Эксперт: Арктические фобии в России мощно подогреваются силовой акцией НАТО против Ливии

Москва, 19 мая 2011, 20:33 — REGNUM  ИА REGNUM продолжает проект "Борьба за Арктику". Сегодня мы публикуем статью профессора, директора Института управления и регионологии, НОЦ "Институт Арктики" Юрия Лукина "Договор между Россией и Норвегией - шаг к мирному переделу морского пространства Арктики", которая была опубликована в журнале "Арктика и Север". Данная статья посвящена Договору между Российской Федерацией и Королевством Норвегия о разграничении морских пространств и сотрудничестве в Баренцевом море и Северном Ледовитом океане. После принятия ООН Конвенции по морскому праву в 1982 году, Илулиссатской декларации 2008 года ратификация договора между Россией и Норвегией в 2011 году становится важнейшим шагом на пути к мирному переделу морского арктического пространства. В продолжающейся глобальной войне за ресурсы Арктики произошло знаковое событие, которое несомненно станет моделью и примером для арктических стран. Анализируются стенограмма заседания Государственной Думы, различные точки зрения по исследуемой теме. В приложении к статье опубликованы официальный текст договора и другие материалы.

"Не секрет, что Арктика плохо обжита, слабо освоена, труднодоступна и тем не менее очень притягательна. Актуальность темы обосновывается возрастающим в мире интересом к проблемам завершения Великого передела Арктики в ХХI веке, включая континентальный шельф и околополюсную область; к организации добычи углеводородного сырья при перманентном нарастании в мировой экономике его дефицита; к арктической логистике с использованием как Северо-Восточного, так и Северо-Западного проходов; к поиску адекватных ответов для России в ответ на военно-политические и социально-экономические вызовы современности в условиях продолжающихся процессов глобализации, регионализации, постмодернизма. Между Российской Федерацией и Королевством Норвегия 15 сентября 2010 года министрами иностранных дел в Мурманске был подписан договор о разграничении морских пространств и сотрудничестве в Баренцевом море и Северном Ледовитом океане. Стортинг (парламент) Норвегии ратифицировал данный договор 8 февраля, Государственная Дума России - 25 марта. Совет Федерации закон о ратификации договора одобрил 30 марта. Президент России Дмитрий Медведев подписал федеральный закон о ратификации договора 8 апреля 2011 года. После принятия ООН Конвенции по морскому праву в 1982 году и Илулиссатской декларации 2008 года ратификация договора между Россией и Норвегией в 2011 году становится важнейшим стратегически важным шагом на пути к мирному переделу морского арктического пространства. В продолжающейся глобальной войне за ресурсы Арктики произошло знаковое событие, которое несомненно станет моделью и примером для других приарктических стран.

С точки зрения геополитики Арктика является местом пересечения национальных интересов многих государств в силу особого географического положения этого региона, который играет важную роль в их стратегии. Арктика - это не только громадные запасы минерального и биологического сырья, богатейший сырьевой резерв глобального значения, в том числе углеводородного сырья, но это и резервное экологическое пространство для России и всего мира. Самый короткий морской торговый путь из Атлантического океана в Тихий в связи с глобальным потеплением становится вполне доступным для судоходства как через Северный морской путь у берегов России, так и через Северо-Западный проход у берегов Канады. Известный журналист Roger Howard отмечает в своей книге "The Arctic Gold Rush", что "Арктическая пятерка" - США, Россия, Норвегия, Канада и Дания (Гренландия) - наперегонки стараются закрепить за собой права на спорные и поэтому пока ничейные территории последней нетронутой части земного шара. Частично это происходит из-за того, что отступающие льды делают доступными для эксплуатации крупные залежи углеводородов, которые, по оценке многих ведущих экспертов, составляют до 13% неразведанных мировых запасов нефти и до 30% природного газа. Две эти темы - природные ресурсы и стратегия − неизбежно добавляют масла в огонь растущего мирового политического противостояния и выяснения, "кто здесь главный" [1, с. 19].

За обладание арктическим безмолвным холодным пространством, имеющим важнейшее военно-стратегическое и социально-экономическое значение в мировой геополитике, уже давно идёт острейшая невидимая всему миру борьба в самых разных её проявлениях: дипломатическая, политическая, научно-исследовательская, концептуально-правовая, информационная, психологическая, "война за ресурсы", "холодная война". Международных правовых документов, которые позволяли бы разделить всё арктическое пространство, включая Северный полюс, исключительно странами, имеющими выход к Северному Ледовитому океану, не существует. Теоретически любая страна, например Китай, Индия, Австралия, Япония и другие, могут заявить, что Арктика должна находиться в общем пользовании. Более двух десятков стран заявили о готовности разрабатывать месторождения на арктическом шельфе. Появляется стремление отдельных развитых стран вести добычу ресурсов морского дна без каких-либо обязательств в отношении других стран. Постоянно предпринимаются попытки интернационализации Северного морского пути. Не прекращается милитаризация арктического пространства.

В Арктике сталкиваются интересы многих стран мира и дальнейшее развитие событий поэтому может пойти по двум стратегическим сценариям: 1) как по силовому сценарию, в первую очередь, по отношению к России со стороны НАТО (США, Норвегии, Великобритании и др.), 2) так и вполне мирным путем при активном участии Китая, Японии, Индии, Южной Кореи и других стран мира, безусловно, заинтересованных экономически в освоении природных ресурсов, использовании трансконтинентальных морских и воздушных арктических маршрутов.

Силовой подход − не обязательно военный. Могут использоваться финансы, технологии, невыгодные контракты, манипулирование общественным мнением, научно-исследовательские и политические концепции, разного рода доктрины, установление юрисдикции на арктические острова при отсутствии постоянного населения и социально-экономической деятельности, другие подобные сценарии. Безусловно, нельзя исключать из теоретического анализа возможных сценариев и так называемую "войну за ресурсы" в рамках третьего этапа Великого передела Арктики в ХХI столетии [2, с. 91-92]. Тем более что арктические фобии в России сейчас мощно подогреваются силовой акцией США, НАТО против Ливии. А до этого были Югославия, Ирак, Афганистан, управляемые извне "цветные" охлократические революции на пространстве бывшего Советского Союза.

Вполне объяснимо, что проявляющая политизация и милитаризация арктического пространства имеют немало элементов неопределенности в условиях глобализации. Чарльз Эммерсон, автор книги "The Future History of the Arctic" очень точно подметил: "В Арктике авантюризм неотделим от высокой политики" [4]. Но при этом нельзя забывать, что Арктика ещё и особенно уязвима из-за изменений климата, как считают Richard Sale, Eugene Potapov, авторы книги "Схватка за Арктику: собственность, эксплуатация и конфликт на Далеком Севере" [5, с. 11]. Однако большинство ученых и политиков всё же сходятся во мнении, что "битва за Арктику" не перейдёт в фазу горячей войны. "Война за арктические природные ресурсы (нефть и газ) маловероятна", - считает и Roger Howard [1]. По его мнению, не исключена опасность случайной войны из-за существующих проблем с территориальными притязаниями, собственностью в Арктике. В любом случае, у правительств есть другой путь, более эффективный и менее дорогостоящий, чем использование военной силы, которым они могут получить доступ к редким предметам потребления. В общественном сознании как в России, так и на Западе всё более укрепляется мнение, что арктическая война за ресурсы становится бессмысленной. Сегодня фактически идёт глобальное соревнование, конкуренция за завтрашние виртуальные запасы впрок, на всякий случай, для страховки. Углеводородные запасы нефти и газа на дне северных морей ещё нужно доказать. Для их добычи и логистики необходимы громадные финансовые и современные технологические ресурсы. Поэтому в гонке за ресурсы будущего не обойтись без арктической солидарности, роста доверия друг к другу, интеграции и кооперации усилий всего глобального социума.

