Казахский эксперт: Иногда мы впадаем в крайности, говоря - "хватит русского языка"

Астана, 2 ноября 2009, 00:35 — REGNUM  

Россия никогда не сумеет стать империей, если не сумеет овладеть оружием духовного к себе притяжения. Сила без обаяния к успеху не приведет. Казахи готовы очароваться Россией и принести лучшее, что у них есть, считает культуролог Мурат Ауэзов. По его мнению, нельзя противопоставлять русскую и казахскую литературу, расширять в школе часы казахской литературы за счет сокращения русской. И даже больше - две ветви казахской литературы - русскоязычная и казахскоязычная - благотворно взаимодействуют друг с другом. Ведь понятие национального шире, чем только язык.

ИА REGNUM Новости: Состоялась ли казахская литература как именно большая литература, а не как маргинальное явление?

Безусловно, состоялась. И в этом заслуга не только нынешнего поколения. В последнее десятилетие в Казахстане действует программа "Культурное наследие". Государство поддерживает системную попытку установления связи с духовным миром прошлых веков. Я был одним из разработчиков концепции этой программы. Вместе с коллегами мы обосновали хронологический диапазон, в котором уместно было бы вести поиск с целью установления историко-культурной преемственности. Речь идет о событиях примерно двух с половиной тысячелетий - начиная с выхода конных кочевников на евразийские просторы.

В середине первого тысячелетия до новой эры на Алтае научились изготовлять в большом количестве предметы из железа. В целом это была эпоха перехода от бронзы к железу. Она имела огромное значение, в частности, для Китая, поскольку появились железные орудия обработки земли, и для кочевников, поскольку появились железные удила. Они не окислялись, как бронзовые. И благодаря этому конь стал средством покорения больших пространств. В это время начинается интенсивное перемещение кочевых племен в евразийском пространстве, зарождаются мировые религии, начинает свою жизнь первая материковая коммуникационная артерия - Великий шелковый путь. Для многих народов эта эпоха была временем радикальных перемен. В том числе - для наших предков, с которыми мы хотели бы установить преемственные связи.

ИА REGNUM Новости: Что из этого получается?

Две с половиной тысячи лет истории предстают как некая целостность, имеющая внутри себя причинно-следственные мотивации. Номады были активным и динамичным компонентом евразийского пространства. Повторюсь, они контролировали действие Великого шелкового пути, объективно способствовали зарождению мировых религий. В эту эпоху, которую Карл Ясперс назвал "осевой", в многомерные контакты вступили традиционные очаги мировой цивилизации, такие как Китай, Индия, ираноязычный и семитский миры. И даже античная Греция. С "эры пророков" тех времен начинается взаимосвязанная история Евразии. Факты и плоды взаимодействий той поры входят в обиход нашего сознания, когда мы говорим о себе.

И когда мы говорим о нашей литературе, то включаем в нее, естественно, и шедевры многовековой давности. Такие, скажем, как поэзия древних тюрков, VI - VIII век н.э., запечатленная на каменных стеллах. В ней не только описание историко-героических деяний, но и великолепные образцы письменного художественного слова. Или же произведения X-XI веков. Это мудрая поэзия Юсуфа Баласагуни, его "Наука быть счастливым", в которой автор, имея целью преодолеть арабоязычную доминанту, сообщает: "эта книга - первая из книг, в которой тюрки слышат свой язык". Или его современник, Махмуд Кашгари, который собирал образцы литературы, и письменной, и устной, и создал великую книгу "Дивани луга тат-турк" (Словарь тюркских наречий). Ну и конечно же, поэтические тексты суфийского мыслителя XII века Ахмеда Ясави, вместе со своими многочисленными последователями оказавшего глубочайшее воздействие на духовную жизнь Казахской степи.

Отвечая на вопрос, сложилась ли казахская литература, мы имеем в виду и вот эти бесспорные литературные ценности. И органично включаем в родословную нашей литературы героический и лирический эпос, поэзию средних веков и нового времени: XVIII, XIX века, которые прошли для казахов под знаком колонизации степного края, И отмечены они, как это бывало не раз в истории, великолепием духовного творчества. Настоящий прощальный бал номадической культуры...

