Карабахское миротворчество: что на самом деле объединяет посредников

Москва, 20 июля 2011, 01:02 — REGNUM  Как известно, московский собкор газеты The Washington Post Уил Ингланд посетил Нагорный Карабах и опубликовал серию корреспонденций и интервью. В одном из них имеется поговорка, которая раскрывает истинную суть нынешнего консенсуса держав-сопредседателей Минской группы ОБСЕ относительно принципов урегулирования застарелого конфликта.

Не секрет, что с 1992 г., когда был создан миротворческий механизм в виде Минской группы и ее сопредседательства (Россия, США, Франция), сторонам конфликта не раз удавалось избегать согласия на представляющиеся им невыгодными предложения посредников, играя на противоречиях интересов великих держав в регионе Южного Кавказа. Сегодня этот ресурс исчерпан: Москва, Вашингтон и Париж демонстрируют невиданное единство, утверждая, что сохранение статус-кво "более нетерпимо". И все их действия в последние годы были нацелены на то, чтобы положить конец хрупкому перемирию, которое сторонам конфликта удалось поддерживать с 1994 г. без участия международных миротворческих сил. Дело в том, что с 2008 г. дальнейшее сохранение перемирия и относительной стабильности стало проблематичным. На линии соприкосновения в Карабахе участились инциденты, в том числе и достаточно тяжелые, способные перерасти в масштабные столкновения. Военный бюджет Азербайджана за три года вырос практически втрое благодаря притоку нефтедолларов и сравнялся с государственным бюджетом Армении. Одновременно Баку ужесточил военную риторику: указания на то, что силовой путь разрешения конфликта видится вполне приемлемым, более того - единственно реальным, стали общим местом. Специалисты заговорили о высокой и скорой вероятности второй карабахской войны, которая, по общему мнению, могла бы иметь самые катастрофические последствия для региона. И, как выясняется, не только для региона.

Как пишет The Washington Post, "новая война в Карабахе может разрушить ключевой маршрут снабжения коалиционных войск в Афганистане". И это объясняет как возникший между посредниками консенсус, так и растущее давление на стороны конфликта с целью заставить пойти на подписание рамочного соглашения. Более того, это объясняет и всплеск их заинтересованности к процессу армяно-турецкого примирения, начавшегося осенью 2009 г. в Цюрихе подписанием известных протоколов, но затем замороженного именно из-за отсутствия подвижек в карабахском вопросе.

Разрушение чреватого войной статус-кво и стабилизация региона диктуются стремлением сохранить и расширить "ключевой маршрут снабжения" Международных сил содействия безопасности в Афганистане (ISAF). Эта задача крайне актуальна и для США, и для России, и для ЕС. Обещания президента Барака Обамы о поэтапном выводе войск в обозримой перспективе невыполнимы. Ситуация все более осложняется, и пока речи быть не может о "постепенной передаче ответственности" местным силовикам. Значительно ухудшилась обстановка и в Пакистане, который был важным звеном снабжения коалиционных сил. Теперь это звено практически бездействует. Между тем возможности американской перевалочной базы в Киргизии ("Манас") ограничены, планы по развертыванию пункта снабжения в Таджикистане пока не реализованы. Поэтому воздушный транзит через Азербайджан назван "ключевым". И еще долго таковым останется наряду с транзитом по территории России. Альтернатива - возвращение к власти талибов.

Данный расклад объясняет и заинтересованность в карабахском урегулировании со стороны Кремля, который ранее защищал сохранение статус-кво. Возвращение талибов чревато эскалацией ситуации в постсоветской Средней Азии. Напомним, подобное уже имело место в 90-х годах, когда на территории этого региона активно действовали такие экстремистские организации, как Исламское движение Узбекистана (ИДУ), партия "Хизб-ут-тахрир аль Ислами", боевые группировки "Ислом лашкорлари", "Товба" и целый ряд других. Такие люди, как лидер ИДУ Тахир Юлдашев и руководитель боевого крыла партии Джума Намангани (бывший советский десантник, узбек по национальности Джумабай Ахмаджанович Ходжиев, воевал в Афганистане в составе "ограниченного советского контингента", затем перешел на сторону местных экстремистов и быстро выдвинулся) провозгласили своей целью создание шариатского государства на базе всех исламских стран Центральной Азии и населенного уйгурами-мусульманами Синьцзян-Уйгурского автономного района Китая. С середины 90-х гг. крупные отряды экстремистов регулярно вторгались в Ферганскую и Сурхандарьинскую долины Узбекистана и в южные районы Киргизии, имея при этом опорную базу в Таджикистане. Армиям названных стран с большим трудом удавалось отбивать эти рейды. Лишь в начале нового века основные отряды экстремистов удалось вытеснить в Афганистан, где Намангани погиб в боях под Кундузом, а Юлдашев до 2006 г. находился на территории Пакистана в провозглашенном талибами "государстве Вазиристан" и активно участвовал со своими людьми в схватках с пакистанскими и американскими войсками.

Очевидно, что в случае победы движения "Талибан" в Афганистане история неизбежно повторится, причем - в еще более широких масштабах. И дело не только в том, что подразделения названных и ряда других экстремистских сил (в том числе - ваххабитского толка) сохранились и действуют в подполье в среднеазиатских республиках. Полная дестабилизация "южного подбрюшья" России вновь активизирует радикалов на Северном Кавказе. Одновременно возрастет угроза исламской радикализации в Азербайджане и, не исключено, в Турции. Это повлечет за собой события, перед которыми может померкнуть даже череда нынешних "арабских революций".