Мирный процесс Великого передела Арктики в ХХI веке базируется на тех ценностях, принципах и идеях, конкретных легитимных положениях, которые были заложены ещё в ХХ столетии в следующих документах:

a) Конвенция ООН по морскому праву 1982 года;

b) Илулиссатская декларация 2008 года;

c) Договор между Российской Федерацией и Королевством Норвегия о разграничении морских пространств и сотрудничестве в Баренцевом море и Северном Ледовитом океане 2010−2011 гг.

Правовые основы для мирного передела Арктики появились только во второй половине прошлого века. Этот передел проходил, можно сказать, не публично, даже незаметно для широкой общественности, на международных конференциях, в тиши офисов, где дипломаты, юристы, политики почти полвека договаривались о том, как разделить арктическое водное пространство. Первая Конференция ООН по морскому праву состоялась в Женеве с 24 февраля по 29 апреля 1958 года. В ней участвовали делегации от 86 стран, принявших четыре конвенции: Конвенцию о территориальном море и прилежащей зоне, Конвенцию об открытом море, Конвенцию о рыболовстве и охране живых ресурсов открытого моря и Конвенцию о континентальном шельфе. Однако участники первой конференции ООН по морскому праву (1958) не смогли договориться о предельной ширине морской полосы вдоль берега, образующей территориальные воды. Для решения этого вопроса в 1960 году была специально созвана вторая Конференция ООН по морскому праву, но и она из-за негативной позиции некоторых стран, вновь выступивших против 12-мильного предела ширины территориального моря, окончилась неудачей. В 1970 году Генеральная Ассамблея ООН приняла резолюцию, объявив ресурсы дна морей и океанов за пределами национальной юрисдикции "общим наследием человечества", которые не вправе присваивать себе ни одно государство или лицо. И только третья Конференция ООН по морскому праву, которая длилась с 1973 по 1982 год, представила государствам на подписание ныне действующую Конвенцию ООН по морскому праву − United Nations Convention on the Law of the Sea (UNCLOS). Её подписали 157 государств, Совет ООН по Намибии и ЕЭС.

В специальной литературе эту Конвенцию нередко называют "конституцией для океанов". Она состоит из 320 статей, 9 приложений и охватывает почти все вопросы, касающиеся юридического режима морского пространства и его использования, включая такие концепты, как: территориальное море и прилежащая зона; проливы, используемые для международного судоходства; государства-архипелаги; исключительная экономическая зона; континентальный шельф; открытое море; режим островов; замкнутые или полузамкнутые моря; право государств, не имеющих выхода к морю, на доступ к морю и от него и на свободу транзита; защита и сохранение морской среды; морские научные исследования; разработка и передача морской технологии; урегулирование споров [5, 1982). Сохранявшиеся разногласия относительно осуществления положений, касающихся морского дна, были разрешены в 1994 году с принятием дополнительного Соглашения. Конвенция и Соглашение вступили в силу соответственно 16 ноября 1996 года и 28 июля 1998 года.

С принятием Конвенции ООН по морскому праву и началом реализации её правовых норм геополитическая ситуация в Арктике качественно изменилась. Национальные интересы каждой циркумполярной страны могут реализоваться в настоящее время на уже имеющейся вполне легитимной основе международного права.

Политически важным шагом на пути мирного раздела арктического пространства стала также международная конференция в Гренландии. Дания, Канада, Норвегия, Россия, США как арктические морские страны 30 мая 2008 года в гренландском городе Илулиссат договорились о том, что не видят необходимости нового режима для управления Северным Ледовитым океаном и будут сотрудничать на основе имеющегося международного права. Фактически форум в Гренландии стал своего рода новой Ялтинской конференцией в ХХI веке. "Пять стран провозгласили свою готовность следовать правилам. Надеюсь, мы покончили с мифом о борьбе за Арктику раз и навсегда", − заявил тогда глава датского МИДа Пер Стиг Меллер, выступавший в роли принимающей стороны. Огромное значение "Декларации Илулиссата" заключается в том, что отпала нужда в разработке отдельного международного договора по режиму для Арктики. UNCLOS обеспечивает твердую правовую основу для ответственного управления посредством выполнения национальных законодательств и международных договоров. Тем более что арктическое пространство (суша, острова) практически всё уже поделено, установлены водные границы каждой циркумполярной страны и исключительной экономической зоны. Остаётся свободным лишь участок вокруг Северного полюса и не определена принадлежность континентального шельфа, за исключением Норвегии.

Россия при заключении указанных выше международных соглашений повела себя вполне цивилизованно. Президентом РФ 26 февраля 1997 года был подписан Федеральный закон № 30-ФЗ "О ратификации Конвенции Организации Объединенных Наций по морскому праву и Соглашения об осуществлении части XI Конвенции Организации Объединенных Наций по морскому праву". Мы добровольно приняли на себя международные правовые обязательства по выполнению Конвенции ООН. При этом статус российской части Арктики существенно изменился.

Внутреннюю и внешнюю политику России в отношении Арктики в ХХ−ХХI веках и её геополитическое положение в мире определяли следующие документы:

I. Нота министерства иностранных дел России от 4 сентября 1916 года к правительствам союзных и дружественных государств о принадлежности ей всех открытых земель и островов, "расположенных к северу от азиатского побережья Российской Империи";

II. Постановление Президиума ЦИК СССР от 15 апреля 1926 года "Об объявлении территорией Союза ССР земель и островов, расположенных в Северном Ледовитом океане";

III. Решение Государственной комиссии при Совете Министров СССР по делам Арктики от 22 апреля 1989 года (определена Арктическая зона России);

IV. Федеральный закон от 26 февраля 1997 г. № 30-ФЗ "О ратификации Конвенции Организации Объединенных Наций по морскому праву и Соглашения об осуществлении части XI Конвенции Организации Объединенных Наций по морскому праву";

V. "Морская доктрина Российской Федерации на период до 2020 года" утверждена Президентом Российской Федерации 7 июля 2001 г. Пр-1387;

VI. "Основы государственной политики Российской Федерации в Арктике на период до 2020 года и дальнейшую перспективу" утверждены Президентом Российской Федерации Д. Медведевым 18.09.2008. Пр.-1969;

VII. "Концепция долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 года" утверждена распоряжением Правительства Российской Федерации от 17 ноября 2008 г. № 1662-р;

VIII. "Стратегия национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года" утверждена Указом Президента Российской Федерации от 12 мая 2009 г. № 537;

IX. "Стратегии развития Арктической зоны Российской Федерации и обеспечения национальной безопасности на период до 2020 года": проект Минрегиона России (2010);

X. Государственная программа "Экономическое и социальное развитие Арктической зоны Российской Федерации на 2011−2020 годы" (ГП "Арктика"): проект, разработанный Государственным научно-исследовательским учреждением "Совет по изучению производительных сил - СОПС" (руководитель темы − и.о. председателя СОПС В.Н. Разбегин).