Именно в таком контексте зародилось поразительное по силе воздействия на читателей литературное течение "Зар-заман" ("Горестное время"), апокалиптическое по своей поэтике и содержанию. Оно явилось волнующим и отрицаемым образцом для великого Абая. Абай поражает воображение не только гениальностью своего многогранного творчества, но и исключительной просвещенностью. Он много переводил с русского языка, и в то же время прекрасно знал восточную литературу. Особенно любил произведения великих иранских поэтов, шести веков "славы". Он был суфий. А суфизм предполагает работу со словом, которое захватывало бы душу и сознание читателя и слушателя. Абай овладел таким словом. Он оказал фундаментальное воздействие на становление казахской ренессансной интеллигенции начала XX века. В ее среде было много великих поэтов и писателей.

ИА REGNUM Новости: Мухтар Ауэзов, например?

Да, в частности, Мухтар Ауэзов, автор романа "Путь Абая". Недавно осуществлен его новый перевод на русский язык замечательным писателем Анатолием Кимом, который убежденно говорит о том, что "Путь Абая" - это уникальный роман, и такого второго быть не может в принципе. Мухтар Ауэзов захватил еще не ушедший в небытие мир кочевья...

ИА REGNUM Новости: Но он писал роман буквально на стыке эпох...

Мухтар Ауэзов пришел к мысли о написании этого романа-эпопеи в те самые трагические 30-е годы ХХ века, когда следствием коллективизации стал массовый голод, и треть казахского населения погибла. Рушился, уходил в небытие мир кочевья. Удержать его можно было только в художественном сознании. Мухтар Ауэзов осуществил эту задачу в романе-эпопее "Путь Абая". Ильяс Жансугуров - в трагической поэме "Кулагер". И это, конечно же, литература, высокая литература, снимающая любые сомнения относительно состоятельности казахского письменного художественного слова.

ИА REGNUM Новости: Сложно говорить о литературе, возраст которой старше ста лет - к нашему времени в ней уже немного полемического, больше - признанного.

Великие произведения литературы оттого и получают прописку в вечности, что они несут в грядущее свое совершенство, в котором непостижимой тайны ничуть не меньше, чем покоряющей ясности. Именно таким было творчество расстрелянных в годы репрессий поэтов Магжана Жумабаева и того же Ильяса Жансугурова. И их ипостаси во времена "хрущевской оттепели" и позже одаренного Мукагали Макатаева. В 60-е годы прошлого столетия кратковременные позитивные трансформации советского тоталитарного режима были усилены художественной литературой, не только метропольной, но и "окраинной". На это время приходится яркий расцвет литовского романа, грузинской исторической прозы. Не оставалась в стороне и казахская литература, прежде всего - в лице русскоязычных казахских писателей. Ануар Алимжанов и Олжас Сулейменов в своих произведениях осуществляли прорыв из предписанных тоталитарным режимом временных и пространственных пределов. Оба серьезно занимались средневековой и древней историей, думая о современности. Оба много ездили по миру, участвуя в антиколониальных писательских движениях, накапливая опыт духовной деколонизации. Были в числе лидеров афроазиатского движения писателей. Алимжанова в большей мере увлекала жизнь средневековых среднеазиатских городов. А Сулейменова манил мир кочевья: "Бросим робким тропам грохот копыт в лицо". Трофеи их творческих поисков становились достоянием казахской литературы в целом.

