Константин Казенин: Кремлевский консенсус - Дагестан без Кадырова

Махачкала, 3 декабря 2009, 20:16 — REGNUM  

Противоречивая информация, приходящая в последнюю неделю из залов заседаний и коридоров власти Дагестана, позволяет с уверенностью утверждать только одно: ни один из пяти кандидатов на должность президента этой республики, предложенных "Единой Россией" Дмитрию Медведеву, не чувствует полной уверенности в победе. При этом свои шансы стать главой региона расценивают как ненулевые два-три кандидата из этого списка. Действующий президент Муху Алиев - разумеется, среди этих двух-трех, но не все его соседи по списку готовы заранее признать свое поражение. Иначе никак нельзя было бы объяснить, например, наличие двух "параллельных" обращений депутатов Народного Собрания Дагестана. Одно обращение, опубликованное на сайте парламента как принятое на сессии 26 ноября, говорит о том, что "не все кандидатуры отвечают предъявляемым к ним требованиям". Под другим обращением, появившимся несколькими днями позже, стоят, как сообщают сами "подписанты", фамилии 57 из 72 депутатов, и все они "считают своим долгом сообщить" Медведеву, что "уважая его,... готовы поддержать любую кандидатуру". Сам факт сосуществования двух таких документов, вне зависимости от обстоятельств появления и фактических инициаторов каждого из них, говорит о том, что в политическом Дагестане сегодня никто не ощущает себя уверенно. Собственно, достаточно краткого разговора с любым участником процесса или заинтересованным наблюдателем, чтобы утвердиться в этом же впечатлении.

Однако говорить о том, что в вопросе о будущем руководителе этой неспокойной республики сохраняется полная неопределенность, было бы ошибкой. Дело в том, что сам по себе список кандидатов, поданный Медведеву, примечателен не только теми личностями, которые в него вошли, но и теми, которые оказались за бортом. Сопоставляя состав тех и других, можно указать на сценарии, которые Кремль, по-видимому, решил исключить для Дагестана.

Много говорилось об отсутствии в списке кандидатов мэра Махачкалы Саида Амирова. Оно оказалось удивительным для многих, однако наряду с Амировым можно перечислить и ряд других муниципальных руководителей, которые неоднократно назывались потенциальными претендентами на высший пост, но в итоге в списке не значатся. Это тот же глава Хасавюрта Сайгидпаша Умаханов, глава Кизлярского района Сайгид Муртазалиев. Вообще, глава крупного муниципального образования в Дагестане принужден сегодня выбирать один из двух путей: либо сохранять унизительную зависимость от бюджетных дотаций и тех, кто их выписывает, либо выстроить у себя в городе или районе (а желательно - на чуть более широком пространстве) собственную властную вертикаль и собственный бизнес-холдинг, с жесткими принципами командной работы и необходимой силовой составляющей. Очевидно, что возвышение до поста президента любого главы второго типа привело бы и к возвышению его вертикали до республиканского уровня. Это сломало бы "адаты" (так в исламе называют установленные предками обычаи) дагестанской верхушки, основанные на динамическом равновесии элитных групп. В конечном пределе, такой вариант означал бы уподобление Дагестана современной Чечне.

Недопущение такого развития и оказалось сутью кремлевского консенсуса по Дагестану, при всех возможных разногласиях на федеральном уровне по поводу поддержки конкретных кандидатов. Муху Алиев, опытный бюрократ советской закалки, на Рамзана Кадырова никак не тянет. Вообще говоря, его с первых дней в основном и упрекали как раз за отсутствие собственной сильной команды. Но и его конкуретны знамениты, прежде всего, хорошими связями на федеральном уровне, собственной "группой поддержки" вне Дагестана. Парадоксально, но это относится даже к самому, казалось бы, "местному" из кандидатов - сыну бывшего главы Дагестана Магомедсаламу Магомедову. Безусловно, он не чужд связям в местном бизнесе, но все же гораздо чаще в Дагестане говорят о поддержке, которую он имеет не внутри республики, а среди влиятельных выходцев из нее.

Безусловно, "чеченизация" - то есть установление стопроцентного контроля руководителя региона над его силовой и экономической сферами - не лучший путь для Дагестана, чья история и общественная культура сильно отличается от соседских. Но некоторые последствия кремлевского выбора сегодня будут иными, чем четыре года назад. Тогда всех кандидатов в президенты называл полпред. Сегодня кандидаты возникают по партийной линии, в результате гораздо менее прозрачных процедур. Если в республике вызвало вопросы формирование списка кандидатов, то вполне ожидаемо, что вопросы вызовет и фамилия избранника, взятая из этого списка, что неминуемо ограничит влияние будущего президента, несмотря на всеобщий верноподданнический политес в отношении федеральных властей.

А муниципальные "империи" при этом ограниченном президенте будут расти и множиться. Вот, например, пока готовилась эта статья, стало известно, что суд отменил итоги выборов мэра Дербента, прошедших 11 октября на двух третях избирательных участков. А это может означать, что еще одну попытку возглавить этот город у южных ворот России предпримет экс-прокурор Дагестана Имам Яралиев, за спиной которого - значительные по региональным масштабам бизнес-структуры, команда единомышленников и национальная идеология.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.