В результате выполнения международных обязательств основные геополитические потери арктического пространства России к концу ХХ века составили:

a) архипелаг Шпицберген, включающий свыше тысячи больших и малых островов общей площадью 62,7 тысячи квадратных километров, по условиям Парижского договора 1920 года в результате поражения России в Первой мировой войне;

b) добровольный миролюбивый отказ от особых прав на 1,7 млн км² арктического сектора, закрепленных постановлением Президиума ЦИК СССР от 15 апреля 1926 года, в результате ратификации Россией в 1997 году Конвенции ООН по морскому праву. США при этом не ратифицировали UNCLOS (1982) до настоящего времени.

Обновляющаяся Россия добровольно приняла на себя международные правовые обязательства по выполнению Конвенции ООН. В итоге мы как бы потеряли 1,7 млн. квадратных километров арктической акватории. Но не надо забывать, что это "потеря" в рамках добровольного соблюдения Россией положений международного права.

Последнее событие, которое вызвало серьёзную дискуссию и раскололо все политические силы страны на два лагеря, - это ратификация договора с Норвегией по разграничению морских пространств и сотрудничеству в Баренцевом море и Северном Ледовитом океане. После его ратификации в Норвегии и России он вступает в силу на 30-й день с даты обмена ратификационными грамотами. По данному договору мы проводим границу в спорном районе площадью 175 тысяч квадратных километров. Главное заблуждение - это точка зрения, что мы, якобы, "потеряли" эти акватории. Но они нам и так не принадлежали, были спорными. Наоборот, мы получили чёткую морскую границу, правовые возможности для того, чтобы вести здесь добычу нефти и газа, развивать многостороннее сотрудничество с Норвегией, нашим ближайшим соседом на Европейском Севере.

Переговоры по разграничению континентального шельфа и экономических зон в Баренцевом море Россия и Норвегия начали еще в 1970 году. Россия настаивала на секторном принципе разграничения в соответствии с постановлением Президиума ЦИК СССР 1926 года. Норвегия полагала справедливым раздел по срединной линии, проходящей на равном расстоянии от архипелага Шпицберген на западе и от островов Новая Земля и Земля Франца-Иосифа на востоке. В результате образовалась спорная зона площадью в 175 тыс кв. км или 12 процентов от площади Баренцева моря. В 1977 году переговоры по делимитации были осложнены введением Норвегией 200-мильной охранной зоны вокруг Шпицбергена, которую Россия не признавала, ссылаясь на Парижский договор 1920 года. В 1978 году сторонам удалось договориться о совместном управлении частью оспариваемой территории, так называемой "серой зоной" [6, 2010]. Было подписано временное соглашение о совместных мерах контроля за рыбным промыслом и регулирования рыболовства в смежном участке Баренцева моря, которое ежегодно продлевается. Квоты вылова рыбы в норвежской и российской экономических зонах, а также квоты вылова для обеих сторон в смежной зоне Баренцева моря определяет смешанная российско-норвежская комиссия по рыболовству, созданная в 1975 году.

Вопрос о разграничении акватории между Россией и Норвегией решался поэтапно, медленно, шаг за шагом. В 2007 году в Киркенесе министры иностранных дел двух стран Сергей Лавров и Йонас Гар Стёре подписали соглашение о разграничении морских пространств в районе Варангер-фьорда. Тогда была достигнута договоренность по делимитации крошечного приграничного участка. Варангер-фьорд - Варяжский залив Баренцева моря длиной всего лишь 120 километров, шириной у входа 50 километров, расположен у северных берегов Европы, между полуостровами Рыбачий (Россия) и Варангер (Норвегия). Предыдущее соглашение о разграничении этого залива, датированное 1957 годом, касалось только внутренней части Варангер-фьорда. Новый документ разграничивал и внешнюю часть залива, а также снимал часть других нерешенных вопросов. В соглашении был осуществлен пересчет координат морской границы России и Норвегии в Варяжском заливе Баренцева моря в соответствии с Всемирной геодезической системой координат 1984 года. Государственная Дума России 14 марта 2008 года ратифицировала подписанное в июле 2007 года и внесенное в парламент Владимиром Путиным соглашение с Норвегией о разграничении морских пространств в районе залива Варангер-фьорд. Соглашение вступило в силу в 2008 году. Это был первый успешный опыт делимитации морских границ между Россией и Норвегией.

Следующим политическим шагом стал государственный визит президента РФ Дмитрия Медведева в Норвегию в апреле 2010 года, когда было подписано Совместное заявление по вопросам разграничения морских пространств и сотрудничества в Баренцевом море и Северном Ледовитом океане, в котором зафиксировано намерение подписать соответствующий договор. Так создавались благоприятные предпосылки для заключения российско-норвежского договора по разграничению морских пространств и сотрудничеству в Баренцевом море и Северном Ледовитом океане.

Необходимо также отметить, что решение Комиссии ООН по границам континентального шельфа (2009), принятое по заявке Норвегии (2006), не касалось определения государственной границы с описанием её прохождения и нанесением на карту в соответствии с заключенным договором (делимитация). Согласно Конвенции ООН по морскому праву, делимитация должна проводиться: а) путем договоренности, б) в соответствии с международным правом, в) с целью достижения справедливого решения. Международная судебная практика показывает, что нет такого метода или принципа, применение которого могло бы в каждом случае привести к справедливому решению. Только Россия и Норвегия могли в состоянии разрешить сложившуюся конфликтную ситуацию путем позитивных принципиальных переговоров, применения стратегии взаимовыгодного сотрудничества с учетом скрытых нужд той и другой стороны. Это должно было быть взвешенное решение, учитывающее интересы, потребности обеих сторон, а не их амбиции и упрямство. Фактически Норвегия и Россия прошли путь сложных переговоров за сорок лет, завершив в 2011 году длительный процесс делимитации границы в Баренцевом море позитивным соглашением.

Договор о разграничении морских пространств и сотрудничестве в Баренцевом море и Северном Ледовитом океане был подписан 15 сентября 2010 года в Мурманске министрами иностранных дел России и Норвегии в ходе переговоров президента России Д.А. Медведева и Премьер-министра Норвегии Йенса Столтенберга. "Сегодня мы присутствовали при подписании исторического документа", − заявил президент РФ Д.А. Медведев на совместной пресс-конференции с премьером Норвегии. "Мы шли к этому договору 40 лет. Это большой срок, но это событие должно открыть новые страницы в двусторонних отношениях... Это событие должно повлиять на общую ситуацию в регионе, на укрепление международной и региональной безопасности, на углубление взаимодействия арктических государств... Договор получился абсолютно проработанный, с точки зрения юридического инструментария − выверенный и он отражает баланс интересов по всем чувствительным сферам сотрудничества... Договоры подписываются не ради того, чтобы засунуть их в пыльный ящик и затем пить кровь партнерам. Мы рассчитываем, что вместе с норвежскими партнерами создадим атмосферу, которая будет способствовать ратификации", − подчеркнул тогда глава российского государства [6, 2010]. "Договор между Российской Федерацией и Королевством Норвегия о разграничении морских пространств и сотрудничестве в Баренцевом море и Северном Ледовитом океане" становится современной гуманной неконфронтационной моделью отношений в Арктике. На примере анализируемого договора можно сделать вполне обоснованный вывод, что сегодня появляются вполне реальные геополитические возможности мирного передела арктического пространства и постепенного формирования арктической солидарности.