Эти две ветви нашей литературы - русскоязычная и казахскоязычная - благотворно взаимодействовали друг с другом. Хотя в быту, в миру писательском, всегда было: ты не настоящий казах, ты пишешь на русском языке, а я настоящий. Полагаю, понятие национального шире, чем только язык. Бывает, что на другом языке человек формулирует мысли и создает произведения, которые влияют на национальное становление ничуть не меньше, того, что создается на родном языке. ИА REGNUM Новости: Например? Русскоязычная ветвь казахского словотворчества начинается, пожалуй, с гениального Чокана Валиханова (ХIХ века). На русском языке творил Бауыржан Момыш-улы, герой Второй мировой войны. Ануар Алимжанов, Олжас Сулейменов, Сатимжан Санбаев, Болат Джандарбеков, Шокан Алимбаев, Роллан Сейсенбаев... Можно назвать целую плеяду писателей 70-80-х годов, которые оказали огромное влияние на казахское самосознание, формировали в нем устремленность к свободе и независимости.

Ну, а потом пришла желанная независимость и с ней - долгожданная возможность полнокровного развития казахского языка. Мы, как общество, прилагаем для этого огромные усилия. Иногда впадаем в крайности, говоря - "хватит русского языка, давайте обходиться казахским". Это, конечно, неумные призывы, которые противоречат и нашим национальным заповедям. Казахская традиция коренится в культуре номадов, которые имели контакты с огромным количеством народов. В эпосе, чтобы героя признали героем, он должен был положительно ответить на вопрос: а узнал ли ты языки семи народов? Семь - это символ множества. Надо знать другие языки. Без этого ты не удержишь это огромное пространство, не сумеешь контролировать функционирование Великого шелкового пути. Так что знание многих языков - нам органично присуще. Я много встречаюсь с молодежью. Вижу - многие владеют казахским, русским, английским. Четвертым языком, похоже, становится китайский. И это абсолютно нормально.

ИА REGNUM Новости: О том, что русский язык - это органичная часть казахской культуры, мало кто говорит. Поэтому очень интересно, как на ваш взгляд, русский язык повлиял на становление казахской литературы?

Русские писатели, философы XIX, XX вв. оказали огромное влияние на наше становление. Это была великая литература, имеющая свое продолжение в современности. Благотворное воздействие русской культуры будет восприниматься тем эффективней, чем больших степеней свободы мы достигнем в своем развитии. К сожалению, прежние формы контактов утеряны. Новые - не устоялись. Политические, экономические аргументы по природе своей эгоистичны и не ведут к плодотворному взаимодействию культур. Нужно, видимо, не уставать знакомиться друг с другом, используя обаяние и притягательность наработанных каждой культурой художественных ценностей.

В казахской литературе великолепно продолжает работать Мухтар Магауин. Его книги "поддаются" переводу на русский, полагаю, на другие языки. Из более молодого поколения - Аслан Жаксылыков, Дюсенбек Накипов. Они на русском языке написали романы, убедительные силой художественности и зрелостью понимания современности. И это - безусловно казахская литература, органично связанная с судьбой, реалиями, смятением и надеждами нашей родины.

Появляются разнообразные литературные кружки. И как верные служители храма, находятся люди, которые осуществляют тщательную работу с новыми литературными силами, не важно, какой национальности. Среди них был, к сожалению, рано ушедший из жизни Виктор Бадиков. Казахи, ему бесконечно благодарны. Во времена, когда у нас испарилась литературная критика, В. Бадиков свято исполнял высокую миссию подлинного литературоведа и настоящего критика, способствуя облагороженному развитию казахскоязычного и русскоязычного литературного процесса.

ИА REGNUM Новости: А что делается сейчас в русскоязычном поле казахской литературы?

Осуществлен новый перевод романа "Путь Абая". Перевел его находящийся в прекрасной писательско-переводческой форме Анатолий Ким. Президент Н.А. Назарбаев на недавней встрече с научно-преподавательским составом, со студентами КазГУ на вопрос, что бы он порекомендовал читать, подробно остановился на романе "Путь Абая". Сказал, что каждый, кто хочет понять казахов, должен прочитать "Путь Абая".

