правительства.

В письме наркома иностранных дел России Г.Чичерина, доставленном через Ибрагима Эфенди Мустафе Кемаль-паше, весьма выпукло был поставлен вопрос определения границ с Арменией. Нескрываемое покровительство советов над армянами и употребление в письме выражения "Турецкая Армения" неудовлетворительно отозвались в сердцах членов Великого Национального Собрания Турции. Бекир Сами-бей, представлявший исполком Милли Меджлиса (ВНСТ) по иностранным делам, вспоминал в письме от 4 июля 1920 года, что с момента подписания Батумской конвенции Турция первой признала армянское правительство и тогда же были определенны границы с Арменией. Он писал: "Означенной конвенцией мы обязались точно соблюдать условия сохранения с ней (Арменией - Дж.Г.) дружественных и добрососедских отношений. Однако со времени заключения перемирия с державами Антанты, армянское правительство, чувствуя за собой поддержку Англии и преследуя мысль о создании Великой Армении за наш счет, непрерывно проводило политику уничтожения мусульманства на бесспорно турецких территориях, занятых в настоящее время его войсками, что явилось последствием эвакуации их нами, во исполнение продиктованных нам условий перемирия. Основной целью этих погромов и опустошений, проводимых систематически, является безусловно создание фиктивного армянского большинства в этих коренных турецких областях" (Письмо Бекир Сами-бея Г.Чичерину. 04.07.1920 // Из коллекции документов АВП РФ.)

27 июля 1920 года части ХI Красной Армии вошли в Нахичевань. Объявление установления советской власти в этом крае придало российско-турецким отношениям более интенсивный характер. 28 июля был образован Нахичеванский Ревком - орган верховной власти. В него вошли М.Бекташи, А.Кадимов, Ф.Махмудбеков и др. Была провозглашена Нахичеванская Советская Социалистическая Республика. После апрельского переворота в Азербайджане местные структуры мусаватского правительства были разрушены, а неопытная новоформирующаяся советская власть еще не имела своей однозначной политики. Поэтому армяне вновь попытались использовать в Нахичевани террор и чистки против местного мусульманского населения. Руководство Азербайджана не было в состоянии самостоятельно прекратить эти зверства, и, тем не менее, распорядилось вывести из Нахичевани и турецкие военные отряды, игравшие заметную роль в защите края. В решении Бюро ЦК АКП (б) от 13 июля 1920 года указывалось: "учитывая, что Нахичеванский район, считающийся бесспорной частью Азербайджана, ныне занят турецкими войсками, и желая избежать каких-либо столкновений, следует очистить этот район от турецких войск". Для урегулирования этого вопроса Бюро определило для ведения переговоров с Халил-пашой делегацию, в состав которой вошли Н.Нариманов, А.Микоян, А,Караев, В.Нанейшвили и М.Д.Гусейнов. Однако, не предприняв в этом направлении никаких практических шагов, через два дня, 15 июля Бюро ЦК АКП (б) приняло совершенно другое решение по вопросу "О Нахичеванском районе, считающемся бесспорной территорией Азербайджана". Члены Бюро в составе В.Егорова, А.Микояна, М.Д.Гусейнова, Серго Орджоникидзе, Е.Стасовой к которым присоединился и Б.Легран обсудили вопрос "О мире с Арменией". Во втором пункте решения по этому вопросу отмечено: "Отказаться от Нахичевани и других территорий, предложить оккупацию этих территорий русской армией" (Протокол заседания Бюро ЦК АКП (б). 15.07.1920 // Из коллекции документов АПД УДП АР). Команду на отказ от Нахичевани и Шарур-Даралаяза азербайджанское руководство, несомненно, получило из Москвы, и в этом направлении шли переговоры в столице России между армянскими делегатами и наркоматом иностранных дел России. В соответствии с этим решением большевики стали серьезно интересоваться политической ситуацией в Нахичевани, и даже перед тем, как ввести войска в этот край была произведена разведка военных возможностей Баязидской дивизии турков и армянских войск. (Телеграмма Г.Орджоникидзе В.Гиттесу. 17.07.1920 // Из коллекции документов РГАСПИ) Главные сомнения русских по поводу продвижения к Нахичевани были в первую очередь связаны с тем, что во внутренней переписке они планировали оставить за Арменией Нахичевань, Шарур-Даралаяз и Ордубад. (Г.Орджоникидзе и Б.Легран Г.Чичерину. 14.07.1920 // Из коллекции документов РГАСПИ). Единственным препятствием на этом пути была Турция.

