Виктор Якубян: Дипломатический шок - время для солидарной внешней политики Армении

Баку, 30 апреля 2009, 01:06 — REGNUM  

Совместное заявление Армении, Турции и Швейцарии о наметившемся прогрессе в армяно-турецких отношениях произвело эффект взорвавшейся бомбы на внутриполитическом поле армянского государства, а также среди организаций диаспоры. Наблюдатели сошлись во мнении, что президент республики Серж Саргсян пошел на беспрецедентно смелые решения и действия в своей внешней политике, и принялись анализировать возможные позитивные и негативные последствия нормализации, а вернее, установления - впервые в истории - межгосударственных отношений между Арменией и Турцией.

Представитель правящей Республиканской партии Эдуард Шармазанов в этой связи справедливо заметил: "Со стороны президента было большой смелостью взяться за разрушение стены, которую построил не он". Армяно-турецкая граница была в одностороннем порядке заблокирована Турцией в качестве поддержки действий Азербайджана по изоляции Армении. Цель Баку состояла в принуждении Еревана к уступкам в процессе урегулирования нагорно-карабахского конфликта. Сама Турция, в свою очередь, в качестве предусловия для разблокирования границы требовала от Армении отказаться от усилий, направленных на международное признание Геноцида армян в Османской Империи 1915 года. При этом все эти годы и в Баку, и в Анкаре прекрасно понимали, что ни один лидер Армении не сможет в принципе обеспечить выполнение этих предусловий, поскольку тем самым он в одночасье перестанет быть таковым.

Формула политики президентов Армении в этих двух вопросах не может произвольно видоизменяться вне зависимости от личности президента, его влиятельности и степени общественного доверия. А состоит эта формула в следующем:

1. Любые компромиссы в процессе карабахского урегулирования должны быть согласованы с руководством НКР и получить поддержку карабахского общества, которое собственно и воевало за независимость от Азербайджана.

2. Стратегия армянского государства относительно проблемы международного признания Геноцида армян не может в корне противоречить чаяниям армянской диаспоры, феномен которой, собственно говоря, и возник в результате Геноцида.

Следование этим двум пунктам является обязательным и единственным предусловием сохранения стабильности и доверия к институту президентства в Армении, а в более широком смысле - обеспечения безопасности армянского государства и существования армянской нации.

Узость или, вернее, полное отсутствие пространства для дипломатического маневра по судьбоносным вопросам государства у политической элиты Армении вовсе не смущало Турцию и Азербайджан, которые, действуя в тандеме, в прямом смысле слова зажимали Армению в тиски на протяжении последних 15 лет: и в период правления Левона Тер-Петросяна, и при президентстве Роберта Кочаряна. За этот период армянскому государству был нанесен колоссальный урон: не только в экономическом плане, но и с точки зрения ее стратегического потенциала.

Справедливости ради стоит отметить, что второй президент Армении приложил достаточно много сил и энергии для нивелирования этих потерь, в частности, путем переориентации экономики страны на производство товаров и услуг с минимальным коэффициентом транспортных расходов. Именно в бытность Роберта Кочаряна было акцентировано развитие ювелирной отрасли, алмазообработки, сферы высоких технологий и т.д.Однако республика объективно выпала из крупных региональных проектов инфраструктурного характера, планомерно превращаясь из узловой транспортной территории в тупик.

Именно такой результат полностью удовлетворял в долгосрочном плане интересы Азербайджана. Более того, на определенном этапе социально-экономическое уничтожение Армении превратилось для Баку в приоритетную цель, выходящую далеко за рамки нагорно-карабахской проблематики. Нельзя было не заметить, что градус милитаристской риторики Азербайджана нарастает в буквальном смысле слова синхронно с усугублением социально-экономических проблем Армении. Задача доведения военного бюджета Азербайджана до государственного бюджета Армении озвучивалась президентом Ильхамом Алиевым буквально ежедневно, позволяя делать нехитрый прогноз: продолжение изоляции Армении приближало регион к новой войне, к попытке азербайджанского блицкрига с непрогнозируемыми для региона последствиями. И наоборот, только выход Армении из дипломатического и транспортного тупика мог предотвратить такое развитие событий. И здесь даже не важно, какие экономические дивиденды получит Армения в результате открытия границ с Турцией, важен сам факт прорыва, разрушающий основной элемент стратегического натиска Баку. О чем и свидетельствует недовольство, с которым Азербайджан встретил известие о готовности Еревана и Анкары наладить двусторонние отношения.

Теперь об условиях и последствиях диалога Еревана с Анкарой.

Армяно-турецкое совместное заявление о выработке "дорожной карты" по нормализации двусторонних отношений вовсе не означает, что последние обязательно будут нормализованы. Глава МИД Турции Али Бабаджан заявил на днях, что Турция верит в полноценное урегулирование армяно-турецких и армяно-азербайджанских отношений. "Мы уверены, что это не мечта и работаем в этом направлении. Это не просто, на этом пути существует много неровностей, но мы шаг за шагом, как в шахматной партии, двигаемся вперед", - заявил руководитель турецкой дипломатии.

