Николай Радов: Возможна ли смена власти в Белоруссии?

Минск, 13 сентября 2010, 16:24 — REGNUM  

В последние дни создается впечатление, что в Белоруссии интерес к выборам президента страны не только не возрастает, но и наоборот - падает. Население занято собственными повседневными делами, оппозиция затаилась в ожидании финансирования своих "кандидатов", а нынешний белорусский лидер и вовсе не видит необходимости вносить какие-либо коррективы в заранее запланированную им деятельность на посту главы государства. По всей видимости, никто, даже политические оппоненты Александра Лукашенко, не сомневается в четвертом сроке первого президента. Об этом, например, говорит тот факт, что гражданская кампания "Говори правду!", лидером которой является Владимир Некляев - единственный из потенциальных кандидатов, кто начал свою раскрутку заранее, планирует продолжить свою деятельность и после предстоящих выборов. Таким образом, даже оппозиция, неоднократно делившая между собой портфели в будущем правительстве, не верит в возможность поражения Лукашенко.

Нельзя утверждать со стопроцентной уверенностью, что нынешняя предвыборная гонка станет для президента Белоруссии последней в его карьере, так как консервативное в своей основе белорусское общество может и дальше предпочесть стабильную стагнацию резким переменам. Однако необходимо учитывать и то, что социально-экономическая и политическая ситуации в Белоруссии может в недалеком будущем стать основой для появления различных вариантов смены государственной власти в стране.

Одним из наименее возможных вариантов смены власти в Белоруссии можно считать революцию, подобную киргизскому перевороту. В отличие от Бакиева, который превратил, как и Лукашенко, государство в собственную вотчину и грабившего и без того бедную республику, президент Белоруссии постоянно доказывает, что созданный им режим работает на благо граждан. Модель, предложенная белорусским лидером, устраивает бόльшую часть населения страны, для которой характерен подданнический тип политической культуры: безразличное отношение к национальной политической системе, отсутствие реакции на действия политических институтов и интереса к центральной власти, а также пассивное политическое поведение и небольшая заинтересованность политической жизнью "на местах". К тому же, электорат белорусского президента хорошо понимает государственную власть и умеет эффективно ей подчиняться.

Помимо этого, в республике создана собственная модель бесконфликтного общества, где сама идея резких изменений, потрясений и конфронтации вызывает отторжение в массовом сознании населения. Хорошо известно, что белорусское общество обладает достаточно гибким порогом терпимости, за которым может последовать социальный взрыв - как бы плохо не было белорусу, он всегда видит возможность приспособиться к ситуации, надеясь, что хуже не будет. И так может продолжаться достаточно долго, вплоть до тех пор, пока не начнется массовая смертность от голода. Так как предположить подобную ситуацию в центре Европы на данный момент нельзя, вывод напрашивается сам - создание в стране революционной ситуации, если не учитывать вероятных глобальных кризисов, невозможно.

Последние относительно крупные выступления оппозиционно настроенных сил пришлись на 1996-1998 годы, после чего наблюдается резкий спад интереса у граждан к идеям национального строительства и политики в целом. Это можно объяснить не только постепенной дискредитацией оппозиции, но и формированием новых социально-экономических отношений в стране, основанных на лояльности к власти. В данном случае белорусам было предложено отказаться от активной политической деятельности, не вмешиваться в дела государственного управления и проявить лояльность к режиму, как по отношению к центральной, так и местной власти, вплоть до райисполкомов и ЖЭСов. Взамен государство гарантировало минимальный уровень социальных благ: вовремя оплачиваемая работа, телевизор, холодильник, садовый участок и недорогая иномарка, чтобы можно было туда ездить. Белорусское общество с радостью приняло предложенную Лукашенко модель, превратившись в послушных исполнителей воли президентской вертикали.

Революционный путь смены режима не только маловероятен в Белоруссии, но и достаточно опасен, так как в результате переворота к власти в стране могут прийти наиболее радикальные политические силы, способные резко изменить внешнеполитический курс республики. Подобные выводы можно сделать на основании того, что в настоящее время в Белоруссии, не смотря на определенное затишье, достаточно хорошо организованы и наиболее активны именно прозападные группы политиков, стремящиеся любыми способами включить страну в состав Евросоюза. Пророссийская же политическая элита малочисленна и неорганизованна, поэтому в случае революционного переворота она будет окончательно вытеснена из Белоруссии, а страна повторит судьбу прибалтийских республик.

Смена режима в Республике Беларусь путем демократических выборов при нынешней государственной власти представляется также маловероятным, что можно связать с рядом объективных причин.

Во-первых, в стране нет хорошо организованной и сильной политической оппозиции, способной самостоятельно выдвинуть своего кандидата на пост президента страны. Ни один из так называемых лидеров белорусских общественно-политических организаций и партий не представляет абсолютно никакой угрозы Лукашенко: нет четкой программы, нет сплоченной команды единомышленников, нет харизматической способности повести за собой народ.

Во-вторых, в Белоруссии, стараниями президента, за 16 лет была фактически уничтожена многопартийная система, зарождение которой началось в первой половине 1990-х годов. В связи с этим в республике нет серьезных структур, которые могли бы заниматься подготовкой высококвалифицированных политических деятелей, способных бороться за власть.