Решение руководства Азербайджана "отказаться" от Нахичевани и желание турецкого революционного правительства именно в Нахичевани видеть общую границу с большевиками создали кризисную ситуацию в регионе. Армяне, с давних пор бросавшие вожделенные взгляды на Нахичевань, еще во времена царской России пытались овладеть этим краем путем изменения его национально-этнического состава. Теперь же, после 1-й мировой войны, они пытались добиться своего или в рамках Севрского договора, навязываемого Турции Антантой, или же на фоне "восточной дипломатии" большевистской России. Эмиссары армянского правительства, а также авторитетные армяне, пристроившиеся в качестве функционеров разных мастей в партийно-правительственных кругах Советской России снабжали большевистских лидеров вымыслами и откровенно ложной информацией о Нахичевани. Благо, командированные из Центра неангажированные представители в составе Особой комиссии обнаруживали совершенно другую картину, тем более, что речь шла о недавней истории и первых этапах советизации края. Стало ясно, что после включения преимущественно мусульманских Эриванского и Нахичеванского ханств в состав России, в эти области было переселено большое количество армян из Ирана и Турции. Так, по информации 1834 года в Эриванской области из проживающих там 22.336 семей (65.300 лиц мужского пола) 29.690 мужчин были тюрками и только 10.350 мужчин были армяне-старожилы. Общее количество жителей обоего пола указано в документе в 130.600 человек. Из них 16% составляли армяне-старожилы (вместе армянами-переселенцами 37%), а 47% - тюрки-мусульмане. В документе указано: "Если принять во внимание, что с приходом русских заметная часть мусульман покинула провинцию, переселившись в Турцию и Персию, то станет ясным, что процент магометан был в ней раньше несравненно выше". В документе указано, что только за 10 месяцев 1829-1830 годов из Баязетского и Карсского пашалыков Османской империи в Эриванскую область переселились 50.000 армян. Что касается Нахичеванской провинции, то расследование большевистской комиссии представляет еще больший интерес. По камеральному описанию 1832 года в Нахичеванском округе числилось 6.538 семей с 16.095 лицами мужского пола, а всего около 32.000 человек. Из них 59,2% или 3.859 семей были тюрки, всего 8% или 533 семьи составляли армяне-старожилы, а 32,8% или 2.145 семей составили армяне-переселенцы. В докладе Особой комиссии подчеркивается: "Как видно, в Нахичеванском округе тюрки составляли большинство не только до Туркменчайского мира, но и после него". Особая комиссия изучила также этнический состав Ордубадского округа. В 30-е годы ХIХ века в округе проживали 6.320 человек, из которых 4.314, т.е. 68% были тюрки, 1574, т.е. 25% были армяне-старожилы, а 432 человека, т.е. 7% были армяне-переселенцы. (Доклад Особой комиссии по обследованию Нахичеванского края. 09.06.1925 // Из коллекции документов РГАСПИ.)

Летом 1920 года, то ли создавшаяся в Нахичевани сложная политическая ситуация, то ли неопределенность позиции Армении в советско-турецкой политике возбудили в Анатолии, особенно в некоторых влиятельных кругах на Восточном фронте, желание наладить связь с действующим в Баку центральным бюро турецких коммунистических организаций. Кязым Крабекир-паша просил лидера турецких коммунистов Мустафу Субхи громогласно призвать советское правительство в Москве и Баку на помощь Анатолии, объяснить им, что дашнакские палачи уничтожают беззащитных трудящихся Анатолии, расположенной между Турцией и Арменией, и закрывают России путь на Восток, разрывают связи между Турцией и Россией. Он писал: "Нам не понятно, как могут терпеть большевики - носители высших идеалов - такие зверства дашнаков и почему они не используют наши силы тогда, как моя армия вместе с русской и азербайджанской армиями в течение 3-5 дней могли бы положить конец этим погромщикам и грабителям-дашнакам". (Письмо К.Карабекир-паши М.Субхи. 23.07.1920 // Из коллекции документов РГАСПИ)