То есть на данном этапе можно лишь судить о некоем достаточно сложном и противоречивом процессе, в основе которого лежат интересы не только Армении, но и самой Турции. Было бы наивно предполагать, что Турция пошла на обострение своих взаимоотношений с Баку лишь с целью облегчения судьбы армянского народа. За решением турецкой стороны стоит целый ряд внутренних и внешних причин, которые в комплексе способствовали приезду в Ереван турецкого президента Абдуллы Гюля, а в дальнейшем - и констатации самой перспективы налаживания дипломатических отношений и разблокирования границ.

Августовская война в Южной Осетии стала свидетельством полного отсутствия региональной системы безопасности, чреватой серьезнейшей конфронтацией глобального масштаба, неприемлемой как для стран и народов региона, так и для России, США и ЕС. Вывод из строя портовой инфраструктуры Грузии и железнодорожных коммуникаций на грузинской территории полностью отрезал Армению от остального мира. В эти дни создалась идеальная ситуация для азербайджанского реванша. Необходимость скорейшего вывода нагорно-карабахской проблемы из стадии заморозки стала объективной необходимостью, и разблокирование Армении со стороны Турции, как указывалось выше, может стать одной из важнейших предпосылок достижения этого результата.

Подрыв стабильности в Закавказье в корне противоречит и национальным интересам самой Турции, в том числе в сфере обеспечения энергетической безопасности. Стоит только напомнить, что в период августовской войны простаивал важнейший для турецкой стороны нефтепровод Баку-Тбилиси-Джейхан.

Важно оговорить, что угрозы Азербайджана остановить прокачку газа в турецком направлении в случае разблокирования Анкарой границы с Арменией едва ли стоит воспринимать как эффективный шантаж. Значительная доля турецкой потребности в природном газе (в 2007 г. - около 67%), обеспечивается Россией посредством газопровода "Голубой поток". Москва и Анкара рассматривают возможность прокладки второй газовой артерии по дну Черного моря - газопровода "Голубой поток - 2". Стратегическим поставщиком газа для Турции может стать также Иран, но, ни в коем случае, не Азербайджан с его сравнительно скудными газовыми запасами. Поставки газа в Турцию из Азербайджана на сегодняшний день осуществляются посредством газопровода Баку-Тбилиси-Эрзрум в крайне нестабильном режиме. Более того, этот маршрут сегодня больше питает Грузию, нежели Турцию. Грузинская сторона ежегодно получает в качестве платы за транзит по этому маршруту 250 млн. кубометров газа. Остальной объем, по идее, должен был поступать в Турцию, однако турецкая сторона после отказа Тбилиси закупать газ у российского "Газпрома", уступила свои квоты газа в 2,8 млрд. кубометров Грузии и Азербайджану, позволяя им покрывать свой дефицит. То есть из Азербайджана газ в Турцию практически и не поступает.

Для сравнения, в 2007 году ОАО "Газпром" прокачал в Турцию по так называемому западному коридору, проходящему через территорию Украины, Молдавии, Румынии и Болгарии, а также по трубопроводу "Голубой поток" около 23,4 млрд. кубометров природного газа.

"Ультиматум" Азербайджана прекратить поставки газа в Турцию и перенаправить поток в Россию, как это ни странно, но самым больным образом ударит по Грузии и никоим образом не скажется на энергетической безопасности турецкого государства.

Более того, в последнее время усилиями ЕС и США актуализирован инициированный украинским премьером Юлией Тимошенко проект "Белый поток", суть которого заключается в транзите газа с каспийского шельфа через все тот же Баку-Тбилиси-Эрзрум в грузинский порт Супса, далее по дну Черного моря на Украину и в страны ЕС. Переориентация азербайджанского газа якобы с Турции, а фактически с Грузии на Россию - совместный турецко-российский удар по транзитным амбициям Украины и ЕС. Здесь интересы Москвы и Анкары полностью сходятся, поскольку западный проект Транскаспийского газопровода (по дну Каспийского моря из Средней Азии) с выходом на грузинское побережье Черного моря оставляет не у дел и Москву, и Анкару.

То есть можно с уверенностью констатировать, что "ультиматум" Алиева был четко согласован и завизирован Москвой и Анкарой, а оригинальность его формулировки призвана скрыть достаточно жесткий удар, который вскоре испытает на себе Грузия, а в долгосрочной перспективе - Украина и ЕС.

Настоящим ультиматумом для Турции могла бы стать угроза прекращения поставок нефти по трубопроводу Баку-Тбилиси-Джейхан, но, как мы успели заметить, таковой Ильхамом Алиевым выдвинут не был.

Вторая часть российско-турецкого энергетического диалога непосредственно затрагивает Армению и описываемую в этой статье возможность разблокирования республики. Подготовка к запуску приграничных коммуникаций между Арменией и Турцией началась задолго до вынесения на публику результата дипломатических усилий Еревана и Анкары по нормализации отношений. И ведущую роль в этом процессе играли и продолжают играть российские компании. ИА REGNUM подробно описывал подготовку к началу экспорта электроэнергии из Армении в Турцию компанией "Интер РАО ЕЭС", а также процесс восстановления приграничной железнодорожной инфраструктуры Армении дочерней компанией "Южно-Кавказские железные дороги (ЮКЖД) ОАО "РЖД". Активными участниками этого процесса являются соответственно министерство энергетики и министерство транспорта и связи Армении.

