Константин Казенин: Где ищет союзников Магомедсалам Магомедов?

Махачкала, 24 февраля 2010, 23:50 — REGNUM  

Новый президент Дагестана Магомедсалам Магомедов принял два своих первых кадровых решения: он определился с кандидатурами сенатора от исполнительной власти и премьера. По сенатору большой интриги не было: довольно предсказуемо в этой должности остался прежний человек. Предположения о том, что сенатором станет экс-президент Муху Алиев, не прошедший кремлевского "кастинга" при выдвижении на второй срок, не подтвердились, да и вряд ли были на чем-то основаны: Магомедов в момент назначения никак не продемонстрировал значимости для себя своего предшественника, да и на некий компромисс Кремля с Алиевым назначение президента Дагестана совсем не было похоже.

Выбор премьера - шаг более информативный, особенно если учесть не только то, кого назначили, но и то, кого не назначили, хотя могли бы. Магомедов еще до вступления в должность заявил, что премьером будет аварец, во имя формального соблюдения "национального паритета" (аварцем был прежний президент, а Магомедов - даргинец). Можно спорить, действительно ли национальный паритет на уровне региональных должностей актуален сегодня для Дагестана, или же им пользуются в качестве некого оправдания решений, в действительности принятых на совершенно других основаниях. Но раз было сказано "аварец", то кандидатов можно было представить не менее четырех.

Абдуллаев, в отличие от тех, кто мог бы оказаться на его месте, тем, что был в списке кандидатов в президенты, а до появления этого списка был очень мало известен в республике. Во время борьбы за президентский пост о нем говорили как о человеке, имевшем некие биографические "пересечения" с президентом России, и как о представителе известных дагестанских деловых кругов в Москве. Вполне возможно, что решение о его премьерстве в случае, если Магомедов становится президентом, было принято заранее. По крайней мере, именно сторонники Магомедова еще в декабре 2009 года говорили в кулуарах о "двух фамилиях" из списка "Единой России", которые могли бы составить тандем президента и премьера.

Абдуллаев выделяется некоторой "паркетностью", дисгармонией с местными политэкономическими реалиями. Он лишен традиционной клановой поддержки. Это, кстати, не должно звучать как окончательный "диагноз". Абдуллаев родом из Гунибского района, который в советское время был признанной кузницей кадров партийной бюрократии, а сегодня в целом утратил свои былые позиции. Вполне возможно, что Абдуллаев станет объединительной фигурой для влиятельных людей из этой части горного Дагестана. Но это - только возможность на будущее, тем более, что сейчас верхний слой этого района крайне разобщен, даже на уровне отдельных сел. В первый период своей деятельности дагестанский премьер будет силен в основном своими связями вне республики, реальными или мнимыми.

Этим новый премьер не похож на тех, кто мог бы быть назначен вместо него (подчеркну, что нижеследующий список включает просто "мыслимых" претендентов; фамилии лишь некоторых из них неофициально назывались в числе возможных глав республиканского правительства).

Так, вице-премьер Ризван Газимагомедов, при Муху Алиеве регулярно направлявшийся на наиболее конфликтные участки работы, начинал свою карьеру в городских органах власти Махачкалы. Вполне возможно, что он уже давно перерезал "пуповину", соединявшую его с городом, и все же его назначение было бы воспринято как дружественный жест в сторону махачкалинского мэраСаида Амирова, которого многие ожидали самого увидеть в списке кандидатов в президенты. Делать такой жест Магомедов, видимо, не захотел.

Далее, глава дагестанского отделения "Россельхозбанка", бывший первый вице-премьер Гитиномагомед Гаджимагомедов - один из ветеранов республиканских экономических баталий, распространивший свое влияние в ряде равнинных районов Дагестана и имеющий достаточно сильных единомышленников.

Наконец, директор Махачкалинского торгового порта Абусупьян Хархаров, хоть и не был сторонников Магомедова в ходе борьбы за президентский пост, зато имеет хороший опыт взаимодействия с ним в бизнесе в прошлые годы. С Хархаровым, кроме порта, ассоциируется большой сегмент дагестанского бизнеса, довольно успешного и диверсифицированного.

Ни один из этих представителей аварского народа, имеющих достаточно крепкие позиции в регионе, Магомедову на посту премьера не подошел. Это может означать одно из двух. Возможно, новый президент действительно ориентируется на ресурсы влияния, находящиеся не в регионе, а за его пределами. А может быть, что все гораздо проще: принято решение сохранить возникшую в Дагестане при Муху Алиеве традицию, согласно которой премьер является слабой фигурой, удаленной от принятия реальных решений. Указать, какая из этих альтернатив верна, свои поведением сможет только сам Абдуллаев.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.
×

Сброс пароля

E-mail *
Пароль *
Имя *
Фамилия
Регистрируясь, вы соглашаетесь с условиями
Положения о защите персональных данных
E-mail