Несмотря на серьезные попытки Кязыма Карабекир-паши, войска армянского правительства перешли в наступление и захватили Шахтахты, а 27 июля 1920 года передали жителям Нахичевани ультиматум с требованием в течении 48 часов сдать город. В этом ультиматуме, подписанном военным министром Армении Рубеном Тер-Минасяном и состоявшем из 15 пунктов, содержалось требование к Национальному совету Нахичевани объявить от имени населения Нахичеванского и Шарурского уездов, что эти уезды являются неотъемлемой частью Армянской Республики, а все население должно считать себя гражданами Армянской Республики. Во втором пункте ультиматума выдвигалось требование, чтобы Нахичеванский национальный совет, а также жители этого уезда обязались не допускать к себе турок и беженцев из Веди-Басара, Занги-Басара, Шарура и агитаторов из Азербайджана. В шестом пункте предписывалось, чтобы в течение двух недель правительству Армении были проданы 300 лошадей с седлами по 75.000 рублей за каждую, 200 голов рогатого скота по 30.000 рублей за каждую. В течение шести недель должно быть передано правительству Армении 300.000 пудов пшеницы, из которых 150.000 пудов безвозмездно и 150.000 за плату из расчета 2.000 рублей за пуд. В девятом пункте ставилось условие с каждого дома сдать по одной винтовке, в совокупности не менее 7.000 винтовок и по 80 патронов на каждую винтовку. Сдачу оружия следовало начать через 48 часов с момента предъявления ультиматума и завершить через 15 дней, причем все войсковые части должны сдать оружие в первый же день. До выполнения пункта 9 Национальный совет должен представить заложников: по 2 от каждой деревни и по 3 от каждого города, которые будут содержаться в Эривани и Гюмри. Разрушенную часть железной дороги на юг от станции Шахтахты мусульманское население должно было отремонтировать за свой счет и сдать министерству путей сообщения Армении. (Условия о признании мусульманским населением Нахичеванского уезда власти правительства Республики Армении. 27.07.1920 // Из коллекции документов РГАСПИ.) Такой вызывающий и дипломатически недопустимый ультиматум Революционному комитету, который заменил Национальный Совет в связи с советизацией Нахичевани, был воспринят очень жестко. В ответной ноте Ревкома Нахичевани правительству Армении указывалось, что "трудовой народ Нахичеванского района объявил себя неотъемлемой частью Азербайджанской Советской Республики, которая находится в союзе с РСФСР", и "опирается на доблестную, мощную, непобедимую Российскую, Турецкую и Азербайджанскую красные армии". Кроме того, в ноте отмечалось, что отныне армянскому правительству следует обращаться непосредственно к Азербайджанскому Центральному правительству и к объединенному командованию русской, турецкой и азербайджанской Красных Армий, занявшему с 28 июля своими частями Нахичеванский район. В конце ноты, в связи с изменениями, чившимися в Нахичеване, отмечалось, что здесь образован "Революционный Комитет" и нет более "Национального Совета". (Командующему армянским отрядом в Шахтахты для вручения Армянскому правительству. Июль 1920 // Из коллекции документов РГАСПИ)

Армянские вооруженные отряды, хотя и не смогли войти в Нахичевань, но уже захватили Шахтахты. Тысячи мусульман были вынуждены бежать на территорию Ирана. Более ста мусульманских деревень сравнялись с землей. Кязым Карабекир-паша был сильно возмущен равнодушием Российского Советского правительства перед лицом дашнакских преступлений, однако это "возмущение" не перешло за грань обычного сожаления. Только в начале августа 1920 года удалось остановить наступление дашнаков. В связи с этим Халил-паша в письме М.Субхи констатировал необходимость активного вмешательства Н.Нариманова, принять все меры против дашнаков и освободить от "ига армянских империалистов" Нахичевань и его уже советизированные округа. (Письмо Халил-паши М.Субхи. 04.08.1920 // Из коллекции документов РГАСПИ). Русские не были намерены двигаться из Нахичевани в сторону Шахтахты. Они считали оккупацию Нахичевани максимальным успехом и хотели воспользоваться этим, чтобы заставить Армению подписать 10 августа договор. Именно в этот день Г.Орджоникидзе телеграфировал В.Ленину, Л.Троцкому и Г.Чичерину что Нахичевань захвачен советской армией, а Б.Легран подписал с Арменией договор о прекращении военных операций, и по этому соглашению правительство Армении согласилось на оккупацию Нахичевани советскими войсками. (Телеграмма Г.Орджоникидзе В.Ленину, Л.Троцкому и Г.Чичерину. 10.08.1920 // Из коллекции документов РГАСПИ.)