Другое дело, что даже с учетом всех описанных экономических дивидендов, которые могут получить Россия и Турция в случае нормализации отношений между Ереваном и Анкарой, политические риски для Москвы, а равно как и для Еревана, связанные с неминуемым укреплением турецких позиций в Закавказье, не могут сбрасываться со счетов.

В этой части наиболее непрогнозируемая ситуация складывается вокруг урегулирования нагорно-карабахского конфликта. Очевидно, в дебюте обозначенной Али Бабаджаном шахматной партии Армения зафиксировала ряд преимуществ. Как пишет федеральный еженедельник "Российские вести", если раньше Турция жестко ставила вопрос об улучшении отношений с Арменией только после полного вывода всех вооруженных армянских формирований со всех территорий вокруг Нагорного Карабаха, то сейчас об этих условиях говорится в более мягкой форме. "Армения и Турция пошли на трансформирование своих отношений в самодостаточный фактор региональной и международной политики. Во-первых, Армения получает реальную возможность вырваться из экономической блокады на южном направлении. Во-вторых, ей удалось вклиниться в некогда единый азербайджано-турецкий союз. Разумеется, новая политико-дипломатическая комбинация обязательно скажется на урегулировании карабахской проблемы с точки зрения политико-дипломатических технологий". От того, каким образом будут выстроены эти технологии и насколько реально Турция воздержится от однобокого вмешательства в карабахскую проблематику, зависит успех предпринятого армянским президентом прорыва.

Что касается России, то главный фактор риска для нее связан опять-таки с Грузией, которая, хотя и во вред себе, но продолжает покорно выполнять определенную ей Вашингтоном функцию буфера, отсекающего Россию от Южного Кавказа. Именно данное обстоятельство резко снижает прогнозируемость и контролируемость турецкой политики в отношении Армении, да и всех остальных стран региона. Снижает для России, но зато резко поднимает для США. Погоня за экономическими дивидендами во взаимоотношениях с Турцией и желание сомкнуть на России транзит газа из каспийского региона может обернуться чрезвычайно серьезным ударом по региональным политическим позициям Москвы, в частности, из-за неспособности последней четко разделять экономическую выгоду от долгосрочной политической целесообразности.

Чреваты телодвижения Еревана и Анкары и внутриполитическими проблемами не только для Армении, но и Турции. В турецкой прессе уже активно муссируется тема обострения противоречий между высшими руководителями этой страны - премьер-министром Реджепом Тайипом Эрдоганом и президентом Абдуллой Гюлем. Предполагается также отставка министра иностранных дел Али Бабаджана.

В Армении уже произошли изменения в составе правящей коалиции - ее покинула Армянская революционная федерация "Дашнакцутюн", хотя, как справедливо полагают наблюдатели, появление "дорожной карты" армяно-турецкого примирения стало для дашнакцаканов лишь поводом для перехода перед грядущими выборами в армянской столице в более просторный для них оппозиционный лагерь.

Но если для национальной безопасности Турции последствия ошибки во взаимоотношениях с Арменией не могут носить необратимого характера, то армянской политической элите следовало бы более ответственно и осторожно подходить к этим задачам. Вряд ли ответственный армянский политик будет прощён историей, если ценой его политической "девственности" будет угроза гибели государства. Ведь ценности государства неизменны, речь идёт о новой технологии прежнего общегосударственного консенсуса в области внешней политики. Следовало бы, например, провести открытое обсуждение, посвященное не тому, стоило ли Армении выходить из стратегического тупика - здесь ответ очевиден, а тому, каким образом выстроить систему контроля и прогнозирования турецкой стратегической линии.

В Закавказье идет активная игра, и последние события показали, что Армения и ее новый руководитель решили активно в ней участвовать, а не дожидаться, пока потенциал страны будет окончательно изничтожен. Такая активность, вне всякого сомнения, также позитивно сказывается на международном имидже Армении. Как заметил сам Серж Саргсян, совместное армяно-турецко-швейцарское заявление заставило все мировые СМИ коснуться темы армянского Геноцида, и в этом контексте они констатировали: да, Геноцид был и, вместе с тем, приветствовали готовность армянской стороны к гибкой политике. Глава Армении объявил также, что в ближайшее время общественности будет представлен документ, вокруг которого строятся армяно-турецкие переговоры.

Что же касается России, то она в данном процессе должна ориентироваться не на сиюминутные договоренности с действующим турецким и азербайджанским руководством, а на исторический опыт, свидетельствующий о том, что снижение стратегической роли Армении ведет к катализации исламского влияния в регионе, угрозе дестабилизации ситуации на российском Юге в целом. И в Поволжье, о чём не устают напоминать в Баку...

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.