Стортинг Норвегии 8 февраля 2011 года проголосовал за ратификацию договора о разграничении с Россией морских пространств в Баренцевом море и Северном Ледовитом океане. "Это историческое соглашение закрыло последний большой нерешенный вопрос в отношениях наших стран", − прокомментировал это событие министр иностранных дел Йонас Гар Стере. Он напомнил, что линия, проведенная двумя странами по морю, является результатом компромисса, ради которого обеим сторонам пришлось пойти на уступки [7, 2011]. В начале марта норвежский премьер-министр Йенс Столтенберг заявил, что Норвегия официально начнет исследование оффшорных нефтегазоносных территорий вдоль только что очерченной границы в Баренцевом море вскоре после того, как Россия ратифицирует этот договор. Область, о разделении которой, наконец, через сорок лет споров удалось договориться, занимает площадь, равную примерно половине площади Германии. Исследование морского дна, проведенное бывшим Советским Союзом, вроде бы указывает на значительные залежи нефти и газа. Норвежские компании под руководством компании Statoil заявили, что новые месторождения в этом районе помогут оживить национальное производство, переживающее в последнее десятилетие определенный спад [8, 2011].

Норвегия приветствовала итоги голосования в российской Государственной Думе, ратифицировавшего 25 марта 2011 года договор о четком разделении Баренцева моря на норвежскую и российскую зоны, что приблизило Норвегию к новым нефтегазоносным пластам в Арктике. "Действия Думы крайне удовлетворительны и стали большим шагом вперед к осуществлению соглашения на практике", − заявил представитель норвежского Министерства иностранных дел Kjetil Elsebutangen через день после того, как соглашение было ратифицировано нижней палатой парламента России. Одобрение Советом Федерации рассматривалось в Норвегии как формальность. По словам Элзебутангена граница, пролегающая между норвежскими и российскими архипелагами на протяжении большей части расстояния до Северного Полюса, вступит в законную силу через 30 дней после того, как страны официально "обменяются документами". "Мы надеемся, что это не займет слишком много времени", − заявил он, и добавил, что эта сделка "откроет дорогу новым регламентам и новым возможностям по эксплуатации ресурсов" [8, 2011].

Со всей очевидностью можно констатировать, что в продолжающейся глобальной войне за ресурсы Арктики произошло знаковое событие, которое несомненно станет позитивным примером для других арктических стран. Россия и Норвегия завершили в 2011 году процесс ратификации Договора между Российской Федерацией и Королевством Норвегия о разграничении морских пространств и сотрудничестве в Баренцевом море и Северном Ледовитом океане. Данный документ четко выдержан в духе международного законодательства по морскому праву. Выгоды от реализации ратифицированного договора для Норвегии вполне очевидны и связаны в первую очередь с освоением нефтегазоносных территорий в Баренцевом море. Договор предусматривает, в частности, подробную регламентацию российско-норвежского сотрудничества в эксплуатации минеральных ресурсов: основой взаимодействия в этой сфере станет принцип, в соответствии с которым каждое месторождение, пересекаемое линией разграничения, может эксплуатироваться только совместно и как единое целое. Такой подход позволяет заблаговременно и эффективно снимать возможные разногласия по вопросу.

Однако в отличие от Норвегии в российском общественном мнении в процессе ратификации чётко проявились два основных тренда по отношению к российско-норвежскому договору. В ходе ратификационного процесса этот документ рассматривался на открытых парламентских слушаниях и на заседаниях ряда комитетов Государственной Думы. Большинство участников этих форумов поддержали договор. Однако высказывались и другие мнения, что показали результаты голосования депутатов Госдумы. По проекту федерального закона "О ратификации Договора между Российской Федерацией и Королевством Норвегия о разграничении морских пространств и сотрудничестве в Баренцевом море и Северном Ледовитом океане" 25 марта 2011 года в 17 час. 17 мин. 28 сек. проголосовало "за" 311 чел. (69,1%); проголосовало "против" 57 чел. (12,7%); воздержалось 0 чел. (0,0%); голосовало 368 чел. Не голосовало 82 чел. (18,2)%. Результат: принято [9, 2011].

Основные позиции по отношению к заключенному договору России с Норвегией заключаются в следующих подходах:

Первый подход - официальный, президентский, разделяемый правящей политической партией "Единая Россия", большинством депутатов Государственной думы (69% от 368 депутатов, принявших участие в голосовании 25.03.2011 по вопросу о ратификации договора) Советом Федерации. Суть такой позиции фактически изложена в "Справке государственно-правового управления" администрации Президента РФ от 08.04.2011: "Заключение Договора отвечает интересам Российской Федерации. Уточнение пределов распространения суверенитета, суверенных прав и юрисдикции двух государств будет способствовать укреплению стабильности и предсказуемости российско-норвежских отношений, созданию благоприятных условий для расширения взаимовыгодного сотрудничества" [10, 2011]. Важно подчеркнуть, что речь здесь идёт не просто о разделе морского арктического пространства, которое является шагом вперёд и завершает сорокалетний марафон двухсторонних переговоров, а также о создании благоприятных условий для расширения взаимовыгодного сотрудничества.

Второй подход - оппозиционный, разделяемый политическими партиями: КПРФ, ЛДПР, "Справедливая Россия". Это подход объединил четко выраженную критическую позицию коммунистов (Л.И. Калашников) с явно не выраженным подходом лидера "Справедливой России" и заявлением В.В. Жириновского о том, что "фракция ЛДПР воздержится от голосования, поскольку мы не согласны с тем, что якобы равнозначно соблюдены интересы Норвегии и России. Мы теряем здесь - теряем и водные пространства, теряем и юрисдикцию свою над всем тем, что относится в целом к Баренцеву морю, теряем и наше право на ловлю рыбных запасов, и всё остальное. То есть по факту мы проигрываем. С какой стати? Мы что, потерпели поражение в войне с Норвегией? Мы не воевали. В 45-м мы освобождали Норвегию и нужно было договариваться в Ялте и в Потсдаме, что наши войска останутся на территории Норвегии, как это сделали американцы, британцы, французы - до сих пор они на Кипре, и на Мальте, и на Кубе, и в Афганистане, и везде, и в Ливии в том числе" [9, 2011]. В свою очередь Шеин О.В. из фракции "Справедливая Россия" заявил: "Воспользуюсь только что созданным прецедентом, чтобы отметить, что наша фракция не будет голосовать за ратификацию данного договора, потому что нас никто не убедил, что те выгоды, которые мы получаем по нефтяной линии, превышают тот ущерб, который мы получаем в части рыбных запасов" [9, 2011].

