Сергей Колеров: Власти Молдавии развязывают России руки в Приднестровье

Баку, 5 декабря 2009, 12:00 — REGNUM  

Требования новых властей Молдавии о вывозе российских вооружений из Приднестровья, выводе войск РФ, изменении миротворческого формата на Днестре и повышении роли и статуса наблюдателей (США и ЕС) в переговорном формате "5+2" по приднестровскому урегулированию звучат постоянно с момента формирования Альянсом за европейскую интеграцию (АЕИ) нового правительства. О своем намерении добиваться этого представители кишиневского руководства заявляли в течение последних месяцев в ООН, на встречах с евроатлантическими чиновниками разного уровня, получая от них, в свою очередь, ту или иную степень одобрения и поддержки своим планам и даже, если верить словам и.о. президента Молдавии Михаила Гимпу, в ходе его встречи с президентом России Дмитрием Медведевым на саммите СНГ в Кишиневе. Также лидеры АЕИ Владимир Филат и Михай Гимпу постоянно муссировали эту тему в интервью по большей части западным и румынским СМИ. Но если поначалу представители АЕИ в своих заявлениях осторожничали, делали их с оглядкой, говорили, что речи о смене миротворческого формата не идет (вице-премьер по вопросам реинтеграции Виктор Осипов), что он возможен только в результате компромисса всех сторон (премьер-министр Владимир Филат), и нервно заявляли об инсинуациях и неправильной интерпретации своих слов их политическими оппонентами, то постепенно, ввиду того, что никакой реакции со стороны России не последовало, требования Кишинева стали приобретать все более настойчивый и официальный характер. Наконец, на проходившем 1-2 декабря в Афинах заседании Совета министров ОБСЕ - организации, имеющей статус посредника в переговорном формате по приднестровскому урегулированию, министр иностранных дел и европейской интеграции Молдавии Юрий Лянкэ потребовал "полного вывода российских войск с территории Приднестровья и преобразования действующего миротворческого формата на Днестре в многонациональную гражданскую миссию под международным мандатом". Свое требование Лянкэ мотивировал решениями Стамбульского саммита ОБСЕ 1999 года.

2 декабря, как сообщает молдавский МИД, страны НАТО, а также присоединившиеся к ним Молдавия и ее партнеры по ГУАМ Украина и Грузия выступили с совместным заявлением, в котором подтвердили позицию относительно ратификации адаптированного Договора об обычных вооруженных силах в Европе лишь в случае полного выполнения обязательств, отраженных в Заключительном акте Стамбульской конференции по ДОВСЕ 1999 года и его приложениях. Впрочем, НАТО подтвердила свою позицию относительно вывода российских войск из ПМР еще 2 месяца назад, когда после встречи с Филатом в Брюсселе спецпредставитель генсека альянса Роберт Симмонс заявил, что "российские войска, расположенные в Приднестровье, не являются миротворческими".

Что касается ДОВСЕ, то Россия еще летом 2007 года ввела мораторий на его действие именно по причине отказа стран НАТО вопреки стамбульским обязательствам ратифицировать договор, а также превышения ими в результате расширения альянса предусмотренных ДОВСЕ ограничений. При этом взятые Россией в Стамбуле обязательства по вывозу вооружений из Грузии и Приднестровья имели двусторонний характер и не касались третьих стран, к тому же были выполнены досрочно еще в 2001 году. В настоящее время ни в Приднестровье, ни в Грузии нет российских вооружений, подпадающих под действие ДОВСЕ.

А вот российские миротворцы в Приднестровье несут службу в соответствии с "Соглашением о принципах мирного урегулирования вооруженного конфликта в Приднестровском регионе Молдавии", подписанном 21 июля 1992 года в Москве президентами России и Молдавии в присутствии президента Приднестровья. Более того, 18 марта 2009 года Дмитрий Медведев, Владимир Воронин и Игорь Смирнов подписали совместное заявление, в котором четко указали, что трансформация российской миротворческой операции в регионе в мирогарантийную операцию под эгидой ОБСЕ возможна только после урегулирования приднестровского конфликта. И все разговоры о том, что конфликта давно нет, что никто ни на кого нападать не собирается - пустое сотрясание воздуха, поскольку рассматривается только 2 варианта урегулирования - вхождение Приднестровья в той или иной форме в состав Молдавии либо признание его независимости с последующим вхождением или невхождением куда-либо. Соответственно, пока ни один из этих вариантов не реализован, конфликт не урегулирован.