24 сентября 1920 года Г.Чичерин направил Ш.Элиаве срочную дипломатическую депешу, в которой было сказано: "Договор десятого августа есть максимум достижимого. Заключить его было для нас необходимо. Предоставление же Армении пользоваться железными дорогами было по заявлению Леграна необходимым условием, без которого невозможно было заключить договор и добиться признания оккупации нами Нахичевани".(Срочная дипломатическая депеша Г.Чичерина Ш.Элиаве. 24.09.1920 // Из коллекции документов АВП РФ.) На самом деле, в этом договоре разговор шел не столько о железной дороге, а сколько о передаче Армении большой части Нахичеванской территории. В день подписания Армяно-Российского договора председатель Нахичеванского Ревкома М.Бекташи писал Н.Нариманову, что решением абсолютного большинства населения Нахичевани этот край признает себя неотъемлемой частью Азербайджанской Советской Социалистической Республики". (Письмо М.Бекташи Н.Нариманову. 10.08.1920 // Из коллекции документов АПД УДП АР.)

13 августа Б.Шахтахтинский телеграфировал В.Ленину, что население Нахичевани восстановило советский строй и даже не допускает мысли, что Советская Россия, вопреки воле всего населения, отдаст Нахичевань дашнакам, тогда как под их властью погибнет не только советский строй, но и подобно происшедшему на территории дашнакской Армении будет поставлено под угрозу физическое существование мусульманского населения. (Письмо Б.Шахтахтинского В.Ленину. 13.08.1920 // Из коллекции документов РГАСПИ) После заключения Армяно-Российского договора Политбюро ЦК АКП (б) обсудило положение в Нахичевани и поручило Азревкому проработать Нахичеванский вопрос и к тому же уточнить азербайджано-армянскую границу. Кроме того, Азревкому было поручено, проконсультировавшись с Военно-революционным советом ХI Армии, заняться организацией властных структур в Нахичевани и решить вопрос кандидатуры комиссара края. На заседании Политбюро ЦК АКП (б) была выдвинута кандидатура Мир Джафара Багирова в качестве комиссара края, а Виктору Нанейшвили было поручено выяснить возможность его освобождения с нынешней должности. Обсудив положение в Нахичевани, Политбюро не сочло целесообразным разоружать население этого края, Оргбюро и Секретариату было поручено обеспечить направление в Нахичевань партийных работников и посылку литературы. (Протокол заседания Политбюро ЦК АКП (б). 28.08.1920 // Из коллекции документов АПД УДП АР)

Однако, анализируя ход событий, Кязым Карабекир-паша хорошо понимал, что Советская Россия будет недовольна военными действиями турецких войск против дашнакской Армении. 31 июля он обратился с письмом к Халил-паше: "Чичерин в своем письме на имя Великого Национального Собрания известил, что вопросы о границах между нами и Арменией будут разрешены при посредничестве Советской России. Из этого ответного письма товарища Чичерина я усмотрел его намек на то, что ему нежелательно, чтобы мы вступили в бой с дашнаками". (Письмо К.Карабекир-паши Халил-паше. 31.07.1920 // Из коллекции документов РГАСПИ.) Турецкое командование было решительно настроено отвоевать Шахтахты у армян. Об этом шифрограммой через Владикавказ Г.Чичерин сообщил Б.Леграну. (Переписка между Б.Леграном и Л.Рузером о занятии турками Шахтахты и Сарыкамыша. 17.08.1920 // Из коллекци документов РГАСПИ). И если даже русские не смогут участвовать в этой операции, то турки требовали позволить им самостоятельно, без Красной Армии, освободить от армян Шахтахты и Сарыкамыш.

27 июля 1920 года Г.Чичерин срочной дипломатической депешей потребовал от российского представителя в Армении Б.Леграна немедленно покинуть азербайджанскую Агстафу, где "он явно засиделся", и отправиться к месту назначения - в Эривани. Он писал: "При создавшемся положении и начавшемся наступлении турок мы не можем односторонне, тем более по радио, требовать от Армении одной приостановления военных действий. Это может быть только результатом переговоров со всеми заинтересованными сторонами. Поэтому нужно, чтобы Вы скорее попали на место Вашего назначения. Армянский католикос теперь хлопочет, чтобы Франция взяла мандат на Армению, а если откажется, то Бельгия. По-видимому, они ищут покровителей, так как мечутся в страхе, предвидя, что мы скоро усилимся. Турки, взяв Нахичевань, ввели там советскую власть и предлагают, чтобы наши войска туда пошли. Приказ о занятии Нахичевани нашим частям уже давно дан, и об этом я Вам уже сообщал, но в общем не дело турок или другого народа определять, куда и в каком количестве мы должны идти". (Срочная дипломатическая депеша Г.Чичерина Б.Леграну. 27.07.1920// Из коллекция документов АВП РФ).