Позиция критического отношения к заключенному с Норвегией договору нашла отражение у представителей КПРФ, ЛДПР, Справедливой России в процессе голосования [11, 2011]. 57 депутатов Государственной думы проголосовали 25.03.2011 против ратификации. 82 депутата, или 18,2% из числа присутствовавших на заседании Госдумы, не приняли участия в голосовании. Представители всех политических партий, кроме "Единой России", публично не поддержали российско-норвежский договор, ЛДПР воздержалась от голосования. За проект заявления, подготовленного фракцией КПРФ, проголосовало 129 депутатов (28,7%), против − 63 чел., или 14,0%; не голосовало − 258 чел., или 57,3% [9, 2011]. Против договора публично выступали представители рыбопромыслового сообщества России (союз рыбопромышленников, союз рыболовецких колхозов, профсоюз работников рыбного хозяйства, координационный совет работников рыбного хозяйства и др.). Первоначально, реагируя на настроения граждан, даже Мурманская областная Дума, в которой большинство составляет "Единая Россия", приняла обращение к федеральному парламенту с предложением не ратифицировать это соглашение, что является уже само по себе беспрецедентным фактом. От этого обращения потом под давлением исполнительной власти Мурманская Дума отказалась [9, Кашин Б.С.] Наиболее четко, в концентрированном виде аргументы против заключения договора и конструктивные предложения были изложены в выступлениях и статье первого заместителя председателя Комитета Госдумы по международным делам Л.И. Калашникова, члена Президиума ЦК КПРФ, секретаря ЦК КПРФ по международным и экономическим связям (его статья публикуется в приложении). Ряд опасений высказывали представители научной общественности.

Третий подход можно назвать пакетным. Суть его видится в минимизации рисков, связанных с реализацией заключенного договора в реальной жизни. Пакетный подход предполагает обсуждение отношений двух стран по всему комплексу вопросов в их тесной увязке друг с другом. Такой подход применительно к отношениям России с Норвегией требовал обсуждения и нахождения компромиссов по следующим главным вопросам:

 разграничение морских пространств в Баренцевом море в соответствии с ныне действующей United Nations Convention on the Law of the Sea (UNCLOS) 1982 года;

 урегулирование ситуации с ведением хозяйственной и научной деятельности на Шпицбергена, в том числе с рыболовством в 200-мильной охранной зоне вокруг архипелага, на основе действующего Парижского договора 1920 года;

 уменьшение военно-морской активности Норвегии возле российских территориальных вод.

Одной из острых тем стало выполнение Парижского договора. Как известно, 9 февраля 1920 года в Париже был подписан Шпицбергенский трактат, определивший международно-правовой статус архипелага. Согласно ему, над Шпицбергеном, считавшимся ранее ничейной землёй, устанавливался суверенитет Норвегии, а государствам-участникам договора предоставлялось равное право на эксплуатацию естественных ресурсов Шпицбергена и его территориальных вод. Норвегия обязалась в статье 9-й договора не сооружать и не допускать создания морских баз или укреплений на территории архипелага и не использовать её для военных целей. В 1925 году Норвегия официально объявила Шпицберген частью норвежского королевства. СССР присоединился к Шпицбергенскому трактату в 1935 году. Норвежский стортинг в резолюции от 15 февраля 1947 года признал, что СССР является государством, имеющим наряду с Норвегией особые экономические интересы на Шпицбергене. С 1991 года эти права перешли к России. К настоящему времени участниками Парижского договора являются более 50-ти государств: Россия и другие государства, состоявшие в СССР, США, Великобритания, Германия, Франция, Япония, Нидерланды, Болгария, страны бывшей Югославии, Венгрия, Дания, Норвегия, Польша, Чехия, Словакия, Румыния, Италия, Швеция и другие. Россия осуществляет на архипелаге хозяйственную (добыча угля, туризм) и научную деятельность. С 1932 года на архипелаге действует государственный трест "Арктикуголь", владеющий 23 горными отводами общей площадью 251 кв. км, на которых расположены один действующий рудник "Баренцбург" и два законсервированных − "Пирамида" (добыча угля прекращена в начале 1998 года) и "Грумант" (законсервирован в 1961 году). В поселке Баренцбург имеется производственно-хозяйственная инфраструктура, дом культуры, спорткомплекс, музей "Помор", больница, детсад. Здесь работают российские научные организации в области археологии, метеорологии, геофизики, гляциологии. Действует Генеральное консульство Российской Федерации. Актуальные вопросы обеспечения российского присутствия на архипелаге рассматриваются в рамках правительственной комиссии, которую возглавляет Первый заместитель Председателя Правительства Российской Федерации И.И. Шувалов.

Вопрос о Шпицбергене вызвал бурную дискуссию. Калашников Л.И. выступая на заседании Государственной Думы по вопросу "О проекте постановления о заявлении Государственной Думы "О позиции Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации в связи с ратификацией Договора между Российской Федерацией и Королевством Норвегия о разграничении морских пространств и сотрудничестве в Баренцевом море и Северном Ледовитом океане" подчёркивал, что фактически речь идёт о завуалированном признании норвежской юрисдикции над морским районом у Шпицбергена и об отказе России от права на свободную хозяйственную деятельность в этом районе. Критикуя проект заявления, подготовленный Комитетом по международным делам, он сказал: "Глядя на то, как упомянут в комитетском проекте заявления Договор о Шпицбергене, трудно не вспомнить один старый еврейский анекдот. Умер старый еврей, вскрыли его завещание, и в нём было написано, что загородный дом - жене Сарочке, квартиру - дочке Сонечке, а зятя Шмулика, который просил упомянуть его в завещании, упоминаю: "Привет тебе, Шмулик". Вот так и авторы комитетского проекта заявления передали привет Договору о Шпицбергене, но не сделали из этого договора никаких выводов. Наш проект заявления призывает правительство принять меры по надлежащему контролю за деятельностью российских рыболовных судов в Баренцевом море и во всём Северном Ледовитом океане, включая район Шпицбергена. В настоящее время этот контроль носит явно недостаточный характер. Именно это даёт Норвегии возможность регулярно обвинять наших рыбаков в браконьерстве, перелове, досматривать, задерживать и арестовывать наши суда. Только активизация деятельности Российского государства по контролю над своим рыболовством может изменить ситуацию в лучшую сторону" [9, 2011].

Что касается официальной позиции по пакетной увязке договора с активной военно-политической деятельностью Норвегии, то здесь опять же можно вспомнить старый анекдот незабвенного А. Райкина, когда заказчику сдают полностью готовый пиджак, а спрашивают: "У вас претензии к пуговицам есть?". Депутат Ненашев М.П. задал при обсуждении договора вопрос: "Я об этом уже говорил на парламентских слушаниях: Норвегия не снизила военно-морскую активность возле наших территориальных вод. Может быть, ратификацию этого договора отложить или перенести, дождаться от Норвегии объяснений в связи с проведением такой политики?" [9, 2011]. Отвечая на этот вопрос, официальный представитель Президента Российской Федерации, заместитель министра иностранных дел В.Г. Титов заявил: "Что касается военной деятельности, то к нашей сегодняшней тематике это не имеет никакого отношения, поскольку военно-морская деятельность этим договором не регулируется" [9, 2011].

Какие сильные стороны можно отметить, применяя SWOT - анализ содержания исследуемого договора, выступлений депутатов ГД, публикации в СМИ, в Интернете.