Так вот, этот роман сейчас заново, и очень хорошо переведен на русский язык. Стимулятором нового перевода явился Николай Аркадьевич Анастасьев, крупнейший литературовед, превосходный знаток русской и мировой литературы. В последние годы он "развернулся" на восток, написал книгу о А.Нурпеисове, а потом - замечательное исследование "Трагедия триумфатора" о Мухтаре Ауэзове. И он обратил внимание на несоответствие представлений об Ауэзове как великом писателе с тем, как он явлен в переводах на русский язык. Старый перевод был осуществлен в идеологизированные времена. Шесть человек переводили "бригадным" методом. Они способные люди, но невозможно, чтобы монолит "Пути Абая" был успешно переведен шестью людьми разной степени и природы таланта. Поэтому роман был заново переведен. Анастасьев написал еще и книгу об Абае. Наше казахстанское посольство в России проявило добрую инициативу презентации нового перевода "Путь Абая", книг Н.А. Анастасьева о Мухтаре Ауэзове и о Абае. Намечается массированный десант литературного Казахстана в Москву.

В России существует мнение, что она может состояться лишь в качестве империи. Я знаю, что бывают скверные империи, не уверен - бывают ли хорошие. Возможно, это случится с обновленной Россией. Но она никогда не сумеет стать империей, если не сумеет овладеть оружием духовного к себе притяжения. Сила без обаяния к успеху не приведет. Мы готовы очароваться Россией и принести лучшее, что у нас есть, а есть у нас немало. Придаю большое значение этому событию, которое должно состояться в Москве в конце этого года, с участием российских писателей и гуманитариев.

ИА REGNUM Новости: Существуют ли процессы, подстегивающие современную литературу?

В Казахстане серьезное влияние на литературу в целом оказывает творчество киносценаристов. Кино по природе своей модернизированный жанр. Знаю немало людей из мира кино, пишущих поэзию и прозу. Это живая литература, дышащая современностью. И она стимулирует модернизацию творчества и общественного сознания.

ИА REGNUM Новости: Не вызывает ли конфликты взаимопроникновение культур в Казахстане? Да и вообще, может ли и должен ли быть осуществлен тотальный пересмотр школьной программы по литературе в этой связи?

Составители учебников, те, кто определяют политику школьного образования, должны действовать с большим тактом. Нельзя противопоставлять русскую и казахскую литературу, расширять казахские часы по литературе за счет сокращения русских. И дело не только в национальных отношениях. Формирующемуся человеку нужна добротная духовная пища. А она создавалась и на русском, и на казахском, и на многих других языках. Для растущего организма не имеет значения, какая приправа: грузинская аджика или сычуаньский чеснок. Следует помнить о том, что Уильям Сароян создавал детские истории качеством не хуже, чем Сапаргали Бегалин. И ко всему, что есть ценного в мировом литературном опыте, мы должны относиться бережно и рачительно. Кормить детей не суррогатами. И здесь политики должны вести себя прилично, не вторгаясь в деликатную сферу подпитки души и сознания подрастающего поколения. Это важно. В современном Казахстане совершенно естественно уделяется особое внимание утверждению подлинной государственности казахского языка. Это богатый, жизнеспособный язык.

Но мир меняется. Возникают проблемы модернизации языка. И здесь нужна продуманная работа, в частности, использование аналогичного опыта других тюркоязычных народов. Уйгуры в Китае имеют мало возможностей для этнического самоутверждения. Но я видел в магазинах Урумчи десятитомник китайско-уйгурского медицинского словаря. Десятитомник! Это какое богатство языка! Уйгуры - наши братья по тюркоязычной семье народов. Следует, полагаю, вооружиться их опытом, также как опытом азербайджанцев, татар, турков и тюрков всех времен, умевших защитить и возвысить свой язык. Вместе с тем, для нас сохраняют силу слова Абая о том, что русский язык - это ключ к познанию мира. На русском мы читаем мировую литературу - художественную, историческую, научную, философскую и так далее. Искренне хотелось бы, чтобы Россия, как в лучшие времена своей истории, высоко несла величественный Андреевский флаг русской словесной культуры.

ИА REGNUM Новости: Считается, что более сильная культура подавляет слабую...

