О книге Жоржа Малевиля "Армянская трагедия 1915 года"

Баку, 11 мая 2009, 11:45 — REGNUM  

9 мая на сайте информационного агентства ИА REGNUM появились фрагменты книги Ж.де Малевиля "Армянская трагедия 1915 года". Данная весьма тенденциозно написанная работа оказалась дополнительно отредактированной неким Вугаром Сеидовым, который, как можно понять, и прислал эти "фрагменты" уже неоднократно полностью публиковавшейся в электронном виде книги. После предварительного сличения оригинала с вариантом, появившимся на сайте ИА REGNUM, становится понятно, для чего потребовалась редактура.

Например, у Малевиля "по Сеидову" читаем":

"Географически Великая Армения составляла территорию с неопределенными границами. Армянская республика, которая образовалась в 1918 г. на руинах царской империи по воле Англии, представляла собой за свое непродолжительное автономное существование (1918-1921) единственное независимое армянское государство, которое было определенным образом зафиксировано в Истории."

В то время как на самом деле Малевиль пишет: "Географически Великая Армения составляла территорию с неопределенными границами, приблизительным центром которой являлась гора Арарат (5.165 м) и которая была ограничена тремя большими озерами Кавказа: Севаном - с севера-востока, озером Ван - с юго-запада и озером Урмия в иранском Азербайджане - с юго-востока. Более точно определить границы Армении в прошлом невозможно из-за отсутствия достоверных данных.

Таким образом, Армения была так или иначе сосредоточена вокруг горы Арарат, название которой связано с государством Урарту. Именно во времена Урарту эта территория впервые вошла в историю. Однако несмотря на свое центральное расположение на Кавказе и на соседство с тремя империями (русской, тюркской и персидской), Армения - не Швейцария (...)"

Как видим, Малевиль дает-таки некую географическую локализацию Армении, отграничивая ее от "тюркской империи", что, видимо, противоречит амбициям современной бакинской историографии, считающей земли НКР и Республики Армения собственностью "древнего Азербайджана".

Заметим, мы ставим отточие, обозначающее пропуск текста, что обязательно при добросовестном цитировании и чего в отредактированном Сеидовым тексте нет. Ссылка на то, что публикуются фрагменты книги, как представляется, не избавляет от необходимости обозначать опускаемые фрагменты отточиями.

Продолжать разбор сего текста не будем, ибо здесь, очевидно, все понятно. На другие аспекты обращают внимание армянские сайты и блоги. Что же касается непосредственно книги Малевиля, то она появилась не вчера и даже не позавчера. Публикуем статью Греты Каграмановой "Индульгенция младотуркам" ("Армянский Вестник", 1994, июнь), а сами ждем републикации "нужных" цитат из "Армянского досье" Кямурана Гюрюна и других подобных работ...

* * *

"Связь между подборкой книг, и антиармянской пропагандой советской и постсоветской прессы - прямая; отсюда и желание расставить точки над "i". Поэтому захотелось узнать, из какого сора произрастали статьи типа "Эмоции и разум" и "Перестройка - не перекройка", выяснить, так сказать, природу словоблудия эпохи перестройки.

В архиве "Правды" нет ни Ж. Клемансо, ни Анатоля Франса, ни Жана Жореса, ни Ф Верфеля, ни Ф. Нансена, ни И Лепсиуса, ни даже Али Фуада Джебесоя с его "Московскими воспоминаниями". Но есть Жорж Малевиль - "Армянская трагедия 1915 года". В кратеньком предисловии историк-тюрколог Жан Поль Ру представляет автора: "Большое счастье, что в демократических государствах каждый может выразить свое мнение. Большое счастье для всего человечества, что каждый может это сделать. Разве сам Господь не дал своим созданиям права сказать ему - нет?!".

Стало быть, мэтр де Малевиль - человек, который сказал Господу - "нет!" "Нет, - сказал он, - не было никакого геноцида, а была "армянская трагедия". "Злой рок". "Вихрь насилия". "И если судьба армян оказалась столь трагичной, то лишь потому, что они своими действиями возбудили у турок желание мести и что злой рок привел их во время переселения в руки врагов". Вот такая казуистика. "Безумное самомнение, абсурдный административный оптимизм, полное отсутствие контроля за выполнением приказа - во всем этом можно с полным правом обвинить высшее командование Оттоманской империи. Но - не геноцид."Мы настаиваем на следующем: истребление беззащитного населения "за то, что оно навлекло на себя ненависть за преступления, совершенные некоторыми его представителями, находящимися вне досягаемости - это не есть преступление геноцида, поскольку последнее состоит в уничтожении этнической группы, каждый из членов которой в отдельности не навлек на себя никакой вины".