В-третьих, рейтинг Лукашенко среди белорусов, как показывают опросы Независимого института социально-экономических и политических исследований (НИИСЭПИ), колеблется последние десять лет вокруг 40%. При этом именно электорат президента (как правило, это люди старшего поколения, проживающие в регионах страны) составляет основную массу избирателей на выборах. В тоже время, не определившиеся (по разным подсчетам таких в стране более 30%) либо недовольные режимом жители республики зачастую не идут голосовать, считая выборы недемократичными и абсолютно бессмысленными. Такое отношение к избирательному процессу является следствием не только деятельности государственных структур, но и оппозиции, неоднократно заявлявшей о необходимости бойкотировать выборы, на которых народ ничего не решает. Подобное двойное давление утвердило в сознании белорусов бесперспективность избирательного процесса и, как следствие, стало одной из причин низкого уровня активности на выборах (прямым подтверждением могут служить недавние изменения в избирательном кодексе Белоруссии, которые, помимо всего прочего, предусматривают отмену нижнего порога явки на местных выборах). Сложившееся положение позволяет Лукашенко смотреть с определенной долей оптимизма на любые проходящие в стране выборы, беспокоясь лишь об их признании со стороны России и ЕС.

В-четвертых, пресловутой белорусской номенклатуре до сих пор не было сделано конкретного предложения, связанного с их будущем в случае поддержки на выборах альтернативного кандидата. Нынешняя президентская вертикаль, созданная Лукашенко, в настоящее время представляет собой механизм, который может устойчиво существовать лишь в действующем политическом режиме и любые коренные изменения государственной структуры неизбежно его разрушат. В сложившейся ситуации чиновники, как на государственном, так и на местном уровнях, стремясь сохранить за собой руководящие посты, не будут заинтересованы в проведении открытых и прозрачных выборов, способных изменить политическую систему государства. Такая позиция бюрократии неизбежно будет вести к повсеместному нажиму на электорат, обеспечивая необходимые государству результаты.

Ряд экспертов видит возможность государственно-политических изменений в Белоруссии в прямой передачи власти от Лукашенко к его сыну Виктору (вариант передачи власти младшему сыну будет бесперспективен еще около трех десятков лет) либо кому-то из ближайшего окружения президента. Подобное развитие событий видится многим аналитикам наиболее перспективным: безопасность для Александра Григорьевича в обозримом будущем, окончательный уход от ответственности, продолжение жизни "системы" и сохранение семейного контроля над Белоруссией. Передача власти кому-либо из окружения президента, но не члену семьи, представляется наименее вероятным, так как в этом случае Лукашенко рискует быть полностью отлучен от власти и экономических выгод в стране. Народ, подталкиваемый оппозиционными группами, может потребовать "крови" бывших руководителей республики и "переходная" власть будет вынуждена решать эту проблему за счет семьи первого президента, а такой вариант не может устраивать Лукашенко.

Однако подобные варианты не возможны в настоящее время в связи с тем, что Александр Григорьевич не считает себя немощным или загнанным в угол политиком. Феноменальная жажда власти, огромные амбиции и большое недоверие даже к соратникам заставляет белорусского президента действовать на грани фола, не давая никому усомниться в том, что в стране есть всего лишь одна значимая политическая фигура, стоящая на защите национальных интересов и способная противостоять любым натискам извне.

Наиболее вероятным вариантом развития событий, включая и будущую победу Лукашенко на выборах, является создание в Белоруссии ситуации, благоприятной для социально-номенклатурного переворота в течение последующих нескольких лет. В первую очередь, для республики будут созданы наиболее неблагоприятные условия экономического развития: высокие цены на энергоносители, отмена различного рода экономических преференций, как на Западе, так и в России, отказ от коммерческого и иного сотрудничества с белорусскими партнерами, введение штрафных санкций и т.д. При этом Москва и Брюссель будут действовать на этом этапе совместно, так как нынешний белорусский лидер перестал удовлетворять потребностям обеих сторон.

Вторым шагом станет подготовка собственного политического лобби и альтернативного кандидата, с одной стороны выгодного номенклатуре, а с другой - не запятнавшего себя деятельностью в государственных структурах Лукашенко. Поэтому кандидатуры Премьер-министра Белоруссии Сергея Сидорского и подобных ему видятся крайне маловероятными, так как в том или ином виде они представляют собой команду президента. Рассчитывать на то, что белорусский электорат будет поддерживать любого кандидата, только не Лукашенко, наивно, так как в силу своего консервативного менталитета и всеобщей аполитичности белорусам гораздо спокойнее жить по утвердившимся правилам со старым президентом, чем с новым. Поэтому в Белоруссии будет необходима "кадровая" революция, способная изменить не только менталитет действующей номенклатуры, но и создать ей альтернативу. При этом надо учитывать, что противодействие этому процессу со стороны государства, например уголовное преследование, подтолкнет белорусских чиновников к скорейшим переговорам с заинтересованными в смене власти сторонами.

Третьим шагом станет дестабилизация обстановки в стране на основании социально-экономического и политического кризиса, вызванного остановкой экономики и противоречиями во властных структурах. При этом, как бы жестоко это не звучало, интересы простых жителей страны в данном случае учитываться не будут, так как на кону будет стоять оформление новой политической власти в стране. Образ спасителя белорусского народа, которым сейчас удачно оперирует президент, будет предложен альтернативному кандидату (наподобие "украинского варианта" прихода к власти Януковича), и у белорусов просто не будет другого выбора, как отказать в доверии Лукашенко. Механизмы подобной смены власти в Белоруссии могут быть различны: от парламентского импичмента президенту до открытого противостояния общества и государства, когда нынешняя власть будет вынуждена подать в отставку в обмен на гарантию свободы и неприкасаемости.

Можно констатировать, что будущее у Белоруссии достаточно туманное, а ее народ, в который раз, может стать заложником большой политической игры, в которой нынешняя государственная власть собственные амбиции ставит выше национальных интересов.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.