Это делает не культура, а политики. Культура добра, гуманистична, она не бывает хищницей с острыми зубами. Когда две культуры встречаются, "искры взаимоудивления" (Г.Д. Гачев) способствуют совершенствованию каждой из них. Но потом начинают вмешиваться политики: мы вас окультурим, принесем цивилизацию, поэтому закройте ваши национальные школы, газеты. Это то, что Китай сейчас делает в Синьцзяне, в Тибете, во внутренней Монголии. Они хотят осчастливить жителей этих районов. Говорят: давайте не будем делиться на ханьцев, уйгуров,... там 56 национальностей. А все будем гражданами Срединной Империи. И нас когда-то призывали быть новой исторической общностью под названием "советский народ". Но мы можем нести друг другу лучшее, что у нас есть. И вот на основе восхищения друг другом, "искр взаимоудивления" можем строить отношения друг с другом. Примеры очарования одного национального мира другим хорошо известны. Андрей Битов был очарован армянской культурой, и написал свои чудесные "Уроки Армении". И такое происходит сплошь и рядом. Важно, чтобы нам не мешали политики.

ИА REGNUM Новости: Казахстан - это уникальное культурное поле, здесь могла бы сформироваться очень интересная литература, как считаете?

В Казахстане себя нормально ощущают два человеческих чувства. Это чувство справедливости и чувство сострадания. Здесь было много несправедливости, много бед для всех. Назову только XX век. Не говоря о революции и гражданской войне, это всевозможные социалистические эксперименты. Коллективизация, которая привела к жертвам, о которых я говорил. Депортация народов, волны массовых репрессий. КарЛаг, АЛЖИР. Весь Казахстан превратился в зону спецлагерей. Во второй мировой войне погибло около 350 тысяч казахов. Больше, чем англичан и американцев вместе взятых. Это уже после всех чисток, репрессий, тотального истребления интеллигенции. Затем начинаются ядерные испытания. 40 лет испытаний на родине Абая и Шакарима. Из них 20 лет наземных. Загубленное Аральское море. Старец из Оптиной пустыни, причисленный позже к лику святых, отец Севостьян, был сослан в Казахстан, 10 лет отсидел в Карлаге, по выходу остался в Караганде. И стал помогать близким и родственникам тех, кто оставался в заключении. Он написал замечательную книгу. Там есть такие слова: "Напоенная кровью мучеников и облагодетельствованная их молитвами бескрайняя степь Казахстана". Радиация не различает ни цвета крови, ни убеждения, ни веру. Умирающее Аральское море, экологические катастрофы. Размах маятника страданий в Казахстане так велик, что перед ними мы все равны. Понимание этой данности - хорошая основа для того, чтобы находить общий язык в вопросах национальных, вопросах веры, в решении социальных проблем, устройстве государства демократического, в создании гражданского общества. Национальная идея в Казахстане могла бы базироваться на этом совместном преодолении общих для всех проблем.

ИА REGNUM Новости: А разная цивилизационная основа позволит это сделать?

Все мировые религии зародились в "осевую эпоху", и наши предки, кочевники, имели к этому процессу прямое отношение. Поэтому мы не можем не думать о том, что происходит с религиями сейчас. Я постоянно перечитываю Библию. Меня привлекает ее мудрость, человечность и совершенство стиля. При этом я не ставлю для себя христианство выше ислама или буддизма. Ислам для меня на особом месте. Но все религии - из одного священного источника. Мы, казахстанцы, это понимаем и предрасположены к тому, чтобы не конфликтовать из-за религиозных разногласий.

При всех издержках, кровавых и драматических, XX век - это советские школы, вузы, новые города и формы хозяйствования. У нас достаточно высокий универсальный цивилизационный уровень населения. В сочетании с крепнущей духовностью, растущей самоидентификацией людей в качестве граждан суверенной страны эти факторы способствуют формированию консолидированного Казахстана.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.
×

Сброс пароля

E-mail *
Пароль *
Имя *
Фамилия
Регистрируясь, вы соглашаетесь с условиями
Положения о защите персональных данных
E-mail