1. Заключением договора завершается многолетний спор с Норвегией о принадлежности огромных морских пространств общей площадью около 175 тысяч квадратных километров. Важно понимать, что договорённость достигнута не в результате дарения со стороны одного государства другому каких-то территорий, морских пространств, которые принадлежали нам или Норвегии, а в результате отказа от претензий на некоторую часть этих пространств ради достижения справедливого и устраивающего обе стороны договора. Существо этого договора заключается в чётком и ясном с правовой точки зрения закреплении за Российской Федерацией тех морских пространств исключительной экономической зоны и континентального шельфа, на которых она сможет теперь в полном объёме осуществлять свою юрисдикцию и суверенные права [Титов В.Г.).

2. Заключение договора с Норвегией важно и в контексте установления внешней границы континентального шельфа России в Северном Ледовитом океане, поскольку тем самым выполняется одна из рекомендаций Комиссии ООН по границам континентального шельфа в отношении российской заявки. В результате разграничения морские пространства, отходящие к нашей стране в спорном районе, разделяются примерно поровну. Но если брать Баренцево море в целом - оно гораздо больше, чем спорный район, - то к нам отходит около 860 тысяч квадратных километров, в то время как у Норвегии остаётся около 510 тысяч. В важнейшем для этого разграничения южном участке спорного района мы получили большую часть исключительной экономической зоны и большую часть шельфа. Эта часть наиболее перспективна в ресурсном отношении, по имеющимся данным, в этой зоне месторождения сконцентрированы преимущественно к востоку от линии разграничения, то есть они находятся в нашей зоне [Титов В.Г).

3. Открываются новые возможности для взаимодействия с Норвегией в освоении других ресурсов бывшего спорного района, в случае, если линия разграничения будет затрагивать какие-то месторождения. Линия разграничения проходит таким образом, что месторождения на шельфе распределяются в пропорции примерно шесть к одному в пользу Российской Федерации. При этом впервые за последние десятилетия снимается мораторий на их разработку [Косачев К.И.].

4. Договором не только обеспечивается разграничение морских пространств, но и предусматривается беспрецедентный режим сотрудничества в сферах, одинаково значимых для обоих государств. Заключение договора расширяет возможности сотрудничества в деле разведки и освоения нефтегазовых ресурсов на шельфе. С его вступлением будет снят временный запрет на нефтегазовую деятельность в этом районе, а трансграничные месторождения будут разрабатываться вместе с норвежцами с применением их знаний и соответствующих технологий. Ратификация договора позволит добывать ресурсы на спорных участках, разграничение рассматривается как справедливое обеими сторонами. Документ отвечает интересам России, которой отходит большая часть спорной зоны.

5. Подписание договора выводит на новый этап двустороннее сотрудничество в области рыболовства. Установление чётких границ зон юрисдикции России и Норвегии создаёт более ясные и понятные правовые условия для осуществления рыболовства, объективно сужает вероятность конфликтных ситуаций в этой сфере. России отходят суверенные права и юрисдикция на примерно 3,5 тысячи квадратных километров норвежской экономзоны, на которую мы не могли бы претендовать, если бы не было этого договора, так как эта акватория находится за пределами 200 миль от нашего берега. Ключевое положение договора заключается в том, что он не будет негативно влиять на возможности каждой из сторон в области рыболовства. Меняется лишь одно: прекратит своё существование смежный район, который был создан в экстренном порядке в 1978 году во избежание конфликтов из-за рыбных запасов. Все условия нашей хозяйственной деятельности в этом регионе, в том числе условия для наших рыбаков, сохраняются в силе. Рыболовство в водах, окружающих Шпицберген, будет продолжено в том же режиме. Таким образом, этот договор не ущемляет наши интересы в области рыболовства и станет дополнительным инструментом их защиты.

6. Норвегия является государством, непосредственно примыкающим к российскому Северо-Западу, и это огромный пласт вопросов экономического сотрудничества, в том числе приграничного, культурного, гуманитарного, какого угодно ещё, где мы очень заинтересованы в разрешении всех спорных вопросов с соседним государством в интересах граждан России. Договор расширяет также перспективы сотрудничества и в сфере создания совместных производственных мощностей и инфраструктуры, строительства судов, что создаст ещё дополнительные возможности для инвестиционного взаимодействия. Всё это в конечном итоге нацелено на обеспечение устойчивого социально-экономического развития северных регионов, что отвечает нашим приоритетным интересам.

Какие слабые стороны можно отметить, применяя SWOT - анализ российско-норвежского договора, выступлений депутатов Государственной Думы, публикации в СМИ, в Интернете.

1. Договор не разрешает разногласий сторон по разграничению морских пространств в районе Шпицбергена. Комиссия Совета Федерации по национальной морской политике сочла необходимым отметить в заключении по закону, что в общественно-политических кругах и рыболовном сообществе северо-западных регионов России есть опасения, что Договор размывает международно-правовой статус Шпицбергена, закрепленный в Договоре о Шпицбергене 1920 года. Это может привести к фактическому дезавуированию позиции Российской Федерации о непризнании установленной Норвегией в одностороннем порядке 200-мильной рыбоохранной зоны вокруг Шпицбергена. Нанести ущерб правовому статусу полярных владений Российской Федерации, установленному в 1926 году. Создать условия для вытеснения отечественного рыболовства из западных районов Баренцева моря и из района Шпицбергена (руководитель российской делегации на переговорах с Норвегией Роман Колодкин).

2. Договор прямо нарушает ныне существующие, получившие международное правовое признание, границы полярных владений России, сдвигая их в нашу сторону на 60-70 миль (на восток).

3. Договор о разграничении прямо противоречит, откровенно нарушает договор о Шпицбергене 1920 года, это тоже абсолютно очевидно. Важно ведь практическое применение Норвегией указанного договора, которое приведёт к тому, что наши рыбаки из района Шпицбергена будут вытеснены, и практика, в том числе случай с капитаном Яранцевым, это красноречиво подтверждает. Зачем же очевидные вещи отрицать - то, что России наносится существенный ущерб? (Улас В.Д.)

4. Данным соглашением мы просто предали наших рыбаков, мы их принесли в жертву: норвежцы получили не только Шпицберген, но и смежную территорию, а также право устанавливать свои правила игры в рыбной отрасли. Они уже вводят режим бестралового промысла, и знают, что делают, потому что у них современный рыболовецкий флот. Скоро норвежцы начнут выгонять наших рыбаков за траловый лов с этой территории, очень богатой рыбой, и мы потеряем не 230 тысяч тонн в год, а гораздо больше (Селезнёв В.С.).

5. Договор определяет на будущее условия труда и, соответственно, жизнь большого числа граждан России, занятых в рыбопромысловой деятельности в Мурманской и Архангельской областях и других субъектах РФ.

6. "Мы с вами на Штокмане ставим крест. Штокман - это месторождение, которое по запасам больше, чем все норвежские месторождения, вместе взятые. Но самое главное - это Свод Федынского, где ещё больше, вдвое больше, чем на Штокмане, по разведывательным данным, норвежцы остро нуждались в этом месторождении. Но за скобками оставалось ещё и то, что норвежцы получили очень много мелких месторождений: поднятие Година, Центральная банка, часть Варяжской, ну, это, правда, под сомнением. Таким образом, они, конечно, будут разрабатывать месторождения Свода Федынского, пусть вместе с нами, пусть оно трансграничное, заодно эти, так как они разработали "Белоснежку". А Штокман находится в 400 километрах, в ледовой зоне, и на нём можно смело ставить крест. "Газпром" своё получит - не получит ничего Россия" (Калашников Л.И.).

