От капитана до штрафбата: обстоятельства гибели красноармейца из Чувашии

Чебоксары, 29 марта 2010, 16:11 — REGNUM  Почти через 65 лет стало известно о судьбе уроженца Чувашии, жителя Алатыря Сергея Астафьева, который погиб в марте 1945 года. В течение многих десятилетий оставались неизвестными обстоятельства его гибели и место захоронения. Однако, как выяснилось, во время войны командира батальона 647 стрелкового полка (СП) 216 стрелковой дивизии Сергея Астафьева разжаловали до рядового (стрелка) и отправили в 10-й отдельный штрафной батальон (ОШБ) третьего Белорусского фронта (офицерский штрафбат). Как сообщили ИА REGNUM Новости в военном комиссариате Чувашии, документы и распечатки, подтверждающие данные сведения, поступили в марте от полковника из Пятигорска (Ставропольский край) Геннадия Каплина.

В объёмной посылке - свыше 35 распечатанных на обычном принтере фотографий и различные документы, которые занимают более 25 листов. Практически каждая страница сопровождается написанными от руки комментариями, почерк - ровный, красивый, а карты - флажками и стрелками, передаёт корреспондент ИА REGNUM Новости. В своём письме полковник Геннадий Каплин рассказывает, что с 2004 года устанавливал судьбу своего дяди, о котором было известно только то, что он незадолго до конца войны погиб на фронте. "В г.Подольск работал с документами в Центральном архиве Министерства обороны, ежегодно выезжал в Калининградскую область, по старым трофейным и советским картам нашёл среди полей и перелесков поляну, на которой он был похоронен в братской могиле. Если её найдут местные поисковики, то погибших перезахоронят в новом мемориальном комплексе в с.Медведевка в 5 км севернее от Калининграда", - пишет в своём письме полковник, отмечая, что среди похороненных в этой могиле значится и Сергей Николаевич Астафьев. По признанию автора письма, поводом для обращения в военкомат стали неполные сведения о красноармейце, опубликованные в Книге памяти Чувашской Республики: "Астафьев Сергей Николаевич. Капитан. Погиб в бою 20.3.1945. Место захоронения неизвестно".

На основании архивных материалов, Геннадий Каплин делает вывод, что чувашский красноармеец Сергей Астафьев погиб на 20, а 2 марта 1945 года при взятии Конрадсвальде (похоронен в фольварке Грюнлинде (Grunlinde, Восточная Пруссия), при отражении на его северной окраине утренней атаки немцев. В настоящее время данная местность в 500 м южнее указанной автомагистрали, в 8 км севернее поселка Корнево (бывший Цинтен) Багратионовского района Калининградской области. На месте фольварка Грюнлинде, который был снесён в конце 40-х, - поляна среди перелесков, остатки фундаментов, отмечается в сообщении. Имя чувашского красноармейца значится "в камне" в воинском мемориале Багратионовска Калининградской области.

Автор письма также говорит о том, что послужной список Сергея Астафьева не выяснял и не знает, когда и по какой причине он попал в 10-й ОШБ 3-го Белорусского фронта. Это был офицерский штрафбат, в который направляли как по приговору военного трибунала, так и по решению командующего фронтом. "В соответствии с положением о штрафбатах, Астафьев С.Н. своей гибелью искупил вину и поэтому был посмертно восстановлен в звании капитана и в занимаемой должности командира батальона 647-го СП, кем он и значится в документах, оформлявшихся по окончании войны", - поясняется, в частности, в письме.