Происходящие изменения внешнеполитического курса Молдавии при новой власти были ожидаемы, усиление евроатлантического вектора, восстановление добрососедских отношений с Румынией - прогнозировались. Удручает только, что Россия по-прежнему сохраняет пассивность и остается сторонним наблюдателем процессов, происходящих в регионе. Кремль, очевидно, ждет, когда бесконечные выборы в Бессарабии закончатся и органы власти сформируются окончательно, чтобы "было с кем работать". А зря. Затянувшийся кризис и слабость власти в Кишиневе выгодны России, так как дают возможность решить наболевшие в течение двух десятилетий вопросы и полностью переформатировать ситуацию в регионе. Тем более что представители либерально-демократического руководства Бессарабии (сами или наученные старшими товарищами - неважно) делают Кремлю такие подарки.

Дело в том, что своими заявлениями лидеры АЕИ ставят под сомнение всю договорно-правовую базу, заключенную прежним кишиневским руководством, подтвержденную накануне апрельских выборов в Бессарабии и определявшую (худо-бедно) отношения в регионе на протяжении почти 20 лет. Требуя пересмотра миротворческого формата на Днестре, Кишинев объявляет нелегитимными все договоренности, заключенные прежним руководством республики. Собственно, о нелегитимности этих договоренностей представители АЕИ заявляли еще до парламентских выборов, когда находились в оппозиции. В частности, лидер Либерально-демократической партии Филат заявил после встречи Медведева, Воронина и Смирнова 18 марта в Москве, что Воронин "не имеет мандата подписывать какие бы то ни было документы от имени Республики Молдова", а содержащийся в совместном заявлении президентов Молдавии, Приднестровья и России пункт о готовности заменить российский миротворческий контингент миротворцами под эгидой ОБСЕ "носит исключительно декларативный характер, поскольку связан с туманной перспективой разрешения приднестровского конфликта".

Вывод из этого следует очень простой и очевидный: если указанные договоренности ничего не значат, то ничего не значат и все другие документы, подписанные до 29 июля 2009 года, т.е. до прихода к власти в Бессарабии Альянса за европейскую интеграцию. В том числе и "Договор о дружбе и сотрудничестве", подписанный в 2001 году в Москве Путиным и Ворониным. Этот договор, а точнее, содержащаяся в его преамбуле приверженность России приднестровскому урегулированию "на основе соблюдения суверенитета и территориальной целостности Республики Молдова", был, пожалуй, самой большой ошибкой российского руководства за все время приднестровского конфликта. Все последовавшее за этим - срыв Меморандума Козака, появление Евросоюза и США в формате "5+2", которые последнее время все настойчивей проявляют свою неудовлетворенность статусом наблюдателей, блокада Приднестровья, прекращение переговорного процесса - было лишь его следствием. Этот договор на протяжении 8 лет позволял Воронину манипулировать Кремлем так, как ему хотелось, безболезненно дрейфовать в сторону НАТО и ЕС, срывать переговоры с Приднестровьем, "выливать вино в Днестр", а потом снова восстанавливать позиции на российском рынке, сделать Кремль своим заложником на выборах в апреле 2009 года и в результате опозорить его перед всем миром во второй раз (первый - случай с Меморандумом Козака, когда самолет Путина "не долетел" до Кишинева, где должно было состояться его подписание).

И вот теперь либерально-демократические власти Кишинева дают Кремлю прекрасный повод сбросить с себя бремя этого договора. Однако последний до сих пор никак не отреагировал на все более настойчивые призывы бессарабских лидеров. Российские официальные лица пока только лишний раз обмолвились об "актуальности некоторых положений" Меморандума Козака и подтвердили свою приверженность "суверенитету и территориальной целостности". Хотя по логике вещей надо было бы для начала официально потребовать объяснений от Кишинева в связи с этими заявлениями, указав на их противоречие всем достигнутым ранее договоренностям. Если Бессарабия хочет их денонсировать, но стесняется заявить об этом прямо, то, может быть, надо помочь ей сделать это. А еще в срочном порядке доукомплектовать контингент российских миротворцев до предусмотренных пока еще действующим соглашением 2700 человек. Это будет ответом на звучащие по сей день просьбы Тирасполя и превентивной мерой реагирования на декларации и требования Кишинева, дестабилизирующие обстановку в зоне конфликта.

Но Москва, к сожалению, продолжает "дружить" с Кишиневом, занимая выжидательную позицию. Кремль упорно не хочет верить в то, что Бессарабия - не друг России, не была им на протяжении 18 лет своего условно независимого и суверенного существования, и вряд ли уже будет. В Бессарабии не было и нет политиков, которых хотя бы с натяжкой можно было бы назвать пророссийскими. Пока еще осталась часть населения, настроенного пророссийски, и еще часть, потенциально могущего стать таковым, - но никакой работы, кроме отчетно-показательных матрешечно-балалаечных фестивалей, с ним не ведется. А Запад в целом и Румыния, в частности, успешно ведут эту работу уже два десятилетия. И евроатлантическая модель, даже пример самой нищей, но все-таки страны ЕС, Румынии, вне конкуренции независимо от их качества, потому что Россия со своей стороны вообще никакой модели не предлагает.