Таким вот пещерным определением геноцида мэтр де Малевиль дал индульгенцию млодотуркам, Гитлеру, Сталину, Саддаму Хусейну - за истребление народов, депортацию и газовые камеры.

Но почему французский тюрколог так ограждает Турцию от слова "геноцид"? А вот почему: Европарламент "считает.., что отказ современного турецкого правительства признать геноцид, совершенный против армянского народа правительством младотурок, его нежелание решать свои разногласия с Грецией на основе норм международного права, сохранение турецких оккупационных войск на Кипре, отрицание курдского фактора, а также отсутствие в стране истинной парламентской демократии и уважения к личным и коллективным, а именно религиозным, свободам составляют вместе непреодолимые препятствия для рассмотрения возможности принятия Турции в Сообщество". И эту резолюцию Европарламента мэтр, бросивший вызов самому Господу, считает угрожающей "будущему Европы" (ни много, ни мало).

"Если Турцию отвергают в Европе, она, естественно, будет искать пути сближения со своими соседями на Востоке и на юге. (....) Последствия подобной политики для будущего Европы могут быть непредсказуемыми", - стращает мэтр европейцев. Стало быть, не Турция должна принять нормы международного права, а Европа - жертвовать новому Минотавру киприотами, курдами, армянами, сербами. И правами и свободами самих турок. А потом - и собой. Такова логика фашизма, предтечей которого был пантюркизм.

"Мы были в Стамбуле, - пишет тюрколог, - посетили районы с армянским населением по всему городу и внимательно изучали лица людей. Нигде мы не встретили среди армян, которые живут испокон веков рядом с турками, чувства страха. На рынках, в маленьких портовых ресторанчиках представители двух народов полностью смешались, их взаимные симпатии гораздо более искренни, чем между обществами эмигрантов в Париже. Более того, эти армяне между собой говорят по-турецки - это их язык".

Мэтра особенно умилило обилие портретов Ататюрка в частной армянской школе. "Эти армянские дети будут в будущем настолько интегрированы в турецкое сообщество, насколько это возможно", - заключает с величайшим удовлетворением мэтр. Мэтру нравятся ассимилированные турками армяне. Еще больше, надо полагать, понравились бы армяне-янычары. Впрочем, как и французы-янычары. Я было обиделась за армян и французов, но познакомилась с историческими экскурсами мэтра - и развеселилась.

Путаник не хуже Буниятова и К°. И то сказать - не путаника в Баку издавать не стали бы. Сначала французский тюрколог утверждает, что Армянская республика 1918-1921 гг. - "единственное независимое армянское государство, которое было определенным образом зафиксировано в Истории". Потом вспоминает Тиграна Великого. Через страницы - "Правда, также существовало и государство Малой Армении". Еще через страницу: "Великая Армения... потеряла свою автономию в 1045 году, когда она была вновь завоевана Византией". Словом, тюрколог - это не профессия, это влюбленность в пантюркизм.

Влюбленность, замешанная на атавистическом страхе. Вывод, который я сделала из брошюры мэтра де Малевиля. Прочистим мозги - почитаем Арнольда Тойнби: "Судьба империй, основанных номадическими завоевателями, покорившими оседлые народы, заставляет вспомнить притчу о семени, которое "упало на места каменистые, где не много было земли, и скоро взошло, потому что земля была неглубока; когда же взошло солнце, увяло и, как не имело корня, засохло" (Матф. 13,5-6). Обычно история таких империй начинается с резкой демонстрации власти, которая затем быстро деградирует и распадается. (...) Номадические империи могущественны, ибо силы, обретенной под действием стимула враждебного мира, хватает, как правило, для завоевания оседлых народов. В то же время номадические империи эфемерны, потому что с утратой стимула начинает исчезать и сила. Начинается деградация и упадок. С другой стороны, покоренные кочевниками племена, оправившись от шока, вызванного неожиданным, зачастую весьма грубым ударом, начинают выходить из летаргического сна и постепенно восстанавливать свое нравственное самосознание. (...). Процессы эти рано или поздно приводят к тому, что незваные пастыри либо изгоняются, либо ассимилируются".

Вот и вся суть векового конфликта. Турция отлично научилась пользоваться культурой покоренных народов, но, увы, неспособна воспринять ее и сделать своей не только внешне, но и внутренне. Вместо этого - кровь и ложь. Что же до их соплеменников-азербайджанцев, то они повторяют зады. И никаких признаков осмысления и отречения от дурного опыта".

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.