Подобный сценарий, судя о всему, видится и Вашингтону, и Москве реальным. В этой связи напомним, что, как сообщало ИА REGNUM в 2009 г. в момент подписания в Цюрихе армяно-российских протоколов, неназванный источник из окружения присутствовавшей на церемонии госсекретаря Хиллари Клинтон признал, что "США заинтересованы в разблокировании армяно-турецкой границы, в первую очередь, в связи с возможностью открытия нового коридора в Афганистан". Но еще раньше, за полгода до подписания протоколов, эксперт Виктор Якубян заявил в интервью ИА REGNUM, что "беспрецедентные меры США по скорейшему разблокированию армяно-турецкой границы в первую очередь имеют целью обеспечить транзит военных грузов и оружия из Ирака через Турцию и Армению в Азербайджан, далее обеспечить перевалку в Среднюю Азию, страны которой уже открыли транзитный коридор в Афганистан".

Очевидно, что для реализации этих намерений в Карабахе и вокруг него должен сохраняться мир. С этой целью посредники вводят в текст рамочного соглашения по Карабаху понятие "статус-кво плюс", которое заменит нынешний статус-кво. Это означает не только сохранение фактической независимости НКР, но и его международное признание, в том числе - и со стороны Азербайджана. Окончательный статус края будет определен в перспективе путем имеющего обязательную юридическую силу референдума. В ответ армянская сторона должна поэтапно вывести войска из ряда районов вокруг Карабаха при сохранении беспрепятственной сухопутной связи с Арменией. В эти районы должны вернуться азербайджанские беженцы. Не исключено, что сюда будет также введен международный миротворческий контингент.

Таковы общие контуры очерченного посредниками компромисса, который вызывает недовольство и в Армении (не говоря уже о Нагорном Карабахе) и в Азербайджане. Однако многие наблюдатели полагают, что в целом он более выгоден армянской стороне, поскольку новый международно признанный статус НКР, по существу, является первым шагом к обретению краем полноценной независимости. Азербайджан этому долго противился. По свидетельству неназванного российского дипломата, присутствовавшего на трехсторонней встрече президентов Медведева, Саргсяна и Алиева в Казани 24 июня, "стороны уже практически готовы были ударить по рукам, когда президент Алиев выдвинул ряд оговорок".

Провал казанского саммита ударил и по личному авторитету Дмитрия Медведева и по имиджу российской дипломатии в целом. Российский лидер выдвинул сторонам ультиматум: источник в Кремле "дал утечку", согласно которой Москва пригрозила выйти из переговорного процесса. Одновременно выросло и консолидированное давление со стороны США и Франции. В результате президент Азербайджана публично заявил, что он также считает сохранение статус-кво нетерпимым явлением и согласен на представление Карабаху "временного переходного статуса".

Судя по ряду признаков, это встретило в Баку очень сильную оппозицию. Тем не менее, посредники, кажется, уже не сомневаются, что в ближайшее время рамочное соглашение удастся подписать. Как многозначительно заметил американский сопредседатель Минской группы Роберт Брадтке после встречи с президентом Сержем Саргсяном в Ереване 18 июля, "результаты наших усилий станут известны в течение ближайших нескольких недель". В этом же контексте следует рассматривать некоторые аспекты недавнего визита в Турцию госсекретаря Хиллари Клинтон, которая в переговорах с руководством страны уделила большое внимание и карабахской, и армяно-турецкой повестке. Клинтон демонстрировала высокую степень заинтересованности в "перезагрузке" стагнирующего процесса примирения Еревана с Анкарой, придания ему нового импульса и окончательного решения этой проблемы. Это, кстати, уже вызвало нервную реакцию Баку, где заявили, что если армяно-турецкий процесс "заденет национальные интересы Азербайджана, Баку будет реагировать соответствующим образом". И сразу же после этого в азербайджанских СМИ прошла информация, согласно которой глава турецкого МИД Ахмед Давудоглу намерен совершить визит на Апшерон, дабы, как пишет местная газета "Зеркало", "попытаться придать новый импульс переговорном процессу по урегулированию нагорно-карабахского конфликта". Думается, Давутоглу объяснит своим азербайджанским собеседникам, что, если в рамочном соглашении будет содержаться "дорожная карта" вывода армянских сил из окружающих Карабах районов, дальнейшее продолжение блокады Армении со стороны Турции станет невозможным. Напомним, что Турция закрыла границу в 1993 году, когда армянские силы взяли азербайджанский приграничный Кельбаджарский район. До этого в течение двух лет фактический выход собственно НКР из-под азербайджанской юрисдикции воспринимался Анкарой спокойно. То-есть Турция также понимает, что между территориями вокруг Карабаха и самим Карабахом есть большая разница. В первом случае речь идет об "оккупации", а во втором - о праве на самоопределение, как бы этому ни противились в Баку. Кстати, по версии местных наблюдателей, в ходе блиц-поездки в Азербайджан Давудоглу "попытается максимально облегчить задачу Медведева по достижению прорыва на мирных переговорах", то есть будет уговаривать де-юре признать новый карабахский статус. Разумеется, это делается с подачи Хиллари Клинтон и означает, что в региональном раскладе по обеспечению мер международной безопасности, видимо, впредь будут задействованы не только Армения и Азербайджан, но в какой-то степени - и НКР.

Ануш Левонян - политический комментатор (Ереван)

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.
×

Сброс пароля

E-mail *
Пароль *
Имя *
Фамилия
Регистрируясь, вы соглашаетесь с условиями
Положения о защите персональных данных
E-mail