Русский в Бессарабии даже российского гражданства получить не может, увязнув в чиновничьих кабинетах консульства РФ, давно вписавшегося в нанашисткую систему отношений и ценностей современной Республики Молдова. И сломать эту систему в своем же консульстве пока не удалось ни одному послу, включая ныне действующего. Зато "бессарабские румыны" получают российское гражданство и переезжают в Россию без всяких проблем. Например, припеваючи живущий в Москве композитор Евгений Дога, в начале 1990-х предлагавший русским убраться в Россию или привлекать их к уголовной ответственности "за сепаратизм", а в 2008 году награжденный Путиным орденом "За заслуги перед Отечеством". Перед чьим отечеством, г-н Путин? Или причастные к русофобской деятельности Народного фронта режиссер Эмиль Лотяну, которому после смерти установили памятник на Ваганьковском кладбище, и писатель Ион Друцэ, проживающий в Москве. Также можно вспомнить яростного борца с "русскими оккупантами" и евреями, актера Михая Волонтира, которого пару лет назад лечили в Санкт-Петербурге на собранные россиянами деньги. То, что действующая в советских традициях российская власть антинациональна, известно давно. Не хотелось бы окончательно убедиться в том, что она еще и антигосударственна...

Между тем, пока Кремль выжидает и помалкивает, ситуация меняется не только в Бессарабии, но и в соседнем Приднестровье. Президент ПМР Игорь Смирнов, на первый взгляд, с головой окунувшийся в противостояние с парламентом, на самом деле, не забывает совершать необходимые внешнеполитические телодвижения. Понимая, что никакой, даже номинальной поддержки в Москве у него не осталось и что в случае обострения ситуации на Днестре, при вероятной пассивности России, никто не придет ему на помощь, Смирнов, очевидно, нацелился на откровенный альянс с Украиной. Он даже не считает нужным скрывать это и придумывать какие-то оправдания для Москвы, как это делалось раньше. Бессменный приднестровский лидер пока нащупывает почву, рассыпается в благодарностях и Ющенко, и Тимошенко, обещает активизировать заглохнувший было вопрос об установке памятника Мазепе в Бендерах, благодарит Украину в целом за ее "миротворческие усилия". Каковые, напомним, выразились в частности в инициированном Ющенко и Ворониным мониторинге приднестровско-украинской границы миссией ЕС, изначальной целью которого было "пресечение контрабанды приднестровского оружия", экономической блокаде Приднестровья, обвинениях в адрес приднестровцев в "воровстве украинского газа", когда во время прошлогодней "газовой войны" Украина перекрыла трубу своим соседям и европейским партнерам. И можно быть уверенным, что Смирнов, так или иначе, не ошибется.

Так как кто бы ни пришел к власти в Киеве в результате предстоящих 17 января президентских выборов (если они, конечно, не будут сорваны очередной "газовой войной", вторым "майданом" или каким-нибудь новым изобретением "украинской" политической мысли), он будет проводить антироссийскую политику. Потому что на Украине так же, как и в Бессарабии, нет пророссийских политиков, в том числе и среди тех, которые традиционно считаются таковыми. Как бы ни убеждали себя в обратном российские лидеры, сколько бы они ни приветствовали "ответственную позицию" Тимошенко.

Киев в очередной раз перехватил у Москвы инициативу в регионе. После того как глава администрации президента РФ Сергей Нарышкин посетил Кишинев с целью "получить информацию из первых рук", после карнавала под названием "саммит глав государств-участников СНГ", где "информацию из первых рук" получила представительная делегация во главе с Медведевым, с визитом в Кишиневе и Тирасполе (который, кстати, упорно обходят стороной крупные кремлевские чиновники) побывала секретарь Совнацбеза Украины Раиса Богатырева. Визит Богатыревой, в отличие от визита московских гостей, носил отнюдь не ознакомительный характер. За день, проведенный в Кишиневе, она успела "реанимировать" антироссийский ГУАМ, возобновление участия в котором Молдавии поприветствовали главы МИД Украины, Грузии и Азербайджана на вышеупомянутом саммите Совета министров ОБСЕ, уговорить молдавский парламент рассмотреть вопрос о "голодоморе", поднять проблему украинского языка и нацменьшинства в Бессарабии и, наконец, выступить в унисон с кишиневскими требованиями о выводе российских войск из Приднестровья, сославшись при этом все на те же Стамбульские соглашения и молдавскую "территориальную целостность". Все это не помешало Богатыревой на следующий день убедиться в Тирасполе в лояльности Смирнова и между делом сообщить ему о необходимости "актуализировать план Ющенко" по приднестровскому урегулированию. План этот, напомним, предполагает замену российских миротворцев на украинских, разоружение приднестровской армии и предоставление Приднестровью автономии в составе Молдавии.