Реализация российско-норвежского договора создаёт следующие возможности:

a) расширения гуманитарного, культурного сотрудничества, контактов между людьми на Севере. Деловое сотрудничество в контексте реализации договора о разграничении морских пространств и сотрудничестве в Баренцевом море и Северном Ледовитом океане должно дать дополнительный импульс взаимодействию по развитию северных регионов, в т.ч. в таких сферах, как создание береговой инфраструктуры по обеспечению шельфовой нефтегазодобычи, транспортировка и переработка углеводородов, судостроение и строительство морской техники, транспорт, информтехнологии и телекоммуникации, прикладные научные исследования, ориентированные на эти отрасли, подготовка соответствующих специалистов [6, 2010];

b) возможности для кооперации двух стран по разведке и добыче углеводородов в бывшем спорном районе, благоприятные правовые условия для освоения нефтегазовых ресурсов арктического континентального шельфа;

c) для совместного режима эксплуатации углеводородных ресурсов; подробной регламентации российско-норвежского сотрудничества в разработке месторождений, которые будут пересекаться линией разграничения;

d) более ясные и понятные правовые условия для осуществления рыболовства, недопущения существенных изменений в соответствующих долях сторон в объёмах общего допустимого улова, а также обеспечения стабильности рыболовной деятельности сторон по каждому соответствующему виду рыбных запасов, что объективно сужает вероятность конфликтных ситуаций в этой сфере;

e) после вступления договора в силу, как минимум, ещё в течение пятнадцати лет, с возможным продлением на последующие шестилетние периоды, будут действовать основополагающие российско-норвежские соглашения 1975−1976 годов в сфере рыболовства. Продолжится работа Смешанной российско-норвежской комиссии по рыболовству, в рамках которой согласовываются объёмы общего допустимого улова, квоты вылова рыбы. Ещё большее практическое значение приобретает разработка единых технических мер регулирования промысла совместных запасов в Баренцевом и Норвежском морях, что устранит основания для возможных конфликтных ситуаций в связи с задержанием российских судов норвежской береговой охраной.

Угрозы в процессе реализации анализируемого договора возникают в связи с опасением, что в будущем могут произойти какие-то неблагоприятные сценарии, предприниматься попытки норвежскими соперниками по хозяйственной деятельности ограничения доступа российских хозяйствующих субъектов в рыбной отрасли в районы лова. В этом случае у России остаётся весь необходимый набор инструментов - как юридическая, международно-правовая защита наших интересов в этом районе, так и мероприятия уже практического характера, которые были бы не менее чувствительны для наших партнёров по освоению этого спорного района. Актуализируется вопрос о необходимости проведения модернизацию российской рыболовной отрасли, перехода на более современные, более эффективные, экологичные методы ведения хозяйственной деятельности и государственной поддержки обновления данной отрасли.

Что касается угрозы, что Россия что-то теряет, то в ответ на это К.И. Косачёв вполне логично заметил: "Потерять можно только то, чем владеешь. Мы никогда не владели теми районами, которые мы называем спорными. Мы сейчас разграничиваем морские пространства и договариваемся о сотрудничестве на всей площади вот этого бывшего спорного региона... Я убеждён в том, что эта ратификация ничего в худшую сторону не меняет. Более того, я убеждён в том, что эта ратификация создаёт дополнительные плюсы и преимущества для наших людей, которые живут в соответствующих регионах российского северо-запада. Кто-то здесь произнёс фразу о том, что размен газа на рыбу неадекватен. Нет в помине никакого размена! Мы к нашим возможностям в части рыболовства добавляем открывающиеся возможности по углеводородам и страхуем наши будущие возможности по освоению Арктики совместно - я надеюсь - с Норвегией в режиме добрососедства и сотрудничества, а не конфронтации" [9, 2011].

Хотелось бы отметить, что национальные интересы России в Арктике в условиях реальной геополитической ситуации, далёкой пока от стабильности, требуют проведения перманентной активной политики российского правительства не только по разграничению морских пространств со своими соседями, но и в экономике, социальной сфере жизнедеятельности, в образовании, проведении научных исследований, информационно-правовом обеспечении, в укреплении "арктического щита", обеспечении безопасности России. А уже потом, после завершения великого раздела Арктики, очевидно, наступит время делить безбрежное космическое пространство и другие планеты. Геополитический передел вечен и неизбежен всегда, для всех и во все времена, пока существует человечество.

С учетом современного вектора международного развития на многополярность мира становится актуальной проблема арктической солидарности и создания деполитизированного "International Arctic union "Arctic - XXI" под эгидой ООН, где Россия не будет в гордом одиночестве противостоять НАТО и европейско-атлантической солидарности. Международная неполитическая комиссия ООН (арктическая "G20") может стать открытой публичной площадкой для обмена мнениями по всем вопросам освоения природных ресурсов, экономики, инфраструктуры в арктическом пространстве, мониторинга ситуации, проведения переговоров и принятия согласованных решений для всех стран мира. Важно выработать здесь механизм согласования национальных интересов, поиска компромиссных решений, выработки совместной политики, разрешения конфликтных ситуаций в Арктике. Главное преимущество "International Arctic union" будет заключаться в выработке реального доверия друг к другу, в конструктивной интеграции и координации всей деятельности в Арктике, включая меры в таких чувствительных сферах, как военно-стратегические отношения; добыча и транспортировка нефти и газа, как объединение финансово-экономических ресурсов при реализации важных инфраструктурных проектов глобального значения в Арктике.

Такая постановка проблемы арктической солидарности является своевременной и актуальной, особенно с учетом того факта, что 19−20 января 2011 года в Лондоне прошёл Североевропейский саммит, на котором лидеры девяти стран − Великобритании, Исландии, Швеции, Дании, Финляндии, Норвегии, Эстонии, Латвии и Литвы − обсудили укрепление со-трудничества, а также идею создания северного "мини-НАТО". Экс-посол США в Норвегии Bensom K. Whitney считает проект такой организации полезным для того, чтобы "присматривать за полярными медведями и русскими". Проект подразумевает создание скандинавско-арктического блока, куда войдут совместные военные и пограничные силы, разведслужбы, центр защиты от кибератак, а также система координации действий в Арктике. Концептуальной основой для создаваемого нордического пакта является доклад экс-главы МИДа и Минобороны Норвегии Thorvald Stoltenberg "Nоrdic cooperationon foreign nand security policy" (2009). Арктическая направленность создаваемого военного блока не вызывает сомнений. Сам Столтенберг не скрывает, что идея скандинавской мини-НАТО − ответ на усилия России по межеванию и освоению арктического шельфа и природных ресурсов под ним. По словам Столтенберга, северный альянс − это "естественное" объединение. "Это вопрос географии, культуры, ценностей. Мы говорим на одном языке. Мы ощущаем между собой такую близость, какой у нас нет с другими народами, − говорит он. - В странах Северной Европы уже налажено великолепное сотрудничество между разведывательными службами. Такого не было даже во времена холодной войны. Есть тесные контакты на личном уровне. Все это вопрос доверия, вопрос общих интересов". Столтенберг отмечает, что хотя Финляндия и Швеция не являются членами НАТО, не выраженная словами солидарность по типу Североатлантического альянса между этой пятеркой государств уже существует. "Можно ли поверить, что в случае нападения на одну из североевропейских стран такую страну можно будет изолировать от других? Нет. Если будет совершено нападение на одну северную страну, то может случиться так, что втянутыми в конфликт окажутся и все остальные страны" [12, 2010]. Такой план по созданию Североевропейского пакта находит широкую поддержку среди представителей местной оборонной промышленности.