Несмотря на столь резкие заявления, конечно же, большевики нуждались в кемалистах. Попытки россиян сотрудничать с ними не были обусловлены только общей платформой мирового интернационализма и мечтой об "освобождении" угнетенных масс Востока. В ряде случаев в лице кемалистов они видели гарантов безопасности на оккупированных ими мусульманских территориях, и, в целом, обеспечения успеха их восточной политики. В сентябре 1920 года Г.Чичерин взволнованно писал В.Ленину: "Как сообщения тт. Элиавы и Кирова, так и указания западных радио приводят к выводу о катастрофичности положения кемалистов вследствие отсутствия военного снаряжения. Гибель кемалистов поведет к торжеству реакции, поддерживаемой Антантой, и мусульманского фанатизма, причем возможно появление султана в Малой Азии для проповеди священной войны против нас. Это может повести к широкому контрреволюционному мусульманскому движению, к потере для нас Баку и, может быть, Туркестана и даже к серьезным опасностям для нас на нашем востоке. Вопрос о дальнейшем существовании кемалистов является для нас, поэтому, жизненным. Сводится же он, прежде всего, к посылке им вооружения. Когда их представители здесь говорили с нашими военными, они заявили, что нужно 250.000 винтовок с соответствующим количеством патронов. Наши военные в разговоре с Халилом согласились на 60.000 винтовок. Но потом мы и этого не дали, а послали только 6.000. Вопрос о транзите приобретет значение только в том случае, если у нас будет что посылать им". (Служебная записка Г.Чичерина В.Ленину. 27.09.1920 // Из коллекция документов РГАСПИ.) Что касается вопроса о транзите для передачи оружия Турции, советское руководство считало возможным его пересылку через территорию Армении, и в связи с этим привлекают внимание предложения представителя России в Эривани Б.Леграна, который писал председателю СНК и комиссару иностранных дел, что за этот транзит надо Армении уступить какие-нибудь земли, и не надо бояться уступить Армении с этой целью Нахичевань и Зангезур (выделено мной -Дж.Г.). (Сообщение Б.Леграна В.Ленину и Г.Чичерину. 23.09.1920 // Из коллекция документов РГАСПИ ).

Летом 1920 года в Москву полномочным представителем Азербайджана был назначен Б.Шахтахтинский, который 20 сентября представил В.Ленину обширное письмо. Из турецкого раздела этого письма выясняется, что руководство советского Азербайджана было в курсе планов России передать Нахичевань Армении. Б.Шахтахтинский в первую очередь озвучил мнение СНК Азербайджана во главе с Н.Наримановым о том, что передача Нахичевани Армении означает умышленный и окончательный разрыв всяких отношений с Турцией. Он также добавил, что запрет туркам атаковать дашнаков равносилен тому, что в ближайшем будущем Россия уступит армянам ряд вилайетов в Анатолии. Б.Шахтахтинский придерживался того мнения, что союз с Турцией позволяет советам широко использовать ее авторитет в борьбе против империализма на Востоке. Но слишком осторожная политика в армянском вопросе приводит к потере веры в серьезность политики большевиков на Востоке и к победе Антанты. (Письмо Б.Шахтахтинского В.Ленину. 20.09.1920 // Из коллекция документов АПД УДП АР.)

После заключения договора между Советской Россией и Арменией, 13 августа 1920 года в Москве состоялась первая официальная встреча с турецкой делегацией, на которой они впервые получили информацию об этом договоре. На этой встрече Г.Чичерин выступил в роли защитника армян. Он постарался реанимировать привилегии, данные им Севрским договором, и вынес на обсуждение вопрос о передаче армянам турецких вилайетов Ван, Муш, Битлис. К тому же он добавил, что помощь Турции на основе этих уступок уже обговорена с Халил-пашой и Джемаль-пашой. Однако турецкая делегация решительно запротестовала, заявив, что подобная политика ничем не отличается от намерений Антанты расчленить Турцию. К тому же, Халил-паша и Джемаль-паша не имели права вести переговоры от имени кемалисткой Турции. Подобные претензии Г.Чичерина оставили переговоры незавершенными. Когда 14 августа турецкая делегация встретилась с В.Лениным, лидер большевиков признал ошибочность заключенного с Арменией договора и сообщил: "мы поняли, что подписав этот договор, допустили ошибку, постараемся исправить свою оплошность (выделено мной - Дж.Г.). Если мы не исправим, вы исправите".(Türkiye Büyük Millet Meclisi Gizli Celese Zabıtları. Devre: I. C.II. Ankara, 1985, S.166). Как следует из "Московских воспоминаний" Али Фуата Джебесоя, именно на этой встрече В.Ленин сообщил турецким делегатам о скорой советизации Армении и Грузии.