Уже совершенно ясно, что сотрудничества по межпартийной линии (между приднестровским "Обновлением" и "Единой Россией") недостаточно. Визиты единороссовских думцев в Тирасполь, поддержка, выказываемая ими экс-спикеру Верховного совета Евгению Шевчуку, ничего не меняют. Это лишь мобилизует Смирнова, загоняет его в угол и провоцирует на все более неадекватные действия как в отношении парламента, так и населения ПМР. "Единая Россия", конечно, партия власти, но не сама власть, во всяком случае, не воспринимается в качестве таковой за пределами РФ. Хотя в Кремле, возможно, об этом даже и не подозревают. Помешать Смирнову превратиться в абсолютного монарха может только непосредственное вмешательство России в ситуацию. Тот же доукомплектованный российский миротворческий контингент выступал бы гарантом не только внешней, но и внутренней стабильности. Даже одно публичное заявление президента, премьера или МИД РФ, в котором была бы дана четкая и адекватная оценка деятельности Смирнова, уже серьезно пошатнуло бы его позиции в республике, население которой он до сих пор исправно кормит пророссийскими лозунгами. Точно так же, как в свое время одного публичного заявления первых лиц государства было бы достаточно, чтобы дезавуировать мнимую пророссийскость Воронина. Но все без исключения первые лица тогда, как известно, поступили с точностью до наоборот.

На что рассчитывает Кишинев, откровенно провоцируя Москву и, по сути, развязывая ей руки в Приднестровье? Возможно, что осознание неспособности разрешить молдавско-приднестровский конфликт и неготовность публично и откровенно признать это толкает бессарабских лидеров на обострение. Ведь отделение Приднестровья де-юре снимает главное препятствие на пути евроатлантической интеграции Бессарабии. И признав ПMР, Россия, может быть, сделала бы большой подарок Кишиневу. На фоне оживившейся по обе стороны Прута дискуссии о бессарабской идентичности, заявлениях об "оккупации Бессарабии Россией" 1812 и 1940 годов, "втором румынском государстве" и возможности "воссоединения в рамках ЕС" эта версия выглядела бы правдоподобной, если бы не судорожные и довольно бестолковые попытки АЕИ прочно и надолго закрепиться именно в Бессарабии. Причем так, чтобы легитимность их власти ни у кого не вызывала сомнений и нареканий. Вместо громогласно продекларированных еще несколько месяцев назад обещаний уголовного преследования руководства ПКРМ и запрета компартии, лидеры АЕИ безуспешно пытаются договориться с Ворониным, который все больше и больше чувствует свою значимость для альянса. Уголовное дело на Воронина не было заведено даже после громких обвинений, сделанных экс-министром обороны и экс-главой СИБ Валерием Пасатом. Генпрокуратура Молдавии даже не сочла нужным провести расследование по ним, хотя бы на предмет их соответствия действительности. Лидеры АЕИ, так же как и Воронин, предпочли воздержаться от комментариев, сделать вид, будто ничего и не произошло. Все это в очередной раз позволяет сделать вывод, что бессарабский "междусобойчик", пусть даже в компании с ненавистным Ворониным, куда ближе и роднее для Филата и Гимпу, чем братская Румыния. И даже если ПКРМ 7 декабря опять не подарит коалиции необходимые 8 голосов для избрания Лупу президентом, то ничего страшного не произойдет: после этого еще как минимум год можно будет сохранять за собой должности премьер-министра, спикера и и.о. президента. А в "едином государстве всех румын" никто ведь таких должностей Гимпу и Филату не предложит.

Зачем тогда либерально-демократическая коалиция при всей уязвимости и шаткости своего положения играет с огнем? Чувствует слабость России и уверена в поддержке извне? Саакашвили в начале августа 2008-го тоже был уверен. Правда за прошедший год, в течение которого Россия сдавала одну позицию на постсоветском пространстве за другой, многое изменилось. А на смену Саакашвили пришел его партнер по ГУАМ Алиев, который теперь готовится к новой войне. Именно поэтому, если Россия не решит вопрос с Приднестровьем сейчас, вероятно, что в ближайшей перспективе она потеряет регион полностью. Приднестровский конфликт слишком долго был "замороженным".

Сергей Колеров - шеф-редактор Западной редакции ИА REGNUM Новости.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.