Кроме того, в странах Северной Европы активно обсуждается проект создания "United Nordic Federation". Книга профессора Гуннара Веттерберга, который является автором идеи создания Соединенной Нордической Федерации, признана официальным документом Нордического Совета − регионально-политического консультативного органа всех пяти нордических государств. Участниками предлагаемой федерации кроме Дании, Финляндии, Исландии, Норвегии и Швеции могут стать и три автономных территории − Фарерские острова, Гренландия и Аландские острова. Вместе они составили бы 10-ю по величине экономику мира - большую, чем экономика России или Бразилии - и пятую или шестую по величине экономику в Европейском Союзе. В ведение федерации предполагается передать полномочия в сфере иностранной и оборонной политики; координацию экономической политики в отношении рынка труда и исследования (research policy would probably). При существующем положении вещей сегодня у Соединенной Нордической Федерации было бы 25 миллионов граждан и ВВП приблизительно $1 600 миллиардов. В настоящее время the Nordic Region не часть G20, что является потерей и для региона и для всего мира. "United Nordic Federation" играла бы очевидную и конструктивную роль в G20. Соединённая Нордическая Федерация может стать новыми США в миниатюре. Скандинавское сотрудничество (Nordic cooperation) могло бы также пойти значительно далее, чем европейское сотрудничество. Объединенные скандинавские ценности уже положили начало сотрудничеству в законодательстве, социальном обеспечении и налогообложении. Естественно, что каждая страна по-своему понимает свои национальные интересы и по-разному реализует идею многосторонней арктической солидарности. И всё же я убежден в том, что у Северной Европы и России в ХХI веке стратегически появляется неплохой шанс для мирного и взаимовыгодного решения проблем освоения природных ресурсов Арктики. Это очень непростой и длительный международный процесс. Заключив и ратифицировав договор о сотрудничестве (2011) Россия и Норвегия вместе продвинулись ещё на один шаг в правильном направлении по пути мирной позитивной, а не военно-политической арктической солидарности. Для продвижения по такому пути во всех странах есть свои сторонники и противники, равнодушные и сомневающиеся. Это вполне естественно и понятно. Не надо только забывать, что Арктика у нас одна и все мы земляне единого глобального социума с общей судьбой. Без интеграции и объединения ресурсов всего человечества Арктику освоить будет трудно.

Литература

1. Howard Roger. The Arctic Gold Rush: The New Race for Tomorrow's Natural Resources. − London: First published 2009. − 259 c.

2. Лукин Ю.Ф. Великий передел Арктики: монография. - Архангельск: С(А)ФУ, 2010. − 399 с.

3. Эммерсон Ч. Чего Москва хочет в Арктике // The Financial Times. URL: http:// rus.ruvr.ru/by_source/1563279/index.html (дата обращения: 01.05.2010).

4. Sale Richard, Potapov Eugene. The Scramble for the Arctic: Ownership, Exploitation and Conflict in the Far North. - London: Frances Lincoln Ltd, 2010.

5. Конвенция ООН по морскому праву (United Nations Convention on the Law of the Sea − UNCLOS). URL: http://www.un.org/ru/documents/decl_conv/onventions/lawsea.shtml (дата обращения: 10. 04.2011).

6. Визит премьер-министра Норвегии в Россию 15.09.2010. URL: http://www.itar-tass.com/level2.html?NewsID=15494371&PageNum=0 (дата обращения: 15.09.2010).

7. Норвегия ратифицировала договор о морской границе с Россией. Lenta.ru. 09.02. 2011. URL: http://www.rao-offshore.ru/ru/press-centre/news/69-2011-02-09-13-42-06 (дата обращения: 09.04.2011).

8. Walter Gibbs. Норвегия приветствует одобрение российской Думой договора по Баренцеву морю //Reuters, Великобритания. − 2011. - 27 марта. URL: http://www. inosmi.ru/politic/20110327/167790203.html (дата обращения: 09.04.2011).

9. Стенограмма заседания Государственной думы РФ от 25.03.2011. № 24. Проект федерального закона "О ратификации Договора между Российской Федерацией и Королевством Норвегия о разграничении морских пространств и сотрудничестве в Баренцевом море и Северном Ледовитом океане". URL: http://transcript.duma.gov. ru/node/3405/?full (дата обращения: 09.04.2011).

10. Подписан закон о ратификации Договора между Россией и Норвегией о разграничении морских пространств. URL: http://www.kremlin.ru/acts/10869 (дата обращения: 09.04.2011).

11. Только "Единая Россия" поддержала ратификацию договора с Норвегией. URL: http://www.rian.ru/politics/20110325/357716758.html (дата обращения: 09.04.2011).

12. Andrew Rettman. Страны Северной Европы сближаются в нашем расширяющемся мире // "EUobserver.com", Бельгия. 07/12/2010. URL: http://www.inosmi.ru/europe /20101207/164754790.html (дата обращения: 19.01.2011).

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.
Главное сегодня
NB!
01.05.17
Нефть и газ Казахстана: тенденции и перспективы
NB!
01.05.17
Бомбардировка Герники как символ «нового порядка»
NB!
01.05.17
Армяно-индийские отношения: интенсивного развития придется подождать
NB!
01.05.17
Баку подбивает Турцию на неоправданный риск
NB!
01.05.17
Украина против «Газпрома»: крючкотворство и фантастические претензии
NB!
01.05.17
Анимэ в поисках ответов на проклятые вопросы
NB!
01.05.17
Комедия для перенапрягшегося мозга: без претензий и намеков на смысл
NB!
01.05.17
Будущее: Человек модульного типа и одноразового использования
NB!
01.05.17
Разводка Японии и Южной Кореи: в чем взаимный интерес США и Китая
NB!
01.05.17
Голый зад в Владимиро-Суздальском музее-заповеднике: невозможное возможно
NB!
01.05.17
Повлияют ли рейтинги губернаторов на итоги президентских выборов?
NB!
01.05.17
Молдавия: 39% — за ЕС, 40% — за ЕАЭС, 61% — за Путина
NB!
30.04.17
Дети говорят о войне: акция памяти на Ставрополье — фоторепортаж
NB!
30.04.17
Дружба США и Китая: пугающая реальность или сиюминутная конъюнктура?
NB!
30.04.17
Изнасилованная Окинава
NB!
30.04.17
В Калужской области скончался беженец с Донбасса, которому не дали убежища
NB!
30.04.17
Неделя в НХЛ: полуфинал Кубка Стэнли — в самом разгаре
NB!
30.04.17
«Спартак» второй раз в сезоне обыграл ЦСКА
NB!
30.04.17
Украина готовится к авиационной атаке на Донбасс
NB!
30.04.17
Выборы в Иране: Джахангири в президенты, Рухани в рахбары?
NB!
30.04.17
Столичная «кошмарная демонстрация обрубков»: инвалиды требуют войны
NB!
30.04.17
«По закону» или «по понятиям»: как Великобритания уходит из ЕС