17 августа российские представители Наркомата иностранных дел Е.Адамов и А.Сабанин по итогам недельных переговоров с турецкой делегацией, в качестве первого шага подготовили проект русско-турецкого договора из 8 пунктов. Однако переговоры были прерваны 24 августа после требования Г.Чичерина о передачи земли в Восточной Анатолии армянам. Откровенная протекция, оказываемая Г.Чичериным армянам, поставила отношения между Советской Россией и Турцией на грань разрыва. Советский комиссар иностранных дел увлекся армянофильством даже в большей степени, чем представители Антанты, подписавшие Севрский договор. Г.Чичерин стал главным выразителем идей "Великой Армении", подготовленных лидерами дашнаков и армянами в Кремле. В то же время, подобные действия наркома особенно возмущали некоторых авторитетных лидеров большевиков, которые, в отличие от Г.Чичерина, хорошо знали Кавказ. Так, И.Сталин несколько позже узнавший о тупике в переговорах с турками из-за территориальных требований Г.Чичерина в пользу армян, в гневе писал В.Ленину: "Тов. Ленин. Я вчера только узнал, что Чичерин действительно послал когда-то туркам дурацкое (и провокационное) требование об очищении Вана-Муша и Битлиса (турецкие провинции с громадным преобладанием турок) в пользу Армении. Это армянское - империалистическое требование не может быть нашим требованием. Нужно запретить Чичерину посылку нот туркам под диктовку националистически настроенных армян". (Записка И.Сталина В.Ленину. 12.11.1920 // Из коллекции документов РГАСПИ.) И.Сталин эту информацию получил от Г.Орджоникидзе, который за день до этого телеграфировал В.Ленину, Г.Чичерину, Л.Троцкому и И.Сталину: "Требование Чичерина Муша-Вана-Битлиса сразу усилило сторонников Антанты, и Мустафа Кемаль стал искать пути сближения с Константинополем-Антантой... В настоящее время в Анатолии идет борьба двух групп, одна за соглашение с нами /народники/, другая за Антанту. Последняя, не смея открыто выступать за Антанту, всячески провоцирует против нас, она сознательно выкидывает всевозможные эксцессы в Армении, распространяет всевозможные провокационные слухи против нас. Армянский вопрос является самым большим местом Турецкой политики. Многолетняя ненависть к армянам, несмотря на некоторые старания со стороны высшего командования, не в состоянии предотвратить те эксцессы, которые очень сильно преувеличиваются и раздуваются товарищами армянами. В частях армии противной нам группы ведется агитация, что будто бы мы из-за армян уже прервали отношения с Анкарой, по этому поводу командованием Карабекира разослан приказ по армии, что все это ложь и провокация. Не могу умолчать, что многие товарищи армяне - сторонники войны с турками... Вне всякого сомнения требование Муша-Вана и Битлиса будут использовать для демонстрации нашего отношения с турками. Все подобного характера требования должны быть сняты и должен быть заключен договор, который носил бы чисто агитационный характер, чтобы наши противники сразу были лишены возможности провоцировать. В этом случае, если Анкара перекинется на сторону Антанты, Восточная Анатолия останется с нами, а это для нас весьма важно. Армянский вопрос - это вопрос Восточной Анатолии. Из-за того, что Антанта требовала передачи Муша, Вана, Битлиса и др. Армении". ((Шифрованная телеграмма Г.Орджоникидзе Г.Чичерину, В.Ленину, Л.Троцкому, И.Сталину. 11.11.1921 // Из коллекции документов РГАСПИ.) Это послание Г.Орджоникидзе в адрес руководства, определяющего политику Советской России, раскрывает многие подспудные черты этой политики в отношении Турции.

(Продолжение следует)

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.
×

Сброс пароля

E-mail *
Пароль *
Имя *
Фамилия
Регистрируясь, вы соглашаетесь с условиями
Положения о защите персональных данных
E-mail