Далее полковник сообщает об обстоятельствах гибели на фронте уроженца Чувашии. 23-24 февраля 1945 года 5-я армия 3-го Белорусского фронта вышла к имперской автомагистрали Кенигсберг-Берлин, проходившей в 10 км от берега Балтики (ныне - Калининградский залив). Здесь попала в котёл, была прижата к заливу так называемая "хейльсбергская" группировка немецких войск, и требовалось пресекать её попытки соединиться с другой вражеской группировкой, окружённой в конце января в Кенигсберге. Его штурм проходил позднее, с 6 по 10 апреля. "А в начале марта, как свидетельствуют документы подольского архива, на участке 184-й стрелковой дивизии 5-й армии требовалось пробиться через "берлинскую" автомагистраль, предотвращая прорывы немецких войск. С 28 февраля, в течение нескольких дней, операцию по овладению этим участком провели силами 262-го стрелкового полка 184-й СД и "приданного ему на этот период 10-го отдельного штрафбата". При этом численность штрафбата (на 28 февраля - 41 офицер постоянного состава и 128 рядовых штрафников, бывших офицеров) значительно превосходила численность стрелкового полка", - сообщается в письме.

Операция проводилась примерно в 25 км юго-западнее Кенигсберга. В ночь с 28 февраля на 1 марта 262 СП и 10 ОШБ с боем пробились через шоссе и прошли 300 метров по полю. К утру под сильным огнём противника были вынуждены закрепиться посреди поля на его небольшом возвышении. В ночь на 2 марта прошли ещё 400 метров до южной окраины фольварка Конрадсвальде, и к утру выбили из него противника.

Далее Геннадий Каплин сообщает, что погибших в течение 1 и 2 марта похоронили в своём тылу, в 500 метрах за автомагистралью. В книге боевых захоронений 10-го ОШБ братская могила была указана как "могила №8" (в ней похоронены 9 человек), однако схем и описаний не сохранилось, в подольском архиве уверены, что найти их теперь уже невозможно, пишет полковник. Затем в том же фольварке Грюнлинде в "могиле №9", которая, как не исключает адресат письма, находилась рядом, были похоронены ещё трое человек, погибших 4 и 5 марта. "С августа 2009 года на поляне фольварка Грюнлинде, которую удалось найти с помощью наших и трофейных карт, неоднократно работали поисковики одного из калининградских поисковых отрядов. Чтобы найти эти могилы, необходимо обследовать местность примерно в 200 метров диаметров, а это для них непростое дело", - отмечается в письме.

Адресат также обращает внимание на возможные ошибки в первичных документах 1945 года в отношении даты гибели Сергея Астафьева: "Позднее в документы ошибочно попали даты 20 марта и 10 марта. Ошибка связана, по-видимому, с нечёткими записями ("2.03.1945" прочитано как "20.03.1945"), а ещё потому, что приказ об исключении из списков личного состава Астафьева, как и других погибших в эти дни, был издан в 10-м ОШБ 20 марта 1945 г. То же несоответствие в датах отмечается в документах и на моего дядю, и на других захороненных в братской могиле".

При этом невольный исследователь на основании документов делает вывод о том, что "реального перезахоронения в Грюнлинде не производилось, Астафьев и другие остались лежать там, где их похоронили в 1945 году". К такому выводу автор письма приходит после анализа существенных противоречий в документах, содержащих сведения о местах захоронения военнослужащих 10-го ОШБ. Также он обращается к свидетельствам "людей из Калининградского военкомата": "Перезахоронение в новые воинские мемориалы, создававшиеся после войны (в 50-60-е годы и позднее), производилось в виде кампаний. Эксгумация и перезахоронение стоили недёшево, но на деле на это не выделялось достаточно средств. Поэтому очень часто выдёргивали на полях с отдалённых одиночных и небольших братских могил памятники со звездами и кресты, а сами могилы оставались, со временем оседали и терялись, зарастая лесом и высокой травой".

Автор письма также сообщает, что ему удалось найти племянницу Сергея Астафьева - Н.С.Кузнецову, которая проживает в Самарской области. Ранее об обстоятельствах гибели своего дяди и месте его захоронения ей и её матери ничего не было известно, пишет Геннадий Каплин.

Фотодокументы представлены на ленте с комментариями автора письма.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.